Глава 85

Казалось, само время замерло от этого оклика. Люди съежились от взгляда короля. Монарх круто развернулся и вышел к проходу. Он свирепо смотрел на меня, стоящую на коленях на ковре, и охранника, продолжавшего тянуть меня прочь.

– Стой, – повторил король, – кому говорят!

Страж наконец-то замер. Я с трудом поднялась на ноги, чтобы вернуть себе приличный вид, и мимоходом потерла пострадавшее колено. Оно отозвалось болью.

Король со всей силы грохнул тростью об пол. Что-то жалобно треснуло. Надеюсь, не моя вера в добро. Казалось, монарх решил собственноручно меня придушить, чтобы не тратить казенную еду на опасную преступницу.

– Повтори, что ты сказала, – велел он.

– Я попросила вас об услуге, Ваше Величество. Извините за дерзость, но, боюсь, мы больше никогда не увидимся с Коулом.

Король прищурился. Его взгляд безошибочно определил на моей ауре след заклинания истины. Я не лгала. Вот только что это меняло?

– Почему ты так его называешь? – прищурился король.

Я смешалась. Вообще-то я понятия не имела, какие титулы были у пропавшего принца. Он представился по-простому. Откуда мне знать, что такие сокращения оскорбительны для монаршьих особ?

– Коул так представился, – ответила я и исправилась: – То есть, Его Высочество!

– Госпожа Кирман, – холодно произнес король, не сводя с меня взгляда, – объясните госпоже, как правильно называть принца.

– Его Высочество Торвелл Белонтесс Келлиан ван Джессимо де Грианфор, – выпалила Офелия и зарделась.

Она торжествующе посмотрела на меня. Ну да, ну да, я только что удвоила срок своей нелепой просьбой. Но жалеть мне было не о чем. Пусть Коул знает, что он добился своего. Моя жизнь стала в разы хуже. Он отомстил Марте за проклятие.

Поэтому он спрашивал меня про золото и титулы? Хотел обвинить в вымогательстве?

Я опустила взгляд, зная, что не смогу спокойно смотреть на короля и сестру. Моя жизнь постепенно превращалась в ад. Я ненавидела каждого виновника на суде. Они лишали меня лавки, детей, права на счастливую тихую жизнь. Да, Офелия определенно добилась своего. Но я хотела, чтобы она знала, что теперь я растопчу ее в пыль.

Больше не могло быть полумер, не могло быть перемирия. Мне не хотелось сражаться или как-то вредить живому человеку. Даже после того, что она сотворила с Каталиной, я не могла себя заставить сознательно навредить Офелии. Мелкие пакости – да. Попытки добиться справедливости – да. Но теперь… Теперь я хотела ее крови.

Офелии будет больно. Уж я-то постараюсь. Может, не сегодня и не завтра, а через год или даже десятилетие. Но однажды она расслабится и почувствует, будто жизнь налаживается. И приду я, чтобы растоптать ее надежды.

Я сморгнула злые слезы и поклялась себе, что не успокоюсь, пока Офелия не ответит за все. На мгновение мне стало легче.

– Его Высочество, – задумчиво повторил король. – Что-то я не верю, что мой сын представился своей спасительнице полным титулом. А ты? Почему ты думаешь, что он Коул?

– Не знаю, – тихо ответила я. – Возможно, принц сообщил мне ложное имя. Я… Я его шантажировала, прежде чем отпустить.

Терять мне было нечего. И, вообще-то, у Коула были свои причины меня не любить. Он-то принц, а я его тапком…

– Моя милая госпожа Кирман, – ласково произнес король. – Сын сказал, что вы расколдовали его случайно, пока он летал в образе ворона под потолком. Куда он упал после этого?

– На диван, – робко ответила Офелия.

– А вы, юная леди? – спросил у меня король. – Вы знаете, куда упал мой сын?

– Никуда он не падал, – возразила я. – Он же был котом. Я его к полу приклеила, чтобы не сбежал. А где он потом валялся, это уже не моих рук дело!

Мне бы прикусить язык, да только перспектива провести неделю в темнице добавляла ярости и желания острить. Я уже наплевала на все титулы и регалии присутствующих. Можно же хоть раз в жизни поговорить начистоту?

– Одна из вас врет, – провозгласил король. – Только не могу понять, кто на самом деле спас моего сына.