Глава 104. Вы думаете, меня этим задавить, мальчишки?

Возможно, единичные встречи, но не более. Кажется, император никого к себе не подпускал, думая, что его предала любимая женщина. И хотелось бы сказать: а кто виноват в том, что ты испугался ответственности?

Министр перевел взгляд на разбросанные письма и прокрутил запястьем в наручниках. Надо же, у кого-то затекли ручки.

— Вы думаете, меня этим задавить, мальчишки?

Пф. Кажется, министр недооценивал врага. Как он мог подумать, что правая рука императора станет задавливать какими-то там письмами и прошлой любовью? Да и дочерью, которая не имела для него особого значения, раз я осталась на улице. Хотя, Бог его знает. Возможно, он действительно не знал?

— Ни в коем случае... интересуемся жизнью нашей женщины на правах ее мужей.

Министр скосил глаза и, возможно, понял, что его попытки заставить нас замолчать не увенчаются успехом.

— Тогда к чему вы заковали меня, будто преступника, коим я не являюсь? — министр уже терял терпение. Но мне было интересно наблюдать за этим. Он еще не понимал, что на этот раз мы его поймаем.

Прям схватим на горячем и не отпустим.

— Нам просто любопытно, зачем вы так поступили, — сказал Эдгар, не спуская глаз с министра.

— Как? — не понял министр.

— Сделали изгоями целую семью, пока мать Светланы не вышла замуж за другого, — объяснил Данте с тем же титаническим терпением. Ох, жалко, что министра просто нельзя поджарить на электрическом стуле. Сразу бы минимизировали кучу проблем и все эти ненужные речи. Человек же явно не осознает, что он будто кукловод, который испоганил жизнь тьме народу.

Эдгар перевел на меня взгляд и подозвал пальцем. Пришло время и мне появиться.

Министр нахмурено посмотрел туда же, куда и Эдгар, и его бровь едва заметно поднялась, когда он увидел меня в дверном проеме. Я прошла в комнату и все взгляды тут же устремились на меня. Министр едва заметно дрогнул. Это был первый признак того, что его спокойствие начало трещать по швам.

— А, вы полагаете, что правда поменяет наши планы? — хмыкнул министр, не скрывая иронии. — Вам бы сначала объясниться о том, что вы читали чужую почту и не поддерживали свою женщину. Светлана, видите, даже в таком положении, я на вашей стороне, несмотря на все сказанное.

Да вы посмотрите. Ох, не все-то ты понял, старик. Ой, не все.

— Они все знали, господин Альберт, — сказала я, развеяв его иллюзии. Данте любезно усадил меня на колени.

Министр сглотнул и вспотел. Капельки пота выступили на его лбу.

— Я не понимаю, — неуверенно начал он. — Кажется, возникло некое недопонимание, Светлана…

Я не дала ему закончить.

— Мои мужчины были в курсе всего происходящего, и письма читали. Некоторые сами писали. А вот вы что-то умолчали историю про меня, мою мать, по вашим словам, бесстыдницу, которая спала с кем попало и родилась «ошибка», — ответила я, кроя его же слова.

Министр вдруг покраснел. На его лице выступили красные пятна. Ой, дорогой, это еще начало. И судя по тому, что ты начал выдавать, то мы одержим победу. Империя должна знать своего героя, чтобы все шишки получил не только император.

— Юным леди ни к чему забивать голову вещами из прошлого, — мягко пробормотал он. — Вы знаете мое истинное желание, и я помогу вам воссоединиться с отцом. Как вы и хотели. Помните, вы говорили мне об этом?

— И поэтому вы изначально сделали все, чтобы моя семья хлебнула позора, чтобы теперь все восстановить? А также делали все, чтобы отец подумал, что мама не желает получать письма от императора с извинениями и желанием все начать сначала? — монотонно задавала я вопросы. — Может, еще ответите, к чему было все это? Вы искали отцу более выгодную партию, чтобы он не посмел жениться на моей матери? А теперь, вы как рыцарь в сверкающих доспехах. Увидели метку истинности и решили, что моя семья вполне достойна. И пускай моя мама более не родит наследников, которые важны императору, зато я могу. Не так ли?

Министр зажевал губу, но не мог ответить. Эдгар тем временем покачал головой, после чего прошелся пальцами по моему спине в успокаивающем жесте. И мне было приятно, что в этот момент мои мужчины были со мной. Пускай, я не та Света, которая выстрадалась и отошла в мир иной. Но я хочу, чтобы злодеи были наказаны. Я хочу, чтобы она хотя бы на том свете порадовалась, что за нее хоть кто-то заступился. Ведь она всю жизнь старалась. Шла вперед напролом и даже поступила на учебу. Если бы не мои современные знания, то она бы также погибла, как и все остальные люди, которым не предоставили должного лечения.

— Глупая девка, — рявкнул министр. — Тебе дарован шанс получить все обратно. Так воспользуйся им и не ной.

— Тем, о чем император даже не догадывался? И давно вы действуете за его спиной? — уточнил Эдгар, не спуская глаз с министра.

Министр глубоко вздохнул.

— Также, как и ты, мальчик мой. Думаешь, я не знаю, что ты хотел свергнуть императора, потому что он ухудшал жизнь народа? — затараторил министр. — Старик слеп и доверчив. И он даровал мне власть, а не тебе. Так что вовсе неважно, что вы сделаете. Император покарает вас за то, что вы избавили его от верного соратника. Вашу же правду он даже слушать не станет. Дед упрям, и вы не обуздаете его нрав никакой правдой.

Эдгар лишь усмехнулся.

— Безусловно, я не хотел, чтобы народ страдал. Как-никак, я герцог и принимал активное участие в жизни граждан империи, — ответил Эдгар с легкой насмешкой. — В остальном же вы глубоко ошибаетесь.

— Это ты можешь рассказывать императору, а не мне, — сказал министр, не скрывая своей ярости.