Глава 72. Информация о прошлом

И после этого лапать меня перестали, а мои мысли уже были далеко от того, что мы шли на встречу с делегацией. Сзади, сразу же за Эдгаром, двигался Данте. Мрачный, как грозовая туча. Но зато меня перестали трогать и сосредоточились на кое-чем другом. На своих мыслях все же.

Они, видите ли, решили, что с меня на сегодня хватит облапываний. Как благородно. Всего лишь минут пять назад один из них дышал мне в ухо так, что у меня в голове загудели неприличные мысли. А второй, то есть Данте, буквально прожигал взглядом, явно желая сделать что-то еще более неприличное, чем то, что делал его брат.

А теперь, хлоп, и я стою на четко выложенной каменной дорожке. Меня слегка пошатнуло, ноги немного не слушались, а между ног пульсировало, напоминая о том, что со мной творили ночью. Только без туфель, со ссадиной на локте и под ребрами зреющим синяком от того, как Данте меня «нежно» придерживал.

Наверное, и на коленках ссадины. Возможно, еще на попе. Теперь уж не сосчитать и хорошо, что платье скрывало все эти прелести. Ну, кроме той, которая на шее. Метку не так уж просто скрыть при всем желании.

Шикарное платье подчеркивало мой статус, а мне так не хотелось никуда идти. Лучше бы заниматься пациентами, да Освальда проведать. Но разве моим мнением кто-то интересовался? Шиш там… у мужчин свои планы на мою скромную персону.

А делегация... Да. Императорская. Кто-то из страшных и зловещих «рук» монарха. У этих людей, как правило, целые гардеробы скелетов в шкафу, и, если ты им не нравишься, то тебя не то, что в шкаф, а в яму у дороги закопают, и сверху еще фикус поставят. Ну, чтобы уж точно никто не додумался раскапывать могилку. Ибо тут клумба, вообще-то и копать было запрещено.

Мы шли по улице, а Эдгар шагал сбоку, властно обводя владения взглядом, будто ему принадлежала не только улица, но и каждый дом на ней, включая жильцов, их домашних животных и даже гвозди в ставнях. Он не торопился. Потому что, конечно, делегация могла и подождать. Кто такие эти люди вообще, чтобы их вовремя встречать?

Я не могла понять его. И с невестой дивным образом поступил. Может быть, это он сделал все, чтобы Света попала на улицу? А то как-то подозрительно, что ему было все известно и он даже ни коем образом не помог. До такой степени, что у бедняжки развилась цинга.

Пока что сопротивляться я ему не стану. Хочу приблизиться, чтобы разнюхать все тайны. А учитывая нашу близость… придется несладко. Но и я не планировала сдаваться.

Я слушала его вполуха, но внимательнее, чем казалось. Вообще внимать его речи сейчас наиглавнейшее для меня. Люди любят много говорить и, как правило, часто рассказывают то, что не следовало.

— Ты должна помнить, — начал он свой краткий курс «Как выжить и не позориться». — Что ты — вспыльчивая. Горячая. Вечно лезешь на рожон. И при этом упрямая. Планов никогда не раскрываешь заранее, что странно, учитывая твой нрав. Эмоции — на лице фильтровать так и не научилась. Поэтому прекрасно, что это у тебя осталось.

— До ужаса за себя рада, — хмыкнула я.

— Твоя семья строгая. Но баловала тоже. И иногда все же наказывали, однако последнее было скорее редкостью.

— Это прозвучало как «я сам в шоке».

— В университет поступила честно, без взяток. Только немного прикрыли тебя, чтобы не завалили нарочно. Все же мужчины мстительные создания, потому твои родители беспокоились.

— О, святой прозрачный деканат.

И все же к родителям Светы я испытывала крайнее уважение, если отметелить то, что они выбрали партию без согласия дочери. Эдгар-то достойный мужчина. Со стороны логики и выгоды они поступили умно. Во-первых, Эдгар был правой рукой императора, а это означало, что семья Светы поднялась бы на множество ступеней вверх. Повесой он не был. Женщин не избивал. Не пил, не курил, обладал традиционными семейными ценностями, неприлично богат и красив. Ну, вылезло темное пятно в виде бастарда, но не сильно страшное. Крошечный минус перекрывался бесчисленным количеством плюсов.

Им можно похлопать. Даже дочери не запретили получать образование. Худо, что ее шустро выкинули, но тем не менее… как будто бы Эдгар намекнул на то, что можно вернуть все обратно.

Посмотрим, что он знал. Буду действовать, как сказал.

Сценарий в целом понятен. Девочка с амбициями, острым языком и сложным характером. Родители строго-назидательные, но любящие. Парень — властный, но с мозгами. И если бы я действительно была этой Светой, мы бы сейчас шли и держались за руки, а не пытались не поджечь друг друга взглядом.

И это после того, что было в спальне…

— И постарайся не говорить то, что думаешь. У тебя это... плохо выходит, — добавил Эдгар.

— Это еще почему?

— Потому что у тебя проблемы с градацией между «саркастично», «вежливо» и «оскорбительно».

— Я работаю над этим. В смысле, перестала извиняться.

Пока мы разговаривали, улица оживала. Окна домов, в которых еще пару дней назад меня называли сумасшедшей, распахивались. Из них вытягивались шеи, лица, глаза и даже один попугай. Слухи, как всегда, были быстрее звуков. И теперь я была не просто самозванкой, которая мечтала стать докторишкой, а та самая «распущенная девица», которую видели одновременно с двумя мужчинами.