Глава 9
Великая Академия Достойных – коротко В АД.
Но, говоря откровенно, кратко именовали ее только те несчастные, коим довелось обучаться здесь не будучи наследниками знаменитых родов, обладателями состоятельных родителей, и принадлежащим к не самым известным семьям. В целом, одной из таких несчастных в прошлом была я. Сиротка из Суассона со слабым целительским даром, несомненно, поступила, учитывая протекцию его высочества Эльтериана, но лишь я знала, чего мне это стоило при поступлении, да и после.
И вот сейчас я была не студенткой, из тох когорты самых презираемых в этом «дивном» месте, а личным секретарем самого кронпринца Кераернаэрана, человеком, находящимся под его защитой, в его свите, и выше любых сплетен и домыслов, потому как характер бывшего герцога был всем известен, а любовниц этот парень никогда не выставлял на показ.
И входя в главный корпус Академии в шаг с сэром Матиушем и позади кронпринца, все, что я испытывала это уверенность в том, что по-старому уже никогда не будет. Никто не станет меня обзывать, унижать, мешать жить и меня минуют все те прочие прелести студенческой жизни, что я испытала десять лет назад. К слову, так и не закончив академию, потому что Эльтериан не желал отпускать свою идеальную куклу туда, где не мог бы ей любоваться.
И все же это была та самая Академия, что вызывала трепет даже сейчас, когда я вошла с главного входа, а не с черного, которым были обязаны пользоваться рожденные статусом ниже аристократического. И оглядывая огромный холл административно-учебного здания, я вдруг ощутила какое-то странное чувство. Что-то смутно возникшее на самой границе воспоминаний.
- Ваше императорское высочество! - с лестницы, бегом спускался магистр Нуента, готовый раболепствовать и всячески выказывать почтение. - Почему вы не известили нас о своем прибытии! Я бы, несомненно, организовал прием в вашу честь! Вы же наша надежда! Надежда всей империи!
Да, в прошлый раз все было примерно так же, но раболепствовал глава академии вроде как меньше, впрочем, я стояла в отдалении, как и полагается, зайдя с черного входа, и возможно просто всего не увидела. Впрочем, слов «Надежда империи» так же не звучало. А еще к нам не спускался заместитель ректора магистр Ксавьен. Сейчас, магистр темной магии, агрессор запредельного тридцатого уровня и лучший боевой маг империи, стоял позади своего непосредственного начальства, и с молчаливым неодобрением взирал на Каенара.
А затем я увидела то, чего не ожидала вовсе.
Руки магистра Ксавьена были сложены на груди, ногти выкрашены матовым черным лаком, ввиду того что под ногтями почти всегда имелась запекшаяся кровь и это приходилось хоть как-то скрывать. Но вот черный ноготь чуть удлиняется, и магистр, не сводя глаз с Каенара, вычерчивает всего одно слово «Зачем?».
В этот момент я решила, что я ничего, вот совершенно ничего не видела. Действительно ничего. Но Каенар ему что-то ответил и магистр Ксавьен отреагировал быстрыми и резкими иероглифами:
«Герцог Каенар мог отправиться со мной в Нижний мир и начать в нем полномасштабную войну. Но отпустит ли император «Надежду империи»?! Что ж, свой выбор ты сделал. Надеюсь, об этом не придется пожалеть всем нам».
И на этом магистр Ксавьен, развернувшись, невежливо нас покинул.
Невероятно!
Ранее мне казалось, что лишь Эльтериан изучал язык асуров. Он сложен, каждое слово изображено одним символом, а не стандартно буквами, и смысл предложения сильно меняется в зависимости от порядка слов. Но что я вижу – и магистр Ксавьен и сам лорд… в смысле уже кронпринц легко общаются используя символы, которые я учила несколько лет. Кто бы мог подумать? В академических знаниях Каенар всегда уступал Эльтериану, и мне казалось, что герцогу не достает упорства в постижении знаний, но оказывается… Кажется, все вовсе не так, как выглядело тогда.
И чем больше я об этом думала, тем сильнее возникало странное чувство, что я должна что-то исправить. Обязательно должна. Или, как минимум, попытаться исправить.
Повторно оглядев холл административно-учебного здания, я поняла на что так упорно пыталась обратить мое внимание собственная память - список лучших учеников в Аду… в смысле Великой Академии Достойных.
Список располагался на центральной стене и содержал в себе порядка полутора тысяч имен нынешних студентов. Первые три имени были начертаны большими яркими буквами, так, чтобы они были видны даже издали. Затем следовали еще семь имен первой десятки, тоже довольно крупные, выведенные золотыми чернилами. Следом лучшие пятьдесят студентов - серебряной тушью, затем лучшая сотка - медными чернилами, а после все прочие обычными черным чернилами и весьма мелким почерком.
В АДу все должны были знать свое место. А для тех, кто его не помнил, существовало вот такое недвусмысленное напоминание. И сейчас на этом магическом плакате первым в тройке был принц Эльтериан. Каенар был шестым, я это помнила, но внезапно поняла совершенно ясно - я сделаю его первым. Первым в этом списке.
***
Комнаты лучших студентов боевого факультета находились в башне, в центре академии. Никаких каморок на четырех человек, которые были положены студентам без роду без племени, с общей душевой и туалетом в конце коридора. Здесь все было иначе. Совершенно иначе. Каждому элитному студенту выделялись четыре комнаты, из которых одна была гостиной, вторая спальней, третья спальней для прислуги и четвертая кабинетом для занятий. Причем кабинетом с личной библиотекой.
Я почти благоговейно бродила по покоям Каенара, но с другой стороны была вынуждена признать - Эльтериан и вовсе жил в собственном доме близ академии, и его трехэтажный особняк был куда как просторнее и роскошнее. Но суть даже не в этом - его библиотека превосходила имеющуюся у Каенара раз так в десять.
- Знал, что найду тебя здесь, - кронпринц подошел неслышно. - Заинтересовалась книгами? И как, что-то понравилось?
- Нет, - не оборачиваясь, и продолжая осматривать имеющееся, - мне здесь не понравилось ничего.
- Правда? -Каенар усмехнулся. - Асьен, здесь древнейшие экземпляры по искусству войны, подобных нет даже в библиотеке академии.
- А вот тут я бы поспорила, - пробормотала задумчиво.
И ощутила как вдруг в помещении стало словно сумрачнее.
Обернувшись, вопросительно воззрилась на его императорское высочество, медленно прожигающее меня не скрывающим подозрительности взглядом.
- Вы уже взяли учебники в библиотеке? - осведомилась я. - А расписание? Выбрали приоритетные лекции на этот год?
- М-да, чем дальше, тем любопытнее, - задумчиво произнес кронпринц, словно раздумывая о чем-то своем.
А затем, медленно приблизившись ко мне, сказал:
- Асьен, любая девушка на вашем месте, для начала осмотрела бы свою комнату. Или вам не интересно, где вы будете спать?
Пожав плечами, ответила:
- Определенно не с вами, и это главное. Что касается остального - на ваше усмотрение. Я схожу в управление и возьму расписание для вас. Приоритетные направления нужно выбрать как можно раньше. После я схожу в библиотеку за учебниками. Дивного дня, ваше императорское высочество.
Когда я уходила, в кабинете нового наследника империи было пугающе тихо.
***
Я шла по знакомым до боли коридорам и переходам В Ада, и ловила на себе исключительно осторожные взгляды. Мне уступали дорогу, с моего пути поспешно отступали, некоторые девушки в простой форме студенток делали неловкие реверансы, студенты же почти поголовно склоняли голову.
И это не было преклонение передо мной - это было трепетом перед человеком его императорского высочества. Что ж, ранее я так же робела и стремилась уйти с пути, едва завидев кого-то в черно-золотой одежде, с символикой герцога Каенара на груди. Теперь человеком, которого защищал авторитет Ангела Смерти была я. И это оказалось… волшебно. Когда в академии узнали о наших с Эльтерианом отношениях я действительно оказалась в аду. Немыслимое количество подножек, бесчисленное количество «случайно» пролитых на мою форму чашек чая, избиения в темных переходах и оскорбления, которые мне приходилось выслушивать весь учебный день. Принц знал обо всем. Не мог не знать, даже не взирая на то, что я не жаловалась, но никогда, ни единого раза не защитил меня. Его устраивало то, что травля в студенческом обществе заставляла меня держаться к нему поближе, а мои академические успехи не интересовали вовсе. И все же я училась. Пыталась что-то доказать себе, ему, другим студентам, преподавателям… Тщетно. Все закончилось так, как того пожелал Эльтериан и мне пришлось покинуть академию, по которой я всегда ходила с низко опущенной головой.
И вдруг из-за поворота выскользнули три прекрасные образцовые юные леди – леди Сибилла, леди Ни-ни, и леди Си-си. У двух последних естественно были иные имена, но когда подобные мелочи интересовали саму Сибиллу Сарскую?!
Моя мучительница, и, к сожалению, не только моя, изящно ступала золотыми туфельками грациозно вышагивая по коридорам, и виртуозно обмахивалась веером, пока ее верные подруги волокли горы учебников.
С пути леди Сибиллы не просто отступали - сбегали сломя голову, практически в прямом смысле. Эта девица всегда была готова сорвать злость, унизить или просто поизмываться над кем-либо, попросту из скуки. И в прошлые времена я бы предусмотрительно, как и все прочие, поспешила прочь от данного дивного создания, с чарующим отработанным смехом, который звучал серебристыми колокольчиками и был слышен еще издали. Однако, в данный момент отступать я не собиралась.
О том, что грядет столкновение стало ясно еще издали.
Леди Сибилла мгновенно заметила меня - сложно не заметить девушку в черно-золотом платье, посреди студентов в куда более блеклых мантиях, ко всему прочему на мне была маска. А так же, я оказалась единственной, кто не опустил глаз, выдержав презрительно-надменный и определенно гарантирующий мне трудности взгляд ее светлости.
Мы встретились посреди витражной галереи.
Я прижимала к груди неизменно черную папку с расписанием, списком приоритетных курсов, и списком учебников, леди Сибилла продолжала отточенными движениями обмахиваться изящным веером. Блондинка с платиновыми волосами была одной из немногих студенток, кто позволял себе столь вызывающий макияж, но, спустя годы, вынуждена признать - яркая помада розово-фиолетового оттенка ей удивительным образом шла, подчеркивая почти нереальную красоту фарфорового личика в обрамлении волос холодного оттенка.
- Итак, - презрительно-издевательски оглядывая меня, пропела аристократическая садистка, - та самая знаменитая ледиАсьен…
- Мадмуазель, но можете использовать «мисс», - перебила я ее.
И одним этим превратила в злейшего врага в то же мгновение. Никто не смел перебивать Сибиллу Сарскую. Абсолютно никто. Единственная наследница древнего рода была более чем избалована, но ей, племяннице двух последних императриц, прощалось абсолютно все и всеми. Даже Эльтериан всегда был неизменно вежлив с ней… до того самого дня, когда с неизменной вежливостью самолично казнил… После того, как выяснилось, что Сарские перешли на сторону Каенара.
- Вы. Меня. Посмели. Перебить? - словно не веря в произошедшее, медленно переспросила леди.
Не став увиливать, я спокойно ответила:
- Да.
На губах прелестной Сибиллы медленно проступила крайне мерзопакостная ухмылочка. Порой у меня возникала мысль, что все аристократы в чем-то моральные уроды, словно они променяли идеальную внешность на гнилую натуру.
Но вот конкретно сейчас, мне было крайне интересно, с чего начнет леди Сибилла. По рождению, благодаря наследию рода, у нее был сильный дар агрессора. Очень сильный, подобный практически никогда не встречался у женщин. Но помимо этого, изящная Сарская имела и другой козырь в рукаве - она была инспиратором. Два поистине удивительных дара. Как агрессор она могла спровоцировать ярость, бурю негативных эмоций и суицидальные наклонности в своем противнике как в момент боя, так и просто в обычной жизни. Но как инспиратор у леди Сибиллы была возможность вдохновлять на подвиги, на стремление к учебе, и даже на романтические чувства. С такой супругой любой мужчина мог добиться самых невероятных высот, и Эльтериан об этом знал. Но почему-то все равно выбрал меня… Лишь спустя время, я поняла почему -леди Сарская сумела бы ему противостоять, а вот я была идеальной жертвой. Как жаль…
Темно-карие глаза Сибиллы зажглись едва уловимым зеленоватым сиянием -она прибегла к способностям инспиратора.
В следующий миг меня накрыло желанием служить этой дивной леди, быть ее верным другом и помощником, рассказывать абсолютно все о жизни его императорского величества и делиться самым сокровенным с ее светлостью.
Желание было сильным, окрыляющим, вдохновляющим и… абсолютно не возымевшим действия.
- Леди, если вам так нужны друзья и союзники, научитесь заводить их другим, куда более естественным способом, - насмешливо произнесла я.
И утратив всяческий интерес, я собиралась обойти девушку и продолжить свой путь. Интерес мой был исключительно академическим - меня научили, как сопротивляться воздействию агрессора, и мне было интересно, сумею ли я противостоять влиянию инспиратора. Как оказалось, и в первом и во втором случае методы были весьма схожи.
Но едва я мирно попыталась пройти мимо, леди Сарская завизжала на всю галерею:
- Да как ты смеешь, девка суассонская?!
Подобного поворота событий я не ожидала. Сложно было ожидать, что с человеком кронпринца кто-то посмеет разговаривать подобным образом.
Но прежде, чем я успела хоть что-то сказать, леди Сибилла была снесена стеной силы, затем впечатана в стену уже обыкновенную, причем так, что обронила веер, и теперь трепыхалась, пришпиленная к стене как бабочка, не доставая ногами до пола, и отчаянно пыталась разжать чью-то хватку, незримо стиснувшую ее шею.
- Мои люди неприкосновенны! - прозвучало в галерее.
Я обернулась. Кронпринц Кераернаэран стоял в отдалении, рядом с ним находился преданный сэр Матиуш, а вот рука Ангела Смерти была вскинута, и судя по жесту именно он в буквальном смысле держал за горло Сибиллу Сарскую.
- Пппростите… -с трудом сумела выговорить она.
Хватка разжалась и девушка рухнула на пол, не в силах подняться с колен. Далеко не сразу я поняла, что подняться с колен ей попросту не позволили.
- Асьен, вы не пострадали? - вежливо спросил Каенар.
- Нет, ваше императорское высочество, - ответила, в некоторой оторопи взирая на бледнеющую Сарскую. – Благодарю за своевременное вмешательство.
- Хорошо, - сказал Каенар.
И леди смогла подняться. Далеко не сразу, и лишь благодаря помощи подоспевших подруг.
И за то время, пока я, отступив, невольно наблюдала за попытками леди Сарской вернуть себе стоячее положение, кронпринц спокойно подошел ко мне, взял папку, беспрепятственно отняв ее у меня, и осведомился:
- Расписание уточнила?
- Да, ваше императорское высочество.
- Не заплутала здесь в переходах?
- Нет, ваше императорское высочество, я взяла карту у администратора, она оказалась незаменима, - да, я подготовилась.
- Сейчас за учебниками?
- Да, ваше императорское высочество.
- Я сопровожу вас.
- Не стоит, ваше императорское высочество, когда учебные пособия будут собраны, я обращусь к персоналу, и они помогут мне донести книги.
Ведь вам, Ангел Смерти, никто не посмеет отказать в такой маленькой услуге.
И тут Каенар, не отрывая взгляда от списка литературы, тихо сказал:
- Не беси меня.
Вот, Небо!
И уже громче и все так же невозмутимо:
- Идемте, Асьен.
***
В библиотеке мы разделились. Пока я докучала сэру Роберту со списком учебников, кронпринц Каенар ушел в запретный сектор архива, приказав мне дожидаться его, если я завершу прежде, чем он вернется.
И он оказался прав - я закончила с делами до того, как его императорское высочество соизволил вернуться из места, куда даже сотрудникам архива доступ был запрещен.
- Удивительная организованность, - закончив выдавать мне учебники, похвалил сэр Роберт. - Обычно студенты боевого факультета не вспоминают об учебниках до окончания турнира.
И тут я что-то такое смутно вспомнила.
- Турнира? - переспросила заинтересованно.
- Ах, вы же первый год служите у герцога… эммм… его императорского высочества. Вот кто бы мог подумать, хотя… иной раз своими словами, жестами и выражением лица напоминал мне его величество, но я решил было что старческое слабоумие сказывалось.
- Турнир, -мягко напомнила я.
- Турнир, да, -сэр Роберт все же определенно задумался о чем-то своем, - турнир Укрощения. В начале года студенты боевого факультета должны подтвердить свое право на проживание в башне, и поэтому первым испытанием становится турнир. Тварь из Нижнего Мира подчинить не просто, и если лето было потрачено на развлечения, задача становится непосильной.
И тут я вспомнила. Турнир! Турнир, после которого Эльтериан потерял двух своих «друзей» и ему пришлось приложить немало усилий, чтобы вернуть в академию хотя бы одного из них. Да, укротить тварь из Нижнего мира действительно непростая задача для типичных агрессоров, которыми на девяносто девять процентов являлись все боевики. А еще между лучшими студентами существовало своеобразное соперничество за то, сколько и как быстро боевик сумеет укротить тварь.
Но тут такое дело – только что леди Сибилла использовала против меня дар инспиратора, но судя по тому, что я даже не обладая магией сумела противостоять ей, имя навыки противостояния агрессорам, получается что эти два дара весьма схожи. Укрощение ведь не обязательно должно быть насильственным, Приручение тоже подойдет.
И подавшись ближе к архивариусу, я тихо попросила:
- Сэр Роберт, а не могли бы вы так же выдать мне несколько учебников для развития дара инспиратора?
Заметно удивившись, служитель архива все же выдал мне пособия по развитию этого весьма редкого дара с первого по пятый курс. И даже не удивился, когда я попросила нигде не фиксировать выдачу мне данных книг. Но его безропотное согласие крайне удивило уже меня – когда я брала учебники для Эльтериана, сэр Роберт спорил со мной весьма часто и все, абсолютно все, всегда фиксировал.
Его императорское высочество вернулся вскоре после того, как мне был выдан последний учебник. Передал мне сверток из запрещенного архива, сам же без труда взял всю огромную стопку учебников, и мы покинули библиотечный отдел.
***
Вечер я провела в одиночестве, собирая тетради для конспектов на завтрашний день. К сожалению, выяснилось, что мне выделили комнату для прислуги, а сэра Матиуша переселили в другое крыло общежития. Таким образом, хоть я и не спала с его высочеством, но, фактически осталась с ним наедине в его покоях -стена между нашими комнатами была тонкая, дверь хлипкая. Не то, чтобы я была этим сильно удивлена, прислуге полагалось спать чутко и мгновенно реагировать на зов господина, и все же, подобная близость меня не порадовала. Не порадовала настолько, что когда Каенар привел меня в комнату, перестроенную, расширенную, меблированную заново и в целом весьма уютную, я не нашла в себе сил на слова благодарности.
В результате Каенар распорядился об ужине для меня и ушел, пожелав приятного вечера.
Вечер в отсутствии Ангела Смерти? Он стал приятным, едва его императорское высочество закрыл за собой дверь.
Я с удовольствием приняла ванну, переоделась в мягкое домашнее платье, и после ужина в одиночестве, что тоже было крайне приятно, отправилась в кабинет бывшего герцога и занялась делами.
Все учебники я расположила на стеллажах, разделив по предметам и семестрам. Внушительный фолиант по боевой магии оставила на столе – для боевиков это практически настольная книга. Проверила количество чернил в магических перьевых ручках, заточила мелки, для практических занятий.
И как раз заканчивала с разделением стопки тетрадей на конспекты под разные предметы, стараясь подобрать так, чтобы размер тетради соответствовал размеру учебника, чтобы его высочеству было проще в дальнейшем, как вдруг входная дверь с грохотом распахнулась, и я услышала раздраженный мужской голос:
- Где она?!
В этот миг я судорожно размышляла о том, кто бы это мог быть? Это башня магического факультета, сюда так просто не войти, нужно, как минимум иметь какое-то отношение к боевому факультету. Далее – это комнаты его императорского высочества, обычному студенту сюда не попасть. Остаются – комендант башни и магистры преподаватели.
- Мадемуазель Асьен! - в голосе послышался рык.
И тут внезапно кольцо магистра Бериона на моей руке существенно потеплело и начало едва заметно пульсировать вызывающим панику алым отсветом.
- Асьен!
Новый рык убедил меня в том, что прятаться под столом вовсе не постыдно, а в целом даже весьма соответствует обстановке, так что… Там я и спряталась.
Ворвавшийся магистр начал поиски там, где их начал бы любой мужчина, поразмысливший о том, где бы могла спрятаться девушка - в моей комнате. Для начала он обследовал ванную, и судя по всему, там что-то разбилось… а потом и еще что-то. Затем последовали шкафы, яростное «Под кровать забилась?», и дальнейший грохот. О, какое счастье, что я выбрала стол, а не кровать.
После погром произошел уже в спальне Каенара, затем его ванной комнате, после были проверены все возможные места в гостиной, но все закончилось предсказуемо - вторгнувшийся неизвестный мне магистр вошел в кабинет.
И в этот момент прозвучало очень недоброе:
- Что здесь происходит?!
С трудом сдержав полный облегчения возглас, я посмотрела на свою руку -кольцо, выполнив свою задачу,более не мигало.
Между тем Надежда Империи уверенно вошел сразу в кабинет, словно точно знал, где я, и мне довелось услышать весьма любопытный диалог.
- Магистр Оррен, вам жить надоело?
- Студент Каенар, следите за своими словами!
- Магистр Оррен, следите за своими действиями. Вам уже придется ответить за произошедшее.
Пауза, и угрожающее:
- Вы, может быть и власть, но лишь за пределами академии. Турнир вам не пройти, ваше императорское высочество, это я могу вам гарантировать.
И я вспомнила кто этот человек - магистр Оррен, наставник его высочества Эльтериана, в дальнейшем его советник и правая рука. Магистр был ближайшим союзником принца, и его самой существенной опорой. Что ж, было бы чудесно избавиться от него при первой возможности, потому как после… Магистр Оррен был агрессором высшего уровня, и когда потребовалось, он практически заставил нелояльных Эльтериану преподавателей буквально перебить друг друга. Он же впоследствии и обучил меня навыкам сопротивления ментальному вмешательству агрессоров, но вовсе не из приязни ко мне – он опасался, что на меня окажут давление и я смогу навредить его высочеству.
Когда магистр ушел, даже не извинившись за причиненный вред, Каенар медленно подошел к столу, отодвинул стул и мягко спросил:
- Сильно испугалась?
- Существенно, - была вынуждена признать я.
Мне молча подали руку…
И в этот момент я испытала сильное, почти неконтролируемое желание эту руку укусить. Вгрызться в нее зубами, терзать плоть, пить кровь…Но все прекратилось прежде, чем я начала подавлять воздействие агрессора, и я точно знала какого.
- Магистр, вам известно, что бывает с теми, кто нападает на моих людей? - почти скучающе вопросил кронпринц.
Что ж, не знаю как магистр, а я вот знала.
- Пожалуй, я пока посижу тут, - мило улыбнувшись, сообщила его высочеству.
- Разумно, -согласился Каенар.
И уже собирался уйти, как я, осознав, что сидеть мне тут придется похоже весьма долго, попросила:
- Вы не могли бы подать мне вон ту зелененькую книгу с полки. Да, вот эту. Благодарю вас. И можете придвинуть стул обратно, на всякий случай.
Стул придвигать никто не стал. Напротив, сходив в гостиную, его императорское высочество принес мне несколько подушек и плед, после чего покинул кабинет, и запер дверь.
И вот потом началось.
Шум, грохот, разбирательства, восстановление разрушенного…
Умиротворяющий глас разума нашего ректора магистра Нуента, озверевший рык магистра Оррена, и пугающе спокойный голос кронпринца. Последний действительно пугал больше всего.
Потом пришел магистр Ксавьен, и задал вопрос, который точно никто не ожидал, в особенности я:
- Мадемуазель Асьен в порядке?
И ледяной ответ его высочества:
- Асьен существенно напугана.
И стало тихо.
- Магистр Оррен, на полигоне, через пятнадцать минут, - произнес магистр Ксавьен.
- Что? Дуэль? Вы вызываете меня на дуэль? – неверяще возопил магистр Оррен.
Но его особо не слушали, потому как лорд Каенар произнес:
- Магистр Ксавьен, Асьен - мой человек.
- Мне плевать, - лучший боевой маги империи редко был несдержан в выражениях, но видимо день выдался не из легкий. – Асьен- девушка. Она не маг.
«Не маг» прозвучало как - калека неполноценная, но таковы маги, я уже привыкла.
- Магистр Оррен, вы атаковали беззащитную девушку на подведомственной мне территории. Через пятнадцать минут на полигоне, или я сломаю вам шею здесь и сейчас! - безапелляционно высказался магистр Ксавьен.
Мне даже стало интересно, доживет ли магистр Оррен до утра, потому как в прошлый раз, уничтожить магистра Ксавьена не удалось даже совместными силами Эльтериана, его прихлебателей и Оррена - Ксавьен выжил, и вернулся в составе войска герцога Каенара. Но не могу сказать, что меня это тогда порадовало, впрочем… Сейчас я надеялась, что ничего из этого просто никогда не произойдет.
Но, и дуэли тоже не произошло.
Вмешался ректор, потом еще кто-то из преподавателей, потом магистра Оррена лишили жалования и наложили какие-то взыскания, а после я утратила нить разговора и в целом принесенные мне подушки и плед, оказались весьма кстати.
***
Проснулась я неожиданно в постели. И пока пыталась сонно проморгаться, осознала, что вчера здесь, кажется, была другая кровать. И шкаф. И… мебель. И даже комната…
Вскочив, я накинула халат, выбежала из комнаты и не сдержала исполненного отчаяния стона - нас переселили!
В гостиную комнату выглянул удивленный сэр Матиуш, из кабинета вышел кронпринц, так же с недоумением и явственной тревогой воззрившийся на меня,я же, скорбно вздохнув, мрачно произнесла:
- Придется все переделывать.
И на этом, развернувшись, ушла в свою комнату переодеваться.
Комната оказалась больше прежней, тонкого перестенка со спальней его императорского высочества не было, а имелась вполне себе стандартная стена, да и дверь выходила теперь не в спальню Каенара, а в гостиную. Таким образом я пришла к заключению, что данные покои вероятнее всего были рассчитаны на двух студентов, за какие заслуги мне выдали столь приемлимую жилплощадь оставалось неведомым.
Приняв ванну и переодевшись в платье, которое как и остальная одежда были не слишком бережно уложены в чемоданы, видимо переезд был крайне поспешным, я привычно собрала волосы, не глядя в зеркало, потому как к моему отражению у меня возникла стойкая неприязнь, надела маску, и вышла из комнаты в гостиную, где нас уже ожидал завтрак.
И тут меня пронзило догадкой, словно молнией!
Застыв на месте, я впервые подумала о причинах вторжения магистра Оррена в прошлую ночь. Об этом человеке мне было известно не так много, но одно я знала точно – импульсивным идиотом сторонник Эльтериана никогда не был. Напротив -магистр являлся весьма расчетливым, осторожным и крайне предусмотрительным человеком. И тут вдруг он заявился в комнаты наследного принца, разгромил все, что только мог разгромить, вынуждая нас переехать, но самое главное…
- Ваше императорское высочество, кто собирал мои чемоданы? - напряженно спросила я.
- Асьен, обращение «мой господин» меня вполне устроит, и ты прекрасно осведомлена об этом, -раздраженно произнес Каенар, отрываясь от учебника, и потянувшись за чашкой с чаем.
В моих чемоданах имелся запрещенный к провозу на территорию ВАДа корень Аира и Белладонна Белая. Мой багаж в отличие от багажа его высочества не досматривали, все в комнатах готовили дворцовые слуги присланные императором, но вот кто вчера собирал мои вещи? Судя по тому, как небрежно были сложены платья в чемоданах, делали это вовсе не придворные горничные. А значит…
- Не пейте! -приказала я за мгновение до того, как Каенар отпил.
Кронпринц остановился. Пристально вгляделся в чай. Отложил учебник и сделал глубокий вдох, улавливая запах, и взгляд его потемнел. Запах Белладонны Белой ему пришлось вдыхать весь полет в академию, я не отставала, пока Каенар не научился определять данный аромат с закрытыми глазами. Так что сейчас он все понял.
- Асьен, что ты думаешь по данному поводу? - возвращая чашку на стол, медленно и крайне спокойно вопросил Ангел Смерти.
Легендарное пугающее спокойствие, ввергающее в панический ужас всех его врагов.
Что я думаю?
- Я думаю, что ваши прежние комнаты разгромили не случайно, а с целью переселить вас в помещение, - я огляделась, - которое определенно имеет свои, пусть будет, тайны. Но более всего мне в данный момент интересует другой вопрос - кто собирал накануне мои вещи?
И тут Каенар мгновенно отвел глаза. Не понимая, в чем причина подобного, я вопросила:
- Мой господин?
Еще несколько мгновений Надежда Империи молчал, но затем я услышала глухое и тихое:
- Я.
Пауза, и уже сказанное нормальным тоном:
- Асьен, вы девушка, едва ли я позволил бы мужской обслуге башни, прикасаться к вашему белью.
Небо, я бы предпочла, чтобы к моему белью прикасался бы кто-нибудь другой, но сейчас важнее было совершенно иное.
- А кто переносил мои сумки с книгами, лекарствами и травами?
И Каенар все понял.
Мгновенно поднявшись, он направился в мою комнату, схватил сумку, которую не мог забыть по той простой причине, что из-за нее он страдал весь полет, стремительно открыл, и достал обе бутылочки с вытяжкой Белладонны Белой. Бутылочка со спиртовой настойкой оставалась полной - запах и вкус алкоголя сложнее было бы скрыть в чае, но вот бутылочка с вытяжкой из корней оказалась пустой более чем наполовину.
Подойдя к его императорскому высочеству, напряженно сказала:
- Если вся эта доза сейчас находится в вашей чашке с чаем, последствия были бы серьезные. Вплоть до смертельного исхода. Но как минимум, вы находились бы без сознания, и за это время дознаватели успели бы провести расследование. Уверена, что прислуга академии, оказывающая помощь при стремительном переселении, подтвердила бы, что в моей сумке находились подозрительные емкости с не менее подозрительной жидкостью. Определить отравление Белладонной Белой не сложно, это в малых количествах ее практически невозможно выявить, а при подобной дозе все симптомы яркие и весьма показательные. Меня обвинили бы в отравлении и казнили еще до того, как вы пришли бы в сознание.
Несколько долгих мгновений Каенар взирал на бутылочки, затем одно заклинание уничтожения, и от Белладонны Белой не осталось и следа. Совершенно ни следа.
Подойдя к моему письменному столу, кронпринц тяжело опустил руки, и, опираясь на предмет мебели, произнес:
- Не ожидал подобного.
Что ж, на это я могла сказать лишь одно:
- Я рада, что завтрак принесли лишь сейчас.
- Увы, нет, -Каенар мрачнел все больше, - его доставили час назад. Но я ждал вас.
Вот так вежливость и учтивость иной раз спасают жизни…
Я взглянула на часы – до начала первой лекции оставалось чуть менее часа. Как бы то ни было, все, что требовалось на сегодня, вчера я успела собрать в студенческую сумку, так что эта проблема была решена. С остальным же нужно было решать по мере необходимости.
- Вызовите придворную прислугу из числа тех, кто пользуется вашим доверием. Я полагаю, нам следует вернуться в ваши покои, как минимум я надеюсь, там нет секретных ходов, стены не прослушиваются, а за годы проживания там, вы определенно знаете все сильные и слабые стоны того помещения. Что касается завтрака…
Я припомнила ближайшие к ВАДу чайные, после вспомнила о предпочтениях его императорского высочества, и предложила:
- Вы не могли бы перенести нас к Саду Гортензий? Вчера я мельком слышала, что там рядом имеется несколько весьма достойных рестораций.
- Хорошо, -мгновенно согласился Каенар.
И неожиданно взяв меня за руку, вывел из спальни, подвел к столу, взял свою чашку и протянув мне, приказал:
- Отпейте маленький глоток. Самый крохотный. Быстрее.
В ужасе взирая на кронпринца, я не посмела возразить. Дрожащими руками взяв чашечку, я сделала совсем крохотный глоток, стараясь не думать о содержимом того, что глотаю. И едва сделала это, Каенар отобрал у меня чашку, и поменял наши чашки местами. Теперь выходило, что яд выпила я. При любом применении магии дознавателями, будет подтвержден лишь факт того, что только я пила из этой чашки. Мою же чашку с чаем, Каенар разместил на свое блюдце, к счастью в обеих чашечках был одинаковый черный чай. Только чай его высочества оказался крепче на порядок, Каенар добавил в него настой из заварника. И то количество сахара, что он предпочитал.
И вот после этого, обхватив за талию, кронпринц рывком прижал меня к себе, и призвал магию перемещения.
***
С открытой террасы на втором этаже ресторации «Цветение персика» открывался великолепный вид на мой любимый Сад Гортензий. Действие Белладонны Белой уже началось, пробуждая во мне эмоциональность крайне мне несвойственную, и я сидела, восторженно улыбаясь этому дивному утру, яркости соцветий гортензий, дивным цветущим деревцам персика в кадках, расставленных по всей террасе, и возможности снять маску. Правда, эта возможность стоила другим посетителям весьма дорого - по приказу Каенара их всех удалили с террасы, но меня в данный момент это совершенно не волновало.
- Сколь невероятно дивное это место, -мечтательно протянула я, не отрывая взгляда от пейзажа.
Чашка с моим чаем давно остыла, но и это не волновало меня ни в коей мере.
- Асьен, вам следует поесть, - напомнил кронпринц.
- Жизнь восхитительна! - не согласилась я.
- Облачное пирожное восхитительно так же, - мягко напомнил принц.
Я рассеянно посмотрела в свою тарелку. Да, Облачное пирожное было восхитительно - оно плыло по тарелке, белоснежным безейным облаком скользя по варенью из лепестков роз, под которым имелось медово-ореховое варенье, а нижним слоем было мятное желе. Облачное пирожное считалось любимым лакомством всех возвышенных леди Небесного города, изысканным, утонченным и достойным лишь лучших из лучших… Никогда его не любила!
- Ваше императорское высо…
- Асьен! -предостерегающее от кронпринца.
- Поняла, виновата. О, мой господин, - я подалась вперед, недопустимо облокотившись на стол, - а вы сами его пробовали?
- Нет, - невозмутимо ответил Каенар, превосходно осознающий, что вся моя неадекватность является следствием выпитого по его же приказу, - я не люблю сладкое.
И Надежда Империи продолжил намазывать идеально-аккуратный слой масла на ломтик черного армейского хлеба. Своим вкусам Ангел Смерти не изменял.
- А вы попробуйте, - провокационно предложила я.
Напряженный взгляд неестественно черных глаз, и внезапное:
- Если вы покормите.
Я хотела ответить что-либо в духе «Как прикажете, ваше императорское… и так далее», но действие Белладонны Белой оказалось на порядок хуже алкогольного опьянения, и я старалась выражаться максимально краткими фразами. И лишь сейчас вспомнила, что Каенар ведь тоже всегда старался говорить кратко, а фразы его порой были отрывистыми. Все больше склоняюсь к тому, что Эльтериан упорно его травил, создавая образ идеального генерала, место которому лишь на поле боя, но никак не в политике.
Размышляя об этом, я старательно отломила кусочек «облачка», постаралась захватить розовое варенье, и ореховое, и даже немного нижнего мятно-желейного слоя, а после все это на ложечке, протянула Каенару, даже не сразу осознав, что пытаюсь накормить его со СВОЕЙ ложки.
Осознав это, резко попыталась убрать руку, но мою ладонь перехватили почти стальные пальцы. А затем, пристально глядя мне в глаза, Каенар медленно наклонился, и губами забрал все содержимое с моей десертной ложечки, и сделал он это так, что у меня почему-то вдруг сердце забилось быстрее.
И в черных глазах появилось нечто странное, какое-то весьма довольное выражение, а я мгновенно поняла, что мое запястье Каенар перехватил так, чтобы его пальцы могли четко ощущать пульс…
Паника захлестнула мгновенно, но… я все еще была под действием Белладонны Белой, а кое-кто только что отведал весьма модной, переоцененной и крайне неприятной гадости. И отвлекшись на эксперименты со мной, он еще не успел все это проглотить, а значит, вкусовым рецепторам сейчас придется крайне непросто.
Сначала у Каенара слегка расширились глаза. После, он судорожно попытался все это сглотнуть, но секрет умения поедания Облачного пирожного заключается в том, что есть его следует послойно. Изначально его создавали для свиданий аристократов, устроенных родителями, то есть таких, где юноша и девушка встречаются впервые. Ни одна высокородная леди не станет много есть в присутствии мужчины, однако же и сидеть без еды несколько неловко, особенно на протяжении как минимум часа, а подобные свидания меньше не длились. Поэтому Облачное пирожное стало идеальным для подобных ситуаций. Легкое, но приторное. Многослойное, и каждый слой можно было есть лишь крайне крохотными порциями, практически на кончике десертной ложечки. Мятное желе в конце лишало приторности и обеспечивало свежее дыхание, а потому мяты в нем было излишне много, но девушки терпели, а вот мужчины…
Первая попытка сглотнуть Каенару не удалась. Как и вторая. Разъяренный кронпринц, взял салфетку и деликатно избавился от «великолепного пирожного», а после убийственно ледяным голосом потребовал:
- Главного повара ко мне!
Разбор полетов я пропустила, откровенно любуясь Садом Гортензий.
А после мне подали яичницу, сырную нарезку, тосты с вареньем и целое блюдо маленьких кусочков различных пирогов, на пробу, «чтобы прекрасная леди могла выбрать то, что ей по вкусу».
Вежливо поблагодарив повара, я принялась за завтрак, и совершенно не ожидала, что мне молча протянут бутерброд из армейского черного хлеба, с безупречно намазанным слоем масла и кусочком красной рыбы сверху.
- В качестве моих извинений, - тихо произнес принц.
Ааа, то есть это месть такая.
Выдавив улыбку, я приняла «извинения», критически осмотрела бутерброд со всех сторон, искренне надеясь обнаружить в нем изъян, который позволил бы отказаться от столь великой «чести», но старания оказались тщетны – кусок черного хлеба был идеален, масло было идеально, красная рыба пахла как и полагается… в общем…
- Белладонны в нем нет, - сдерживая насмешку, уверил Каенар.
То есть мне придется это попробовать. Потрясающе!
- Вы так любезны, - мило заметила я.
- Стараюсь, -любезно ответил он.
И выразительно посмотрел на бутерброд. Да, тут не отвертишься. Кажется, я уже согласна на второй глоток Белладонны Белой.
Взяв чашечку с чаем, я для начала сделала глоток, и все так же держа питье наготове, осторожно откусила махонький кусочек от предложенного кронпринцем. Вкус оказался… необычным. Кисловатый хлеб, совершенно отличающийся от привычного, свежайшее сливочное масло с привкусом почему-то сыра, и в довершении подкопченная красная рыба - все вместе словно подчеркивало вкус.
- А вы знаете, должна признать - весьма неплохо, - вынуждена была признать я, и доела бутерброд с огромным удовольствием.
- Да, это определенно лучше Облачного пирожного, - усмехнулся кронпринц. - Впрочем, будем откровенны - абсолютно все гораздо лучше этого садистского изыска кулинарии. Полагаю, его можно было бы использовать для пыток заключенных. Что скажете?
- Это слишком жестоко, - не согласилась с ним. - Лучше вернитесь к старым добрым пыткам.
И Каенар улыбнулся.
Странное дело, я впервые видела улыбку на этом суровом лице. Совершенно впервые. И то, как смягчились резкие черты, а в неимоверно черных глазах словно заплясало теплое пламя, как в уютном домашнем камине… это было так непривычно, невероятно, неожиданно. Словно рядом со мной был совершенно другой человек. Абсолютно другой. И эти глаза… сейчас их взгляд казался теплым, но мне не забыть тот, другой взгляд, когда его черные глаза были холодны, злы и черны, как самая беспросветная ночь. Ночь, в которой нет места надежде на спасение.
«Усмешка на жестоких губах, и Ангел Смерти, продолжая удерживать мой подбородок, кратко приказал:
-Убить. Всех!»
- Асьен, вы побледнели, - вдруг произнес Каенар. - Вам стало хуже? Вызвать целителя?
- Нет, -я покачала головой и опустила взгляд, - не стоит. Со мной все в полном порядке, мой господин, благодарю за беспокойство, но причин для тревоги у вас нет.
Зато причины имелись у меня. Я уже знала, что Эльтериан подпаивал Каенара Белладонной Белой, и поведение герцога, его слова и несдержанность становились все более объяснимы. Но вмешалась я, и есть надежда, что удасться в дальнейшем уберечь его светлость… в смысле кронпринца, от подобного. Каким он станет тогда? Каким станет тот, кто уже вел себя гораздо человечнее и спокойнее того агрессивного мага, что я знала в прошлом?
- Асьен, -тон кронпринца изменился, вдруг став исключительно деловым, - вчера, собирая учебники, я обнаружил несколько… явно лишних. Вам ведь известно, что я агрессор?
Как и большинство боевых магов. В целом эта сила позволяла вызвать ярость у противника во время боя, поэтому данное ментальное направление дара боевики разрабатывали старательно, усиливая по мере возможности. Если дар агрессора становился достаточно сильным, его хватало, чтобы армию не обладающих способностями к магии, направить, к примеру, прямиком в обрыв - в слепой ярости вражеские войска не осознавали, куда бегут. Империя одержала немало побед, используя способности своих боевых магов.
- Известно, -сделав глоток чая, ответила я.
- Тогда позвольте спросить, каким образом среди моих учебников обнаружились книги по развитию дара инспиратора?
Держа чашечку обеими руками, я смотрела вдаль, на роскошные пейзажи вечно цветущего Небесного Города, и ответила, не глядя на его императорское высочество:
- Через несколько дней вас ожидает Турнир.
- Мне это известно, - отрезал Каенар.
Все так же глядя вдаль, я произнесла:
- Надеюсь, вам так же известно, что каждый год принц Эльтериан укрощал наибольшее число тварей из Нижнего мира. Но, вот вопрос – вы сильнейший боевой маг академии, в деканате я видела список, и ваши результаты. Вы отстаете в прочих дисциплинах, видимо считая их не особо достойными вашего внимания, но бой -ваша стихия. И в то же время это слабое место его высочества…
- Откуда вы? -перебил меня Каенар.
- Списки в деканате, - я мило улыбнулась дивным видам города. - Итак, меня одну крайне заинтересовал один нюанс – каким образом столь посредственный боевой маг как принц Эльтериан, ежегодно бьет рекорды на Турнире Укрощения? И почему человек, разгромивший вчера ваши покои, является куратором этого самого Турнира, и в придачу ко всему сильнейшим агрессором всей академии?
И я перевела взгляд на кронпринца.
Каенар молча пил чай. И судя по всему, вкуса не чувствовал вовсе.
- Хорошо, - после некоторого молчания произнес кронпринц, - и что же вы предлагаете?
Пожав плечами, спросила:
- Разве это не очевидно?
Мрачный взгляд Каенара явственно намекал на то, что для него подобное очевидным не является вовсе.
Что ж, я любезно пояснила:
- Агрессор -управляет противником, пробуждая в нем ярость. Инспиратор – вдохновляет на подвиги. И тот и другой дар позволяет управлять. Я полагаю, что в текущей ситуации, когда мы можем обоснованно подозревать магистра Оррена в содействии принцу Эльтериану, нам лучше иметь дополнительный козырь в рукаве. Вы со мной не согласны?
Помолчав, Каенар спорить не стал, однако отметил:
- С сегодняшнего дня начинаются лекции. По восемь в день. Плюс тренировки. Итого восемнадцать часов в день я буду занят. Развить дар инспиратора? Звучит заманчиво, но…
- Но все в академии в курсе, что с начала учебного года до Турнира Укрощения студенты боевого факультета заняты подготовкой к этому самому Турниру. Ведь именно он определяет, кто продолжит учиться, а кто будет отчислен.
Каенар задумался.
Я выдвинула последний аргумент:
- Как ваш личный секретарь я могу сопровождать вас на лекциях и вести записи. А если мы прикрепим на учебники по развитию дара инспиратора обложку от, к примеру, «Типологии тварей Нижнего мира», вам и слова поперек никто не скажет.
Усмехнувшись, кронпринц склонил голову, принимая мое предложение, а затем тихо спросил:
- Асьен, план великолепен, мои овации. И мы поступим так, как вы задумали. Но, вынужден признать, мне бы еще очень хотелось знать, что конкретно вы задумали. И да -для сиротки из Суассона вы подозрительно много знали с самого начала, но чем дальше, тем все подозрительнее становится. И все же… как я ни пытался разгадать вас, предъявить обвинения мне вам не в чем. Допивайте чай, мне еще нужно отыскать старый учебник по типологии тварей из Нижнего мира, и наклеить его поверх зеленого переплета фейского убожества.
- Почему фейского? – не поняла я.
- Потому что, Асьен, - откидываясь на спинку стула, и нервно постукивая пальцами по столешнице, разъяренно прошипел Каенар, - дар вдохновителя – женский. Исключительно женский. И развивают его в основном в учебных заведениях для благородных девиц, дабы те впоследствии могли вдохновлять своих мужей и сыновей на те самые подвиги.
- О… а… простите, я не знала, - и это было сущей правдой.
- С другой стороны, - кронпринц продолжал прожигать меня злым взглядом, - в одном вы правы – дополнительный козырь в рукаве нам не помешает. Допивайте чай.
***