Глава 10

Когда мы возвратились, в наших покоях снова царил бедлам. Магистр Ксавьен, ныне выкрасивший не только ногти в черный цвет, но еще и глаза, так что белка не осталось, глаза были совершенно черными, вольготно сидел на диване и пил чай. К моему искреннему удивлению - мой. В максимально отдаленном кресле сидел магистр Оррен, и его глаза так же вызывали некоторый интерес – они были заплывшими, покрытыми красными сосудами, и в целом, носили на себе четкий след имевшего место сражения, проще говоря магистру дали в морду как минимум два раза - в левый глаз и в правый. Помимо преподавателей, в комнатах так же присутствовали дознаватели в неприметной черно-серой форме, из них максимальной неприметностью отличался тот, кто стал заметен, лишь когда встал с дивана.

- Младший дознаватель Ленски, ваше императорское высочество, - представился тот.

Как мило, еще одно доверенное лицо принца Эльтериана. Не пройдет и трех лет, как лорд Ленски станет главой министерства наказаний.

- Ммм, - протянул Каенар, и убрал руку с моей талии.

Я поспешно отступила, как и полагалось ответственному служащему.

Дознаватель же, картинно извлек пугающий черный блокнот и заготовив магическую перьевую ручку, уже было открыл рот, собираясь начать подчеркнуто-важное для него дело, как его бесцеремонно перебили.

- Прибыли расследовать попытку отравления моего секретаря? - равнодушно поинтересовался Каенар.

И дознаватель замер.

- Ваше императорское высочество, но отравить пытались вас! -воскликнул магистр Оррен, вскочив с кресла.

Однако магистр Ксавьен обратил на него свой чудовищный взгляд и он тут же сел обратно, и даже как-то сжался.

- Меня? -невозмутимо переспросил кронпринц. – Разве найдется идиот, решившийся отравить Надежду Империи? А вот у моего секретаря, к сожалению, врагов появилось немало. И к слову - Белладонна Белая обнаружилась именно в ее чашке, или я не прав?

- Абсолютно прав, - отозвался магистр Ксавьен, - и я заставил их внести это в протокол досмотра. Правда, они были несколько против…

- Я заметил, по цвету ваших глаз, - усмехнулся Каенар.

Магистр усмехнулся, отпил отравленный чай, и протянул:

- Давно мне не приходилось пробовать яд столь высокого качества, - и пристальный взгляд на Каенара.

Кажется, магистр совершенно точно знал, что это Белладонна Белая из запасов императорского лекаря, но я не могла понять, это он пытается уничтожить улики, или держит как второй довод в пользу того, что я не могла заполучть подобное снадобье без одобрения и с ведома кронпринца.

Но дальнейшее мне увидеть не удалось.

- Асьен, приготовьте мои учебные принадлежности, - приказал кронпринц.

- Да, господин, - покорно ответила я.

И ушла переклеивать переплет с одной книги на другую.

За это время в гостиной Каенар добился своего – выдвинув обвинения неведомому преступнику в попытке отравления его личного секретаря. И это был не просто кто-то сторонний – магистр Ксавьен подтвердил, что ядовитое вещество определенно было взято из императорской лекарни, соответственно подозрение ложилось на магистра Оррена, как на исполнителя, и на принца Эльтериана, как на вдохновителя данного преступления.

Дознаватели пытались возражать, но против двух монстров в виде наследника престола и сильнейшего боевого мага империи, у них не было и шанса. Так что спустя пятнадцать минут сыщики нас покинули, магистр Оррен покинул еще ранее, и его императорское высочество зашел в кабинет, чтобы захватив меня отправиться на занятия.

***

Большинство лекций боевого факультета проходило в самой башне, но общие предметы, с которых начинался учебный год, велись в главном административном здании. И чтобы пройти к нему, следовало миновать Осеннюю рощу, засаженную особым сортом клена, листья на кроне оставались зелены всего месяц в году, а все прочее время устилали изумрудную траву ярко-желтыми и оранжево-красными пятнами, но и при этом и кроны деревьев горели осенним пламенем, создавая непередаваемую атмосферу ранней осени.

- Как красиво, - прошептала я, разглядывая деревья.

- Мне тоже нравится эта роща, - Каенар нес студенческую сумку, отняв ее у меня, я с трудом добилась права нести хотя бы черную папку с расписанием.

Но путь до главного корпуса был неблизким, так что в конечном итоге я была рада настойчивости кронпринца.

- В академии не отставайте от меня ни на шаг, - внезапно приказал Каенар.

- Слушаюсь, господин.

Очарование Осенней рощи начало меркнуть.

- Эльтериан сегодня был возвращен из Дворца Семи Снегов. Конечно, сегодня он не появится, по мнению целителей, он в принципе не сможет приехать до начала Турнира, но зная его высочество…

Мне стало весьма любопытно, а насколько в принципе Каенар знал его высочество? В прошлом он не узнал ничего до того самого момента, как стало слишком поздно, но сейчас…

- Эльтериан опасен, - тихо, так тихо, что слова оказались еле слышны из-за шороха листьев, по которым мы ступали, сказал Каенар.

Я молчала, готовая внимать далее.

- Несомненно, я всегда знал об этом, - продолжил кронпринц, - но мне казалось я все же сильнее. Я был фактически уверен в этом до того самого момента, как Эльтериан обрушил магию трансформации на тебя, Асьен.

Я споткнулась, и кронпринц любезно подал мне руку. Любезно не стала принимать его помощь и продолжила путь, прижимая к себе папку с бумагами.

Каенар не проявил свое недовольство ничем, и пояснил причину своих опасений:

- Эльтериан начал использовать магию трансформации не так давно и давалась она ему с трудом.

С большим трудом, несмотря на то, что его высочество практиковался вовсе не со студенческих лет – он начал делать это едва научился ходить.

- Но вот она странность, - продолжил Каенар, - сорвавшись, и будучи уверенным, что меня нет поблизости, он изменил тебя. И уровень изменений дошел до высшего предела – он необратим. Необратимые заклинания – неимоверная редкость, подвластная лишь сильнейшим из нас. Таким образом… я сделал выводы.

То есть причиной, по которой Каенар перестал быть верным союзником Эльтериана, стала я? Все из-за меня?!

Что ж, надеюсь эти двое никогда не поговорят откровенно, потому как за мной числилось уже два пусть и недоказуемых, но проступка - я способствовала побегу Заклинателей из Суассона и я же оказалась той, на ком магия трансформации сработала столь идеально, потому что моя аура помнила прежнюю форму и приняла ее, но со стороны выглядело все так, словно Эльтериан солгал по поводу Заклинателей, и Эльтериан же лгал ближайшему союзнику об уровне своей силы.

Конечно, в будущем он бы так и поступил, но в данный момент причиной падения принца получается, была только я.

Но не говорить же кронпринцу об этом?

- Вы изменились, - начала осторожно, - ваше поведение, речь, исчезли импульсивность и агрессивность. Полагаю, и уже практически уверена, что виной вашего неадекватного со мной поведения в Суассоне была именно Белладонна Белая. Но меня крайне расстроило, что, несмотря на все предпринятые меры и мои усилия, вы так и не запомнили ее запах и сегодня утром едва не выпили чай с огромным количеством этого зелья.

Каенар промолчал. Он был виноват, и ему пришлось лишь признать свою вину.

- Уделите все ваше внимание развитию дара инспиратора, - наставительно посоветовала я. - В данный момент принц Эльтериан опережает вас на несколько шагов, ситуацию следует менять в вашу пользу и как можно скорее.

- Асьен… -тихо произнес Каенар.

- Поторопимся, скоро начнется лекция, - отрезала я.

И ускорила шаг.

***

Первая лекция «История завоеваний империи» являлась вводной и общей.

В огромной аудитории, построенной по принципу амфитеатра, собрались представители пятых курсов практически всех факультетов. Здесь были агрессоры, инспираторы, провокаторы, манипуляторы, искусители, супрессоры и прочие. Империя вела агрессивную внешнюю политику и уже более двухсот лет взращивала магов владеющих не только магией, но и ментальными способностями. И ступая следом за Каенаром, на самый верхний ярус аудитории, я испытывала на себе очень острожные, едва уловимые, но все же воздействия. Желание ударить кронпринца папкой - явно ниспосланное от агрессоров. Желание распахнуть окно и воспарить раскинув руки – инспираторы постарались, а ведь все они девушки,«фейки» как их тут называли, милые и возвышенные существа, целью своего существования полагавшие вдохновение героев на подвиги. Провокаторы провоцировали развернуться, и рассказать на всю аудиторию о наших с кронпринцам отношениях. Манипуляторы действовали аккуратнее, и я даже почти поверила, что это мое собственное желание, но вмешались искусители, и воздействие манипуляторов схлынуло. Сильнее всего было воздействие супрессоров. Подавители действительно подавляли, вызывая желание сдаться, опустить руки, сгорбить спину, и в целом осознать, что мне здесь не место, я ничтожество, жизнь моя ужасна, и существование бессмысленно.

Удивительным образом, методика магистра Оррена одинаково хорошо работала против всех этих воздействий. Абсолютно против всех. Я не успела испытать ее лишь с манипуляторами, из-за несвоевременного вмешательства искусителей, но все же… Неужели магистр Оррен разработал то, что могло противостоять всему тому, за счет чего более двухсот лет империя удерживала позиции превосходства над другими державами?

- Асьен, все хорошо? - Каенар обернулся, с тревогой вглядываясь в меня.

За маской впрочем, ничего особо видно не было.

- Да, господин, - вежливо ответила я.

И среди выпускников ВАДа воцарилась напряженная тишина.

Да, годы прошли и я уже не та безродная первокурсница, о которую можно было вытирать ноги. Пользуясь тем, что Каенар отвернулся, мило помахала ручкой всем присутствующим – вызов был брошен.

И вызов был принят.

В следующий миг манипуляторы, слаженной группой в тридцать человек объединенными усилиями, вызывали у меня непреодолимое желание снять маску. И… просчитались.

Резкий поворот пугающе спокойного Ангела Смерти, вскинутая рука и заклинание Зеркального щита, отразившее воздействие и маги с остервенением предприняли попытки снять маски уже с себя. Учитывая, что масок ни на ком не было, студенты принялись сдирать кожу, царапать подбородки в стремлении захватить край несуществующей маски и практически уродовать себя на глазах у всех. И это случилось столь внезапно и оказалось столь чудовищно, что я на миг лишилась дара речи.

Но в следующий, подойдя к Каенару, тихо попросила:

- Не надо. Пожалуйста.

Гневный взгляд неестественно черных глаз на меня, и заклинание исчезает, заставляя группу манипуляторов понять, что они с собой делают. Раздались крики. Кто-то завыл. Манипуляторы буквально истекали кровью, а я была шокирована невероятно. В прошлом Каенар никогда, абсолютно никогда не поступал подобным образом в академии… что же случилось сейчас?

- Что здесь происходит? – голос профессора по «Истории завоеваний империи» прекратил вой и крики и творящийся бедлам.

В следующий миг профессор вскинул руку и над аудиторией засияли все примененные в течение последней четверти часа заклинания.

- Так, -профессор Испер, прищурился, несмотря на то что всегда носил очки, - агрессоры, инспираторы, провокаторы, манипуляторы, искусители и супрессоры у нас сегодня определенно не отличились.

И тут вскочил один из манипуляторов, и плюясь кровью выпалил:

- Герцог Каенар атаковал нас боевым заклинанием!

- Ну, начнем с того, что не герцог, а его императорское высочество кронпринц Кераернаэран, - невозмутимо произнес профессор, - а закончим тем, что применено было заклинание Зеркального щита -он не атаковал, он защищался. Атаковали именно вы. А теперь всем вашим кровавым курсом поднялись и исчезли с глаз моих по направлению к лечебнице. Поторопитесь, не люблю запах крови.

И пухленький старичок деловито направился к кафедре.

Окровавленные манипуляторы потянулись к выходу.

Добравшись до самого удаленного от чужих глаз верхнего яруса, Каенар усадил меня рядом с собой, и, расположив учебник по инспираторству перед собой, принялся внимательно читать. Я же достала учебник по истории завоеваний, подписала конспект, открыла, и на первой странице вывела сегодняшнюю дату, ответственно приготовившись вести конспект.

- Мадмуазель Асьен, я полагаю? - внезапно спросил профессор Испер, и его маленькие круглые глазки за внушительной оправой круглых же очков, впились в меня пугающим пристальным взглядом.

В целом профессор Испер считался добрым, справедливым и несколько даже рассеянным преподавателем, неизменно проявляющим добросердечие по отношению к нерадивым студентам. Но лично меня он всегда пугал. Прямо как сейчас.

- Я просмотрел ваше дело. Вы маг, силу которого выпил Заклинатель.

По рядам в аудитории прошелся испуганный шепот. О том, что Заклинатели пьют кровь младенцев, шептались везде и всегда, но магов это вовсе не волновало, а вот тот факт, что Заклинатели способны лишить мага его дара – это уже касалось их напрямую, и поэтому в аудитории поселился ужас.

- Да, это так, профессор Испер. Благодарю за внимание к моей скромной персоне, -вежливо произнесла я.

- Персона скромная, но определенно заслуживающая внимания, - усмехнулся профессор. - Как минимум, мне хотелось бы знать, каким образом простая лишенная дара девушка, сумела противостоять воздействию, которое оказали последовательно агрессоры, инспираторы, провокаторы, манипуляторы, искусители и супрессоры. Ничего не желаете сказать по данному поводу?

Я не желала.

Но вот Каенар.

Медленно подняв взгляд от книги, он повернулся ко мне, и обманчиво мягко спросил:

- Асьен, почему вы не сообщили мне об этом?

И я почти физически ощутила желание всех, кто проверял меня на стойкость, бежать из этой аудитории со всей возможной скоростью.

- Простите, вероятно, я ничего не поняла, - жалкая попытка оправдаться.

Каенар медленно сузил глаза. Но если его я еще могла обмануть, то с профессором не вышло.

- Вы лжете, -совершенно уверенно заявил Испер. -Вы не только все поняли, но и весьма успешно всему сопротивлялись. Вынужден признать - подобное мне довелось увидеть впервые. Однако, теперь я понимаю, по какой причине Его Величество позволил вам служить его сыну и наследнику. А теперь переходим к теме сегодняшнего занятия.

И я послушно записала тему лекции. После по мере возможности, торопливо записывала все слова профессора, стараясь сосредоточиться только на этом. Но, в голову все так же закрадывалась пугающая мысль – если я сумела сопротивляться эмоциональному воздействию всех этих магов, используя лишь схему защиты от воздействия агрессоров, значит… Взглянув на Каерана, упорно вчитывающегося в текст учебника, и явственно сдерживающего свой гнев, невольно подумала – а что, если кроме дара инспиратора, кронпринц овладеет и всеми прочими? Несомненно, подобного не делал еще никто, но… Впрочем, для начала следовало посмотреть выйдет ли что-то с развитием дара вдохновителя, по поводу остального буду решать позже.

***

За время первых пяти лекций я успела адски устать, а кронпринц Каенар закончил учебник инспиратора за первый курс. Во время перерыва, весьма скромного, всего в двадцать минут, я торопливо ела обед, а Надежда Империи не менее торопливо переклеивал переплет по типологии тварей на новый учебник. Вышло не слишком ровно, но я не рискнула сообщить об этом его императорскому высочеству.

Последующие три лекции я записывала столь же ответственно, но уже с трудом – шестнадцать часов в день на обучение, это слишком. У нас на факультете целителей было пять лекций, после которых мы практически уползали в общежитие и около часа спали, не в силах добраться даже до столовой. Но я изначально знала, что обучение на боевом факультете куда жестче.

Когда Каенар ушел на двухчасовую тренировку, в комнаты меня сопроводил сэр Матиуш, и едва дойдя до дивана в гостиной, я сняла маску и рухнула на него, обняв ближайшую подушку. Сил на то, чтобы дойти до комнаты не осталось вовсе.

Сквозь сон я слышала, как сэр Матиуш устало опустился в кресло, после тихо шуршал газетами, просматривая утренние и вскоре доставленные прислугой вечерние. Еще я немного продрогла, но просыпаться и искать плед, сил не было, так что я продолжила спать.

***

От дремы меня пробудило внезапно нахлынувшее чувство тепла, окутавшего, согревшего, убаюкивающего. После я ощутила легкое прикосновение пальцев к щеке, и то, как заботливо была заправлена прядь волос за ухо… И это прикосновение, развеяло сжавшийся тугой узел страха внутри, потому что - Эльтериан никогда так не поступал, он мог прикоснуться к моему лицу, но не стал бы поправлять волосы так осторожно, опасаясь меня разбудить.

- Что-то происходило за время моего отсутствия? - вопросил Каенар, отходя от меня.

- Не могу сказать, что нет, господин, - сэр Матиуш, судя по шелесту газет, отложил их в сторону. - Видите ли… вечерние газеты принесли дважды.

- Запомнил кто?

- Да, господин.

- Я в душ, оставайся с Асьен. Когда вернусь найди обоих.

- Понял вас, господин.

Когда наследник империи ушел, я осторожно поднялась.

- Простите, не подумал, что вам может быть холодно, - покаянно произнес сэр Матиуш.

- Это вы простите, я повела себя неосмотрительно и жалко.

- Но вы устали.

- Это не повод, чтобы засыпать в гостиной, - нервно улыбнулась.

- По сути, у вас не было выбора - спальню перенесли в прежние комнаты господина, он решил, что так будет безопаснее. Посему, жилой в данный момент остается лишь гостиная.

- Вот как… -поднявшись, я поискала студенческую сумку и, подхватив ее, ушла в кабинет.

Но, как оказалось и отсюда уже все вынесли.

- Асьен, - раздался голос кронпринца, - где бы вы желали поужинать?

В постели. В одиночестве. И подальше от сюда.

- Зависит от того, какие у вас планы на эту ночь, господин, - ответила, печально размышляя о том, что вероятнее всего сон мне теперь будет только сниться.

- Я планирую провести эту ночь с вами, - сдержанно ответил Каенар.

Так и знала.

И тут в гостиной прозвучало смущенное «Гхм», и сэр Матиуш произнес:

- Позвольте мне удалиться.

Запоздало поняла, что наш диалог со стороны мог показаться весьма двусмысленным.

- Можете идти, сэр Матиуш. И проследите за тем, чтобы этой ночью нам не мешали.

- Да, господин.

И боевой маг нас покинул.

Вопрос: Неужели так сложно было просто оставить меня в Суассоне?!

***

Я хочу вот этот кусок мраморной говядины в сладко-остром соусе. И просто в остром. В обжигающе остром. Я дико, неистово, неимоверно жажду испытать вкус мраморной говядины в соусе. Эта жажда охватывает меня все сильнее, затмевает иные чувства, иные мысли, и все иные желания…

- Ну как? – тихо вопрошает кронпринц.

- Ссоус, -с трудом отвечаю я, - вы не уточнили, какой конкретно соус. У вас их тут три, не считая соуса на винной основе, поданного специально для мраморной говядины.

Пауза и сокрушенное:

- Да, виноват. Сейчас.

И схватив тетрадь, Каенар начал делать записи быстрым четким почерком, в то время как я все так же сидела с кусочком мяска нанизанным на зубчики вилки, и испытывала столь сильное желание, коего, по-моему, не испытывала еще никогда.

Приходилось признать, что дар инспиратора у наследного кронпринца был весьма выдающимся.

- Так, записал, продолжим.

И отложив конспект, кронпринц вновь посмотрел на меня.

Низкий столик в спальне его императорского высочества, на кровати его высочества. Два часа ночи. Четыре канделябра с тремя свечами каждый, искры изолирующего заклинания кромкой по стенам, окнам потолку и полу, я в ночной сорочке и бежевом халате поверх нее, с волосами, которые так и не успела собрать, и полный энтузиазма, сил и жажды продолжать Каенар.

- Да, господин, - чувствую себя заведенной куклой.

- К слову, Асьен, какой соус ты любишь?

Никакой! А мраморную говядину не перевариваю вовсе, меня от одного ее вида воротит, потому что именно ее, как один из самых дорогих деликатесов, весьма часто подавали при дворе Эльтериана.

- Это не имеет значения, господин, продолжайте, у вас, вынуждена признать, прекрасно получается.

- Ммм, ты меня похвалила. Нечто новое. Впрочем, со словами одобрения ты запоздала… примерно так с момента окончания моей речи в соборе!

Вот что я здесь делаю? И за что? За что мне все это?

- Вот как? -спросила, старательно не глядя на кусок мяса с весьма сомнительным по моему мнению вкусом. – Но, ваше императорское высочество…

- Не называй меня так!

- Хорошо, - я привыкла быть покорной. - Мой господин, разве мое мнение имеет значение?

Вполне адекватный вопрос. Но, реакция на этот вопрос оказалась не настолько адекватной.

Каенар практически прожигая меня взглядом, явно жаждал высказаться, однако миновала секунда, вторая, третья, и Ангел Смерти произнес:

- Вы совершенно правы, Асьен, ваше мнение не имеет никакого значения. Благодарю вас за напоминание. Продолжим.

И неистовое желание испытать сомнительный вкус мраморной говядины накрыло с головой. Обмакнуть в соус, обжигающе острый, и, наконец, заполучить желаемое. Голод, и вовсе не по причине голода, а скорее являющийся алчным желанием проглотить этот конкретный кусочек мяса, охватил все мое существо. Рука дрогнула, нетерпение диким зверем рвалось из груди, в момент, когда мясо коснулось ярко-алого острого соуса, я едва ли сумела сдержать удовлетворенный стон, и вдруг… у меня пропало всяческое желание есть мясо.

Совершенно внезапно, я осознала, что сижу на постели мужчины, на мне лишь халат и тончайшая шелковая сорочка, но на нем одежды еще меньше лишь ночная рубашка и пижамные брюки из шелка. И мой взгляд медленно оставив многострадальную мраморную говядину, переместился на мужчину, сидящего передо мной.

У Каенара было очень красивое лицо. В меру хищное, как и у большинства аристократов, весьма мужественное - вот этим изящные и изнеженные аристократы похвастаться не могли, а еще невероятно притягательное. Эти чуть зауженные черные глаза, длинные чуть изогнутые ресницы, красивые брови, светлая кожа, обрамленная иссиня-черными волосами, мощная шея, могучие плечи, обтянутые черным шелком, рельефные руки, и разрез сорочки, приоткрывающий мускулистую грудь…

Но я превосходно помнила жестокую усмешку на красивых губах Ангела смерти, и его приказ: «Убить. Всех!».

И наваждение схлынуло мгновенно.

- На сегодня достаточно, - опуская вилку на свою тарелку, постановила я. - Вы делаете успехи, это радует. Что касается моего одобрения - я сожалею, что не присоединилась к бурным овациям после вашей речи на коронации. Можете считать, что я принесла вам свои глубочайшие извинения. Дивной ночи, ваше императорское высочество.

Когда уходила, хлопнула дверью.

***