Глава 7. Дела текущие

Утро пятницы началось для меня весьма бодряще. Проснулась опять до будильника, но не потому, что выспалась, а из-за ощущения присутствия рядом кого-то постороннего. Открыв глаза, я едва не взвизгнула от испуга, потому что прямо передо мной были огромные круглые глазищи и пушистые усы. Бося, чтоб его так да растак! Стоит и смотрит, зараза мохнатая, и даже плохое зрение владелицы тела не помеха, чтобы разглядеть на этой морде вселенское недовольство.

Скинув кота с кровати, отправляюсь в душ. Какое же это всё-таки счастье, когда у тебя всё работает дома! Лейка поливает исключительно тело, а не пространство вокруг, лампочка не заедает, а ключ спокойно входит и выходит из замочной скважины. Красота, притом по вполне приемлемой цене: накануне вечером за каких-то полчаса весьма молчаливый дядечка всё починил, забрал свои деньги и отбыл восвояси, оставляя меня совершенно довольной и со своей визиткой. Правильно, кстати, и сделал — у таких вот барышень, как Мария, то и дело что-нибудь ломается. А глядя на визитку мастера, мне в голову пришла идея сделать что-то такое и для кофейни. Именные визитки, с которыми можно пройтись по ближайшим якорным точкам и разложить их хотя бы в той же автомастерской.

Сегодня я наконец-то делаю этим телом зарядку. Даже не зарядку больше, а скорее утреннюю растяжку, чтобы показать Марии, как это вообще должно происходить. Возможно, тренажёрный зал девочка не потянет, да и не всем там интересно. Я, к примеру, скучаю на всех этих агрегатах, да и групповые занятия не всегда попадают в точку, так что предпочитаю заниматься сама и дома. А вот моему Косте в тренажёрках нравится. Резко отстраняюсь от мыслей о муже и иду готовить завтрак. На работе пусть мысли будут только о работе, а про личное подумаю после возвращения. Можно будет, кстати, завтра с утра и написать Стасику, если успею подготовить основные моменты…

А ещё я впервые крашу Машенькино милое личико. Правда крашу — громко сказано, потому что у меня только нюдовый бальзам для губ и тёмно-серый карандаш для глаз. Притом особой пикантности процессу добавляет то, что краситься мне придётся под очки, а вижу я сейчас отвратно. Сама, разумеется, смогла бы нарисовать подводку и вовсе без зеркала, но у меня уже элементарно набита рука, а лицевые мышцы сами знают, в какой момент расслабиться, а где сократиться. Но Иванова в этом деле новичок, и под левым глазом упорно выводилась кривая линия, а в правый я и вовсе умудрилась попасть карандашом. Пришлось промаргиваться и начинать всё наново, благо вчера я закупила не только косметику, но и средства для её снятия. Зато на трамвае еду в весьма приятном виде, и это замечают даже парочка хмурых парней, на лицах которых вдруг появляется интерес. Не явный, а скорее зачаточный. То есть, подходить и знакомиться они не стали бы, но даже такие взгляды обычно поднимают самооценку женщине. А Машеньке это ой как нужно.

Кстати, про трамвай. Этот маршрут я обнаружила случайно, и ехать приходится на пять минут дольше, чем в маршрутке, плюс потом надо будет пройтись пешком. Зато этот вид транспорта не настолько забит в час-пик, да и сам путь оказывается живописным. Считаю, что при хорошей погоде прогулка хозяйке этого тела лишней не будет.

Накануне мы с Пашей договорились, что кофейню открываю я сама. У него какие-то там лекции в универе, и парень честно предлагал просто начать работу в одиннадцать, а поставки перенести, но я отказалась. Нам с Машенькой это нужно. Поэтому захожу в «Сюиту», готовлю рабочую группу, принимаю поставщиков, а заодно пытаюсь расспросить тех о сезонном меню. Задёрганные с утра грузчики-водители отвечают мне не слишком охотно, но соглашаются, что многие такое практикуют. И у менеджеров даже есть специальные каталоги, которые мне остаётся только попросить в электронном варианте.

Пока свежая партия выпечки стоит в духовке, а то, что было в заморозке, оттаивает, я принимаюсь варить первый свой соло эспрессо. Если раньше Павел так или иначе был рядом, порою подсказывая порядок действий, то сейчас решаюсь сделать всё сама. А заодно засечь прямо с таймером, сколько времени у меня уйдёт на самый ходовой из напитков. Итак, погнали.

Рожок-холдер вставляю в кофемолку, взвешиваю результат, добавляю ещё немного. Пытаюсь распределить порошок тем же жестом, который делал Паша, а потом уплотняю всё темпером так, чтобы не высыпалось. Дальше перехожу к группе и пропускаю первую порцию воды. Вставляю рожок и наблюдаю, как эспрессо стекает тонкой струйкой. Прикидываю, на каком молоке хочу всё приготовить, и останавливаю выбор на ореховом. Конечно, этот организм принял бы и обычное. Но сделать на таком пенку — раз плюнуть, а вот с альтернативным придётся повозиться, что мне и нужно.

Наливаю молоко в питчер, благо цифры на внутренней стороне стенки читаются даже со зрением клиентки. Продуваю паровик, взбиваю моё ореховое молоко, а после привожу этот же паровик в порядок. После молока его обязательно надо протирать, и мысленно я благодарю того, кто довёл этот ритуал у бариста до автоматизма. Одна капля коровьего молока, и у таких клиентов, как я, обязательно появится повод для грусти.

Взбитое альтернативно молоко аккуратно выливаю в тёплый стакан и добавляю туда эспрессо. Сироп, сахар, корица — ничего этого мне не нужно, так что хотя бы на этом экономлю время. Тоненькой палочкой пытаюсь нарисовать узор, но вместо веточки, как у Павла, выходит какая-то кривая загогулина. Зато — моя!

Смотрю на таймер — чуть более четырёх минут. Для профессиональных бариста это очень много. Даже для просто бариста три бы хватило, но я ведь пока ещё новичок, а Машенька и вовсе до этого потребляла растворимый кофе, обычный варить не умея и вовсе. Но главное для меня всё-таки вкус, а тот оказался весьма и весьма приемлемым. Я бы даже сказала, приятным.

Первый клиент заставляет меня поволноваться. Не потому, что попросил чего-то необычного, нет. Просто готовить для себя — это одно, а для другого человека, тем более за деньги — уж совсем другое. Но сонному ещё мужчине было, кажется, всё равно, даже если бы вместо латте я налила ему кофе из пакетика три в одном. Он послушно взял ещё и предложенный штрудель с вишней, оплатил заказ и отбыл восвояси, едва я успела передать ему напиток. Хотя я бы не отказалась и поболтать…

Ловлю себя на воспоминаниях о днях относительной юности. Тогда у меня ещё не было семьи, и одно время я всерьёз раздумывала о профессии бармена. Кажется, мы даже слова такого не знали — бариста, да и не особо кофе был в ходу, разве что сваренный по-турецки, в дорогих ресторанах. Зато работа бармена казалась мне чем-то запредельно крутым. Конечно, девочке бы больше подошло подрабатывать официанткой, но я такой вариант даже не рассматривала — уж слишком неуклюжей была в студенчестве. Мечта смешивать коктейли так и осталась мечтой, но вот сейчас, суетясь по площади кофейни, то и дело задумываюсь, не пойти ли мне в эту сферу? Язык у меня подвешен хорошо, готовить я умею, с финансами смогу разобраться, особенно если покажут, что к чему. Так может мне и вправду поискать что-то подобное, а не зацикливаться на офисах и пятидневке?

Духовка отщёлкивает таймером, намекая, что круассаны с прованскими травами пора доставать. Я вооружаюсь прихватками, вытаскиваю противень, но до того, как захлопываю дверцу, умудряюсь второй рукой обжечь локоть. Шиплю, едва удерживая свою ношу на руках, но быстро пристраиваю поднос на столик и зачерпываю из холодильника лёд.

Боль от ожога заставляет встряхнуться, и я смотрю на свои недавние мысли с изрядной долей скепсиса. Бармен? Серьёзно?! Нет, с работой-то я справлюсь, но если Костя высказывает претензии о том, что общаюсь с мужьями-изменниками, то даже страшно подумать, что ему придёт в голову, когда каждый вечер мне будут изливать душу мужчины свободные и в целом положительные, зато не слишком трезвые. Смены бариста же и вовсе длятся по двенадцать часов, так что о совместных вечерах и вкусном ужине для семьи можно забыть. Нет, подобные вакансии для меня априори закрыты.

— Ого, как у нас вкусно пахнет! — колокольчик тренькает одновременно с возгласом Павла. — Неужели вы освоили этот агрегат?

— Тот капучино, что готовила я, получился достаточно вкусным, — киваю. — Да и клиент, который десять минут назад покинул стены кофейни, ещё не вернулся с криками «верните мои деньги, я не хочу пить эту бурду».

— Значит будем считать, что основы вы постигли.

— Если только с огромной натяжкой.

Отбросив мысли о муже и поисках себя, настраиваюсь на деловой лад. Раз Паша сменяет меня на посту, то могу смело заняться поиском подходящих продуктов для весеннего меню. А заодно и продумать дизайн визиток, раз уж они мне так не дают покоя.

Сосуществуем мы со студентом параллельно, и это меня полностью устраивает. Не лезем друг к другу, но то и дело в кофейне звучат «Мария, нам бы молока ещё нужно дозаказать» и «как считаешь, Паш, сможем ли украсить стены подобием нотного стана?». А блокнот, который прихватила из дома Ивановой с собой, уже давно исписан интересными идеями.

Клиентов было немного больше, чем вчера — то ли конец недели заставляет людей потреблять больше кофеина, то ли выглядывавшее солнышко настраивает на прогулочный лад. Не проходило и четверти часа, чтобы к нам кто-нибудь да не заглядывал, и на очередной звон колокольчика я поначалу даже не обратила внимание. До тех пор, пока не узнала в посетителе владельца здания.

— Доброго дня, — прохожу за стойку, нацепив на лицо профессиональную улыбку. — Что будете заказывать?

— М… Наверное, американо? — неуверенно уточняет у меня Дмитрий Николаевич.

— С собой или здесь?

— С собой.

— Сахар? Корица? Перец?

— Чего?

Паша слегка пододвигает меня у стойки и, кивая, подтверждает:

— Иногда у нас и вправду просят кофе с перцем — так раскрывается вкус напитка и усиливается действие кофеина. Вам как обычно?

— Да, давай как обычно.

Павел суетиться сам, не подпуская меня к группе. Я мысленно хмыкаю, но комментарии держу при себе. Оно возможно даже к лучшему, что таким трудным клиентом занимается тот, у кого опыта больше. Потому что мои вопросы этот «Митюша» кажется воспринял как издёвку.

Совершенно бессовестно разглядываю гостя. Знаете, есть такой тип мужчин, на которых и небритость, и взъерошенность волос смотрятся словно нарочито небрежные, однако они тщательно выверены. То есть он вроде как бунтарь и хулиган, но всё это чётко дозированно, измерено на метафорических весах и согласовано с таблицами и мнением гуру. Владелец автомастерской был не таким, нет. Небритый — потом что не побрился. Лохматый, потому что то и дело взъерошивает свою шевелюру, а слова «лак» и «воск» в его лексиконе звучат только как средства для ухода за тачками. Дешёвые и потёртые, явно старые часы соседствуют на одной руке с дорогим перстнем, который смотрится совершеннейшей безвкусицей. Он словно покупался потому, что «надо» и «статусно», а не по желанию. Да даже шрам этот на щеке, и то кривовато защит, и из-за этого не затянулся нормально.

С другой стороны, такие вот мужчины лично мне импонируют намного сильнее, нежели современные бруталы. Они надёжны, естественны и честны. Правда и деликатности от них чаще всего не дождёшься, но когда дело касается бизнеса, чёрт с нею, с этой деликатностью.

Клиент наш наконец-то получает свой напиток, и вроде бы уже готовится ретироваться: кажется, я немного переборщила с пристальным взглядом. Но настроен он миролюбиво, а мне поскорее хочется взять быка за рога.

— Дмитрий… — окликаю его, и тут же добавляю, вспоминая что с Машенькой у них разница в возрасте побольше, — Николаевич. Кажется, вчера я была тоже чрезмерно импульсивна, и прошу за это прощение.

Это моё специально выделенное «тоже» — грубый и конкретный намёк на то, что жду ответных извинений. И мужчина их приносит, потому что я знаю, с каким тоном надо разговаривать. В своей манере приносит, разумеется.

— Да ничего, бывает, — хмыкает мужчина, слегка сминая в руках горячий стаканчик. — Я тоже перегнул. Забыли.

— Договорились, — киваю и улыбаюсь. Не тепло, разумеется, а скорее хищно. — Но раз уж у нас тут мир и согласие, а ещё — отличный кофе, то предлагаю заходить почаще и поддерживать малый бизнес. И, кстати, вы не против завтра пообщаться на тему аренды?

Мужчина сперва морщит лоб, а потом усмехается. По-доброму так, почти по-отечески. Потому что Машенька в его глазах всё та же невзрачная мышка, пусть сегодня и накрашена. Но когда у мышки показываются острые зубки, таким вот медведям это может казаться забавным. Уверена, подобная манера общения между арендодателем и новой хозяйкой зайдут как родные, потому что характер у Марии Сергеевны всё-таки есть. Конечно, лень и инфантильность пока преобладают, но с опытом придёт и нужная модель поведения.

— Надо же, значит тётушка Сара не зря вместо себя тебя оставила! — хмыкает Дмитрий. — Ладно, завтра днём загляну, заодно контракт переподпишем.

Колокольчик на двери звенит, на этот раз прощаясь. А у меня опять отличное настроение. Такими темпами даже с настолько запущенным делом можно будет справиться меньше, чем за неделю. Конечно, завтра ещё надо будет побыть здесь и всё отследить, но уже в воскресенье наверняка смогу вернуть хозяйке её тело, а заодно и зону ответственности. И, кажется, единственное, о чём жалею — коты так и не успели похудеть. Или успели? Надо будет посмотреть на них повнимательнее вечером, что ли…