Глава 7. Семейный ужин, часть один

Я, как девушка ответственная, явилась в ресторан аж на два часа раньше заявленного времени. Хотя, если быть откровенной, это не совсем ресторан. Скорее маленький банкетный зал на базе отдыха, который с лёгкостью смог бы принять в себя и двадцать человек, но нам накрыли стол для семерых.

Первым делом я утрясла все моменты с администрацией. Самозабвенно врала, чтобы добиться того, что нужно, потому как если сотрудники не поверят, что подготовила сюрприз для всей семьи, могут заподозрить в уголовщине. Однако актёрские способности и небольшая взятка справились на ура, и под мои цели даже выделили зал с шумоподавлением. Красота!

Дальше я некоторое время ещё ковырялась непосредственно в зале, устанавливая то, что было нужно, и убирая лишнее. Ну а потом минут на двадцать закрылась в одном из номеров: в конце концов, если предстоит общаться с людьми, готовыми буквально со свету тебя сжить, нужно встречать их в полной боевой готовности. Желательно, со свежей укладкой и в эффектном платье.

В половину седьмого были готовы и зал, и я. На правах хозяйки, устраиваюсь во главе сервированного стола и принимаюсь ждать. Встречать мне никого нужно, с этим прекрасно справятся сотрудники базы. Тем более, мы будем здесь единственными гостями, а значит никакой иной работы у них попросту нет.

За пятнадцать минут до назначенного времени в зал провели Александра. В руках у мужчины был букет вполне приличных лилий, костюм — с иголочки, ну и в меру виноватое выражение лица. Неплохо подготовился, вполне неплохо.

— Здравствуй, Илона, — проговорил супруг клиентки, слегка сбитый с толку и местом проведения ужина, и внешним видом жены. Для этого вечера я постаралась и упаковала Илону в ярко-алое платье. Блондинка в красном — это почти что классика! — Чудесно выглядишь.

— Спасибо, — мило улыбаюсь и показываю на противоположный край стола. Второе главенствующее место, напротив. Вернее, не слишком главенствующее, потому что Александр вынужден сидеть к двери спиной. — Присаживайся.

— Я был уверен, что у нас будет приватный ужин, — чуть недовольно хмыкает мужчина, осматривая такое огромное количество тарелок. — Нам нужно поговорить.

— Согласна, дорогой, — опять мягко улыбаюсь. — Поговорить обязательно нужно. Но не на пустой желудок, хорошо?

Официантка закатывает в зал сервировочный столик с горячим — я попросила, чтобы все блюда были у нас сразу, без последующего докладывания. Закуски и напитки уже стояли на столе. А на десерт я планировала получить персональное шоу.

Александр посмотрел на всё это изобилие, но комментировать не стал. Небрежно пододвинул к себе тарелку, положил порцию селёдки под шубой и взялся за вилку.

— Не очень понимаю, детка, к чему такое представление, — Александр проглотил кусок и запил его минералкой. — Решила наказать меня, заставив оплатить весь счёт за ресторанное изобилие? Ну-ну… А я считал тебя более умной женщиной.

Не снисхожу до ответа, чтобы не сбить настрой ни себе, ни мужу клиентки. Подозреваю, он не желает вдрызг ругаться. Просто хочет напомнить жене её место, потому что как ни крути, Илона была идеальной супругой по всем фронтам, и заменить ему её элементарно не кем. Да и как представить деловым партнёрам кого-то навроде той же Луизы, когда ещё недавно они у вас дома ели пироги в исполнении другой жены? Так что я верю, что хотя Александр немного и побузит, но сделает всё, чтобы склонить Илону продолжать их брак. Пока не понимаю, правда, добром он будет уговаривать или психологическим насилием — не слишком однозначный он, как выяснилось, персонаж. Но лично я не намерена позволять ему ни один из вариантов.

До того, как с салатом было покончено, в зал к нам провели супружескую пару Акимовых: Льва Сергеевича и Алину Альбертовну. Те заходили уже недовольными. Ну разумеется, ведь это внедорожнику Александра всё равно какую грязь месить, а родители Илоны приехали на тачке с заниженной посадкой. И недовольство это усилилось, стоило им увидеть помещение изнутри.

— Александр, — отметил Лев Сергеевич, но руки зятю не подал. Его супруга так и вовсе смерила мужчину уничижительным взглядом. Ещё бы! Какой скандал, взял и соблазнил обеих сестёр. Да к тому же вряд ли возьмёт на себя ответственность. — Илона, объяснись — я был уверен, что у нас состоится семейная встреча.

— Так мы же и есть семья, — опять улыбаюсь, поднимая бокал с минералкой. — Присаживайся, папа. В ногах правды нет, а поговорить мы сможем и после ужина.

Акимов недовольно поджал губы, но действительно уселся. Зыркнул на меня, но я сделала вид, что не замечаю намёков, и главное место за столом не уступила. Перебьётся старик, сегодня я тут королева.

Ели в тишине. Акимовы едва заметно переглядывались, Алина Альбертовна кривила нос от напитков, Саша выискивал взглядом официанток, чтобы ему положили еду. Я молча отрезала от холодного окорока кусок за куском.

— А где, собственно, обслуга? — наконец не выдержал и отец Илоны. — За что мы, собственно, платим деньги?

— Конкретно вы пока ещё ни за что, — спокойно отвечаю я. — А официанты сейчас как раз подойдут.

И верно, дверь опять открылась, но тихая девушка только впустила внутрь чету Семёновых.

— Лев?! — тут же воскликнул Николай Павлович. — Это что за фокусы?

— Вас позвала я, — говорю громко и чётко, чтобы не возникло недопониманий и представление не началось раньше срока. — Присаживайтесь, уважаемые родственники — у нас здесь настоящий семейный ужин.

Свекровь, с которой мы изначально и договаривались о встрече, зыркнула на меня недобрым взглядом, но села на свободное место, неся себя к столу, словно императрица. Саша услужливо забрал у матери манто и даже пододвинул стул. Семёнов-старший плотоядно посмотрел на миску с оливье — кажется, дома у них было табу на майонезные салаты.

— Илона, скажи нам наконец, в чём дело! — не выдержала мать моей клиентки, смотря на меня очень сердито. — Зачем ты всё это затеяла?

— Отвратительное заведение, — недовольно добавляет её сваха. — Мрачно, дорога разбита, внутри ещё и заставили заполнять какие-то бумажки из-за техники безопасности базы. Мерзость…

— Терпение, пожалуйста, — прошу на этот раз вежливо. — Я расскажу, как только мы соберёмся всем составом.

— Всем составом?

Теперь на меня смотрят уже все за столом, но это ненадолго. Потому что всё та же официантка пропускает в зал Луизу, а после прикрывает за ней дверь.

— Лу? — буквально пробасил Лев Петрович. — Я же сказал тебе сидеть дома.

— Но меня пригласили!

Девчонка фыркает и демонстративно усаживается за стол между своею матерью и Александром. Тот же старательно делает вид, что рядом очутился просто ещё один предмет мебели.

— Ну что ж, — с улыбкой добродушной хозяйки говорю я, стоило сестре владелицы тела устроиться на месте. — Да начнётся ужин! Прошу, не стесняйтесь и ешьте как следует.

По банкетному залу слышится едва уловимый шепоток от женщин, однако семейка всё-таки приступает к ужину. Закуски — свежие и вполне вкусные. Напитки — ничего особенного, но я попросила не ставить алкоголь. А то мало ли, тут и без этого у народа нервы на пределе. Хотя я бы провела эксперимент и в таком формате, просто нет уверенности, что после него все выйдут целыми и невредимыми.

— А что, официантов здесь не предвидится? — недовольно интересуется свекровь нашей клиентки, — поглядывая в сторону сервировочного столика. Еда-то там есть, действительно остаётся только обнести всех за столом.

— Нет, у нас сегодня всё по-семейному, — спокойно отвечаю я. — Никто посторонний в эту комнату не войдёт, поэтому давайте-ка придерживаться формата самообслуживания.

Показывая пример, первой поднимаюсь со своею тарелкой. Из горячего сегодня красная рыба и стейки средней степени прожарки. Неплохие, кстати, поэтому делаю выбор в их пользу. Спать всё равно улягусь поздно, а калории и энергия ещё пригодятся.

— Илона, ну так поухаживай за всеми на правах хозяйки! — громко возмущается Лев Николаевич. И недовольно смотрит на жену, мол, если такой пробел в воспитании дочери, могла бы сделать это замечание и сама.

— А у нас что, есть инвалиды, у которых отсутствуют руки и ноги?

Да вот ещё чего не хватало! Спасибо, набегалась девочка. Так что сами, сами.

— Давай положу тебе чего хочешь, — тут же подскакивает со своего места Луиза, обращаясь при этом к Александру. — Мясо? Или рыбки?

— Сам положу, — бурчит мужчина, но ответной любезности не предлагает. Самостоятельно поднимается из-за стола и, как порядочный маменькин сыночек, забирает ещё и тарелку Марии Сергеевны. — Мам, тебе рыбки?

— Только если она свежая и без петрушки, — женщина в очередной раз поджимает губы — теперь понятно, почему вокруг рта у неё так много морщин.

Действительно, кто сам, а кто с чьей-то помощью, но в итоге тарелки наполнены у всех. Почти пять минут основным звуком зала остаётся постукивание ножиков по тарелкам, а гости постепенно успокаиваются и добреют. Кажется, всех перестаёт смущать странный формат встречи, и возможно единственная их проблема сейчас — вызнать, за чей счёт этот банкет.

Честно говоря, такое сонное царство меня совершенно не устраивает. Где драйв, где кураж, где яркие сцены страдания? Решаюсь было раскачать публику самой, но в это время положение спасает Луиза.

— Ой, — девушка подаётся назад, хватая со стола салфетку.

— Лу, ну как можно быть такой невнимательной? — негромко выговаривает ей мать. Девчонка вывалила на чёрное платье чесночный соус, и если саму массу ещё получилось быстро убрать, то зелень плотно въелась между пайеток. — Такое только под струёй воды выстирается.

Малышка поджимает губы — у свекрови сестры что ли научилась, и поднимается из-за стола. Подходит к двери, изо всех сил дёргает её. Застывает на мгновение и дёргает снова.

— Ма, тут дверь закрыта…

Такое замечательное непонимание на лице, ну просто прелесть!

— Да быть того не может! Подёргай сильнее.

Алина Альбертовна тут же стремится на помощь дочери, несмотря на слова даже не подумав позволить ей действовать самостоятельно. Разумеется, дверь не поддаётся и ей, и после рядом оказываются все мужчины, слегка отталкивая друг друга, словно не доверяют даже столь простой механизм. За столом остаёмся только мы с королевой, ну то есть с Марией Сергеевной. Я — потому что знаю, что сейчас происходит, а свекровь — потому что не царское это дело, толпиться вместе со всеми. Правда как раз мне приходится подняться из-за стола и подойти к окошку. Там, за шторкой стоит коробка весом в пару килограммов — моя персональная сегодняшняя игрушка, работающая во всех диапазонах. Даже у перекупщиков и бэушная, она мне всё равно обошлась в кругленькую сумму, однако половину обещали вернуть, если я привезу её завтра. В общем, проще сказать, что взяла эту вещь в аренду.

Нажимаю необходимые кнопки и вижу еле заметные подмигивания диодных ламп. Получается, прибор заработал. Автономно он будет в строю примерно полтора часа, но вряд ли кто-то будет специально отслеживать. Отхожу от игрушечки, и вовремя: на меня как раз обратили внимание.

— Илона, дверь заклинило, — сердито говорит отец клиентки. — Почему к нам никто не пришёл?

— Комната звукоизолирована, нас просто не слышно, — пожимаю плечами, олицетворяя собой спокойствие.

— Тогда позвони кому-то из обслуги! Это не дело, вдруг кому-то захочется выйти.

— Надо было сходить в туалет заранее. Нас закрыли специально, чтобы никто не помешал приватному семейному разговору.

На меня смотрят, словно на сумасшедшую. И даже не подозревают, что это только начало.

— Это глупо, как и весь ужин, — сердится Николай Павлович. — Я ухожу. Звоню персоналу, пусть хоть выламывают эту дверь.

Мужчина демонстративно вытаскивает телефон, но зайти в интернет не получается.

— Чёрт, что с сигналом?

— А я давно говорил, пора выбросить твою рухлядь, — фыркает Саша. — Давай лучше я.

Муж клиентки демонстративно вытаскивает мобильный, и его примеру следуют остальные. Но ни войти в интернет, и совершить звонок не получается ни у кого. Разумеется.

— Это… аномалия какая-то? — сердито сдвигает брови Лев Петрович.

— Не аномалия, — снова подаю голос я. — Просто мне захотелось, чтобы мы пообщались, не отвлекаясь на гаджеты и прочие глупости.

На мне сошлись взгляды абсолютно всех, кто был в этой комнате. Что ж, мой бенефис начался.

— Илона, что ты себе позволяешь?

— А если кому-то станет плохо? Коленька, вызови скорую!

— Даже сто двенадцать не проходит… — убитым голосом Александр подтверждает самые страшные догадки.

— Уверяю вас, Мария Сергеевна, если только вы сами того не пожелаете, ничего плохого ни с кем здесь не случится. У всех из вас отменное здоровье и крепкое сердце, а если вдруг подавитесь косточкой, то скорая не успела бы доехать, где бы вы ни были. Зато — хорошая новость — Сашенька умеет делать непрямой массаж сердца и искусственное дыхание.

Разумеется, на меня теперь смотрят, как на психически больного человека. Ничего не имею против, пусть смотрят.

— Илоночка, дочка, что ты задумала? — ласковым, почти умоляющим тоном интересуется мать нашей клиентки. Давненько дочь не слышала от неё таких интонаций…

— Неужели ты не понимаешь, что это может плохо закончиться? Как персонал вообще позволил тебе сделать что-то подобное?

— Они и не позволяли, — поднимаю в руках металлический ключик. — Вот дубликат, на случай непредвиденной ситуации.

Я перехватываю ключ поудобнее и выбрасываю в окно за мгновение до того, как ко мне ринулась вся эта толпа. Отхожу от окошка, позволяя народу проникнуться ситуацией до конца: мы на втором этаже, и вряд ли кому-то придёт в голову отправиться на поиски пропавшей надежды. Хотя, если честно, попытка была бы бесполезной — этот ключ не от двери, а от почтового ящика. Я его просто так взяла.

— Идиотка!

— Психичка.

— Илоночка, разве так можно?

— Это всё твоё воспитание!

— Дорогие гости! — говорю громче, при этом вновь усаживаясь за стол. — Предлагаю вернуться к прерванной трапезе. Нас в любом случае откроют через полтора часа — зал зарезервирован до двадцати одного ноль-ноль. А сейчас давайте насладимся едой, пока та не остыла.

Принимаюсь разрезать остатки стейка на маленькие кусочки, делая вид, что ничего необычного и не случилось. Семейка опасливо переглядывается, но постепенно возвращается к столу. Умнички какие! Ладно уж, пусть ещё немного успокоятся, а потом мы обязательно сыграем в игру. Что может быть интереснее, чем семь плохо между собою ладящих людей, которых закрыли в одном помещении!