Глава 20

Подойдя ближе я действительно стала понимать, что передо мной не хаотичное нагромождение веток и листьев, а плотно переплетённые между собой лианы почти так же, как мне показывал Родэн создав здание из травы.

— Боже, как в этом можно жить? Там же нет ни дверей, ни окон! Я думала, что троллям живётся тяжело в мрачных пещерах, а тут ещё хуже, — прошептала в полном недоумении я.

— Ещё как можно, — развеселившись, ответил Тезарий.

— Сомневаюсь я в этом, очень глубоко сомневаюсь, — печально покачала я головой.

— Смотри! — окликнул меня нимф, подошедший вплотную к зелёной стене, если её можно так назвать.

— Смотрю, — скептически повторила я.

Тезарий коснулся зелени, и под его рукой она зашевелилась, стала расползаться в стороны, образуя арочный проём. Меня подобным чудом было уже не удивить, я как говорится, воробей стреляный.

— Пошли вовнутрь, смелее! — подначивал меня Тезарий.

Я подошла к проему, заглянула вовнутрь, рассмотрела неширокий коридор вдоль внешней стены уходящий вперёд. Кстати, свет тут был, если снаружи стена лиан казалась очень плотной, то когда смотришь на неё изнутри, то понимаешь, что всё несколько не так. Плетение не слишком плотное, в промежутки между побегами проникал солнечный свет с улицы, создавая рассеянное освещение.

— Слушай, — вернулась я обратно, — а тут кто живет?

— Тебе перечислять как: всех поимённо или ещё родовую ветвь говорить?

— Э-э-э-э-э…, - растерялась я, — мне хватит и количества для начала.

— Так, примерно человек тридцать наберётся, — не задумываясь ответил Тезарий.

— Н-да.

— Что не так?

— Многовато будет.

— По мне так в самый раз.

— Ты привык, а я нет, не люблю толпы народа. А домик, где жила Лив, остался?

— Да, а тебе зачем?

— Я бы лучше там пожила, в покое и одиночестве.

Тезарий посмотрел в проём, пригладил волосы, принимая решение и проговорил:

— Хорошо, будь по-твоему. Пока ты находишься в статусе невесты, ты можешь жить отдельно, законом это не запрещается, но как только мы проведём церемонию, ты должна будешь жить со мной вместе.

— Не начинай! — изобразила умирающий вид я, — мы оба знаем, что я покину Цианию и не раньше чем через пару дней.

— Откуда именно такой срок? — невозмутимо спросил нимф.

— Сегодня уже поздно, завтра хочется осмотреть окрестности, а вот послезавтра в самый раз. Ведь ты выполнишь своё обещание?

— Выполню, — с неимоверно тяжелым вздохом ответил он.

— Вот и отличненько, можешь уже планировать моё путешествие домой, надеюсь, это будет не больно?

— Нет, это не больно и почти мгновенно.

— Ты не представляешь, как я этому рада. Если бы ты сказал, что придётся потерпеть боль, то я бы потерпела, ради возможности оказаться дома, но я не люблю боль. Показывай дорогу.

— Туда, — махнул рукой Тезарий, указывая куда-то за стоящие перед нами заросли, или же всё-таки здание.

— А идти далеко? — поинтересовалась я, приноравливаясь к быстрым шагам Тезария и подхватывая его под руку.

— Нет, совсем недалеко.

— Ты только не расстраивайся, тебе я буду рада в любое время. Я просто не готова знакомиться с кучей твоих родственников.

— Конечно, тебе это делать не зачем, ведь ты в любом случае не собираешься оставаться.

— Спасибо! — подпрыгнув я, звонко чмокнула нимфа.

— За что? — удивлённо воззрился он на меня.

— За то, что ты такой понимающий!

— Скорее слабохарактерный, как сказал бы мой отец, — буркнул Тезарий.

— Ты не прав. Ты замечательный, даже самый лучший из всех кого я встречала.

— Лучших не бросают, — холодно сказал он.

— Я тебя не бросаю, только возвращаюсь домой.

— В данном случае это одно и тоже.

— Не правда. Если я хочу жить на Земле, это совершенно не значит, что я хочу потерять тебя. Как жаль, что не получится совместить и то и другое. Но помнится, ты мне обещал решить и этот вопрос, или же ты об этом забыл?

— Нет, я не забываю о своих обещаниях. Я посчитал, что тебе уже это не нужно.

— Ты мне говоришь сплошные свои домыслы! Разве я тебе говорила, что бросаю и больше не хочу тебя видеть?

— Нет.

— Тогда откуда в твоей голове берутся такие мысли?

— По твоему отношению сужу и разговорам.

— Не поняла чем плохо моё отношение?

— Я не вижу к себе любви, нежности, заботы, это неотъемлемые женские качества.

— Вот как, — медленно произнесла я, — по-твоему, если я не бегаю за тобой как хвост, не заглядываю преданно в глаза с вопросом: «Чего изволите, мой господин?», значит, я не достаточно хорошо к тебе отношусь?

— Не перегибай палку, мы не относимся к женщинам как к рабыням.

— Тогда что не так я делаю?

— Не знаю, как тебе это объяснить. Я не чувствую, что важен для тебя, что я не просто, как вы выражаетесь на Земле, увлечение, а нечто большее и постоянное.

— Не плохо же ты разбираешься в земных выражениях, — мимоходом похвалила я Тезария, — но если я тебе постоянно не говорю, как ты для меня важен, это не значит, что ты перестал быть мне дорог. А ещё говорят, что женщины любят ушами, пока что я убеждаюсь лишь в обратном.

— Я сам не особо знаток отношений, могу судить только на примере окружающих, ну и слушать то, что подсказывает сердце.

— Смотреть на окружающих — бессмысленно, все люди разные, так же как отношения между ними. Не стоит стремиться повторять за кем-то, нужно делать так, как ближе тебе и не оглядываться на мнение других.

— Я так привык, мы живем большой семьёй, поступки каждого у всех на виду и все в курсе событий, происходящих у другого. Будь то ссора, будь то радость — знают все и обсуждают все.

— На Земле есть подобные общности — это деревни, там семьи вроде и живут в разных домах, но каждый о соседях буквально знает всё. На мой взгляд, так тяжело жить, когда за проступок начинает осуждать сразу множество людей. В большом городе этого проступка даже бы не заметили, а если заметили, то редко когда много людей. Мне большие города тем и нравятся, что в них легко затеряться, спрятаться и ничем не выделяться. Там людям друг до друга нет никакого дела, каждый живет только своими заботами и переживаниями, не влезая в душу другого.

— И как вы в таком городе находите свою любовь?

— Чаще всего через друзей, когда друзья познакомят с кем-нибудь, на втором месте в интернете, который объединяет все города и страны планеты. Реже всего знакомятся на улице, в наше время люди никому не доверяют, поэтому не каждый будет разговаривать с незнакомым человеком.

— Мне не понять всех ваших правил, они мне кажутся совершенно нелепыми и вызывают неприятие, — сказал Тезарий.

— Кому как, — пожала плечами я.

— Мы почти пришли, вон там уже виднеется край дома.

Я опять же ничего не увидела, кругом было полно зелени, рябившей в глазах. Для меня вокруг было всё однообразным, я не понимаю, как они тут ориентируются.

— А мои вещи сейчас где? — спохватившись, переменила тему разговора я.

— В моих покоях в тереме, чуть позже я схожу за ними, — только зимние вещи не рекомендую переносить, на Циании они тебе не пригодятся, а отправка на Землю всё равно возможна только из терема.

— Тогда можешь их оставить там, принеси мне только мою сумку.

— Хорошо. Мы пришли, дай мне свою руку, я научу тебя общаться с лианами и отдавать им указания.

Я протянула Тезарию руку, он обхватил мою ладонь с внешней стороны и приложил к зелёной стене.

— Отлично, теперь мысленно попроси их, чтобы они открыли проход вовнутрь. Легче это сделать, представив как этот процесс будет происходить. Пробуй.

Я попробовала. Представила картину, увиденную мной в Тереме Тезария. Мысленно нарисовала расходящиеся в стороны лианы, уползающие зеленые побеги и настолько увлеклась, что вскрикнула от неожиданности, когда ощутила в ладони покалывание. Резко одёрнула руку и открыла глаза. В сплошной заросли зияла небольшое, размером примерно с ладонь отверстие.

— Что с тобой случилось? — забеспокоился Тезарий.

Я пристально смотрела на свою ладонь, в поисках следов ран, но она была целая и невредимая.

— Мне руку будто иголками стало колоть, — пожаловалась я.

— Прости, я забыл тебя предупредить. Чтобы выполнить приказ лианам нужно подпитаться твоей энергией. Я давно привык к этим ощущениям и совсем не придаю значения, а для тебя это оказалось неожиданным.

— Ты слишком часто забываешь мне рассказывать необходимую информацию, тебе не кажется?

— Я не специально. У меня нет учительского дара, поэтому и не могу сразу понятно и полностью преподнести всё, что хочется.

— Ладно, это я так, ворчу

— Попробуй ещё раз, у тебя хорошо получается, только в этот раз не пугайся покалывания, оно абсолютно никакого вреда тебе не принесёт и быстро пройдёт.

Я, уже самостоятельно, прикоснулась ладонью к упругим побегам лиан, рядом с уже образовавшимся отверстием, закрыла глаза, мне так удобнее было сосредотачиваться, и повторила недавние мысленные действия, почувствовав, как под моей ладонью лиана ожила, завибрировала. Потом началось покалывание в ладони, его я уже не боялась и руки не убрала, спустя ещё несколько секунд побеги стали буквально расползаться, освобождая проход в полое внутреннее пространство. Моё существо охватило чувство радости и эйфории, на таком душевном подъёме я распахнула глаза, желая в полной мере насладиться результатами своих стараний.

Передо мной зиял в точности такой арочный проход, как я мысленно нарисовала, даже веточки по бокам сплелись, как я пожелала в сложную фигурную косу.

— Я под впечатлением, — сказал Тезарий, поравнявшись со мной и широко раскрытыми глазами разглядывая творение моих мыслей и фантазий, — у тебя не только получилось с первого раза, ты сотворила буквально шедевр! Не многие коренные нимфы могут сделать изделия такого уровня.

— Это талант! — не без собственной гордости произнесла я, мысленно погладив себя по головке за такой шедевр.

— С этим не поспоришь, — не отрывая взгляда от моих сплетённых лианных косичек, подтвердил нимф.

— Я хочу посмотреть, что там внутри, — на крыльях недавнего успеха сказала я.

— Твоё желание для меня закон, — довольно улыбнулся Тезарий, — прошу.

Он сделал приглашающий жест и я, без малейшей опаски горделиво выпрямив спину, буквально вплыла в помещение.

Освещено оно было таким же рассеянным уличным светом по всему периметру. Мне не хватало окон, привычных отдушин в окружающий мир. А что если попробовать их создать — мелькнула шальная мысль и я, не задумываясь, коснулась ближайшей зелёной стены, представляя, как в её массивном теле появляются отверстия, а потом через них жгутами перетягиваются канаты, образуя решётку с крупными ячейками. Перетерпев очередное покалывание, я открыла глаза, и разулыбалась во все свои тридцать два зуба. Комната была гораздо ярче освещена за счёт появившихся четырёх окон, стало гораздо уютнее и красивее. Пока Тезарий не очухался, я очередным касанием руки уплотнила стены помещения, чтобы через них не проникал свет, и помещение из округлого превратила в привычное прямоугольное, разделив его на две комнаты. А после этого моя голова жутко закружилась, и сознание резко меня покинуло.

Пришла в себя я лёжа в гамаке, который покачивался от любых моих движений, рядом сидел Тезарий и держал меня за руку, в которой опять же покалывало.

— Что случилось со мной? — поинтересовалась я.

— Ты истратила слишком много энергии, — печально ответил нимф.

— Получается, ты опять забыл меня об этом предупредить?

— Я не думал, что ты рванёшь сразу всё перестраивать по своему вкусу.

— Ты совсем не знаешь женщин, — со вздохом констатировала я.

— Почему?

— Если бы знал, то сразу бы просчитал, что я начну всё переделывать, как только получу такую возможность.

— Для чего тебе это нужно было переделывать?

— Странный вопрос, чтобы мне было тут уютно и комфортно. И вообще что ты со мной делаешь, почему мою руку снова покалывает, хотя я никаких приказов лианам не даю и даже их не касаюсь.

— Наполняю твой энергетический резерв, ты его опустошила почти до нуля, если бы осушила до последней капли, то погибла бы на месте. Но организм — это очень умная штука, он отключил твоё сознание, чтобы сберечь последние крохи энергии.

— Действительно, умный, — согласилась я, а потом добавила:

— А вот в гамаке я спать не собираюсь, было бы просто замечательно, если бы кто-нибудь создал мне широкую мягкую кровать, — проговорила я, глядя в сторону и периодически косясь на Тезария, следя за его реакцией.

— Ладно, сделаю, если ты пообещаешь больше подобных глупостей не совершать.

— Я бы пообещала, но только как я смогу определить, где уже предел и дальше тратить энергию нельзя.

— Определить это довольно просто — нужно внимательно следить за своим состоянием, как только начнёт кружиться голова, то это уже предел и необходимо остановиться.

— Да, а я так увлеклась, что совсем не следила за своим состоянием.

— Этого делать ни в коем случае нельзя, особенно тебе.

— Почему мне особенно? — заинтересовалась я.

— У тебя очень маленький энергетический резерв.

— Это как, — не поняла подобных объяснений я.

— У каждого существа есть энергетический резерв, его можно изобразить как сосуд. У одних он большой, у других маленький. Чем больше резерв, тем большее количество энергии можно отдать за раз. Твой резерв маленький и быстро истощается.

— А какой у тебя этот резерв?

— У меня довольно большой и быстро восполняемый.

— А почему у меня маленький, а у тебя большой?

— Это зависит от того в каком мире живёшь. Циания — мир магический, Земля — технический, соответственно изначально устроено, что жители Циании гораздо более приспособлены к магии, чем земляне. Плюс ещё тренировки, резерв, возможно, увеличить за счет постоянных тренировок, но это процесс не быстрый, требующий длительного времени и гигантского терпения.

— Ясно, — протянула я, — и как скоро мой резерв восстановится, чтобы я могла продолжить свои эксперименты?

— Тебе так понравилось?

— Очень, — ответила я с горящими глазами, — это же, как воплощение мечты! Я словно фея с волшебной палочкой, способная одним мановением делать чудеса. Так прекрасно почувствовать себя не обычным серым безликим человеком, а человеком способным сделать больше, чем любой из соотечественников.

— Я тебя огорчу, но на Земле так делать не получится, там нет лиан и очень мало энергетических потоков для восстановления резерва.

— Да я это и сама понимаю, поэтому пока я здесь, мне хочется как можно больше успеть сделать, ну или хотя бы попробовать.

— Я как смогу тебе с этим помогу. Буду по мере необходимости вливать тебе свою энергию, чтобы ты могла творить дальше.

— Спасибо тебе! — искренне поблагодарила я Тезария, перегнувшись через край гамака, обняла его за шею и вдохнула неповторимый аромат его волос.

— Для тебя всё что угодно, — шепнул нимф, прижимая меня к себе ещё сильнее.

— Тогда я хочу, чтобы ты всегда был рядом со мной, хочу, чтобы мне не пришлось с тобой расставаться.

Тезарий вздрогнул, судорожно вздохнул и теснее прижался носом к моей шее, щекотя чувствительную кожу горячим дыханием. А я продолжала:

— Мне сейчас так хорошо, что не хочется думать больше ни о чём, только обнимать тебя вечно, чувствовать твои сильные руки на своём теле, мягкие волосы на щеке и твоё доброе честное сердце, стучащее в груди как огромный колокол.

— Я всей душой желаю того же и в который раз прошу: не покидай меня.

— Не могу, — тяжело выдохнула я слова, — я много раз тебе говорила, что не могу остаться.

Тезарий резко отстранился, отвернулся, встал лицом к так и оставшемуся открытым выходу и, не оборачиваясь, сказал:

— Я схожу за твоими вещами и принесу ужин.

Не ожидая от меня ответа, порывисто вышел, зарастив за собой проём.

Он что, боится, что я убегу, пока его не будет? Это бред, бежать мне некуда, без его помощи на Землю мне не вернуться. Вот наверняка Тезарий опять обиделся на мои слова, но я ничего обидного не сказала, наоборот, хотела сказать ему приятные слова, которых ему не хватало. А он взял и обиделся на то, что я продолжаю следовать своему решению. Как можно на это обижаться? Ладно, пока его нет, осмотрюсь я тут получше.

Внутреннее убранство помещений нельзя было назвать богатым. Сейчас я находилась в комнате, которую определила под спальню, собственно в ней из мебели был одиноко висящий гамак и всё. Я перебралась в соседнюю, гостевую комнату. Тут мебели было побольше. Два лианных кресла, расположенных друг напротив друга под созданным мной окном, между ними одинокий небольшой столик. В углу квадратный шкаф, в котором лежали аккуратно сложенные куски материи, разворачивать их и смотреть что это, я не стала. Вот и вся обстановка.

Рисковать и изменять тут всё, я не стала. Мне хватило одного обморока, пусть лучше Тезарий меня страхует, с ним надёжнее и спокойнее. Я на сто процентов уверенна, что он мне не даст умереть. С такими мыслями я и прогуливалась вдоль своей комнаты. Неожиданно послышался шелест раздвигающихся в стороны лиан, я подумал, что это вернулся Тезарий, и с улыбкой на лице обернулась к образовавшемуся проёму. Только в проёме стоял совсем не Тезарий, а совершенно незнакомая улыбающаяся девушка с корзинкой в руках.