Глава 21

— Привет, — сказала незнакомка, проходя вовнутрь.

— Привет, — неуверенно откликнулась я.

— Оливия, не пугайся, меня зовут Верния, я жена Меллоуна.

— А-а-а-а-а, — облегченно выдохнула я.

— Мне захотелось с тобой познакомится. Ничего, что я пришла?

— Всё нормально, мне как раз тут одной скучно, — улыбнулась я и как вежливая хозяйка предложила присесть.

— Я как раз принесла фрукты, подумала, что ты проголодалась в дороге. Мужчины они же такие, никогда об этом не подумают.

— Фрукты будут очень кстати, я действительно проголодалась.

Верния расположилась в одном из кресел, выкладывая из корзинки разноцветные фрукты прямо на стол. Я заняла кресло напротив, потихоньку за ней наблюдая.

Верния стройная молодая нимфа со светлыми длинными волосами, я вообще темноволосых представителей этого народа не встречала. Стройная тонкокостная красавица в весьма откровенном и ярком, на мой вкус, наряде, не торопясь выкладывала из корзины принесенное угощение и пиалы с водой. Однако она очень плавно ходит, раз сумела донести открытые пиалы, наполненные почти до самых краёв.

— Угощайся, — приглашающе указала Верния на фрукты.

— Спасибо, — отозвалась я, — беря в руки уже знакомый мне фрукт.

Улыбка не сходила с лица девушки, располагающая, доброжелательная и вызывающая ответную улыбку на моём лице.

— Я так счастлива, что наш замороженный наследник наконец-то обрел своё счастье и оттает. А я буду рада подружиться с тобой, мы станем соседками и подругами, это же здорово! Сейчас в Тереме живут только нимфы, человеческих женщин нет. Они, конечно, есть, но живут дальше, в поселении, мы туда ходим не часто. Мне всегда нравились рассказы про Землю, там так необычно и интересно, не то, что у нас — сплошная скука, — печально вздохнула Верния.

— А ты бывала на Земле? — спросила я девушку.

— Ты что! — махнула она рукой, — женщин не пускают туда, у нас путешествуют на Землю только мужчины.

— Почему же вас туда не пускают?

— Говорят, что мы слишком ветреные и увлекающиеся создания, можем захотеть навсегда остаться там и не вернуться обратно.

— Даже так! А вы действительно так можете сделать?

— Свободные нимфы могут, а мы, замужние и с детьми точно никуда не денемся. Мы же не бросим своих мужей и детей.

— На Землю вам нельзя, а куда можно? — спросила я.

— Разрешено гулять по территории нимфов, но не дальше чем полдня пути от Терема.

— Может, я повторюсь, но я совершенно не понимаю, почему вам даже на Циании нельзя свободно передвигаться?

— Да всё просто, — рассмеялась Верния, — мужчины боятся нас потерять и потом искать. Женщин нимф рождается гораздо меньше, чем мужчин, поэтому они нас и берегут, как могут.

— Берегут путем ограничения в правах и свободе? И вы нормально на это реагируете и слушаетесь?

— Мы с детства привыкаем к таким ограничениям, землянкам трудно приходится, они более свободолюбивые, чем мы, местные.

— Я бы ни за что не согласилась на такие условия, — твёрдо сказала я и отвернулась к окну, пробуя оранжевый пупырчатый плод.

— Не ты первая, многие землянки пытались сопротивляться, но после появления первого ребёнка притихали и становились более покладистыми и послушными.

— Получается, что они соглашались делить постель с нимфом, хоть и не соглашались с условиями жизни на Циании?

— Оливия, ты прямо как из прошлого века, кто ж их будет спрашивать? Если они попали на Цианию, значит, они приняли цветок, и он их выбрал. Для дальнейшей церемонии объединения жизней дополнительного согласия женщины не требуется, так же как её никто не будет спрашивать, если муж захочет близости.

— Это возмутительно, — высказалась я, еле-еле дотерпев пока Верния закончит говорить, — это уже рабством называется!

— Что такое рабство? — невозмутимо спросила Верния, — я несколько раз слышала это слово от землянок, но не знаю, что оно означает.

— Оно означает положение женщин на Циании! На Земле царит равноправие, никто не вправе относиться к женщине так, как принято тут. На Земле женщины и мужчины равны, мужчина не может заставлять что-то делать или наоборот не делать женщину, если она сама этого не хочет.

— Разве это правильно? — удивлённо посмотрела на меня девушка.

— Вот это как раз правильно, а то, что твориться у нимфов на Циании настоящий мужской беспредел! Будь я королевой нимфов, я бы изменила все давно устаревшие правила, особенно те, что касаются женщин.

— Так ты и будешь женой будущего правителя, только жёны никакой власти не имеют, нимфы слушаются только самого правителя и его наследников.

— А кто тебе сказал, что я стану женой правителя?

— Ну как, — смутилась Верния, — ты же тиали Тезария, а он наследник правителя, значит, он рано или поздно станет правителем.

— Я не собираюсь, по крайней мере, пока, выходить замуж за Тезария. И заставлять меня это делать насильно он не будет. В отличие от всех местных мужчин и даже своего отца, он уважает меня и моё мнение. Он отличается от местного населения как небо от земли, он самый понимающий и заботливый нимф!

Верния захихикала.

— Чего? — с улыбкой спросила её я.

— Ты сейчас говорила, как настоящая влюблённая нимфа, мы, когда влюбляемся, считаем своего избранника самым лучшим.

— Вы не далеко ушли от землянок, скажу тебе по секрету: мы, влюблённые, ведём себя точно так же, — перешла на шёпот я.

Девушка снова захихикала, а я присоединилась к ней.

— Я смотрю у вас тут очень даже весело, — сказал, тихо подкравшийся к окну Тезарий, — быстро же вы нашли общий язык.

— Одна женщина всегда поймёт другую, — ответила я, вытирая выступившие из глаз слёзы.

— Даже ни сколько не сомневаюсь, — сказал он, — я войду или мне ещё погулять?

Я посмотрела на Вернию, ожидая от неё ответа.

— Мне уже пора, сын наверняка заждался, он не любит долго оставаться без меня.

— Так надо было его брать с собой, — предложила я.

— Он такой непоседа, — всплеснула руками девушка, — посидеть бы спокойно не дал, не то, что поговорить.

— Это не беда, я очень люблю детей.

— Буду знать, в следующий раз возьму с собой, а когда ты уже переедешь в Терем, так и ходить далеко не придётся, — обрадовалась Верния.

— Конечно, — не стала я разубеждать девушку.

Верния вышла, а Тезарий вошёл, с сиротливо висящей на плече моей сумкой. Девушка произвела на меня очень хорошее впечатление, она настолько лёгкая и солнечная в общении, что даже после её ухода на душе сохранилось отличное настроение.

— Ты мне обещал вырастить хорошую кровать и главное широкую, а то, как мы с тобой будем спать, — с порога заявила я.

— Мы разве будем спать вместе? — слегка оторопел Тезарий, забыв про сумку, которую начал протягивать мне.

— Конечно, а ты разве против? — дотянулась до своей сумки я и потянула её из рук нимфа.

— Нет, но считал, ты специально попросилась жить отдельно, чтобы не жить со мной.

— Ну, сколько раз мне нужно повторить, чтобы до тебя, наконец, дошло? — сказала я, бросив сумку на кресло и подойдя вплотную к Тезарию, — я не хочу жить с кучей народа рядом, а не с тобой!

Мои руки обвили талию Тезария. Чтобы смотреть нимфу в глаза мне приходилось задирать голову, и я снова вспомнила о таком замечательном приспособлении как каблуки. Тезарий понял мой манёвр по своему и незамедлительно прильнул к моим губам, унося мой разум в дальние края, где чирикают птички и маленькие единороги скачут по голубой полянке. Что? А вы сами-то что ощущаете, когда вас целует самый лучший и желанный мужчина на свете? То-то и оно! Теперь вы можете меня понять.

Совершенно незаметно я очутилась у мужчины на руках, а потом на невозможно большой кровати. Он даже моё окно зарастил, — пульсаром пронеслась в моей голове мысль, когда в комнате стало темно.

Просыпаться не хотелось, мне снился уютно-домашний сон, в нём я снова была маленькой девочкой и жила со своими родителями. И во сне эта жизнь была совершенно сказочной, родители никогда не ругали, не повышали голоса ни на меня, ни на брата, много времени уделяли нам, детям, а не своей работе и домашним делам. Сквозь сон я почувствовала, что мне стало холодно и не комфортно. Надо закрыть окно, — подумала я, выныривая из приятной дрёмы.

Раскрыв глаза, я увидела над собой сплошной зелёный ковёр, воспоминания быстро вернулись и я, в утреннем свете, льющемся из окна, автоматически стала шарить рядом по кровати в поисках Тезария. Я помнила точно — засыпали мы вместе. Рука моя натыкалась только на неизвестно откуда взявшиеся на кровати простыни, с вечера их определённо не было, одна из простыней была накинута на моё обнажённое тело.

— Его нет, он ушёл к отцу, — раздался незнакомый женский голос из угла комнаты.

Я резко села и уставилась на вольготно расположившуюся в кресле женщину. Она была молода, на вид не старше Вернии, но вот мудрость её глаз выдавала совершенно другой возраст. Волосы незнакомки собирались на затылке в высокую причёску, наряд имел ярко-алый цвет и был несколько скромнее, чем у Вернии, но и тут хватало максимально открытых участков тела.

— Кто вы, и что вы тут делаете? — спросила я женщину, на «ты» обращаться к ней у меня просто не повернулся язык, пришлось дополнить речь русскими словами.

Как эта женщина меня поняла — не знаю, но, тем не менее, она гордо ответила:

— Я мать Тезария и жена Правителя нимфов, девочка.

— Но почему вы без разрешения врываетесь ко мне в спальню?

— Я пришла в дом к своему сыну, сюда я могу приходить, когда захочу.

— А вы бесцеремонны, — не удержалась я.

— С кем мне тут церемониться? — женщина высокомерно обвела взглядом комнату, — кроме жалкой девчонки я тут никого не вижу.

— Почему же жалкой?

— Вы людишки все слабые и жалкие.

— Зачем вы тогда крадёте нас, слабых людишек?

— Это необходимость, — отрезала нимфа.

— Что вам, собственно, от меня надо?

— Хотела на тебя посмотреть и кое-что сказать.

— Посмотрели со всех сторон?

— Да.

— Ну и как?

— Ничего особенного, но и не совсем кошмар, — неохотно ответила она.

— Тогда вам уже пора, — не вежливо сказала я.

— Не совсем, я ещё не сказала самого главного.

— Говорите и уходите.

— Девочка, не надо мне указывать, я сама знаю, что и когда делать.

— Я вам не девочка, у меня есть имя, если вы не удосужились его узнать и сказать своё, то это не мои проблемы.

— А ты дерзкая, тем приятнее будет тебя обломать и приручить.

— Не надейтесь, у вас это не получится.

— Зря ты так думаешь.

— Это вы зря надеетесь, с Лив, моей прапрабабушкой, у вас ничего не получилось, так с чего вы взяли, что со мной будет легче? — язвительно заметила я.

— Не смей! — вскричала женщина, — сверкнув вмиг потемневшими глазами.

— А вы не смейте из себя строить непонятно кого, на меня это не производит впечатления.

— Слушай, девочка, — буквально зашипела от негодования мамаша Тезария, — если ты сделаешь больно моему сыну, то я тебя уничтожу!

— И вместе со мной уничтожите Тезария. Я в курсе, что без меня он не станет жить, так что нечего меня запугивать, не в ваших интересах делать мне плохо, не с того вы начали разговор. А теперь, если вы всё сказали, то прошу покинуть дом, мне надо одеться.

Женщина несколько секунд хватала ртом воздух от негодования и возмущения, но ответить ничего не смогла и как фурия вылетела прочь из дома.

Утреннее знакомство совершенно мне не понравилось, разозлило и вывело из себя. Я никак не ожидала, что у милашки Тезария такая ведьма-мать, хотя её можно понять, она беспокоится за своего сына, не представляю, как я бы себя повела на её месте. Но всё-таки я считаю неправильным разговаривать в таком тоне и набрасываться с угрозами на совершенно незнакомого человека. На душе было поганенько, я быстро одела кем-то аккуратно сложенные вещи, явно это сделала не мамаша нимфа, она бы и пальцем не пошевелила. По виду так она настоящая высокомерная особа королевских кровей, чего не скажешь о её муже, он производил впечатление простого в общении нимфа, без закидонов и заморочек. Вся в мыслях я перешла в гостиную, где на столе так и лежали вчерашние не съеденные фрукты. Забравшись с ногам в кресло, я принялась за завтрак. Умываться тут было негде, а меня ещё мучила жажда. Единственным выходом из положения я видела перекусить сочными фруктами, их сок должен приглушить жажду.

Пока завтракала, смогла немного привести свои взбудораженные нервы в подобие спокойного состояния. Никто ко мне не приходил, и я решилась на самостоятельную вылазку. Далеко отходить от дома я не собиралась, боясь потеряться в однообразии пейзажей, только так немного побродить по окрестностям, ну и посетить ближайшие кустики, а то у меня в глазах уже золотые рыбки плавают.

С тихим шелестом лианы передо мной расступились, послушно выполнив негласное пожелание. В этот раз ощущения покалывания ладони воспринимались не настолько чувствительно, как вчера. Возможно, организм привык или же сегодня я потратила меньше энергии. На полянке перед домом солнце пригревало сильно, я поторопилась скрыться от его лучей под крону ближайших деревьев. Уже стоя под спасительным зелёным навесом, я обернулась на дом. После моего вчерашнего вмешательства в его архитектуру, он стал гораздо сильнее походить на жилое помещение. Форма его выровнялась, представляя собой теперь параллелепипед, а не бесформенное нечто. Ему бы ещё добавить красивую крышу, но такое вмешательство без дополнительной энергии Тезария мне провернуть не удастся. Довольная результатами произведённых мной изменений жилища, я вернулась к насущной проблеме, которую решила быстро, зайдя поглубже в джунгли.

Мне везло, в этом лесу я не видела ни змей, ни пауков, встречи с которыми я очень боялась. В то время мне в голову не могла прийти даже мысль, что на Циании вполне вероятно, такие существа даже и не водятся. Настолько крепко во мне засела ассоциация с обитателями лесных массивов, что иного варианта невозможно было и придумать.

Бродя кругами неподалёку, я наслаждалась красотой экзотических цветов, огромными бутонами распустившихся меж деревьев и порою, на них самих. На территории троллей цветов было много, но они были мелкими, не превышающими размера всем знакомой земной ромашки. Зато тут некоторые особо крупные цветы нельзя было и сорвать, их стебель толщиной не уступал моей руке. К таким гигантам я близко не подходила, вдруг они плотоядные? Опять же Тезарий не посчитал нужным рассказать мне о местных растениях и животных, да я и сама не интересовалась этой темой, пока он находился рядом.

Зато мне повезло, я быстро нашла лесной ручей и смогла вдоволь напиться холодной ключевой водой. Дно ручья выстилали разноцветные гладкие камни, их сквозь прозрачную воду было прекрасно видно. Я довольно долго провела на его берегу, болтая в воде ногами, доставая со дна особо интересные камушки и высматривая мальков. Мальков я так и не нашла, зато видела пустые тёмные раковины, напоминающие домики улиток. Полежала на траве, наблюдая за жизнью разноцветных, можно сказать, птиц, деловито суетящихся на ветках, послушала непривычные лесные звуки и убаюканная ими задремала.