Глава 17.1. Обратно

Я просыпаюсь с огромным трудом, словно и вовсе не спала. Машинально тянусь к блистеру с таблетками, выдавливаю одну, запивая водой из бутылки, и смотрю в потолок. Надо собраться с силами и поднимать эту семейку, иначе опоздаем к вылету. Кстати, сколько уже натикало-то?

Беру в руки браслет, чтобы посмотреть время, но первым вижу сообщение от сына клиентки. Максим писал ей в начале второго, чтобы не беспокоилась: отец выходил в аптеку из-за сильной головной боли, но сейчас уже вернулся. Хм…

Смахиваю сообщение и вижу, что уже половина девятого. На девять у нас по плану завтрак, который доставят в номер, а потом нужно собираться: к одиннадцати успеть в аэропорт, потому что на полдень назначен вылет. Поэтому осторожно выскальзываю из-под покрывала и ерошу волосы Виктории — пора и этой соне просыпаться.

Без десяти минут девять выхожу в общую комнату, и там уже сидит Макс. Дежурно включён телевизор, хотя привычки смотреть его дома у мальчика нет, но он не столько глядит в экран, сколько скролит в телефоне.

— А где папа? — спрашиваю Максима, с удивлением осматривая комнату. — Неужели ещё спит?

— Нет, он точно выходил, — не отрываясь от телефона, говорит мне сын клиентки. — Видимо, вернулся к себе.

Странно… Денис — жаворонок, и обычно собирается самым первым. Так почему сейчас его нет на месте?

Дверь в его комнату закрыта неплотно, словно знак, что он вроде как и хочет уединения, но гостей гнать не станет. Поэтому берусь за ручку, одновременно слегка постучав по дереву.

Мужчина действительно полностью одет, и у столика даже стоит собранная сумка с его вещами. Вот только сам Денис Викторович ничком лежит на собранной постели, и по его плотно сомкнутым векам можно предположить, что с ним не всё в порядке.

Подхожу ближе, буквально нависая над кроватью, и спрашиваю очень тихо.

— Денис, ты как?

— Голова болит, — отвечают мне сквозь зубы, не открывая глаз и не поворачиваясь. — Ночью болела тоже, я сходил за обезболивающим и принял, а сейчас опять начала…

— Что врач говорил по этому поводу? — интересуюсь, сама думая, нормальным ли будет сесть на край его кровати? Стул далеко стоит, а кресла в этой комнатке нет и вовсе.

— Что так бывает, это нормально. Принимать обезболивающее по мере необходимости, если не помогает — к нему за рецептом.

— Может ещё одно обследование пройти? — не выдерживаю и усаживаюсь на самый краешек. — МРТ, или ЭХО?

— Меня исследовали вдоль и поперёк, словно лабораторную крысу! — почти рычит Денис, но меня это не пугает и не обижает. Всё верно, голова-то болеть у него должна нещадно. Однако мужчина выдыхает и наконец поворачивается ко мне лицом. — Уже пора выходить?

— Нет, ещё рано. По плану выезд только через час.

— Понятно, — опять прикрывает глаза и замолкает, но ненадолго. — Мил, подвинься, я таблетки приму.

Бросаю взгляд на тумбочку, доступ к которой действительно перекрываю. Початая пачка НПС, притом достаточно средненькие по силе. Вот только…

— Потерпи минут десять, скоро принесут завтрак. Нельзя такие вещи пить на голодный желудок, иначе ты его себе испортишь.

— Плевать, — фырчит Денис, и внутри меня поднимается волна нежности. Кажется, Людмила смотрела на такие вещи с юмором.

— Ну вот чего ради ты сейчас капризничаешь? — запускаю пальцы в его волосы и начинаю то ли почёсывать, то ли поглаживать, а может и вовсе массировать кожу его головы. — Представь, пригласишь девушку в ресторан, она закажет себе какое-нибудь фуа-гра и омаров в соусе, а тебе принесут овсяной кашки на воде, чтобы изжога не мучила. Стыд, да и только!

— Не хочу я ни в какой ресторан, — мужчина опять ворчит, но в этот раз еле слышно.

Я усаживаюсь на кровати поудобнее, опираясь спиной на подушки, и Денис вжимается своей макушкой в моё бедро. Мы оба молчим, я продолжаю поглаживания и, если честно, становится так тепло и уютно, что глаза сами собой прикрываются. Ногу сквозь ткань длинной юбки щекочет мерным дыханием, а где-то за окном шумит листва и слышен гул машин. На нас с Людмилой опускается какое-то умиротворение, и это ощущение не хочется прерывать.

— Мам, пап, вы это чего?

Глаза мои открываются резко, и я сперва даже не понимаю, где нахожусь. Я что, заснула?

Взгляд фокусируется на удивлённой Вике, а где-то за её спиной маячит озадаченный Максим.

— Завтрак принесли, и мы даже поесть успели, а вы всё сидите и сидите здесь, — говорит парень, внимательно наблюдая, как его отец садится на постели. — Сами же говорили, что в десять надо будет выезжать, а уже без двадцати пяти.

— Спасибо, котёночек, — поднимаюсь и оглаживаю ткань юбки. — Проверьте ещё раз, чтобы ничего не забыли. Вик, особенно твои гаджеты!

— Поняла, поняла, — бурчит малявка, и дети выходят из комнаты отца.

— Пойдём, позавтракаем действительно, — смотреть на Дениса почему-то неловко. По-дурацки получилось, я не планировала тут засыпать. — Тебе же таблетки нужно выпить.

Мужчина кивает, а потом, застыв, смотрит на меня.

— Не болит, — говорит он, сам вроде как не веря в то, что произносит. — Голова раскалывалась буквально, а сейчас не болит…

К огромному нашему счастью, солнышко сегодня то и дело пряталось за тучки, позволяя зною не мучить гостей города. До посадки оставалось уже недолго, и мы уселись в кресла, пройдя паспортный контроль. Вернее, сидели мы с Максимом, а Вика и Денис отправились потрошить местные сувенирные магазинчики. Не знаю уж, что они там искали, да и знать не хочу, потому что просто взяла пятьдесят одинаковых магнитов, и ещё десять красивых брелоков для самых ценных сотрудников. Ну и одну кружку, персонально для секретаря.

— И я по-прежнему не уверен, что у них соблюдаются хотя бы какие-то санитарные нормы, — услышала я окончание разговора, который отец и дочь наверняка начали ещё в магазине.

— Да нормально у них всё! — парирует Виктория. Интересно, что она решила выпросить? — Местное население же ест и не травится.

— Откуда ты знаешь, что не травится? — Денис весьма забавно вздёрнул бровью, и я едва сдержала смешок. Вернее, с мимикой всё было в порядке, но вот Людмилу это почему-то умилило. — И вообще, у местных жителей может быть на такое иммунитет.

— Папуль, ну сдайся уже, — вздыхает Вика. — Ты ведь всё равно купишь мне этот набор.

— Куплю, — выдыхает мужчина. — Ладно, пойдём.

— Вот так бы и сразу, — девчонка явно довольна, и эта парочка, так и не присев рядом с нами, опять уходит в сторону продуктовых лавочек. — Кстати, пап, ты выздоравливаешь.

— В смысле? — доносится до меня.

— Снова становишься ворчливым, как до аварии. Тебя ведь только мама и могла терпеть в такие моменты. Однажды даже…

Что там было дальше мне уже не слышно — они отошли совсем далеко. Зато ловлю внимательный взгляд сына клиентки, который также на свой слух не жалуется. Макс вроде как и хочет что-то сказать матери, притом это ощущение не покидает меня ровно с момента, как дети застукали нас спящими в комнате Дениса. Но до сих пор молчит, и я не собираюсь его торопить. Наоборот, совершенно малодушно утыкаюсь в свой мобильный, делая вид, что занята просмотром почты, хотя на самом деле продолжаю ковыряться в воспоминаниях Людмилы Николаевны.

Её супруг действительно имел весьма ворчливый и тяжёлый характер. После аварии и потери памяти они так или иначе изменились все, и потому более вежливое общение Дениса не бросалось в глаза. Но Вика только что огласила то, что у остальных пока не появилось даже на подкорке: её отец постепенно возвращается к прошлым привычкам. И что же это значит в таком случае, особенно если прибавить сюда участившиеся эпизоды головной боли? Ох, Мила, Мила… Сегодня вечером я уже верну вам это тело, а значит дальше вам придётся разбираться со всем самой. Точно ли вы готовы?