Глава 20.1. Разговор по душам

— Эм… Чего?

Не самый интеллектуальный ответ, каюсь. С другой стороны, ситуация тоже не самая заурядная, потому что я стою сейчас в безумно коротких шортах и полупрозрачной майке перед здоровенным мужиком, который пускай говорит весьма чётко и его не шатает, но однозначно пьян.

— Зелёный чай, Мила, — терпеливо повторяет Дорофеев, фокусируя на мне взгляд. — Так есть?

— Возможно. Надо посмотреть на…

Договорить я не успеваю, потому что меня совершенно панибратски отодвигают с прохода. Денис заходит внутрь как к себе домой и моментально ориентируется, где здесь кухня. А пока я словно в трансе прикрываю за ним дверь, уже вовсю хлопает дверцами верхних шкафчиков, действительно обнаруживая там пачку рассыпного чая.

Осторожно подхожу поближе, наблюдая за чёткими движениями мужчины. Вот он наливает воду в чайник и щёлкает кнопкой. Берёт в руки заварник и насыпает туда ложку чая, а потом, немного подумав, добавляет ещё одну. Каждое движение размерено, никакого нарушения координации. Но он ведь абсолютно точно пьяный!

— Денис, пожалуйста, скажи, что ты не за рулём, — осторожно уточняю, оказавшись рядом с барной стойкой.

— Я что, похож на психа? — хмыкает Дорофеев. — Машина на парковке рядом с баром, а к тебе я приехал на такси.

— А что, в баре тебе чай бы не налили? — ну правда, это что вообще за визит вежливости? — И, кстати, что ты там забыл, если должен был ужинать в «Мадриде»?

— Понятия не имею, подают ли в барах чай — я просил только коньяк, — Денис пожимает плечами. — Голова опять разболелась, а глотать таблетки мне уже поднадоело.

Такое себе обезболивающее, конечно. И всё же, что там с рестораном и свиданием?

Чайник отщёлкивает кнопкой, указывая что кипяток готов, и муж нашей клиентки занимается приготовлением напитка. Не дёргаю его, пока возится с горячей водой, но странные ощущения не покидают меня. Дорофеева я не боюсь, и даже не волнуюсь в его присутствии, но то, что мы здесь и сейчас одни, будоражит воображение, притом не столько моё, сколько Людмилы. И единственное, чем я себя успокаиваю: Денис пришёл не к женщине, а к другу. Может же он воспринимать почти бывшую жену именно так?

— Итак, может добавишь ещё немного подробностей своего ко мне прихода? — интересуюсь, когда чай оставлен завариваться. — Такое себе время для визита вежливости.

— И что ты хочешь знать? — Денис скидывает с плеч пиджак и смотрит на меня так вопросительно, словно только моё поведение выбивается из рамок.

— Ты собирался вечером на свидание, но по итогу накачался алкоголем в баре, а потом заявился сюда попить чаю. Действительно, что же меня может интересовать?

Демонстративно приподнимаю бровь и складываю руки на груди. Дорофеев же смотрит на меня внимательно, а после, к моему немалому удивлению, вначале кутает в свой пиджак, а после усаживает на барную стойку.

— Сиди тут и не мельтеши, — сообщают мне строго, и я запоздало понимаю, что внешний вид жены его очень даже отвлекает. И даже если приходишь к «другу», то неимоверно сложно сосредоточиться, пока тот разгуливает перед тобой во фривольной пижаме.

Дальше мужчина разглядывает чайник на просвет, удовлетворённо кивает, а после берёт с полки самую большую кружку и наливает туда чай. Делает глоток, потом ещё один, и только потом, не глядя на меня, начинает свой рассказ.

— По пути от тебя я действительно заехал в цветочный, попросил подобрать букет. Что-то для молодой девушки-блондинки, и мне, разумеется, всучили розовые розы. Охапка прямо внушительная, им словно ото всех остатков избавиться хотелось. Хотя смотрелись, разумеется, шикарно.

Молчу, не комментирую. Цепляется за цветы, значит рассказ меня ожидает весьма подробный. Ладно, послушаем — мне-то чего.

— Приехал я за Анастасией как договаривались, она опоздала на десять минут. Платье было на ней такое… — Денис делает какие-то странные пассы в воздухе, — красное.

— Блондинка в красном — классика, — пожимаю плечами, поправляя полы пиджака.

— Ты тоже была в красном, хотя и не блондинка, — хмыкает мужчина, но по мне мазнул взглядом лишь мельком. — И знаешь, я в пятницу полночи заснуть не мог, так разыгралось воображение. Но от её платья такого не было. Фантазиям там просто не осталось места, настолько всё было напоказ.

Ну ясно — девочка переборщила с презентацией своих прелестей. Согласна, фигурка у неё что надо, но вот интригу оставлять тоже не лишне. Особенно на первом свидании.

— Я помог ей сесть в машину, подарил цветы, от которых она, разумеется, оказалась в восторге, и мы поехали к «Мадриду». Дорога занимала полчаса, и все эти тридцать минут она болтала. Просто не умолкала ни на секунду!

— Наверное потому, что ты включил в себе режим ворчливого дядьки и вёл машину молча, — фыркаю.

А ведь Дорофеев и вправду весьма ворчлив, его характер не каждый выдержит. Но мужчина демонстративно пропускает мои слова мимо ушей и продолжает после того, как опустошает кружку наполовину.

— С каждой минутой, проведённой с Анастасией наедине, я всё меньше чувствовал, что вообще смогу с ней общаться. Да и о чём? В технике, кстати, она не разбирается совершенно, а диплом — враньё. Болтала исключительно о блогах, вечеринках и интернете. У нас даже нет общих точек соприкосновения в интересах!

А ты как хотел, дорогой? Такое часто случается, когда увлекаешься девчонкой, которая тебя моложе на двадцать лет. Вы ведь и вправду из разных поколений.

— И потому, когда подъехали на парковку, я заглушил мотор, но так и не нашёл в себе сил выйти из авто. Мы просидели так какое-то время, и Анастасия спросила, всё ли со мной в порядке. А когда я промолчал, сообщила, что если передумал, то мы можем всё отменить. Но, разумеется, блефовала, потому как стоило мне согласиться на этот вариант, она тут же включила заднюю. И это… неприятно.

— Тебе было неприятно внимание красивой девушки? — интересуюсь, прикидывая, не заварить ли чаю и мне. Но зелёный — однозначно плохой выбор для ночи, да и возиться с заваркой лень. — Или что?

— Я ощутил себя каким-то трофеем, который ей просто необходимо было забрать себе здесь и сейчас. Любой ценой, потому что когда поняла, что я всерьёз настроен всё отменить, сказала что видимо я слишком напряжён и мне необходимо расслабиться. А потом положила ладонь мне на колени со словами, что вообще-то таким на первом свидании не занимается, но кого мы сейчас обманываем?

Мысленно присвистываю, размышляя куда подевалась гордость этой Насти. Разумеется, Денис Дорофеев — это джек-пот. Но чтобы так вот сходу снизить свою цену?.. Не могу сказать, что у них с Милой был какой-то там конфетно-букетный период, ведь страсть перевесила всё. Но никогда Людмила Николаевна не предлагала ему себя, а прежде, чем добиться взаимности и согласия на брак, Денису Викторовичу пришлось за ней как следует побегать. Режим охотника включился там на полную, но на девочку-блогера охотиться смысла не было.

— Пожалуйста, избавь меня от подробностей, — поднимаю ладонь. Этого не хочу знать ни я, ни Мила.

— Там не о чем рассказывать, разумеется, — получаю такой строгий взгляд, словно это я во всём тут виновата. — Но после этого я поинтересовался у Анастасии, какими она видит наши отношения, если мы всё-таки сойдёмся.

О. А вот это мне действительно интересно. Чем же нас удивит современная молодёжь?

— Если кратко, то она хочет красивую и дорогую свадьбу, а потом покататься по миру. Дети — да, но лучше бы их вынашивала суррогатная мать, а то испортится фигура. К тому же это нынче модно. Я никогда не чувствовал себя таким кошельком на ножках, как в тот момент, пока она говорила. Мной что, совсем нельзя заинтересоваться как мужчиной?

О, вот и открытый взгляд! Впервые за последние пятнадцать минут.

— Денис, не забывай, что в женщинах изначально заложен корыстный умысел, — наставительно напоминаю собеседнику, пока он размышляет, не подлить ли себе ещё напитка из чайника. — Нам надо искать такого самца для создания семьи, который эту самую семью сможет прокормить.

— То есть, ты тоже связалась со мной из-за денег? — недоумённый и одновременно недоверчивый взгляд.

— Дался ты мне в триста лет, вместе со своими деньгами! — пожимаю плечами, ковыряясь в воспоминаниях клиентки. — На момент нашего знакомства я и сама неплохо зарабатывала. Во всяком случае, для моих потребностей хватало. И замуж за тебя я не хотела. Но ты был умным и красивым, — задумываюсь ещё на пару секунд, и всё же произношу: — Ну и в постели весьма хорош.

Денис Викторович отворачивается, чтобы я не успела разглядеть его эмоции, но вряд ли был недоволен ответом. Всё-таки наливает себе ещё чай, хотя тот наверняка остыл, и методично делает глоток за глотком. Я же бросаю взгляд на часы, отмечая половину второго, и мысленно вздыхаю. Поздновато, пора бы и заканчивать с его визитом.

— Ну так и на чём вы там остановились? Девочка ведь предложила вполне достойный обмен: тебе хорошенькую и послушную спутницу, а ей — блага жизни.

— Я предложил перевести на её счёт определённую сумму, и мы забудем о том, что вообще друг друга знали, — совершенно хладнокровно отвечает Денис. — А если её этот вариант не устроит и в сеть протечёт хоть что-то, то переводить на мой счёт будет уже она. Неустойку по контракту.

Ого! Мне даже в голову не приходило, что Дорофеев настолько суровый мужик. Или это он только с Милой был таким покладистым?

— А букет тебе никуда случаем не засунули? — интересуюсь, потому что я бы после такого предложения много чего сказала в ответ. Но Денис только равнодушно пожимает плечами.

— Нет, не засунули. Девочка подумала буквально несколько секунд, а потом уточнила размер своей компенсации. А после оглашения суммы с удовольствием покинула мою машину, прихватив с собой эти самые розы. Подозреваю, в «Мадрид» она всё-таки пошла: не пропадать же такому платью зря.

Очень хотелось присвистнуть вслух. А, впрочем, не моё это дело. У всех свои приоритеты.

— И что теперь? — говорю, задумавшись и даже не обратив сразу внимания, каким взглядом смотрит на меня Дорофеев.

— А теперь… — он отставляет чашку подальше и делает шаг ко мне. Провокационная ситуация, если учесть, что я сижу на столешнице и наши глаза на одном уровне. — Теперь будем решать вопрос с тобой.