Глава 14: Ночная смена

Дежурство тянулось мучительно долго. Казалось, даже трупы скучали и разлагались медленнее от тоски. Борис Игнатьевич, запершись у себя в кабинете, уже который час ворчал на кого-то по телефону — судя по обрывкам фраз, на беднягу из ЖЭКа, который не мог объяснить, почему в морге пахнет не только смертью, но и сыростью из-под пола.

— Да вы там трубы проверьте! — гремел его голос. — А то у нас тут и так климакс у холодильников, так ещё и потоп местного значения устроите! Мне потом на этих лужах кататься, как фигуристке?!

Я ухмыльнулась, протирая инструменты. Мысль о Борисе Игнатьевиче в балетной пачке скрашивала монотонность вечера.

Наконец он выскочил из кабинета, красный и взъерошенный.

— Смирнова! Я к этим идиотам поеду, глаз на них нет! — объявил он, натягивая пальто. — Ты тут одна не разбежишься? Не устроишь вечеринку с привидениями? Шарики не купила?

— Шарики кончились, — вздохнула я с наигранной грустью. — Придётся обойтись вскрытием и душевными беседами с молчаливыми клиентами.

— Душевными... — фыркнул он. — Смотри мне, чтобы к утру всё блестело! И чтобы от моих инструментов не пахло селёдкой, как в прошлый раз!

— Так то Юра бутерброды ел! — возмутилась я.

— А ты должна была остановить! Ты — старшая! — рявкнул он на прощание и исчез за дверью, оставив меня в компании вечного безмолвия и тихого гудения холодильников.

Тишина, наступившая после его ухода, была оглушительной. Я закончила с инструментами и решила заняться тем, до чего всё не доходили руки — провести ревизию в «холодном» архиве.

Перекладывая папки, я наткнулась на личные вещи последней жертвы «художника», аккуратно упакованные в пакет. Кошелёк, ключи, разбитый телефон... И зажигалка. Дешёвая, с каким-то рекламным логотипом. Я почти машинально щёлкнула ею. Не загорелась. Сломанная.

Я уже было хотела отложить её, как мой взгляд упал на царапину на боку. Не царапина, а надпись. Выведенная корявым почерком, будто гвоздиком. Я присмотрелась.

«ЛК. Ул. Строителей, 15, кв. 24»

Мир замер. Гул холодильников стих. Кровь отхлынула от лица, оставив лёгкий звон в ушах.

Ул. Строителей, 15. Это мой дом. Мой подъезд. Кв. 24. Это... моя квартира.

ЛК. Лиза... К... Какая у меня была девичья фамилия? Козлова? Нет... Круглова? Чёрт, да это же неважно! Важно то, что этот человек, чьи узоры я с таким жутким фанатизмом изучала, чьё тело я вскрывала... Он знал мой адрес. Он носил его с собой в кармане. Как талисман. Или как цель.

В ушах зазвучал насмешливый, бархатный голос незнакомца: «Твоя аура... она кричащая. Как сигнальная ракета.».

«Сигнальная ракета, блин, — пронеслось в голове. — Он меня по GPS отслеживал, пока я с фаршем за углом пряталась!»

Я отшатнулась от стола, зажигалка выпала из дрожащих пальцев и покатилась по кафельному полу, зловеще поблёскивая на свету. Это была не просто улика. Это было послание. Причём адресованное лично мне.

И самое ужасное — я не могла понять, когда он его получил. До того, как стал жертвой? Или... после? Может, это был не его трофей? Может, это кто-то другой положил ему в карман? Тот, кто знал, что я буду это вскрывать?

Мысли путались, превращаясь в единый панический ком. Мой дом. Моя бабушка.

В этот момент скрипнула дверь. Я вздрогнула, как на преступлении, и интуитивно пнула зажигалку ногой под ближайший шкаф.

На пороге стоял Аркадий, зевая во всю пасть.

— Лизань, ты чего тут одна творишь? Борис Игнатьевич звонил, говорит, трубы там целы... Ой, а ты чего такая белая?

— Просто прибираюсь тут, — выдавила я, пытаясь улыбнуться.

— А, ну тогда ладно, — Аркадий махнул рукой. — Я пошёл, чайку попью. Не скучай!

Дверь закрылась, и я осталась одна с этой леденящей душу тайной, запрятанной под шкафом. Уликой, которая вела прямиком к моему порогу.

Юмор окончательно испарился, оставив после себя лишь холодный, липкий страх. Капитан Следствие, таинственный незнакомец, а теперь вот это... Игра определённо выходила на новый уровень. И похоже, мне отвели в ней не самую приятную роль.

* * *

Ночь тянулась бесконечно. Казалось, даже время разлагалось здесь вместе со всем остальным. После шокирующей находки каждая тень казалась зловещей, каждый скрип холодильника — шагом незваного гостя. Чтобы не сойти с ума, я с головой ушла в работу.

«Клиенты» сегодня были особенно требовательными. Один упрямо не хотел расставаться с признаками давно минувшей трапезы, и мне пришлось провести с ним почти час, ведя одностороннюю, но очень настойчивую беседу о пользе диеты.

— Ну что же ты как маленький, — ворчала я, вооружившись пинцетом и дистиллированной водой. — Дай хоть посмотреть. Не бойся, не укушу. Хотя, с моими-то новыми данными... — я осеклась и оглянулась, но меня окружала лишь благоговейная тишина.

В перерыве заглянул Аркадий, неся два стакана чая, мутного, как будущее нашего бюджета.

— Держись, доктор, — сказал он, ставя один стакан передо мной. — Ночью они все капризные. То ли дело днём — солнышко светит, и настроение у них соответствующее.

— Аркадий, они всегда в одном настроении, — заметила я, с благодарностью принимая горячую кружку.

— Ну, я так, для поддержания боевого духа, — он подмигнул. — А то ты тут одна, смотри, не заскучай. Можешь с ними в шахматы сыграть. Правда, они всегда проигрывают. И фигуры роняют.

После его ухода я действительно почувствовала себя немного бодрее. Даже самый мрачный морг скрашивался таким вот простым человеческим участием. Пусть и с профессиональным юмором.

Но стоило мне снова остаться одной, как мысли вернулись к злополучной зажигалке. Кто? Зачем? Словно назойливая муха, эта загадка жужжала в голове, не давая сосредоточиться.

— Ладно, — громко сказала я, обращаясь к своему немому «пациенту» на столе. — Раз уж мы тут вдвоём, давай работать. Только без сюрпризов, договорились? А то я сегодня не в духе. Меня тут уже один «художник» до ручки довёл.

Труп, разумеется, благоразумно промолчал.

Работа заспорилась. Я составляла отчёты, проверяла архивы, даже помыла пол в приёмной — всё лишь бы занять себя и не думать о том, что ждёт меня дома. О том, что кто-то знает, где я живу.

Под утро, когда за окном посветлело, я закончила. Всё блестело и пахло хлоркой, а не селёдкой. Борис Игнатьевич будет доволен. Я погасила свет в основном зале и, потягиваясь, направилась к выходу.

И тут мой взгляд упал на дверь архива. На ту самую папку с делом «художника».

Рука сама потянулась к ручке. Нужно было проверить. Перечитать всё ещё раз. Может, я что-то упустила? Какую-нибудь деталь, которая всё объяснит...

Но я с силой отвела руку. Нет. Не сейчас. Сейчас мне нужно было не копаться в старых бумагах, а ехать домой. К бабушке. И проверить, всё ли в порядке.

Я вышла на улицу, где уже светало. Воздух был холодным и чистым, смывая с лёгких запах смерти и страха. Предстоящий разговор с бабушкой о возможной опасности не сулил ничего хорошего. Но это было необходимо.

«Ночная смена окончена, — подумала я, закутываясь в куртку. — Но самая сложная часть дня только начинается».

Конечно, продолжаем. Вот как могло бы развиваться это неожиданное утреннее свидание.

Я уже потянулась к кнопке домофона, чтобы вызвать такси, как вдруг мои звериные инстинкты, притупившиеся за ночь уставшей рутиной, взвыли тревогой. Запах. Не формалин, не городская грязь. Что-то сладковатое, пудровое, с нотками дорогих духов и... чего-то электрического, озонового.

Я медленно обернулась.

На лавочке прямо напротив выхода из морга сидела она. Девушка с фиолетовыми волосами из того самого бара. Сильвия. Суккуб. На ней было лёгкое пальто, совершенно не подходящее для утреннего холода, и она с видимым удовольствием потягивала дым из электронной сигареты, выпуская колечки, которые на мгновение принимали причудливые формы, прежде чем раствориться.

— О, а вот и наша восходящая звездочка! — прокричала она мне через дорогу, весело помахивая сигареткой. — Как ночка? Продуктивно поработала? Порезала, пошила, пообщалась с немыми собеседниками?

Я замерла на месте, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Что, чёрт возьми, ей нужно в семь утра у морга? И откуда она знает где я работаю?

— Я... на работе, — глупо брякнула я, озираясь по сторонам. Улица была пустынна.

— Как раз по делу! — она легко поднялась и, не глядя по сторонам, перебежала дорогу, словно машин тут никогда и не было. Остановилась передо мной, окутав облаком сладкого дыма. — Слушай, у меня к тебе деловое предложение.

— Мне кажется, мы в разных весовых категориях, — осторожно сказала я, вспоминая её «напитки» и компанию.

— Ой, да брось! — она махнула рукой, и браслеты на её запястье мелодично звякнули. — Это всё предрассудки. Я не предлагаю тебе присоединиться к нашему книжному клубу. Хотя... — она прищурилась, — тебе бы не помешало что-то почитать помимо отчётов о вскрытии. Но это позже.

Она сделала шаг ближе, и её фиалковые глаза заблестели.

— У тебя тут, я слышала, некий... талант проявился. К находить тех, кто плохо себя ведёт. И наводить... э-э-э... шороху.

Я промолчала, чувствуя, как внутри всё сжимается. Откуда она знает?

— Не смотри на меня так, как будто я собираюсь тебя съесть. Хотя идея... — она облизнула губы, и я невольно отступила. — Но нет, дело не в этом. У меня есть один... должник. Очень неприятный тип. Надоел уже всем. Но он хитрющий, прячется, бумажки какие-то ненужные коллекционирует. Охотники — те вообще на него забили, им бы чего посерьёзнее. А мне он мозги компостирует.

Она посмотрела на меня с наигранной надеждой.

— А ты, я смотрю, энергичная. Ищешь применение своей... силе. Вот я и подумала — а почему бы не помочь друг другу? Ты его найдёшь — я тебе... ну, я уж придумаю, как отблагодарить. У меня связи.

— Я не наёмный убийца, — холодно сказала я.

— Ой, какое громкое слово! — она фыркнула. — Кто говорит об убийствах? Я хочу просто... поговорить с ним. Серьёзно. А ты просто помоги мне его найти. Твоё нюх должен с этим справиться. Справился ведь с другими?

Её слова повисли в воздухе. Она знала. Значит, слухи действительно поползли.

— Я подумаю, — буркнула я, стараясь казаться равнодушной.

— Отлично! — она хлопнула в ладоши. — Думай быстрее. А то мой должник может куда-нибудь сбежать. Ищи меня в «Гробнице». Спросишь Сильвию — все знают.

Она повернулась, чтобы уйти, но на прощание обернулась.

— И, Лиза? — её голос внезапно потерял всю игривость и стал холодным, как сталь. — Будь осторожна с теми, кто снуёт вокруг тебя. Охотники... они не любят, когда на их территории появляются новые хищники. Даже такие... милые.

И, бросив мне воздушный поцелуй, она растворилась за углом, оставив после себя лишь сладкий, приторный шлейф и очередную порцию проблем.

Я стояла у входа в морг, сжав кулаки. Моя жизнь, которая ещё недавно казалась такой простой (работа, дом, бабушка, пироги), теперь напоминала дурной сериал, где я была главной героиней, не знающей сценария.

Сначала охотники, потом элита в лице таинственного незнакомца, а теперь ещё и суккубы с долгами... Оставалось только ждать, когда объявятся тролли с предложением о ремонте подъезда.

С глубоким вздохом я всё-таки вызвала такси. Теперь у меня был ещё один повод поторопиться домой. Нужно было проверить, не оставил ли какой-нибудь другой «поклонник» свои визитки у меня под дверью.