АКТ 2: ЧТО СО МНОЙ НЕ ТАК? Глава 6: Вечеринка у Моргана

Проснулась я от того, что по черепу будто шпарили отбойным молотком. Язык прилип к нёбу, а во рту стоял стойкий привкус джина, йода и ужаса бытия. Первым делом я метнулась к окну, отдернула занавеску.

Никакого тёмного внедорожника с тонированными стёклами. Только старенькая «девятка» соседа и дворник, лениво сгребавший прошлогоднюю листву.

Облегчение, сладкое и пьянящее, тут же сменилось стыдом.

— Ладно, Лиза, — строго сказала я себе, — ты просто вчера перебрала. Не было никакого маньяка-курьера, никакого доброго самаритянина со шрамом. Это всё паранойя на фоне стресса и алкогольной интоксикации. Возьми себя в руки.

Из кухни донёсся запах кофе и голос бабушки:

— Лизанька, вставай-поднимайся! Мои цикламены совсем затосковали в старых горшках, ждут не дождутся, когда мы их на вольные хлеба пересадим!

Я побрела на кухню, стараясь не делать резких движений головой. Бабуля возилась у плиты, а на столе уже красовалась пара новых керамических горшков и пакет с землёй.

— Бабуль, — начала я осторожно, опускаясь на стул. — А помнишь, вчера вечером... Я пришла, а ты мне пирожки оставила. И сказала что-то...

Она помешивала чай, не оборачиваясь.

— Что-то? Какое что-то? Что я могла сказать? Что пирожок с мясом, пока горячий? Так я всегда это говорю.

— Ну, там... — я сглотнула, чувствуя, как глупо это звучит. — Ты сказала: «Ты же у меня охотница теперь». Что ты имела в виду?

Ложка в руке бабушки замерла. Она стояла ко мне спиной, и я видела, как напряглись её плечи. Повисла неловкая пауза.

— Бабуль? — позвала я чуть громче.

Она не двигалась, словно застыла, глядя на кипящий чайник.

— Бабуля! — я уже почти крикнула, и меня бросило в холодный пот.

Она вздрогнула и медленно, очень медленно повернулась. Её лицо было странно пустым, а мутные глаза смотрели куда-то сквозь меня.

— Что говоришь, дорогая? — её голос прозвучал отрешенно. — Охотница? Ну, может, про кошку я сказала. Мурка у нас мышей ловит, охотница. Или показалось тебе. Старая я, сама знаешь, иногда не помню, что ляпну.

Она улыбнулась какой-то стеклянной улыбкой и потяпала меня по руке своими тёплыми, шершавыми пальцами.

— Иди мойся, да завтракай. Работа ждёт.

Мы пересаживали цикламены. Бабушка деловито командовала, подавая мне горшки и землю, без умолку говорила о том, какой у них капризный характер и как они любят прохладу. Она вела себя абсолютно нормально. Слишком нормально. Как будто того странного диалога и не было.

А у меня в голове стучало: «Она не помнит. Или делает вид?»

Но смотреть в её слепые, ничего не выражающие глаза было бесполезно.

Пересадив бабушкины цикламены и выслушав тридцать седьмой рассказ о том, как прадед чуть не женился на русалке, я повалилась на кровать. Включила какой-то бесконечный сериал про врачей, которые слишком красивы для своей работы и постоянно занимаются не тем, чем должны. Идеальный фон, чтобы не думать.

Не думать о земле под ногтями. Не думать о «творческом подходе» того маньяка в морге. Не думать о том, что я, возможно, начинаю чуять запах крови сквозь запах формалина.

На экране телефон взорвался вибрацией. Маша. «Лизик, ты как, жива? Как растения Ваши поживают? Вечером в «Моргане» тусовка. Будет весело. 9 вечера, не опаздывай! А то все клевых вампиры уже разберут 😉»

Мысль о «клевых вампирах» иронии судьбы оказалась пророческой. Ведь «Морган» — это лишь наше с Машкой пафосное название для «Гробницы» — самого мрачного и готического бара в городе.

* * *

«Гробница» встретила нас привычным гулом и липкими полами.

Я протиснулась к стойке, кивнув знакомому бармену Степану — бывшему судмедэксперту, который нашёл свое истинное призвание в смешивании коктейлей с мрачными названиями. Он полировал бокал с таким сосредоточенным видом, будто готовил инструмент для трахеотомии. На свету я на секунду показалось, что его клыки чуть острее и длиннее, чем положено человеку, но я списала это на игру света и остаточные галлюцинации.

— Ну, рассказывай! — потребовала Маша, заказывая нам по коктейлю «Вскрытие». — Как доехала домой?

Я глубоко вздохнула, отхлебнув своей отвратительной, но крепкой смеси. — Если бы всё было так просто. Вчера таксист вышвырнул на обочину за то, что меня немного укачало...

— Как?! — у Маши округлились глаза. — Лиза, с тобой всё в порядке?

— Вроде да. Но это ещё не всё. Потом меня подобрал какой-то тип на тёмном внедорожнике. Милый такой, с бархатным голосом. Этим бархатным голоском и намекнул, что мне стоит быть осторожнее и не совать нос не в свои дела. Сказал, что не все монстры выглядят как монстры. К чему это было, я не поняла..

Маша смотрела на меня с ужасом и восхищением.

— Боже, Лиза! Это же похоже на начало плохого триллера! Может, тебе правда сменить работу? Я серьёзно!

— И куда? — я горько усмехнулась. — В ассенизаторы? Там, наверное, спокойнее. Ладно, не будем о грустном. Рассказывай лучше про своего кота.

Мы болтали о всякой ерунде, но моё внимание всё равно притягивала та самая, ничем не примечательная дверь в углу. Возле неё стояли двое охранников, невозмутимых, как скалы. И к ним то и дело подходили люди — непохожие на остальных посетителей бара. Девушка в плаще с капюшоном, несмотря на жару; мужчина в дорогом костюме, от которого пахло старыми книгами; компания ребят, чья кожа странно отсвечивала в неоновом свете.

— Маш, смотри, — ткнула я подругу локтем. — Куда это они там ходят?

Маша лениво скосила глаза.

— А, это. Говорят, там какой-то VIP-зал. Для избранных. Не наша лига, Лизик. Давай лучше ещё выпьем.

Но любопытство уже разгоралось внутри меня, сметая все предостережения.

— А давай попробуем пройти? — прошептала я. — Ну просто посмотреть одним глазком!

— Ты с ума сошла? Нас там в клочья порвут! — зашипела Маша, но в её глазах тоже вспыхнул азарт.

— Скажем, что мы... инстаграм-блогеры! Веду канал «Трупный день» про работу в морге. У меня тысячи подписчиков!

— Двое, — мрачно уточнила Маша. — Я и твоя бабушка.

Мы сделали по последнему глотку для храбрости и направились к двери, стараясь выглядеть нагло и непринуждённо.

— Добрый вечер, — сказала я, подходя к охраннику, напоминающему скалу. — Мы на закрытую вечеринку.

Первый охранник, чьё лицо напоминало выдающийся геологический образец гранита, медленно перевёл на меня пустой взгляд.

— Пароль? — пророкотал он, словно камень по катку.

— Пароль? — я растерялась. — Ну... «Селезёнка»? «Вампир»? «Кровь»?

Его лицо не дрогнуло. Второй охранник, кряжистый и похожий на добродушного медведя (если бы медведи могли сложить человека в гармошку), едва заметно ухмыльнулся.

— Милые девушки, — сказал он вежливо, но твёрдо. — VIP-зона закрыта для посторонних. Пройдите, пожалуйста, к своему столику.

Наша попытка провалилась. Мы вернулись за свой стол, немного расстроенные, но не сломленные.

— Ничего, — вздохнула Маша, заказывая две порции текилы. — Они просто не оценили наш потенциал. Их потеря.

Мы сидели, потягивая текилу и строя планы мести охранникам, когда у двери началась небольшая суета. Группа «готиков» в бархате и кружевах что-то горячо обсуждала с охраной, жестикулируя и показывая на свои телефоны.

— Наверное, тоже пароль забыли, — фыркнула Маша. — «Летучая мышь» вместо «Дракула» сказали.

В этот момент один из них, парень с аристократически бледным лицом, отступил назад и случайно задел рукой панель на стене рядом с дверью. Раздался тихий щелчок, и дверь, которую мы считали неприступной, с лёгким шипением отъехала в сторону, открывая узкий, слабо освещённый проход.

— Опа! — вырвалось у меня. — Секретная кнопка!

Азарт снова вспыхнул, как спичка. Маша схватила меня за руку.

— Лиза, нет! Это ловушка! Нас сейчас будут прессовать за нарушение границ!

Но было уже поздно. Я рванула вперёд, увлекая её за собой, пока охранники были заняты спором с готами. Мы проскользнули в проём буквально за секунду до того, как дверь снова закрылась.

Мы оказались в небольшом, уютном помещении. Воздух здесь был другим — густым, сладковатым, с примесью дыма, древесной смолы и чего-то ещё, отдалённо напоминающего медь и озон после грозы. Тот самый знакомый, тревожный букет, что я то и дело ловлю в морге, но здесь он был в разы интенсивнее и... живее.

И тут мы их рассмотрели.

За столиком у стены сидела парочка. Девушка с фиолетовыми волосами что-то страстно рассказывала, а её спутник... её спутник время от времени выпускал струйку дыма не изо рта, а из ушей. Симпатичные колечки дымка медленно уплывали к потолку.

— Нифига себе, — прошептала Маша, впиваясь мне в локоть. — Лизик, мне кажется, или у него...

— Кажется, — подтвердила я, чувствуя, как у меня подкашиваются ноги.

Рядом у стойки стоял мужчина и пил что-то красное и густое из бокала. Обычная картина, если бы не тот факт, что его кожа на свету мягко переливалась, как у жука-носорога.

— Э-э-э... может пойдем отсюда? — пискнула Маша.

Её голос привлёк внимание. Все обитатели комнаты разом повернули головы в нашу сторону. Наступила мёртвая тишина. Даже музыка заиграла чуть тише.

Девушка с фиолетовыми волосами подняла одну бровь.

— О. Человечки. Заблудились?

— Мы... мы блогеры! — выпалила я первое, что пришло в голову, чувствуя себя идиоткой. — Снимаем репортаж о... э-э-э... нетривиальных развлечениях города!

Мужчина с переливающейся кожей медленно повернулся к нам. Его глаза были полностью чёрными.

— Блогеры? — его голос звучал, как скрежет гравия. — А пароль от блогеров какой? «Хэштег»? «Селфи»?

— «Омномном»? — несмело предположила Маша.

Девушка с фиолетовыми волосами вдруг рассмеялась. Звук был похож на переливчатый звон хрустальных колокольчиков, и почему-то от него по коже побежали мурашки — наполовину от восторга, наполовину от первобытного страха.

— О, какие же вы восхитительные! — воскликнула она, и её глаза сверкнули аметистовым огнём. — Давайте их точно оставим! Ну посмотрите на них — они же дрожат от любопытства, как мышата на пороге сырной фабрики! Такая искренность — это же настоящий деликатес!

Парень, выпускавший дым из ушей, наклонился к нам и принюхался.

— Пахнут страхом и текилой. Интересное сочетание.

— Я... я всегда так пахну, когда нервничаю, — честно призналась я.

— Значит, вы поняли, что попали не на обычную вечеринку? — спросила фиолетовая девушка, играя своим бокалом. Её глаза сверкнули весело.

— Ну, — Маша набрала в грудь воздуха, пытаясь сохранить остатки достоинства. — Видела я людей, которые курят ушами. По телевизору. В фантастическом сериале. Так что да, кое-что начало доходить.

— Отлично! — девушка хлопнула в ладоши. — Значит, познакомимся. Я — Сильвия, суккуб. Это — Гнарр, — она кивнула на дымящегося парня, — наш местный паровоз. А это — Кронос, — чёрноглазый мужчина кивнул нам с видом короля, снизошедшего до общения с плебеями. — Он... э-э-э... коллекционер. Редких насекомых. И не только.

— А мы... — я перевела дух, — Лиза и Маша. Обычные... пока что люди.

Сильвия улыбнулась, и её улыбка была одновременно прекрасной и пугающей.

— Люди говоришь. Хорошо, ну, раз уж вы здесь... Может, выпьете с нами? У Кроноса как раз есть парочка интересных напитков, которые могут вас заинтересовать.

Она кивнула на бокал с густой красной жидкостью. Маша побледнела.

— Спасибо, но у нас аллергия на... э-э-э... всё красное. После текилы. Нам кажется уже пора, приятно было познакомиться.

Мы пятясь, потащились к выходу, нащупывая за спиной дверь.

— Заходите ещё! — весело крикнула нам вдогонку Сильвия.

Дверь за нами захлопнулась. Мы стояли в основном зале «Гробницы», прислонившись к стене, и тяжело дышали.