ГЛАВА 30

ОЛЬГА

— Привет, Ольчик! Как смотришь на то, чтобы по магазинам прошвырнуться? Гардеробчик слегка обновить?

— Привет, Ириш. Я б с удовольствием, но… — замолкаю и прикусываю губу, раздумывая, можно ли говорить о таком по телефону или нет.

Если за Сергеем следят и про меня в курсе… есть ли вероятность, что и телефон они прослушивают?

Может, конечно, я нагнетаю и дую на воду… кто есть Платонов, и кто те суслики горбатые, что на него пасть разевают, — небо и земля, не иначе… и все же перебдеть мне видится надежнее, чем сделать наоборот.

— …откажусь, наверное, — заканчиваю в итоге, заранее сожалея.

Прогулки с Митиной — особый вид кайфа, который жаль упускать.

С ней и поржать можно, и о серьезном перетереть, и в ресторан крутой забуриться, разыгрывая высокомерных леди, и в шавушечной подножным кормом перекусить, Гурамов и Арменов вдохновляя жарить мясо сочнее, и в секс-шопе наручниками с розовой опушкой затариться, и в тире пострелять. В общем, оторваться весело и от души, зная, что рядом реальная подруга, а не нечто подобное, втихую завидующее и перемывающее тебе кости за спиной.

— Ольчик, если ты по поводу охраны переживаешь, то она у нас с тобой будет. Миша позаботился, — сходу развеивает все мои печали и сомнения сообразительная Ирина. — Сергуня, к слову, уже в курсе. Я тебя у него полчаса назад отпросила.

Слышу довольный смешок и неверяще переспрашиваю:

— Ты что сделала? Отпросила?

В красках представляю феерический разговор, где Ириша, как часто бывает, начинает разговор с ультиматума, а не уговоров, прикрываю глаза ладонью и тихонько угораю.

Бедный Платонов, повезло ему с сестренкой. Фиг соскучишься.

— Ага, — продолжает Митина, будто читает мысли. — Пока он у нас тут в конторе крутился, выловила его и поставила в известность, что у девочек от долгого сидения в четырёх стенах часто портится настроение. Оттого они грустят и имеют привычку случайно ужины мужикам пересаливать.

— ИРА! — охаю возмущенно и следом стону в голос и прикусываю губу, чтобы не засмеяться. — Ну заче-е-ем? Я ж тебе по большому секрету рассказала про то недоразумение. Недоразумение, подруга, а не целенаправленный преступный замысел накормить твоего братца белой смертью.

Действительно было дело пару дней назад. Задумалась, когда готовила, и посолила макароны по-флотски вместо одного раза дважды. Хорошо, что оставался отваренный на салат рис и котлеты были нажарены…

Думала, со стыда сгорю… А Сережа, ничего, жевал это недоразумение, обильно запивая соком, и молчал… пока я сама не попробовала…

Ух. И смех, и грех, как я плевалась и кривилась. Но было прикольно.

Одного не учла, что Ириша, как истинный адвокат, впоследствии использует эту оплошность в собственных целях.

— Ну что ты переживаешь, как маленькая, — хмыкает она, совершенно не проникаясь моими переживаниями. — Я ж братцу о женских особенностях характера тоже по большому секрету поведала. Не просто так. Для дела. Нашей с тобой прогулки.

— Да ну тебя! — усмехаюсь. — Некрасиво ж вышло.

— Некрасиво, моя дорогая, носить одёжку, которая становится мала и неудобна, — отвечает поучительно, а после переходит на соблазнительное мурлыканье. — Так что скажешь? Поедем комбинезончик для будущей мамочки присматривать? И платьице на запахе, м? Я в интернете вчера такое видела, тебе непременно понравится. А заодно пинетки там всякие оценим, розовые или голубые… и сексуальное бельи-и-ишко…

— Митина, — теперь хохочу в голос, качая головой. — Как у тебя легко сочетаются пинетки и эротические тряпки.

— А что такого? — хмыкает. — Это жизнь, детка. И в ней имеет место быть всё. И детские игрушки, и взрослые, — пауза и как контрольный в голову, — и даже таблетки от метеоризма.

Да сколько ж можно!

Лопну от смеха!

— Ира, я тебя умоляю, завязывай меня веселить. Уже живот болит, — стону, ярко представляя всё описанное подругой.

— Договорились. Заканчиваю, — легко соглашается. Переключаясь на деловой тон. — Ты, давай, собирайся пока, а я к тебе потихоньку выдвигаюсь. И готовься, будем пользоваться моментом, тратить деньги и заодно перемывать нашим мужикам косточки. Чтоб не расслаблялись.

Нашим мужикам…

Нашим…

Отключив вызов, еще некоторое время катаю на языке эти слова, а после отталкиваюсь, поднимаясь из кресла, в котором сидела, и иду одеваться.

Ирина права, что-то новое прикупить реально хочется.

Спустя час раздается звонок домофона. Я как раз кручусь перед зеркалом в коридоре, оттягивая вперед-назад выбранное платье, и поворачиваюсь то боком, то задом, то передом, чтобы получше разглядеть изменившуюся фигуру.

Так это завораживающе — смотреть на едва округлившийся животик и понимать, что все это заслуга малышки, растущей внутри.

— Оль, это я. Открывай, — командует подруга, когда я снимаю трубку домофона. И пока выполняю ее пожелание, перезванивает уже по телефону. — Сейчас поднимусь к тебе, фрукты-йогурты закину, — продолжает разговор, судя по звуку, заходя в лифте и не давая и слова против вставить. — И не ворчи, что много. Не много совсем, просто ты мало кушаешь. А беременяшки должны есть много. Чтобы сладкие пампусики в их животах росли быстрее.

— Пампусики? — хмыкаю, встречая и обнимая приехавшую вместе с одним из охранников Митину, и делаю обоим приглашающий жест рукой.

Ира проходит, телохранитель остается в парадной.

— Ну я ж не знаю, кто у нас там, — кивает подруга на мой живот, занося в кухню пакеты. — Племяшка или племянник.

— Сережа сказал, что мы ждем девочку, — признаюсь, смущаясь, и кратко рассказываю о вчерашней поездке и показываю пару панорамных фоток, которые успела сделать.

— «Мы ждём» — звучит супер, — весело подмигивает гостья, а после добавляет. — Я безумно рада, что у вас все налаживается. Ведь налаживается же, Оль?

— Э-э-э… не знаю… мы просто живем вместе…

Пытаюсь соскользнуть со щекотливой темы, которую не позволяю даже самой себе. А уж обсуждать вот так в открытую, да еще с сестрой Платонова… нет уж… не горазда.

— Ну, начало уже многообещающее… — совершенно не стесняется она, но понимающе не давит. — Ты как? Готова ехать?

— Ага, готова, — выдыхаю с облегчением и благодарностью, устремляясь к выходу, но тут же спохватываюсь, оборачиваясь. — Ир, я такая растяпа. Забыла тебе чай предложить. А, может, ты кофе или сок хочешь? Или что посущественней? И вообще, ты ж тут не гостья, а сестра Сергея, так что…

— Гостья, Олька, гостья, — перебивает меня, подходя и приобнимая. — А ты — хозяйка.

Вот уж глупости.

— Ир!

— Не Иркай. И перестань нервничать, — фыркает, поглаживая по спине. — И, к слову, я ничего не хочу. Ничего так сильно, как утащить тебя на прогулку. Так что, вперед!

Вперед получается.

Но недалеко. Новый звонок домофона отвлекает.

— А это еще кто? — заинтересованно хмыкает Митина, включая экран домофона.

— Ого, вот это сюрприз, — произношу, переглядываясь с ней одновременно.

— А давай запустим, — предлагает она.