Глава 12

Мелания остановилась прямо посреди коридора, так что нам пришлось замедлить шаг. Её тёмные глаза задержались на Артуре дольше, чем стоило.

И это был не взгляд заботы или даже внимания. Это была жалость. Та самая, которой обычно одаривают больного щенка или поломанную игрушку.

Артур опустил голову, сжал мою ладонь крепче. Я почувствовала, как по спине пробежал холод.

– Бедный мальчик, – мягко произнесла Мелания, чуть склонив голову набок. В её голосе слышалась та самая снисходительность, которая ранит сильнее крика. – Так тяжело… в его возрасте…

Я стиснула зубы. Хотелось сказать: «Не смей жалеть его», но язык будто прилип к нёбу.

Зато её следующий взгляд достался мне. Быстрый, скользящий – с головы до ног. Не как женщину женщину оценивают. Как платье на витрине. Она чуть фыркнула, еле заметно, но достаточно, чтобы я уловила.

– Забавно, – сказала Мелания, чуть изогнув бровь. – Давно не вспоминала о доме, а от вас просто веет ностальгией…

Я выпрямила спину, прижала Артура к себе и ответила ровно: – Значит, мы землячки?

Я выдавила из себя улыбку, но моя жалкая попытка наладить контакт провалилась. Вместо ответа между нами повисло напряжение. Её вежливая улыбка дрогнула, едва заметно, и исчезла.

Мелания склонила голову, поправила край своей мантии и отступила в сторону, пропуская нас.

– Здесь я дома, – произнесла она с той же мягкой холодностью, – Это вас сюда, к несчастью, занесло. Попроситесь обратно, пока не поздно. Кайден наверняка смилостивится…

Я шагнула мимо, гордо подняв голову. Но когда поравнялась с ней, ответила:

– И не подумаю…

– Тогда вас постигнет судьба предыдущих нянь. Наш регент не прощает ошибок.

Я не удостоила Меланию ответа. Мы разошлись в коридоре без лишних слов. Я с досадой отметила про себя, что ей удалось поколебать мою уверенность. Снова вспомнились уклончивые ответы Фарго о моих предшественницах.

Мелания уплыла дальше по коридору, её мантия мягко шуршала по каменному полу, оставляя за собой липкое предчувствие беды.

Артур, до этого сжавший мою ладонь, едва заметно прижался ко мне. На его лице отразилось явное облегчение, когда мы свернули в сторону жилых покоев. Похоже, Мелания ему была не по душе. И я его прекрасно понимала.

– Пойдём, малыш, – шепнула я, гладя его по волосам. – У нас есть куда более важные дела. Мы обещали нарисовать Кайдену меч.

Услышав это, Артур немного оживился и сам потянул меня за руку к своей комнате.

Вскоре мы уселись за стол: Артур занялся красками, сосредоточенно выкладывая на бумагу яркие линии. Малыш даже язык высунул от усердия. Он выглядел таким увлечённым, что у меня сжалось сердце. Ребёнок, которому просто нужна капелька детства. Конечно, ему нужно спокойствие и безопасность. И любовь, конечно.

Пожалуй, мне следует поговорить с Кайденом об этом. Он слишком суров с ребёнком.

Я оставила Артура за рисованием и направилась на кухню. Оставив дверь открытой, чтобы не выпускать Артура из поля зрения, я начала рыться на полках в поисках ингредиентов для ужина.

Полки снова встретили меня скудными запасами. Половина ингредиентов всё ещё оставалась загадкой.

Я разложила более или менее понятные продукты на широкую доску: несколько серых клубней, похожих на картошку, тонкие красноватые конусы, что-то между свеклой и морковью, лук вытянутой формы, немного масла в глиняной баночке.

– Ну и как из этого сделать что-то приличное? – пробормотала я, уперев руки в бока.

Затем я вспомнила об импровизированном холодильнике. Я порылась на нижних полках и

наткнулась на плоский свёрток, из которого тянуло знакомым запахом.

Развернула – и замерла.

На вид это была самая обычная половина курицы. Отлично!

Можно сварить суп. Может быть и не самое лучшее блюдо для ужина, но для желудка полезно. Я не очень знала, почему, но бабушка в детстве твёрдо стояла на том, что суп – обязательный элемент рациона любого ребёнка.

Что ж, за дело! Я взяла нож и разрезала серый клубень: внутри он оказался желтоватым, плотным, со сладковатым запахом.

«Картошка» – основа. Белый корень можно добавить в небольшом количестве для остроты. Из сушёных трав пахло мятой и чем-то вроде майорана. Вроде бы похоже на приправы. Масло добавит вкуса.

Я наполнила большую кастрюлю водой из бутыли, поставила её на печь и принялась чистить и нарезать овощи.

Супа в нормальном виде может и не получиться, но хотя бы что-то тёплое, съедобное и не такое унылое, как полевая каша, я точно сварю.

Артур рисовал медленно и увлечённо, я наблюдала то за ним, то за супом. Снимала пенку, пробовала на соль. Добавляла овощи. Выходило даже лучше, чем я предполагала.

Артур закончил своё рисование и аккуратно отложил кисточку. Бумага была в пятнах краски, но меч получился внушительный, с магическими всполохами. Артур поднял на меня серьёзный взгляд, словно ожидая оценки. Я обняла его и потрепала по волосам.

– Очень славно! Уверена, что Кайдену понравится.

Котёл уже благоухал. По-хорошему суп стоило подольше поварить, но ребенку нужен свежий воздух и новые позитивные впечатления.

Как-то перебить кошмары утра.

И тут мне в голову пришла хорошая идея. Там, в конюшнях, ждала Луна. Лошади всегда снимали напряжение лучше любых слов.

Я посмотрела на Артура – он сидел рядом, опустив плечи, печальный и слишком серьёзный для своего возраста.

– Мне нужно привести Луну в порядок, вычесать и накормить. Поможешь мне?

Артур радостно кивнул и поднялся с места, но тут в комнате возник охранник. Он преградил нам путь, нахмурившись.

– Что такое? – спросила я с вызовом.

– По плану у наследника уроки, – сухо произнёс он. – Прогулка полагается один раз в день. Он уже гулял утром.

Я скрестила руки на груди и уставилась на него. Я бы вот прямо сейчас напомнила ему, что это была за «прогулка», чем она закончилась, но при Артуре не стала. Чем быстрее мальчик забудет, тем лучше.

– По плану, – повторила я, – А этот план составляла прошлая няня?

Охранник не понял к чему я клоню, но заподозрил, что я собираюсь его переиграть.

– План утверждал регент, – наконец сообразил он и усмехнулся.

– Вы регент?

– Я? Что? – мой вопрос застал бедолагу врасплох, – Нет, конечно.

– Отлично, тогда по какому праву вмешиваетесь в установленное мной расписание? Кайден поручил вам что-то утвердить?

Охранник замялся, а я использовала это, чтобы перейти в нападение.

– Как вы знаете, я лучшая няня обоих миров. Великая Раиса Львовна, в моем мире обо мне ходят легенды. Если я говорю, что ребенку нужен свежий воздух и движение, значит это истина.

Надо сказать, что я сама опешила от собственного тона, получилось как-то очень пафосно, но похоже это возимело эффект. Ошарашенный охранник отошел в сторону, Артур смотрел с уважением, так что я гордо вскинула голову и обронила через плечо:

– Соберите отряд, чтобы сопроводить нас и обеспечить безопасность наследника.

Охранник лишь коротко кивнул, а я вывела Артура из покоев, едва сдерживая торжествующую улыбку. Вот что значит иметь власть над людьми. Забавно, как все мне верят и слушаются. Главное говорить уверенно и твердо.

Интересно, как бы сложилась моя жизнь, пойми я это раньше. Впрочем, неважно. Как бы она закончилась я все равно знаю.

Отмахнувшись от грустных мыслей, я вывела Артура на улицу и глубоко вздохнула.

Пахло солнцем, травой и влажной землёй. Небо начинало окрашиваться в мягкие розовые тона – ещё не вечер, но солнце плыло к закату.

Кажется, мне никогда не надоест любоваться красотой этого мира.

Артур прищурился и глубоко вдохнул, повторяя за мной. Я улыбнулась мальчику, чуть сжала руку и повела его по дорожке в сторону конюшни.

По дороге я не удержалась и несколько раз потеребила мерцающие цветы, с которых в стороны разлетелись светящиеся пушинки. Ветерок подхватил и унес их в небо. Разве не прекрасно?

Конюшня встретила нас знакомым запахом сена, кожи и… конского навоза. Кому-то нужно срочно перестать отлынивать от своих обязанностей.

Я осмотрелась, в поисках конюха, но его не было видно. Зато Луна узнала меня и встретила приветственным кивком.

Она нетерпеливо перебирала ногами, зная, что мы пришли именно к ней.

– Какая же ты умница, – я улыбнулась и протянула руку к её шее.

Луна ткнулась мордой в мою ладонь, дыхание её было горячим и ровным. Артур осторожно сделал шаг ближе, протянул руку – и лошадь так же мягко коснулась его пальцев. Мальчик замер, а потом посмотрел на меня с выражением, будто только что сотворил чудо.

– Видишь? – улыбнулась я. – Она и тебя запомнила и ждала. Давай немного поухаживаем за ней?

Я протянула Артуру щётку, показала, как водить по бокам Луны длинными движениями. Он сначала неуверенно повторил, потом увлёкся, и, кажется, на его лице мелькнула тень улыбки.

Луна стояла спокойно, иногда тихо фыркала, прикрывала глаза. Ей нравилось это внимание.

А у входа в конюшню стояло двое охранников, ещё один вошёл вместе с нами, кажется, кто-то обходил территорию вокруг. Целая мини-армия на страже нашего покоя.

Я проверила сено и принесла ведро с водой, а Артур следил, чтобы Луна не пролила, придерживая край ведра своими маленькими руками. Его серьёзность в этой роли смотрелась трогательно – словно он выполнял важнейшую миссию.

Когда всё было готово, мы ещё немного постояли рядом. Я гладила серебристую гриву Луны, Артур держался за её бок, прислушиваясь к лошадиному дыханию.

Осмотревшись, я обнаружила корзину у стены. Внутри лежали припасённые яблоки и длинные морковки. Отлично!

– Смотри, – я показала Артуру. – Лошади любят угощения. Но кормить нужно правильно: клади кусочек на ладонь, пальцы держи ровно, чтобы она случайно не задела зубами.

Я положила на его ладошку нарезанный ломтик яблока и показала, как протянуть руку Луне. Мальчик сперва дрогнул, но потом, глядя на меня, решился. Луна аккуратно взяла угощение, губы её мягко щекотнули его ладонь.

Артур резко выдохнул, глаза его засияли. Он протянул ей ещё кусочек – и уже совсем смело.

Я отступила чуть в сторону, чтобы дать ему почувствовать, что он справляется сам.

И именно в этот момент в дверях появился Кайден. Его взгляд скользнул по Артуру, потом остановился на мне. Кажется, он был недоволен и хотел с порога обругать меня, но поймал на себе любопытные взгляды охранников. Дракон вовремя вспомнил, что мы при всех изображаем пару, поэтому с трудом натянул на себя улыбку.

Я ответила ему тем же.

Регент приблизился, наклонился так близко, что я ощутила его жаркое дыхание у самого уха, и прорычал низко:

– Вы осмелились вывести ребёнка без разрешения.

Я приподняла подбородок, растянула улыбку широко, как могла.

– Разве распорядок определяю не я? – ответила так же тихо, чтобы охранники, стоящие у входа, видели только наши улыбающиеся лица и приняли это за романтичный шёпот.

Кайден склонился ещё ниже и прошептал:

– Напомнить вам, кто вы на самом деле? Вы не няня. Вы конюх. Я понимаю, что вас несет в привычную среду обитания, но все же…

Укол получился обидным. Хотелось ответить ему, но слов почему-то не нашлось. Я лишь вздохнула и указала на Артура:

– Посмотрите на малыша, он почти улыбается.

Кайден посмотрел на наследника и замер.

Мальчик стоял рядом с Луной, уверенно протягивая ей на ладошке морковку. Его плечики расправились, в глазах горел живой свет, на лице блуждала едва заметная, но настоящая улыбка. Он был похож на обычного здорового ребенка своего возраста.

Кайден прищурился. В его взгляде мелькнуло что-то новое – удивление? недоверие? – и исчезло, сменившись привычной каменной маской.

– В нашем мире детей лечат через общение с животными. Особенно с лошадями. Я видела, как происходят настоящие чудеса. Нам же нужно чудо?

С этими словами я посмотрела в его серебристые глаза, в надежде найти понимание.

Кайден долго молчал, рассматривая Артура. Потом коротко, почти обречённо выдохнул:

– Нам нужен сильный и здоровый наследник. Значит… попробуем лошадей.

Я радостно улыбнулась, не веря своему успеху. Неужели суровый регент все же готов прислушиваться к идеям простой попаданки? Похоже на то.

Приятно было осознавать, что несмотря на свою строгость, холодность, а местами и грубость, Кайден не был самодуром. По-своему он тоже заботился об Артуре, просто не проявлял этого.

А ребенку очень нужно внимание.

– Как насчет короткой конной прогулки? Наверняка наследник должен уметь держаться в седле, – предложила я.

Кайден хмуро посмотрел на меня и махнул рукой, мол, делайте, как решили.

Артур смотрел на нас во все глаза.

– Ну что, поедешь со мной на Луне?

Ответа не последовало, как и возражений. Мальчик все еще был замкнут и иногда не шел на контакт. Похоже быстрого прогресса ждать не следовало, ну и ладно. Главное не останавливаться.

Мы с Артуром вдвоём оседлали Луну – я показала мальчику, как затягивать подпругу, как поправлять уздечку, и он помогал с такой серьёзностью, будто от этого зависела судьба мира. Потом я легко взобралась в седло и усадила Артура впереди себя, обняв его за плечи.

– Ну, готовы? – спросила я больше для себя.

Артур кивнул, прижимаясь ко мне спиной, и я ощутила, как в его теле все еще слишком много напряжения. Иногда он становился словно деревянным.

Я подняла взгляд на Кайдена.

– А где ваш конь? Как его зовут?

Дракон пожал плечами.

– У меня нет своей лошади, – коротко бросил он.

– Что?! – я приподняла брови. – Как же так? Вы же генерал…

Он молча скривил губы и направился к ближайшему деннику. Похоже лошади его совсем не трогали.

Вскоре вывели гнедого жеребца, крепкого и ухоженного, но все равно не такого красивого, как Луна. Кайден сел в седло уверенно, движения были собранные, но чувствовалось: верхом он бывал нечасто.

Мы двинулись на прогулку шагом. Луна ступала мягко и ровно, и Артур постепенно расслаблялся, даже начал смотреть по сторонам.

Мы выехали на тропинку, которая вела нас по краю широкой поляны, заросшей полюбившимися мне светящимися одуванчиками, только здесь они были не только золотистые, но и розовые, синие, зеленоватые.

Наши лошади задевали стебли и пушинки разлетались в стороны, напоминая мне фейверки в замедленной съемке. Подхваченные ветром искры оставляли за нами длинный мерцающий след. Он тянулся позади, словно мы плыли сквозь ночное небо, усыпанное звёздами.

Я невольно залюбовалась. Мир здесь и правда был словно ожившая иллюстрация сказки.

Над нами пролетела стайка полупрозрачных бабочек – их крылья не отражали свет, а будто сами его излучали, переливаясь тонким серебристым свечением. Они закружились над Артуром, и я немного напряглась, оборачиваясь к Кайдену.

– У вас не водятся здесь кровососущие насекомые, часом? Комары, например.

– Комары? – переспросил Кайден, чуть нахмурив брови.

– Ну да, мелкие такие насекомые, – я вздохнула. – Летают летом тучами, особенно возле воды. Пищат у уха и самое главное – кусают, сосут кровь. Потом укус чешется и это ужасно раздражает.

Кайден покачал головой:

– Ничего подобного здесь нет. Насекомых у нас немного. Бабочки, мелкие мошки, радужные жуки, пчёлы. Пчёлы могут быть опасны. Они довольно крупные и жалят.

Я оживилась:

– А мёд они делают?

– Делают. Его собирают в лесу разумные животные. Это традиционно их промысел. Шкура защищает от укусов, и они менее чувствительны.

– А у нас на Земле пчёл приручили. Держат целыми семьями, в больших деревянных ульях. Пасеки называются. Так можно собирать много мёда, почти круглый год.

Кайден на миг оторвал взгляд от тропы, удивлённо посмотрел на меня. В его глазах мелькнула искренняя заинтересованность:

– Приручили? – он даже замедлил шаг коня. – То есть их можно держать прямо в хозяйстве?

– Конечно. Пчёлы сами работают, только улей поставь и ухаживай. На Земле давно это освоили.

Я заметила, как на лице Кайдена привычная хмурость сменилась задумчивостью. Он чуть приподнял подбородок, словно мысленно уже взвешивал выгоду.

– Вам нужно рассказать об этом Фарго, – произнёс он неожиданно мягко. – Если получится одомашнить пчёл… мёд станет доступнее. Это было бы… здорово.

– Ага, значит не такая я уж и бесполезная, неотесанная, – съязвила я.

Кайден посмотрел мне прямо в глаза и сказал:

– Я не считаю вас глупой или бесполезной.

Я чуть растерялась от его слов. Сердце странно дрогнуло, и я поспешила отвести взгляд в сторону, к медленно растворяющемуся в воздухе сияющему пуху одуванчиков. – Иногда кажется иначе, – пробормотала я, стараясь, чтобы прозвучало легко, но голос всё равно предательски дрогнул.

А ребёнку очень нужно внимание.

– Я не привык устанавливать отношения. Ни с кем. В армии всё просто: я отдаю приказ – они выполняют. Общее дело сделано, все расходятся по казармам. Там не нужно лишних слов.

Он осадил коня, будто хотел подчеркнуть свои слова, и продолжил:

– А во дворце всё иначе. Тут каждый со своим мнением, каждый со своей тайной. Кажется, будто они приходят не работать, а ткать паутину интриг. И терпения у меня часто не хватает. Особенно после собраний.

Артур смотрел на нас во все глаза.

Я заметила, как у него чуть напряглись скулы.

– Иногда мне проще сжечь всех недовольных, чем слушать их речи и торговаться за каждую мелочь. Почему нельзя просто делать свою работу?

Ответа не последовало, как и возражений. Мальчик всё ещё был замкнут и иногда не шёл на контакт. Похоже, быстрого прогресса ждать не следовало, ну и ладно. Главное – не останавливаться.

Кайден заметил это, но не смягчился. Он горько усмехнулся и добавил: – Животные лучше. Они честнее. Им чужды эти интриги.

Он сказал это спокойно, но в его словах чувствовалась горечь и… одиночество.

Лошади начали плавный подъём на холм, и Луна сама замедлила шаг, будто понимала, что сейчас нужно не спешить. Мы выехали на вершину, и перед нами открылся вид, от которого перехватило дыхание.

Закат окрасил небо в тёплые оттенки золотого и алого, лиловые облака светились на фоне солнца. Замок внизу казался сказочным: башни, крыши, витые шпили, и всё это подсвечивалось мягким светом уходящего дня.

Но стоило отвести взгляд чуть дальше – и вся красота разбивалась о суровую реальность. По периметру земли тянулась массивная каменная стена. Не простая, а с зубцами и острыми металлическими пиками, блестящими в лучах заходящего солнца.

Снаружи стена была голой и угрюмой, как уродливый шрам на красивом пейзаже. А ведь раньше мне казалось, что за холмом должны начинаться поля, простор, воля…

Я сглотнула, обнимая Артура чуть крепче. Он тоже смотрел на стену – молча, с тем же тяжёлым выражением. Похоже в этом замке никто не был счастлив.

– На самом деле, я вас очень понимаю, – сказала я тихо, не сводя взгляда с горизонта. – Я тоже всегда предпочитала животных людям. Лошадей, если точнее. Их проще любить.

Луна тихо фыркнула, словно подтверждая мои слова, и опустила морду к траве, задевая копытами последние светящиеся одуванчики. Искры снова взлетели в воздух, закружились на ветру, будто пытались украсить суровый пейзаж перед нами.

Кайден долго молчал, глядя вдаль. Потом выдохнул, и в этом выдохе было что-то очень человеческое, живое.

– Я очень хочу, чтобы Артур стал сильней. Смелей, – сказал он глухо. – Корона для меня всё равно что ошейник.

Я невольно крепче обняла мальчика. Артур настороженно слушал, не мигая.

– А если он не захочет быть королём? – слова сорвались прежде, чем я успела их остановить.

Кайден повернул голову. В его глазах было не раздражение, не гнев – только та самая холодная правда, от которой становится не по себе.

– Следующий правитель попытается избавиться от него, как от угрозы. – Его голос прозвучал твёрдо, уверенно. – Тяжело править, когда на горизонте маячит истинный наследник. Я уже думал взять мальчика и улететь. Спрятать. Но Оракул сказал…

Он резко осёкся, нахмурился, будто сам себе запретил продолжать. Между нами повисло тяжёлое молчание. Оба мы подумали об одном и том же: можно ли доверять Оракулу? Ответ был очевиден – нет.

Кайден ещё несколько минут молчал. Затем, будто пытаясь сменить тему, вдруг спросил:

– Неужели я так невкусно готовлю?

Я прыснула, не удержавшись.

– Кошмар, – выпалила я и улыбнулась.

И впервые за всё время уголки его губ дрогнули в ответ, едва заметно.

– А ты что скажешь? – неожиданно обратился он к мальчику.

Артур вздрогнул и замер, не поднимая глаз. Я улыбнулась и погладила его по плечу: – Он будет есть вашу стряпню, даже если в ней вместо приправ будет песок.

Кайден хмыкнул и направил своего жеребца в сторону замка.

– Я привык к простой еде, – сказал он обернувшись. – То, что питательно и не требует лишнего. В армии у костра готовят так же.

Я вздохнула, прижимая мальчика ближе. Возвращаться в замок не хотелось, но и после потрясений этого дня сил не было, а ведь ночью еще предстоит встреча с заговорщиками.

Кайден пустил жеребца рысью, мы с Артуром последовали за ним.

– Я могу готовить сама, – крикнула я. – Для Артура. Ну и для вас, если… вы захотите.

Кайден обернулся, и в его серебристом взгляде мелькнула язвительность.

– Не слишком ли вы самоуверенны? Умеете готовить из наших продуктов? Знаете рецепты?

Я открыла рот, но слова так и не нашлись. Пришлось смиренно промолчать.

Кайден коротко усмехнулся и дальше уже не отрывал взгляда от дороги. Мы подъехали к главному входу в замок – широкая каменная лестница поднималась к высоким створкам, украшенным резьбой. По обе стороны кипела придворная жизнь: садовники обрезали кусты, подметали дорожки, лакеи выбежали к дверям.

Кайден легко спешился с жеребца, шагнул к Луне и без слов снял Артура, поставив мальчика на землю. Артур взглянул на него снизу вверх, но дракон уже протянул руки ко мне.

Я хотела возразить, что справлюсь сама, но не успела – его ладони уверенно обхватили меня за талию и осторожно опустили на каменную дорожку. Секунду – всего секунду – он задержал руки дольше, чем требовалось, и я успела ощутить жар его пальцев даже сквозь плотную ткань платья.

Я поспешно отступила, поправляя юбки, но боковым зрением уловила, как садовники, будто по команде, начали перешёптываться. Их взгляды скользили между нами, в их лицах мелькала насмешка и любопытство.

Ну да. Пусть видят то, что им хочется видеть. Для заговорщиков наш «роман» – лучшее прикрытие.

Я шагнула ближе к Кайдену и, подняв руку, стряхнула с его плеча несуществующие крошки. Медленно, будто между нами и правда было что-то личное.

Я постаралась натянуть на лицо счастливую романтичную улыбку, но похоже не очень получилось. Артур посмотрел на меня и вздрогнул.

Я вздохнула и приняла свой обычный вид. Видимо всякие романтические штучки не для меня.

Кайден махнул рукой, поторапливая нас. Я взяла малыша за руку и пошла следом.

Мы поднялись по лестнице, прошли длинные галереи и наконец вернулись в личные покои. Артур сразу отправился в детскую, а я, покосившись на кастрюлю с супом, решила, что момент настал.

– Подождите, – остановила я Кайдена, когда он уже собирался уйти в одну из комнат. – Я хочу накормить вас ужином.

Дракон нахмурился, прошел за мной на кухню и принюхался. – Это что? – голос его прозвучал скептически.

– Еда, – заявила я.

Кайден покачал головой, придирчиво изучая содержимое кастрюли. – Это не еда. Половина из этого – вода.

– Это суп, – парировала я. – И он очень полезный.

Он приподнял бровь. – Суп?

Я моргнула.

– Подождите… вы что, никогда не ели суп?

Кайден нахмурился сильнее, явно припоминая что-то:

– У северных рыбаков есть что-то подобное. Там охотникам нужно много тепла. Но м

мне на севере. Еда должна насыщать. Никто не будет есть… это.

– Это вкусно! – упрямо ответила я и, не давая ему вставить возражение, подбросила в печку дров, чтобы согреть кастрюлю. – Артур! Иди к столу!

Кайден покачал головой, коснулся рукой кастрюли, и она мгновенно забулькала.

– Спасибо, – выпялила я, все еще с удивлением наблюдая за драконом.

Артур осторожно подошёл и сел за стол, Кайден тоже. Я разлила суп по тарелкам и поставила перед ними.

Оба – и регент, и наследник – одинаково неуверенно уставились в тарелки, как будто я подложила туда что-то несъедобное.

– Ну что вы как дети, – вздохнула я, налила тарелку себе и села напротив. Демонстративно зачерпнула ложкой и с наслаждением отхлебнула.

– Ах, божественно! – простонала я, закатывая глаза. – Настоящее блаженство.

Артур моргнул, перевёл взгляд на меня, потом на Кайдена.

– Это… называется «суп»? – глухо уточнил он.

– Именно, – кивнула я и снова зачерпнула. – И теперь вы попробуете.

Оба.

Артур прикусил губу, но потянулся к ложке, а Кайден, нахмурившись ещё сильнее, поднял свою и осторожно попробовал.

Я замерла, ожидая вердикта.

Кайден пробовал новое блюдо медленно. Сначала все вместе, потом отдельно мясо, подобие картофеля, моркови. Затем снова все вместе.

Артур же уплетал с удовольствием. Похоже, ему нравилась жидкая пища, которую намного проще жевать. Я и сама попробовала и была вполне довольна.

– Это съедобно, даже вкусно, – неожиданно сказал Кайден, – но солдаты бы не поняли. Не уверен, что это сытно.

Я довольно улыбнулась. Похвала от самого регента дорогого стоит.

– У нас это блюдо называется первым, за ним подают второе.

Дракон покачал головой.

– Зачем тогда оно, если очевидно им не наешься. Готовить два блюда, тратить время, лучше одно и питательное.

Я не сдержала улыбки:

– Кажется кто-то не очень умеет наслаждаться жизнью. Как вы отдыхаете после работы? Что вас радует?

– Сон, – коротко отрезал дракон и, несмотря на все возражения против супа, продолжил его с аппетитом уминать.

Я старательно делала вид, что не замечаю этого.

– Ну, а если вы, допустим, выспались?

– Я? Выспался? Смешно…

– Неужели вся ваша жизнь – это работа от рассвета до заката? И так было всегда?

Кайден посмотрел на меня долгим взглядом, затем вздохнул:

– Сначала была учёба, затем служба.

Я как бы невзначай подлила Кайдену ещё половник, он тоже сделал вид, что этого не заметил и продолжил есть.

– Так жить нельзя, – вздохнула я. – Вернее, можно, но это не жизнь. Я это слишком поздно поняла, к сожалению. В свободное от работы время я делала то, на что не хватало времени в будние дни, потом брала подработки и так год за годом. Всё ради мечты, а потом пришла болезнь, и оказалось, что жизнь нельзя откладывать на потом. Потом может не быть.

Дракон посмотрел на меня, и я заметила в его серебристых глазах глубокое понимание.

– И всё же, – спокойно сказал он, – драконы живут намного дольше людей и не болеют.

– Хорошо, а если бы у вас совсем не было никакой работы, чем бы вы занялись? Нельзя же спать бесконечно.

Кайден замолчал, посмотрел куда-то в сторону, а затем тихо ответил:

– Я бы облетел наш мир. В нём есть много прекрасных мест, о которых я только слышал, но не видел сам. Слетал бы в соседние государства, возможно, обучился кузнечному делу…

Артур вздрогнул, заёрзал на месте, а потом неуверенно вышел из-за стола и убежал в свою комнату. Вернулся к нам уже с рисунком меча и гордо протянул его Кайдену. Дракон взял подарок, окинул быстрым взглядом и нахмурился.

– Кажется наши занятия по оружейному делу прошли мимо. Лезвие слишком широкое. Таким будет неудобно работать.

Артур слушал внимательно, плечи его слегка поникли.

– Для двуручника оно слишком короткое и бессмысленное, – продолжил Кайден, не замечая, как глаза мальчика потускнели. – А для полуторного меча гарда короткая. И вообще неясно, как…

Продолжение фразы дракон проглотил потому, что встретился с моим взглядом. Без всяких слов он понял, что если прямо сейчас не похвалит малыша за рисунок, то я за себя не ручаюсь.

– Но исполнение очень хорошее, – Кайден сменил тон. – Вероятно, это изображение древнего магического артефакта. Судя по искрам очень мощного. Наверняка хозяин меча будет непобедим. Красиво.

Малыш от такой нехитрой похвалы расцвёл на глазах. Разулыбался, даже подпрыгнул на месте, а затем пулей усвистел в детскую, видимо рисовать ещё.

Я тихо выдохнула, глядя на Кайдена. Он сделал вид, что ничего особенного не произошло, но уголок его губ едва заметно дрогнул.

– Ему нужна всего капля любви, тепла и он…

– Я не могу, – холодно отрезал Кайден, смотря мне в глаза, – И больше не заводи этот разговор.

– Но почему?

Кажется, дракон понял, что я не отступлю, пока не получу ответа, потому устало вздохнул, потер переносицу и ответил:

–Я генерал, я регент. Мне необходимо сохранять трезвость ума. Если в Артуре не пробудится магия… я обязан буду лишить его короны. Таков закон. Я должен видеть в нём будущего правителя, а не ребёнка.

Кайден чуть отстранился от стола, отодвинул от себя тарелку с супом. Похоже из-за этого разговора у него пропал аппетит. Да и меня тоже.

– Каждый хороший правитель когда-то был ребёнком! И его любили.

Взгляд Кайдена прошил меня насквозь, словно выстрел. Кажется, я нечаянно задела что-то, что трогать не следовало. Остатки уютной, почти домашней атмосферы разбились вдребезги. Дракон встал из-за стола, оправил одежду и ушёл из гостиной.

Артур выбежал к нему с новым рисунком, но не был удостоен даже взгляда. Я подхватила малыша на руки прежде, чем он успел расстроиться и улыбнулась.

– Я совсем забыла, я же хотела научить тебя игре в го!

Артур растерянно посмотрел на меня, прижимая к груди свой рисунок.

У меня самой сердце билось где-то в горле. Я одновременно сердилась на Кайдена, который так резко ушёл, и чувствовала себя виноватой за то, что завела опасный разговор.

Артур так робко и доверчиво смотрел на меня, вдруг вместо того, чтобы наладить его отношения с Кайденом, я всё испортила.

Чтобы отвлечься от грустных мыслей, я чуть подбросила малыша в воздухе, он пискнул от неожиданности, но почти улыбнулся.

Такой хрупкий и лёгкий, но какой груз на его детских плечах? Неподъёмный даже для взрослого.

– Идём, когда я готовила, у меня появилась идея – я осторожно поставила Артура на пол, взяла его за руку и увлекла на кухню. Там, среди банок и мешочков, я нашла то, что могло заменить нам камни. Красные и белые бобы!

Я высыпала горстку на стол и, отломив кусочек угля от печи, быстро начертила на широкой разделочной доске простое поле. Самое маленькое – девять на девять клеток, чтобы не перегружать ребёнка.

– Смотри, – я положила белый боб в угол. – Представь, что боб – это камень. Это твой камень. Твоя территория.

Рядом – красный. – Это мой. Я тоже хочу занять место. Мы ходим по очереди. Кто отвоюет себе больше места, тот и победил.

Артур сидел напротив, склонившись так близко, что его дыхание тёплой тенью касалось доски. Глаза его были огромными, внимательными. Он не перебивал, не дёргался, только слушал, едва заметно кивая.

Я осторожно объясняла дальше: как камни соединяются в цепочки, как можно «окружить» противника, как важно заранее видеть картину целиком.

– Игра не про то, чтобы победить силой, – я говорила мягко, сама удивляясь, что слова звучат так спокойно, – а про то, чтобы найти баланс. Иногда лучше отдать часть, чтобы сохранить всё остальное.

Артур чуть нахмурился, осторожно взял белый боб и положил его на доску – медленно, но уверенно.

Я улыбнулась. Пусть даже он не сказал ни слова, но я видела: он слушает. И мне стало ощутимо легче.

Артур играл с интересом, но всё чаще зевал, прикрывая рот ладонью. Его плечики чуть опустились, взгляд стал рассеянным.

– Пора спать, малыш, – шепнула я, вставая, – завтра доиграем.

Он без сопротивления дал себя поднять. Я помогла ему переодеться. Когда он забрался в постель и подтянул к подбородку одеяло, я села на край кровати и набрала в рот воздуха, чтобы рассказать сказку.

Только какую? Хотелось бы что-то доброе. Волк съедает бабушку, мачеха травит, гуси похищают. Нет. Кажется, единственная подходящая сказка для Артура – «Репка».

– Жил-был дед, – начала я шёпотом, усаживаясь рядом на край кровати. – Посадил он репку, и выросла она большая-пребольшая…

Я рассказывала медленно, стараясь на ходу добавить деталей, чтобы оживить её для Артура, и это сработало. На мышке малыш уже дремал, но я для верности добавила ещё белочку, ёжика, уточку, делая голос всё тише и тише.

Так странно, никогда не читала никому сказок на ночь, не укладывала спать, не кормила, но всё получалось так естественно и хорошо. Наверное, это на уровне инстинкта?

Я с усмешкой подумала, что и правда могла бы стать настоящей няней. Дети, в отличие от взрослых, меня совсем не раздражали.

Я ещё немного посидела рядом, наблюдая, как Артур спит. Маленький, уставший, но такой трогательный. Я невольно зевнула сама, чувствуя, как сонное тепло обволакивает меня.

Вот бы лечь рядом, прижаться и позволить себе забыться хоть на пару часов.

Но мысль, как молния, пронзила голову. Сегодня ночью встреча.

С заговорщиками.

Сон мигом испарился, а по спине пробежал холодок. Может быть, не ходить?

Артур зевнул и повернулся на бок, я успокаивающе погладила его по плечу. Нет, отступать нельзя. Если есть хоть шанс спасти его, вывести заговорщиков на чистую воду, то я обязана попытаться.

С этой мыслью я встала и пошла на кухню, искать с собой что-то в качестве оружия. Против Оракула не поможет, но уверенности придаст.