Глава 15

Император встретил нас, сидя за своим столом и весь в документах. Мне резко перехотелось мешать мужчине работать, но тот уже поднял голову, а затем и поднялся сам, чтобы встретить гостей. Поприветствовав нас, он предложил присесть на подготовленные для этого перед своим столом места, стоящие напротив друг друга. Меня даже насторожилось, что их шесть, а нас всего четверо, но мысль была на время отброшена.

— Я рад, что вам уже лучше, миледи, — мягко улыбнулся Император.

— Спасибо, — кивнула я.

Мужчина положил локти на подлокотники своего кресла, сложил руки в замок у груди и нахмурился. Думаю, разговор будет серьёзным. Да и, не успел он начать, как в дверь постучались и вошли. Это был генерал. Заметив наше присутствие, мужчина спешно поклонился и извинился за вмешательство, поспешив уйти.

— Стой, — спокойно, но твёрдо отозвался его брат, указывая на кресло слева от себя, — садись.

— Миледи, — вот только военный не спешил исполнять этот приказ. Он подошёл к креслам и просто встал на колени, затем уткнувшись в пол лбом. — Нет в мире той благодарности, что я и мой род могли бы принести вам за спасение моего сына, — и ошарашил меня словами, выпрямляясь, но не спеша поднимать голову. — Поэтому прошу от всего сердца и как любящий отец, примите моего сына третьим мужем! — что он… я начинаю путаться во всех этих «примни, не прими», «согласен, не согласен». Может генерал уже поговорил с сыном на эту тему, вот парень и выдал мне вчера такую обескураживающую информацию? Скорее всего, так оно и было. — Возможно, дух Шил послал вас нам, и раз он решил, что так мы отплатим ему долг, то для моего рода и для всей нашей империи не будет большей чести, чем это! Прошу, не отказывайте, миледи!

Император с изумлением смотрел на своего брата, потом на меня. Мне оставалось лишь так же растерянно посмотреть в ответ.

— Потрудись объяснить свои мысли и слова, брат, — твёрдо, но всё ещё не понимая случившегося, попросил правитель.

— Дракисс признал её, как пару, — поднял на него взгляд полный решимости генерал. — И духи это засвидетельствовали, ты сам видел, — Император согласно кивнул и весь помрачнел. — Я знаю о твоих планах на него, но, видимо, у Предков свои пути. И если мы им откажем, он просто…умрёт, — голос мужчины в конце судорожно дрогнул. — Будь это простая привязка, её можно было бы разорвать простым «нет», но здесь… Брат, прошу! — и снова ударился головой об пол.

И что здесь происходит? Как же неловко, когда ты слышишь чей-то очень серьёзный разговор, к тому же, который тебе слышать не предназначалось, да и всё равно половина оставалась загадкой. Я мысленно пересказала себе все слова генерала и только поняла, что некий дракисс признал девушку парой, и предки так сильно связали их, что её отказ, что для обычного избрания пустяк, его просто убьёт. И, кажется, эта девушка — я!

— Он знает, что его ждёт? — глухо отозвался Император, сцепляя руки так сильно, что побелели пальцы.

Генерал выпрямился полностью. Я отметила про себя, как сильно его печалит ситуация. Нет, лицом он этого не показывал, но вот глаза.

— Он думает, что именно отказом всё и закончиться, — было ему ответом.

— Значит, он против, — невесело усмехнулся старший брат. — Ты объяснил ему?

— Да, но… ты знаешь, как он упрям. Думает, что мы хотим лишь отдать долг, — горькая усмешка, не смогла скрыть всю ту боль, что испытывал мужчина, произнося эти слова. — И уже сейчас рвётся сюда, хочет побыстрее решить этот вопрос. Поэтому, — перевёл мужчина взгляд на меня, — умоляю вас, не отказывайте, миледи. Знаю, я не вправе давить или указывать вам, но… уж лучше знать, что сын где-то далеко, но жив, чем смотреть, как он умирает в пламене сгорающей души, — и тяжелый вздох.

Наступила тишина. Император с братом смотрели на меня, ожидая хоть какой-то реакции. Алуар мягко взял меня за руку и поглаживал большим пальцем тыльную сторону и пальцы. Шаэр обвил хвостом ноги, осторожно освобождая от туфелек. Они все ждали ответа. А что я? Я могла лишь растеряно хлопать глазами и смотреть то на одного мужчину, то на другого. Ал и Шаэр нежно улыбались, а взглядами показывали, что примут моё решение, каким бы оно ни было. Генерал смотрел с надежной, боясь лишний раз вздохнуть. Император же готов к любому моему выбору с самого начала. Выбору? Мне снова предстоит делать…

Едва мысль сформировалась, как её прервал стук в дверь. Генерал тут же поднялся на ноги и присел на указанное братом место. Дверь открылась, и в кабинет спокойно прошёл его сын. Ледяное спокойствие мужчины осталось лишь внешним, как только взглядом заметил моё присутствие. Кулаки сжались, плечи напряглись, а в глазах загорелось прямя.

Мужья же словно не обратили на него внимания. Но я хорошо видела, как напрягались и они. Мой тар сменил цвет своих глаз на боевой, прежде чем обернуться на новое лицо, а нагшиар мелькнул лентой языка, пробуя воздух, и издал тихое шипение.

— Ты что-то хотел? — подал голос Император, разрывая образовавшуюся паузу.

Я наблюдала за мужчиной краем глаза, племянник правителя метнул взгляд в мою сторону и попросил:

— Могу я поговорить с вами наедине, Ваше Величество?

— У меня нет тайн от моей дорогой гостьи и её мужей, тем более от твоего отца, — было ему ответом. Мне показалось, что я слушала скрип его зубов.

— Хорошо, — почти прорычал он. — Тогда я скажу открыто. Я отказывают становиться выплатой за долг нашего предка! — гордо поднял подбородок. — И если понадобиться, я готов принести извинение за свои грубые слова и любой откуп, который потребуется миледи! — вновь взгляд на меня.

Генерал хотел вступить в разговор явно на повышенных тонах, но был остановлен взмахом руки Императора в свою сторону.

— Ты понимаешь, о чём говоришь? — спросил правитель.

— В полной мере, — с готовностью кивнул его племянник.

— А мне кажется, что нет, — я слышала каплю сарказма и иронии в спокойном голове главы государства. — Ты предлагает миледи отказаться от тебя за любой откуп, — парень кивнул, — а готов ли ты платить своей жизнью? — молодой дракисс непонимающе, но зло нахмурился. — И дело не в твоём отказе от своего якобы предназначения в виде нашей оплаты долга перед ней. Неееет, — усмехнулся Император. — Между вами произошёл Зов, — парень мгновенно побледнел, — и стоил леди отказаться, как ты тут же умрёшь, сжигая себя и свою душу.

— К…когда? — только и вымолвил он. — Я не сталкивался с…леди, — попытался он подобрать слова. — А того мимолётного взгляда на посадочной площади не хватило бы на Зов! — взял он себя в руки довольно быстро. О, так вот кто смотрел мне тогда в спину! Надо же.

— Верно, не хватило бы, — сохраняя спокойствие и холод голоса, отозвался правитель. — Но позапрошлой ночью, когда твоё неподготовленное и отравленное тело приняло проклятье духов, именно присутствие миледи вернуло тебя. Зов вернул тебя.

Молодой дракисс неверяще посмотрел на меня, потом на отца, тот кивнул, подтверждая слова своего брата. Несколько секунд он раздумывал над услышанным, сжимая и разжимая кулаки.

— Я был отравлен? — переспросил племянник, выхватывая, видимо, важные аспекты.

— Да, порошок карфу та ещё дрянь, — кивнул Император, а глаза парня раскрылись в испуге. — Если быть откровенным, та ночь была для тебя последней. К восходу солнца ты бы окончательно утратил рассудок, а следом и жизнь.

— Кто? — прорычал разозлённый пострадавший, но тут же понял всё сам. — Сёстры.

— Верно, — тяжело выдохнул правитель. — Скорее всего, это повесили бы на несчастный случай и волю Духов Предков. Но моих дочерей, — горькая усмешка, — сгубила алчность и тщеславие. Они захотели того, что им не принадлежит, — и взгляд на моих мужей. — В итоге, эти дурочки решили твоими руками избавиться от помехи в виде нашей дорогой миледи, — племянник неверяще уставился на меня. — Два несчастных случая, вроде леди потерялась, пока гуляла, и оказалась не в том месте, не в то время. И как исход: один обезумевший дракисс и труп соперницы. А они, такие умные и распрекрасные, — сколько сарказма то! — уже в объятьях оговорённых мужчин и спешащие под венец… — и вновь тяжёлый вздох. — Но у Духов Предков свои пути. И Зов между вами спас жизни и раскрыл заговор. Поэтому я и спросил тебя в начале, понимаешь ли ты, чего просишь? Разве ты ещё не понял этого сам?

— Догадывался, — глухо ответил племянник.

— Хорошо, — кивнул его дядя. — Не хотелось бы хоронить тебя раньше времени. Но извинения за своё поведение перед леди ты принесёшь.

Нехотя, но сын генерала опустился передо мной на одно колено и склонил голову:

— Приношу свои извинения, миледи, за всё, что вам наговорил лично.

— Лично? — удивился его отец. — Вы уже встречались до этого разговора?

А парень понял, что сглупил, но быстро взял себя в руки — поразительный самоконтроль:

— Я столкнулся с леди в… — осёкся резко, но быстро продолжил: — у восточной купальни вчера поздним вечером. И спутал миледи с потомком Шил, выговорив и обвинив в своих домыслах.

Немая сцена. Император с икрами веселья смотрит на меня, а краснею, вспоминая встречу, у генерала сейчас вылезут из орбит глаза, а мои мужья прячут весёлые улыбки за ироничными усмешками.

— Миледи мне об этом не говорила, — правитель еле удержал голос спокойным. Услышав это, молодой дракисс ошарашенно уставился на дядю, чтобы удостовериться, что тот не пошутил, потом меня. — Это правда случилось? — спросил меня глава государства, лукаво сверкая глазами.

— Да, Ваше Величество, — кивнула я.

— Но мне сообщили, что вы не покидали пределом своего крыла, вчера весь день, — заметил мужчина.

— Физически не покидала.

Спрашивать что-то ещё он не стал, уже уловив связь, лишь мягко улыбнулся мне и кивнул.

— Если мы разобрались в ситуации, — вопросительный взгляд на меня, я кивнула в ответ, — тогда, думаю, смысла спорить и дальше нет. Поэтому, — взгляд на племянника, — позвольте вам представить мою дорогую гостью, — взмах руки в нашу сторону и полные лукавства глаза, — Шена Ири Лада и её мужья — Алуар Эшти Лада и Шаэрдэш Иршар Лада. Леди, — повернулся ко мне, — мой племянник Раграс Тилис Шиэн Накдалиэ, — молодому дракиссу оставалось лишь вновь склонить голову, ведь он так и не поднялся с коленопреклонённой позы, ведь пребывал в полной растерянности.

— Шена Ири Лада? — поражённо переспросил генерал. — Но это ведь имя… — и был перебит братом:

— Верно. Нас удостоила честью сама Шил. Так что, дорогой мой племянник, как бы ты этого не хотел, но Духи Предков избрали тебя, как долг Великой Шил, а не её потомку, — и лукавая насмешка, над отчего-то покрасневшим парнем. Думаю, он считает, что его только что переиграли.

— Миледи, — сглотнул он, принимая поражение и поднимаясь на ноги, чтобы гордо выпрямить спину и вскинуть подбородок.

— Выбор за вами, дорогая Шил, — уже серьёзно обратился ко мне Император, отбрасывая беззаботность.

И вновь Выбор. Слово вернуло мне незаконченную мысль. Мне снова предстоит делать Выбор. И если в прошлые разы от этого зависело благополучие рас, сейчас же от моего слова зависит целая жизнь.

Я внимательно посмотрела на дракисса, стараясь вспомнить все детали сна о будущем. Я уже почти не помнила деталей, чтобы точно что-то распознать, но… тот мужчина… разворот его плеч, стать фигуры, спокойная, но радостная улыбка и благодарного взгляд. От чего-то сердце сжалось, когда почти все параметры, ну кроме улыбки и взгляда, память одобрила.

Молчание затянулось, заставляя правящее семейство занервничать. Сильнее всего переживал генерал, а не его брат и сын, чья судьба сейчас решалась.

— Раграс, — позвала я будущего третьего мужа, заставляя того еле заметно дрогнуть, — я принимаю тебя не как выплата за долг, а как ответившего на Зов.

Молодой мужчина склонил голову, а вот его отец вскинулся:

— Не как долг?

— Да, — усмехнулась я, припоминая встречу с их предком, — видимо, Ваш Предок не стал меня слушать, когда просил свободы и обещал такое. Слишком переживал и боялся услышать отказ, что не расслышал, что я сказала, что «мне не нужен долг твой или твоих потомков». Свой долг он выполнил, ответив мне на вопрос о причинах просьбы о свободе, — и рассмеялась. Получилось как-то хитро. Показалось даже, будто обхитрила всех этих ошарашенных представителей его потомков, столько лет с тревогой ожидавших расплаты только потому, что кое-кто не стал вслушиваться в одни слова и слышал другие. А может, Аркас просто решил сделать по своему, вот и всё. — Но, видимо, Ваш Предок решил по-своему.

— Миледи, спасибо, — облегчённо выдохнул Император. — Готовься, — повернулся он к племяннику. Тот понял его, кивнул и уже собрался уйти, как остановился и посмотрел на меня:

— Вы позволите мне называть вас Шена? — его всё равно не устраивает что-то. Думаю, нам предстоит разговор. Долгий и серьёзный.

— Позволяю.

Раграс кивнул и вышел из кабинета.

— А теперь о насущном, — тут же посуровел глава государства. — Я готов выслушать ваши варианты праведного наказания принцесс Аклиры и Ариллы, вплоть до вариаций их казни.

— Казни? — ужаснулась я, неосознанно сильнее сжав руку Алуара.

— За нападение с целью навредить или убить члена правящей семьи — смертная казнь, миледи. Вы уважаемый нашей семьёй гость и куда более ценная её часть, так что наказание будет равносильным. Остаётся только решить «как» воплотить его, — холодно ответил мне мужчина, поражая своим ледяным спокойствием и суровостью.

В кабинет без стука вошёл пожилой военный и что-то передал правителю лично в руки, поклонился и вышел. Император открыл послание, пробежался по нему глазами, и помрачнел ещё сильнее, протянув лист брату. Тот и вовсе не поверил тому, что там было.

— Если это так, то… — осторожно начал он, но осёкся.

— Если это правда, я лично подниму меч над шеями этих тварей, — прорычал Император, а его глаза вдруг стали абсолютно белёсо-серыми и с вытянутыми зрачками. Правитель был в ярости.

— Что-то случилось? — весьма тактично поинтересовался Алуар, привлекая к себе внимание.

— Принцессы… — неловко произнёс этот титул генерал, бросая опасливые взгляды на старшего брата. — Аклира и Арилла — не являются кровными дочерями ни нашего Императора, ни нашей покойной Императрицы.

— Как такое возможно? — удивился Шаэрдэш.

— Княгиня Арласка, некогда влюблённая в нашего Императора и метившая в его жёны, устроила так, что настоящих малышек подменили на её дочерей, а индикаторы крови заменены так, чтобы никто не смог догадаться, — всё ещё неуверенно отвечал мужчина.

— А настоящие… — по спине пробежались холодные мурашки от всех ужасных предположений, промелькнувших в голове.

— Мы… мы не знаем, — честно ответил генерал, вновь заглядывая в послание. — Княгиню ещё не привели на допрос, а её дочери молчат…

Его оборвал рык брата. Он был какой-то отчаянный и полный боли. Понимаю его. Если с моими детьми такое, не дай Бог, случилось, я чувствовала себя бы не лучше. Страх, отчаяние, боль разлуки и незнания, где они, что с ними. Словно было смотреть на этого сильного правителя и видеть просто отца, чуть не сломленного новостью.

Моргнув, чтобы развидеть это, я оказалась в небольшой комнатушке на три татами и маленьким окном под самым потолком. Здесь ютились две молодые девушки. Они сидели за маленьким столиком и быстро поедали рис из деревянных плошек деревянными ложками. Их одежда напоминала ту, что носила прислуга, помогавшая мне сегодня одеваться.

Обе черноволосые, голубоглазые, с невероятно правильными и милыми чертами лиц. Мне были они знакомы, ведь девушки были очень похожи с Императором и принцами. И это очень цепляло своей ужасной догадкой.

— Как думаешь, нужно ли чистить сегодня ванную госпожи или это подождёт до завтра? — осторожно поинтересовалась младшая девушка, дожёвывая последнюю ложку и запивая мутно-зелёным отваром из деревянной кружки без ручек.

— Сейчас самое время сделать уборку в ванной комнате, — твёрдо ответила старшая, хмуря брови. — Госпожа недавно покинула покои для переговоров с Императором, у нас есть время всё подготовить правильно и не торопясь, — и поднялась на ноги, унося свою плошку и забирая у сестры её.

Младшая тяжело вздохнула, но быстро взяла себя в руки и решительно поспешила на выход. Только вот, девушки замерли перед самой дверью и коснулись странного вида кулонов на шее, чтобы будто расплыться и превратиться в пожилых дам. Боже! Это же те самые женщины, что помогают мне одеваться и убираются в моих покоях.

Кажется, я поняла происходящее. Если это так, то лже-принцессы и их мать так просто не отделаются.

— Миледи, с вами всё в порядке? — я моргнула, услышав так близко голос старика лекаря. Оказывается, пока я отсутствовала, моё состояние заметили остальные и послали за ним. Мужья обеспокоенно переглядывались, Император мрачной тучей сидел на своём месте и не двигался, а генерал расхаживал по кабинету от стены к стене.

— Да, нет нужды волноваться, — немного хрипло ответила я, и поблагодарила кивком Шаэрдэша, тут же подавшего мне бокал с водой. Отпив и смочив горло, я обратилась к правителю: — с вашими дочерями всё хорошо, Ваше Величество, — мужчина вздрогнул и неверяще посмотрел на меня, а его брат прекратил свои расхаживания и удивлённо посмотрел на меня. — Если можно, не могли бы вы привести мне двух женщин-слуг, что убираются в моих покоях сейчас, — обратилась я к генералу, — только не навредите им.

Мужчина кивнул и тут же исчез.

— Мои девочки, — осторожно отозвался глава государства, — в порядке?

— Да, в полном, — улыбнулась я ему успокаивающе.

— И эти женщины знают, где они, я правильно вас понял?

— Почти.

— Объяснишь нам? — Алуар склонился к моему уху, и его горячее дыхание немного обожгло кожу, заставляя приятные мурашки бегать по коже.

— Как только останемся наедине, — подмигнула ему и Шаэру, видя в их глазах догадку.

Через пару минут в кабинете объявился генерал и две служанки. Женщины низко поклонились и выпрямились, но голов поднять не смели, ожидая услышать, зачем их позвали. Мужчины вопросительно посмотрели на меня, ожидая дальнейших действий. Я же размерено встала со своего кресла и подошла к женщинам, чтобы схватиться за их кулоны и сорвать, под их испуганные вздохи.

— Госпожа! — девушки рухнули на колени и прижались к полу лбами. — Не гневайтесь, госпожа! Простите нас! Только не наказывайте! — лепетали они под мой тяжёлый вздох.

— Что это значит? — грозно отозвался правитель.

Я обернулась к мужчине, указала на девушек и ответила:

— Это они, Ваше Величество, — его лицо вытянулось. — Спрятанные так, чтобы никто и не догадался, даже они сами. Думаю, им просто угрожали расправой, заставляя примерить такие облики и работать при дворе, чтобы себя потешить и над вами посмеяться.

Девушки непонимающе переглянулись, а затем старшая осторожно подняла голову и ответила мне:

— Всё так, госпожа. Вас приволокли во дворец приказом принцессы Аклиры, сказали сменить облик и работать в покоях важных господ, если хотим жить и оставаться целыми.

— Как давно? — спросил генерал.

— Уже третий год, господин.

— Вашу руку, милая, — рядом с девушкой присел лекарь и, как только ладошка оказалась в его распоряжении, тут же проколол указательный палец остриём странного кристалла. То же самое он проделал и со второй девушкой, используя уже другой кристалл. В полной тишине мы ждали, что же будет дальше. И тут кристаллы приняли красный цвет, который переливался то чёрным, то синим.

— Это они, Ваше Величество, — подтвердил мои слова лекарь.

Правитель медленно подошёл к непонимающим девушкам и присел перед ними, полностью ошарашенными ситуацией, на колено, чтобы тут же заключить в объятья.

— Спасибо. О, Великие Духи. Спасибо, Шил, — шептал мужчина, а сёстры побледнели от ужаса.

— Не бойтесь, — улыбнулась я им. И в краткости поведала суть происходящего. Они только с шоком посмотрели друг на друга, а обретённого отца, а потом горько расплакались, прижимаясь к нему в ответ.

В кабинет влетели четыре принца и их кузен — почти мой третий муж, — чтобы удивлёнными застыть на пороге. Их на себя уже взял сам генерал, объяснив положение дел и всё к этому приведшее. Жена первого принца, пришедшая с мужем, мягко улыбнулась и обняла мужа, выражая ему свою поддержку и радость.

Император поднялся, поднял своих дочек и представил каждую присутствующей семье и обретённую семью им. Я даже лишней себя почувствовала, поэтому решила уйти под шумок. Только Раграс не дал, заметив наше тактическое отступление:

— Шена?

Все тут же посмотрели на нас. Блин!

— Миледи, — улыбнулся устало, но счастливо Император, — я не знаю, как вас благодарить.

— Просто дайте мне отдохнуть и поесть, — усмехнулась я, продолжив путь. — Думаю, я ещё не до конца восстановилась, чтобы так надолго покидать своим покои.

— Верно, — согласился со мной старик лекарь. — Слишком большая доза настойка пурвии для вашей расы была применена. Вам лучше отлежаться ещё с денёчек.

— Учту, — хмыкнула я, позволяя Алуару подхватить меня на руки, ведь ноги как-то резко ослабли.

— Я провожу, — Раграс оказался рядом и повёл нас по коридорам, немного недовольно заметив в полголоса: — Мои вещи всё равно уже перевезли.

Блииин, а ведь нам ещё с ним говорить. Ладно, разговор подождёт. Сначала я поем, а потом, если отдых будет продуктивным, то можно будет и разобраться с нашим Зовом и предстоящим браком. Решено.

В покоях я попросила Ала опустить меня на один из настилов сидений в гостиной. Муж осторожно выполнил просьбу, а потом опустился на соседнее сидение. Наг быстро поднёс к столику уже приготовленные подносы с едой и напитками, а потом тоже опустился в «кресло», но с другой стороны от меня. Один жених так и остался стоять недалеко от дверей.

— Ты можешь сесть, куда захочешь, — позвала я его рукой и указала на настилы напротив себя. — И кушай, если голоден.

— Благодарю, — холодно отозвался Раграс, выполняя только первые пожелания.

Ну вот, и как с ним начинать разговаривать, если он этого совершенно не хочет. Как и находиться здесь. У меня возникает ощущение, словно на его тело надели цепи, как напряжённо и скованно мужчина сидел на месте.

Мы сидели в полной тишине, пока я спокойно заполняла изголодавшийся живот едой. Но отпив чай, едва не дрогнула от холода в голосе дракисса:

— Как, где и когда я могу принести вам клятву?

Чуть чаем не прыснула от сути вопроса. Вот так просто, отстранённо и как-то пофигистически, что ли. Честно, мне это не понравилось. Обычно на такое я говорила «не хочешь — не надо». Ощущение, словно делают одолжение, фу.

Что-то такое отразилось на моём лице, что Ал предупреждающе зарычал, а Шаэрдэш, зашипев и дёрнув лентой языка, как-то слишком грозно дёрнул хвостом в сторону Раграса. Тот только безразлично осмотрел угрозу и вновь посмотрел куда-то чуть выше моей головы. В груди неприятно потянуло. Я знаю это состояние и этот взгляд — «делайте что хотите», «у меня всё равно нет выбора, а дохнуть не хочется, пусть и разницы нет».

Чашка в моих руках треснула, за ней следом под взглядами мужчин в щепки разлетелся стол между нами, как и всё, что было на нём. Пока все были в шоке, я быстро поднялась и вышла через двери, ведущие на балкон. Он обходил мои помои, что я могла спокойно пройтись через него и заглянуть в другие комнаты, а так же была лестница, ведущая в сад камней. Туда-то я и направилась, догоняемая Шаэрдэшем.

Мой милый наг подхватил меня на руки перед самой лестницей и, пока спускался вниз, мягко поцеловал в лоб. Я могла лишь благодарно к нему прижаться.

У сада камней стояли низкие широкие удобные лавочки, на одну из которых муж меня и опустил, сам же опустился на соседнюю. Вроде и рядом, но даёт мне побыть одной. Какие же они у меня хорошие. Алуар тоже появился минут через пять, опустившись рядом с нагом и что-то ему тихо сказал, обмениваясь кивками.

— Ал, Шаэр, — тихо выдала я, когда тело впало в лёгкую апатию. Думаю, это реакция на выброс энергии. Мужчины посмотрели на меня — я скорее почувствовала их взгляды, чем увидела. — Я не хочу его заставлять, тем более против воли привязывать к себе клятвами. Конечно, понимаю, что другого-то выхода нет, но… Что мне делать? — посмотрела на них в полной растерянности. От тяжести в груди хотелось плакать, но слёз не было, только усталость. — Если надо, я приму клятву и… могу я, если он захочет, отпустить, куда ему угодно после этого?

Мужья задумались, переглянулись, а ответил Алуар:

— Нет, милая. Думаю, так не получиться, — и весь помрачнел. — Когда тебя похитил Икрис, я едва удержал свой рассудок благодаря Шаэрдэшу, чтобы не сойти с ума и не броситься убивать, родная. Боль потери была слишком сильной… Понимаешь, милая, Зов для дракиссов тоже самое, что для нас Связь. А Связь — это то, что случается, когда близкие друг другу души поют в унисон, — повторил он свои слова, произнесённые в полёте на эту планету. — И клятва — это формальность, устная благодарность им за эту Связь.

Я кивнула, вспоминая все их объяснения. Значит, клятва ничего не изменит. Да и я уже согласилась принять Раграса, тем самым своеобразно показывая своё одобрение его как пары для себя. И что же теперь делать?

— Шена, — как-то неуверенно позвал меня Шаэр.

Посмотрев на мужей, я увидела их растерянность, и взгляды их были направлены куда-то за меня. Осторожно обернулась и сама замерла. На лавочке рядом со мной сидело три крохотных дракисса, размером с мою ладошку каждый. Один был белый как снег с красными глазами и стоял в центре, другие двое по его бокам полностью красные. Даже скорее кирпичного цвета, близкого к тициановому. Все трое внимательно и с дерзким любопытством меня рассматривали.

Первым вперёд вышел белый. Что-то рявкающе и урчаще проворковав на своём дракиссовом, он немного неуклюже взобрался мне на колени, потом на подставленную ладонь, обнял запястье своим хвостиком и улёгся поудобнее. Его братья сначала наблюдали за ним, потом сами весело приворковывая наперегонки бросились взбиваться на мои колени. Усевшись на них — каждый на своё, стали тянуть свои шейки и мордочки ко мне, сияя рубинчиками глаз.

Наблюдая за непосредственностью этих маленьких удивительных созданий, я сама не заметила, как угнетающее настроение исчезло, на лице заиграла по-детски счастливая улыбка. Всегда обожала животных, особенно таких симпатичных и игривых. Плюс это ещё и дракончики — мечта детства сбылись! А ведь, если подумать, то это первые драконы, который я вижу вблизи — если не считать того из сна.

Счастливая донельзя, я обернулась к мужчинам, чтобы столкнуться с растерянным и удивленным взглядом Раграса, тоже пришедшего в сад, но застывшего на полпути, стояло мне его заметить. Не знаю почему, но я не видела больше всего того негативного, что было в покоях. Оно ушло, открывая совершенно новое: мягкость, неуверенность, растерянность и…надежду?

Поняв, что его стоит и, не моргая, смотрит, Раграс еле заметно дрогнул и продолжил подходить. Он осторожно опустился на край моей скамейки, опустив взгляд на притихших с его приближением малышей. Те по-птичьему наклоняли головы то в одну сторону, то в другую, задумчиво и, я бы даже сказала, придирчиво рассматривая взрослого дракисса. А потом красненькие гордо выпятили грудки и одновременно рявкнули. Малыш же на моих руках переливисто проворковал что-то мужчине, а потом вновь прижался к моей ладошке всем тельцем.

— У нас есть поверье, — осторожно заговорил Раграс, всё ещё смотря на малышей, но не решаясь посмотреть на меня, — что дикриссы — это души и временные перевоплощения будущих наших детей. Они редко подлетают так близко к нам, предпочитая свои колонии, — и протянул малышам свою ладонь. Красненькие прищурились, пригнулись и резко сделали выпад вперёд, клацая зубками рядом с пальцами мужчины, но не трогая их. — Простите меня, — тихо выдохнул он. А я не поняла, к кому именно были обращены эти слова. Все трое дикриссов внимательно на него смотрели, будто понимали. — Вы то же, Шена. Всё произошедшее было слишком неожиданным для меня, я не хотел вам грубить и приносить боль после всего, что вы для меня сделали, сделали для всей нашей Империи.

— Всё хорошо, — неуверенно, но мягко попыталась улыбнуться я, когда он поднял глаза. — Не буду врать, было обидно, но и вас я могу понять. К столькому шли, столько надежд питали, а тут появилась какая-то человечка и всё испортила, — горькая усмешка вырвалась сама.

Удивительно, что он не задал вопрос на мою расовую принадлежность. Мельком взглянула на невмешивающихся мужей. Ал, заметив вопросительный взгляд, нежно улыбнулся и кивнул. Теперь понятно, он задержался в покоях, чтобы поговорить с дракиссом. За что получил мой благодарный взгляд.

— Вы не испортили ничего, Шена, — мягко возразил сын генерала, а в его глазах я заметила что-то странное. Очень напоминавшее нежность. — Вы спасли мне жизнь и даровали новое и куда более желанное будущее, — и снова протянул руку к малышам. В этот раз красненькие наперегонки бросились к его ладони, толкаясь и пинаясь друг с другом. — Кстати, красненькие — это мальчики, а у вас на руках — девочка, — заметил он, а меня будто током дёрнуло.

Раграс сказал, что дикриссы — временные воплощения будущих детей его расы. А я сейчас вспомнила тех троих из сна, тоже девочку и двух мальчишек. Может их поверье не такое уж и поверье? — спросила я себя, и краем глаза заметила, как удивлённо переглянулись мужья, решившие, видимо, не вмешиваться без необходимости в нашу беседу.

— Раграс, — позвала я жениха, отрывая его взгляд от красных дракончиков на себя, — если хочешь, может обращаться ко мне на «ты». Я не настолько и старше, чтобы мне «выкать».

— Но вы…ты, — тут же исправился тот, — выше меня по титулу.

— Разве это важно, — удивилась я. — Мы почти муж и жена, — неловко было это произносить, даже щёки опалило, учитывая малышей на наших руках, — да и, если подумать, титулами мы одинаковы, а по возрасту — я тебя младше.

— Младше? — удивился мужчина, внимательно всматриваясь в моё лицо и заставляя краснеть сильнее. Что же так неловко-то?

— Вот, сколько тебе? — решила узнать, чтобы доказать.

— Сто тридцать восемь, — честно признался тот, приподнимая бровь. Да, у них реально все ужасные долгожители!

— Воооот! — протянула я так, будто выиграла спор. Даже чуть палец к небу не подняла. А мои мужья тихонько смешливо зафыркали, переглядываясь. — А мне двадцать один!

— Двадцать один век? — брови Раграса удивлённо взмыли на середину лба.

— Просто двадцать один год, — решил вмешаться Алуар.

— Что? — повернулся к нему дракисс. — Вы! Как? Почему? — только и вырывалась из него.

Пришлось объяснять, что для вида своей расы я уже считаюсь взрослой и самостоятельной. Да, мне продлили жизнь раз в десять точно, но возраста мне это не измелило… И тут я задумалась. Если подсчитать, то я уже полтора месяца участвую в Выборе, а вот сколько я на него летела? Это и спросила у мужей.

— Около ста двадцати дней, — ответил тардиарец.

Итого, почти четыре с половиной месяца. Посчитав по дням точнее, я удивлённо посмотрела на ждущих моих слов мужчин. Их явно заинтересовали мои раздумья.

— Скоро же мой день рождения! — выдала я. — Ещё бы знать точнее, чтоб сказать точно, через сколько. Но думаю, в ближайшую неделю, плюс-минус три дня.

— Шена, — обратился ко мне Раграс, первый отошедший от этой новости, — если ты позволишь, я хотел бы, чтобы ты встретила столько знаменательную дату здесь, в это мире, в этом дворце.

— Мне всё равно, где его встречать, — пожала плечами. — Обычно я встречала свой день одна или в кругу семьи, когда как получалось. Если вы хотите устроить праздник — хорошо, я не буду против. Лишний повод для веселья сейчас нужен, учитывая последние события.

— Ты не хочешь в нём участвовать, — понял меня Шаэрдэш.

— Только как сторонний наблюдатель, — улыбнулась ему, — я ведь не привыкла ко всей этой пышности, официозу, к своему статусу и то отношусь как простой номинальности.

— Тогда, — задумчиво выдал сын генерала, — пусть люди радуются простому празднику, а мы можем отметить только вчетвером, — и вопросительно посмотрел на меня, после того, как от мужей заработал одобрительные взгляды и улыбки.

Я могла лишь кивнуть и благодарно улыбнуться ему. В этот момент дикриссы, что-то услышав где-то далеко, быстро что-то нам трелькнули, взлетели и умчались. Скорее всего, их позвали сородичи. Думаю, мне тоже лучше вернуться в комнаты. Напряжение и апатия ушли, но слабость-то осталась.

Перед самой лестницей, Шаэрдэш снова подхватил меня на руки и опустил только в нашей гостиной. Но пройти к сидениям не дал, загородив дорогу вместе с Алуаром, что кивнул головой, как бы говоря обернуться. Ну, я обернулась. И удивлённо вскинула брови.

У выхода на балкон Раграс сидел на одном колене и преклонял передо мной голову. Поняв или почувствовав, что смотрю на него, он чётко, серьёзно и внятно стал что-то говорить на рычаще-гаркающем языке. Внутренним чутьём поняла — это клятва. А когда теперь уже Третий муж поднял на меня взгляд, — его будто всего распирало от гордости и ещё от какого-то чувства, что так сияло в его глазах, — я осторожно уточнила:

— Мне стоит повторить за тобой слово в слово? — дракисс растерялся, тар и наг весело усмехнулись.

— Е-если такого твоё желание, — неверяще дрогнул его голос.

И помог мне произнести каждое слово. Я чуть язык не вывихнула в нескольких местах, но всё осилила, получив в ответ нежный взгляд и осторожную улыбку. Правда, в следующее мгновение, мне пришлось резко отступать назад, испугано вжимаясь спиной в Старшего и второго мужей. Тело Раграса странно вздрогнуло, и его стало будто ломать. Трест одежды, чуть болезненный рык и вот уже передо мной… дракон, что словно волк, закованный в броню из чешуи с водружёнными на спину чешуйчато-перепончатыми крыльями. Та же светло-серая чешуя серебрилась в свете ламп, те же, но серые цвета глаза с вертикальным зрачком источали ту же нежность, что и минутой ранее.

Это он! Раграс тот дракон, что мне снился!