Глава 2. Гнездовье дракаров

Благодаря скорости драксы, южной границы Ледяного предела мы достигли в конце второй недели, считая со дня моего побега. В последние три дня она сошла с тракта и передвигалась по звериным тропам, стремясь к конечной цели своего пути. Время родов неумолимо приближалось, и самочка спешила найти подходящее гнездо для кладки.

Оставшийся отрезок пути нас сопровождали дикие дракары. Один-два самца появлялись внезапно из-за густой растительности и, возбуждённо стрекоча, бежали рядом, недовольно поглядывая на меня с Элем, но не трогали.

На мои предложения драксе расседлать её и отпустить, она злобно шипела и мысленно показывала одну и ту же картинку — чудесную зелёную долину среди скал. «Безопасно!» — поясняла она, тыкаясь на привале узкой мордой мне в уже заметный живот.

Моя беременность была видна невооружённым взглядом. Темпы роста ребёнка настораживали. Несмотря на всё моё пятилетнее обучение, я ничего не знала об особенностях беременности у драконов. Нормально ли такое течение или нет? Да и вообще, как долго протекает беременность? Девять месяцев? Меньше? Больше?

Эль знал только об особенностях беременности у магов — семь месяцев. Мальчик пока не задавал мне неудобных вопросов, но теперь старался не слишком опираться на меня, пока мы ехали верхом.

Благодаря плавному перемещению драксы, большую часть времени я спала в седле, ощущая день ото дня нарастающую слабость. Очень хотелось почувствовать объятия Валарда. Они всегда придавали мне сил, особенно это прослеживалось в последний месяц. Теперь я видела в этом взаимосвязь. Дракон неосознанно делился со мной своей энергией. Если всё сопоставить, то предположительный срок моей беременности насчитывал приблизительно два месяца.

Дни в пути тянулись подтаявшей на солнце смолой, в которой я всё больше вязла. Выныривая из тягучего состояния, я первым делом хваталась за кулон Валарда, но никакого привычного тепла родной магии моего дракона не чувствовала. Лёд обжигал руку, напоминая о том, что больше мы не вместе, а также о причинах побега, укрепляя уверенность в правильности поступков.

Времени, когда я была предоставлена собственным мыслям, было предостаточно, и я смогла скрупулёзно обдумать всё, что произошло со мной в ковене Валарда, и смоделировать возможные варианты развития ситуации, если бы у меня не получилось сбежать. Каждый раз я приходила к выводу, что итог был бы печален для меня и малыша. Я осталась при своём мнении. То, что я сделала — единственное правильное решение. Я обязана дать ребёнку шанс родиться на свободе. Именно так — на свободе! Если его отец даже не рассматривал возможности появления на свет нашего совместного малыша, то что уж говорить о других драконах. Пусть хоть он трижды полукровка, но я сделаю всё, чтобы он увидел небо Истреи!

Вынырнув из очередного витка мыслей по кругу, увидела, что дракса выбежала к быстрому ручью, стремительно стекающему по отрогу скалы. Вода с шумом летела вниз по течению, разбиваясь множеством ледяных брызг об острые камни, ещё недостаточно отшлифованные бурным потоком.

Я огляделась по сторонам, испытывая любопытство. Ландшафт юга был таким же, как на севере, только здесь зима пока не вступила в свои права. Сопки, густо поросшие хвойными и лиственными деревьями, казались живым организмом, лениво шуршащим и шевелящимся под тёплыми лучами Ока Танагра. Было тепло, как поздним бабьим летом в ноябре на Земле.

Один из сопровождающих нас дракаров метнулся вверх по течению, остановился на берегу у большого чёрного валуна, расчерченного прожилками розового кварца. Низко наклонил голову, отрывисто посвистывая. Дракса оглянулась на второго самца и прицокнула, мотая головой в сторону первого.

— Что они делают? — с любопытством спросил проснувшийся Эль. Он знал, что я общаюсь с драксой.

Мальчик легко переносил путь и не требовал много внимания, хотя то и дело вступал со мной в разговор, особенно по вечерам у костра на привале.

— Толком не пойму, но нам нужно перебраться на тот берег.

Я окончательно проснулась и потянулась, разминая затёкший плечевой пояс.

— Нам спуститься? — похлопала драксу по шее. Ответа не последовало. Но в это же самое время два самца вошли в воду и присели на лапах, друг за другом. Мощные изумрудно-лимонные спины торчали из воды, как кочки. Стремительный ручей мощно хлестал зверей по крутым бокам, огибая их и стараясь снести вниз по течению. Подумать, что бы это всё значило, не успела. Дракса с места набрала скорость и перескочила через ледяную воду, не замочив лап, используя спины самцов для опоры. Оказавшись на другом берегу, она оглянулась на своих сопровождающих. Звери выскочили за ней, порыкивая, и понеслись вперёд.

— «У вас самка главная?» — догадалась мысленно спросить у драксы. Такое отношение к самочке умиляло.

— «Не все» — из передаваемых образов я сделала вывод, что в стае главная та самка, которая может держать всех в подчинении. Своего рода альфа. А моя дракса — её дочь, унаследовавшая эту способность. Если с главной самкой что-то случится, то дракса сможет занять её место. Не просто так, а доказав в статусных сражениях, что достойна быть вожаком.

***

Ранним утром тропа вывела нас к скале. Каменный массив возвышался неприступной стеной. Задрав голову, мы с Элем обсуждали возможность перебраться через это препятствие.

Юный маг перечислял заклинания, которые могли бы нам пригодиться. Я слушала его, а в голове всплывали давно забытые слова: «альпинист», «карабин», «страховка». Они зудели в мыслях, но я не могла вспомнить, что они обозначают. Слова из прошлой жизни на Земле. Значение их стёрлось, заменяясь новыми знаниями. Теперь мне были более понятны перечисленные магом заклинания: «магическая связка», «вертикальный разлом», «зависающие ступени».

Но драксы и не думали взбираться в гору. Выстроившись в ряд, они побежали вдоль подножия скалы, пробираясь между подступившими к камню соснами. Некоторые деревья росли, упорно цепляясь корнями за трещины в породе. Кривые, полулысые, но с такой жаждой жизни.

Некоторое время спустя местность стала меняться. Земля накренилась, уходя под крутым углом вниз. Деревья стали расти реже. Спуск привёл на дно ущелья, поросшего сочными травами и ароматными цветами. И это несмотря на зимнее время года!

Спустившись в ущелье, драксы устремились в сторону пещеры. Чёрный провал зиял, как открытый рот гигантского исполина, с двумя зубами-валунами внизу и острыми сколами камней вверху. Монстр терпеливо ждал, пока звери приблизятся, чтобы проглотить их. Эль напряжённо отклонился назад, прижимаясь ко мне.

— Нам точно туда нужно? — спросил он, и на пальцах заплясал ярко-жёлтый огонёк боевого заклинания.

Дракса почувствовала мою тревогу и снова показала своё любимое место. Под моими ногами, свешенными на бок самочки, почувствовалось судорожное сокращение мышц. Она болезненно вскрикнула, замотала головой и нетерпеливо рванула впереди самцов.

— Дракса спешит домой. Лучше подсвети, — успокаивающе погладила мальчика по плечу.

В пещере было тепло и влажно. На стенах, флюоресцируя, поблёскивали голубые кристаллы, добавляя немного света к тому, что зажёг маг. Дракса недолго петляла лабиринтами коридоров. Проскочив пещеру насквозь, она выбежала в ту самую долину, о которой грезила всё время. Она столько раз мне её показывала, что у меня не осталось сомнений — мы достигли конечного пункта. Остановившись, самочка задрала узкую морду к небу, укрытому белыми перистыми облаками, и громко прокричала на своём дракарском языке. В ответ на разный лад ей вторили другие голоса, усиливаясь эхом.

Навстречу ей бежали дикие дракары, переливаясь изумрудными, лимонными, фиолетовыми цветами. Они остановились плотным полукругом, рассматривая нас. От некоторых исходило агрессивное недовольство, направленное на нас с Элем. Я крепче прижала мальчика к себе, накрывая его руки ладонью, предупреждая тем самым, чтобы он не провоцировал зверей. Было тревожно, но, как с любым животным, главное — не показывать свой страх. Вот я и отвлекалась от красных глаз, рассматривая маленьких дракарят, путавшихся в ногах у взрослых. Ряд зверей расступился, и вперёд вышла крупная самка. На её морде отчётливо были видны старые, давно затянувшиеся шрамы. Хвост самки недовольно мотался из стороны в сторону с таким же звуком, как щёлкает кнут.

Между моей драксой и альфой завязался короткий диалог. В итоге дракса повернула ко мне голову и сообщила, что нас приняли в стаю. Альфа подошла к нам, ощерив зубы и принюхиваясь. На Эля чихнула, на меня уставилась одним ядовито-жёлтым глазом, а потом смачно плюнула зелёной слизью, интенсивно пахнущей хвоей.

Эль нервно хихикнул, а я утёрлась рукавом, совершенно не понимая, какого чёрта происходит.

Дракса довольно заурчала и, повернув голову к морде альфы, лизнула её в нос. И как-то все присутствующие сразу потеряли к нам интерес и разбежались кто куда. Остались только два сопровождавших нас самца и альфа. Хозяйка стаи развернулась и повела нас вглубь своей территории. Со всех сторон долину окружали неприступные скалы. Сами скалы понизу были утыканы входами в пещеры, разной формы и размеров. Альфа остановилась возле одного такого входа в пещеру, и я чётко услышала в своей голове её слова:

— «Здесь дом».

Моя дракса упала на лапы, и мы с Элем спешились. Вдвоём быстро расседлали самочку и зашли вовнутрь. Пещера оказалась просторной и сухой.

— Ничего себе! — Эль зажёг магические огоньки, и они летали вокруг, позволяя рассмотреть обстановку. Свет отражался в крупных блестящих камнях, словно встроенных в твёрдую породу искусным ювелиром. Вопреки всем законам природы, здесь одновременно были собраны самые разные драгоценные камни. — Это же легендарная Астрея! — благоговейно, переходя на шёпот, сообщил юный маг.

Астрею на Истрее ищут все расы так же, как ищут Эльдорадо на Земле. Легендарный потерянный город.

— Эль, ты же понимаешь… — маг не дал мне завершить фразу, перебил.

— Ри, я же не маленький. Если кому-то рассказать, то драксе негде будет жить. А так звери здесь свободны!

Он помолчал, задумавшись, а потом вскинулся и, смущаясь, спросил:

— А можно будет выбрать камень для накопителя?

Я сгребла мальчишку в охапку и от всей души поцеловала в щёку.

— Думаю, можно. Я тебе сама его сделаю!

Эль открыл рот, чтобы что-то спросить, но потом встряхнул головой и предложил посмотреть, что ещё есть в пещере.

Как оказалось, она состояла из нескольких комнат, перетекающих одна в другую, как бусы. В тупике обнаружилась большая пещера. А в ней круглая чаша бассейна, наполняемая проточной термальной водой. Края бассейна были выложены бело-синей мозаикой в традиционной для драконов технике.

— Ого! — восхитился юноша, припадая на колено и пробуя воду рукой. — Я первый!

Он тут же, не стесняясь, сбросил одежду и, сверкая голыми ягодицами, булькнулся в воду. Я даже не успела предупредить об осторожности. Меня такое поведение не удивляло. Привыкла.

— Давай ко мне! — довольно фыркая, Эль по-лягушачьи плавал от борта к борту. Я медлила раздеваться, хотя уже страшно вспотела. Здесь было жарко. Не то чтобы стеснялась, как-то это чувство атрофировалось на Истрее, но пояснять любопытному юноше, почему у меня «живот растёт», не хотелось. С другой стороны этого не миновать. Смирившись с неизбежным, быстро разделась и с удовольствием погрузилась в тёплую воду, ощущая, как по коже от удовольствия разбегаются мурашки.

Эль отплыл к противоположному краю бассейна и, положив подбородок на скрещенные руки, что-то рассматривал.

— Зачем такой большой бассейн? — через время он принялся рассуждать. — Здесь ведь целый дракон может поместиться.

— Может, — согласилась, прикинув размеры звериной формы и объём чаши. — Возможно, раньше драконы больше проводили в первой форме, чем во второй?

— Ри, а что мы будем дальше делать? Ведь мы же не будем жить здесь, в пещере?

Я тяжело вздохнула, понимая, что потянула за собой ребёнка, не имея точного плана на дальнейшую жизнь. В какой-то степени используя его, как щит.

— Не будем. Нужно найти место, где мы поселимся. Перезимуем, а дальше будет видно, куда двинемся дальше.

Он помолчал, водя пальчиком по узорам из мозаики.

— В следующем году не получится, — повернувшись ко мне лицом, он внимательно посмотрел мне в глаза. — Кто путешествует с младенцем? Года три нужно, прежде чем дальше ехать.

Эль всегда удивлял меня зрелостью суждений. Вот и сейчас он просто констатировал факт, не залезая в душу.

— Значит, ты со мной?

— Куда же ты без меня?

— А как же твоё обучение?

— Тренироваться я могу и здесь. К тому же магистр сказал, что мне нужно научиться концентрации. В этой глухомани самое то. Голову на отсечение даю, что здесь мага днём с огнём не сыщешь. Найдём людей — не пропадём.

***

В гнездовье дракаров мы пробыли неделю, прежде чем отправиться в новый путь. За это время дракса успела родить шесть яиц и теперь восседала в гнезде, как на троне. Самка была очень нервной и агрессивно реагировала на любого, кто пытался приблизиться. Она перенесла столько потрясений, боясь не успеть родить на воле, что никак не могла восстановиться. Правда, мы с Элем удостоились чести посмотреть на пятнистые крупные бело-фиолетовые яйца.

Старая альфа разговаривала со мной мысленно короткими рублеными фразами. Это меня удивляло каждый раз. Однажды я спросила, почему я слышу драксу и альфу, мне ответили тремя словами:

— «Старшая сестра гнезда».

Что бы это не значило, мы с Элем так и не поняли.

Маг, несмотря на то, что его приняли в стаю, не мог общаться напрямую ни с одним из дракаров. Но это его не огорчало. Он нашёл себе компанию — маленьких дракарят, и бесился с ними, даром что подросток. Я смотрела на Эля и понимала, что по сути у мальчика не было детства. Его с шести лет отослали на обучение и до двенадцати с половиной муштровали нещадно.

Когда мы собрались в путь, нас проводили те же два самца, что сопровождали нас на последнем отрезке пути в долину. Они оказались из одного выводка с нашей драксой. Ехать без седла было очень сложно, но вольного дракара оседать невозможно.

Нас вывезли к натоптанной дороге к ближайшему человеческому селению на расстоянии в полдня пути. Дракары умчались назад, а мы с Элем отправились вперёд к неизведанному.