Глава 7. Тень

— Риана!

Не крик — рёв молодого дракона раздался под сводами мужской спальни, освещённой только отблесками света от большого камина. Валард подскочил на своей огромной и такой одинокой кровати, оглядываясь по сторон и шумно дыша. По вискам катился пот, а крепкое тело бил сильный озноб. Когти первобытного ужаса сжимали что-то в груди до кровоточащей раны, продлевая кошмар.

Опять этот сон…

Нет, не сон — быль. Рианы больше рядом нет. Исчезла. Растворилась на просторах Ледяного предела, как и не было её подле никогда. И ни крупное вознаграждение, ни брошенные на поиски лучшие из лучших следопыты, ничто не смогло вернуть Риану назад. К нему. Под защиту. Чтобы скрыть от чужих глаз. Спрятать своё сокровище и любоваться самому. Заниматься любовью и просто разговаривать. Слышать её медовый голос, видеть глаза, в которых отражается он — дракон. Пить её дыхание, наслаждаясь живительными поцелуями. Ничего этого больше нет.

Валард встал, тяжело встряхивая затуманенной вязким сном головой. Бросил взгляд за окно, затем на механические часы — подарок Рианы. Ещё так далеко до рассвета. Но даже когда Око Танагра поднимется над горизонтом на небосвод, никто его не увидит за белой пеленой метели, бушующей в ковене Ашхов уже больше месяца.

Стоило взять магию под контроль, собраться, говорят, что маги не справляются с последствиями, но так было легче переносить новости о том, что девушку так и не нашли. Каждый новый пустой доклад дёргал внутри отвратительным гнойным нарывом, но хуже было, когда сообщали, что кто-то где-то видел похожую девушку, а по факту это оказывалось не так. И только выпущенная на свободу родовая магия могла немного унять боль, заморозить мысли, которые отравляли сознание до такой степени, что последнее время Валард сам себя не узнавал. Он чувствовал себя вывернутым наизнанку, больным и несчастным. И при этом дракон был неконтролируемо агрессивен и зол до белого каления на Бранардрагона, который так легко взвалил на младшего брата бремя ненужной Валарду власти. На мать, которая настояла на стремительной помолвке с молодой драконицей, тем самым отобрав у эрда возможность прожить вместе с любимой женщиной столько, сколько будет отмерено ей богами. На дядю, который хоть и поддерживал дракона во всём, но в этом вопросе принял позицию Рианы.

— Ей не место подле тебя! Она мудро и своевременно приняла решение за тебя, Валардрагон Ашха, избавив от такой необходимости. У эрда должна быть жена-драконица. Твой долг — продолжить род Ашхов. А Риана… Не спорю, она неординарная личность, но не способна быть только той, что греет постель. Это слишком низко для неё. К сожалению. Поверь, я не меньше твоего хотел бы, чтобы она была рядом с тобой как можно дольше. Но если так уже случилось, то пусть Риана найдет счастье с себе подобным. Она просто мара, несмотря ни на какие её особенности.

— Риана — моя дара, — прошипел дракон, выпуская магию, и всё, чего она касалась в покоях, когда-то занимаемых Рианой, превращалось в лёд.

Лаэрд Номерей вздрогнул так крупно, словно его приложили хорошим разрядом магии.

— Почему молчал?

— Я оберегал своё сокровище… Как мог…

Слова Лаарда, брошенные в пылу спора, огнём выжигали последнее самообладание, когда эрд Валардрагон лично метался по замку в поисках своей дары. Выяснял, кто помог ей сбежать. Перетряс каждого из драконов, дежуривших на выходах из замка, слуг, гостей. Не одна голова слетела с плеч. В том числе и тех, кто плёл интриги против семьи Ашхов.

Валард проредил Совет, как грядку с сорняками. Единолично принял новые законы о налогах и нововведениях, за которые радел лаэрд Номерей. И никто не осмелился роптать. Как-то так получилось кардинально изменить ситуацию и во внешней политике. Теперь между Ледяными и Огненными установился нейтралитет. И Валард задумался, не стоит ли поискать Риану на чужих землях, если в Ледяном пределе её не находят. Пустой слух о том, что Риану могли украсть Огненные драконы, покатился по стране. Но Валард знал, что это не так. Его дара сама покинула своего дракона. Ушла, не оглядываясь. Предала… От этого хотелось реветь зверем, но перестать искать — это было выше его сил. Найти… вернуть… не отпускать… Эти желания бились в бедовой голове и не ослабевали со временем.

Беспощадный… Всё чаще звучало это прозвище из уст подчинённых.

Когда-то шумный замок замер. Слуги неслышными тенями скользили вдоль стен, лишь бы не попасть под горячую руку молодого разъярённого эрда.

Даже матери Валард запретил покидать женскую половину. К своей невесте не подходил. Она — не Риана, и тем раздражала его ещё больше. Но продолжать удерживать молодую драконицу на расстоянии эрд не мог. Лаард убедил, что нужно попытаться взаимодействовать хотя бы в истинной форме, в небе, во время полёта.

Договор о браке не подлежал расторжению и должен был быть исполнен. Дата назначена. Таким беспомощным дракон ещё никогда себя не ощущал. Непреодолимые обстоятельства, как писала в своём прощальном письме к наставнику Риана. Оба её письма были спрятаны в сокровищнице дракона и выучены наизусть. И каждый день перед сном Валард проговаривал фразы из писем про себя, при этом спорил сам с собой, пытался убедиться в недальновидности и несуразности поступка Рианы, и каждый раз все доводы обрывались на финальной фразе: «Любовь моя, поверь, лучше расстаться сейчас, чем потом ты возненавидишь меня за то, что я ушла в Безмолвные земли и унесла с собой твою душу.»

Валард распахнул окно. Снежные, колючие иголочки тут же швырнуло порывом ветра в лицо и на обнажённый торс. Дракон зло улыбнулся и, резко подавшись вперёд, выпрыгнул в окно, в полёте принимая истинную форму. Холод и снег никогда не были проблемой для того, чтобы насладиться воздушной стихией. Набрав скорость, не хуже, чем гоночный болид, дракон понёсся вверх, выше тяжёлых снежных облаков. Он то петлял и нырял вниз к самой земле, в последний момент раскрывая крылья, чтобы не расшибиться в лепёшку, то снова взмывал вверх. Носился до изнеможения несколько часов кряду, пока не почувствовал, что крылья налились тяжестью и снизилась манёвренность на крутых виражах. Через силу снова полетел к замку в плотном полотне облаков. В какой-то момент почувствовал, что уже не один, что рядом ещё один дракон… скорее, драконица… Ощущалась она странно. Была незнакомкой, и в тоже время не чужой.

— Кариссия? — превозмогая ветер, позвал драконицу, чью тень он явно увидел над собой. Тень мелькнула и исчезла, стоило Валарду рвануть в том направлении и взмыть выше облаков. Но в обозримом пространстве он никого не заметил.

В груди почему-то потеплело от этих кошек-мышек. Какое-то приятное зудящее чувство затрепетало внизу живота. С ним Валард и вернулся домой. Обернувшись мужчиной, ощутил спокойствие в душе, там, где раньше кровило и саднило. Так, словно с этим безумным полётом на грани жизни и смерти дракон выплеснул и свою боль.

Валард глубоко и удовлетворённо вдохнул холодный воздух и потянул родовую магию на себя. Стихия льда тут же послушно отозвалась и, словно ослабев, опала наземь. Вместе с тем прекратилась и метель. Валард ещё какое-то время вглядывался в ясное небо, стараясь уловить тень загадочной драконицы, но не преуспел. Прикрыв окно, хмыкнул себе под нос, размышляя над загадкой. Кто бы мог позволить драконице летать без сопровождения, да ещё в такое неблагоприятное время?

Валард привёл себя в порядок, надел традиционные одежды и заглянул в зеркало, придирчиво себя рассматривая. С момента, как исчезла Риана, волосы прилично отросли, и теперь приходилось связывать их кожаным ремешком. Интересно, что бы она сказала по этому поводу? Сам от себя не ожидая, эрд улыбнулся своему отражению, вспоминая длинные белоснежные волосы дары. И как он мог намотать их на руку, когда неистово брал её сзади, а гибкое тренированное тело страстно изгибалось под ним, притиралось нежной кожей ягодиц к его паху, в котором пульсировало от желания. Как в трансе, дракон двинул бёдрами вперед, фантомно ощущая узкую плоть, горячей перчаткой охватившую его естество, и запах общего возбуждения. Горячего и леденяще мятного. Дыхание сбилось от плеснувшего в кровь неконтролируемого возбуждения.

— Ещё…

Рычащий стон любимой в ушах.

— Да-да! Сильнее… Ещё!

Дракон неожиданно зашипел и крепко сжал свой ствол, горячий и твердокаменный, за головку прямо через мягкие штаны. Дёрнулся и излился в одежду, как юный дракон, никогда не знавший плотских утех. Неожиданный оргазм оглушил. Валард привалился лбом к зеркалу и рассмеялся неистово и безудержно. Откинул голову назад, и из уголка правого глаза скатилась одинокая слеза, прочертившая мокрую дорожку до уха. И вдруг всё прекратилось, так же резко, как и началось. Эрд сменил одежду и широким шагом вышел из своей комнаты, направляясь на женскую половину. Нужно было узнать, кто из дракониц посмел летать без сопровождения сегодня утром.

***

В первую очередь Валард посетил мать. В первый момент Эльвемина показалась ему какой-то задумчивой и уязвимой, но длилось это пару секунд, пока мать не приняла свой обычный гордо-величественный вид. Драконица вставала рано, продолжая заниматься внутризамковыми хозяйственными делами, несмотря на опалу. За это Валард был ей благодарен. Невзирая на противоречия во взглядах, мать он уважал, хотя сильной любви к ней не испытывал. Не на чем было ей взрасти.

Справившись о самочувствии матери, Валард изложил причину своего появления на женской половине.

Взрослая драконица была удивлена и обескуражена. Чтобы какая-то драконица летала над замком в такую непогоду? Действительно странно и фантастически нереально. Но сыну она верила. Тем более Эльвемина заинтересовалась поисками нарушительницы, потому что увидела в глазах своего ребёнка то, что уже не чаяла увидеть. Интерес!

Её мальчика в последнее время ничего не интересовало, кроме этой мары, верп её разорви, Рианы… Пришелицы из другого мира, которая околдовала и Валарда, и младшего брата — Лаарда. Где это видано, чтобы простую безродную мару, годную разве что ноги раздвигать, возвысили так, что она стояла на одной ступени с правящей семьёй Ашхов! Стояла! А не сидела в ногах в подобающей одежде, чтобы каждый из драконов видел её низкий статус.

— Может, это была Кариссия? — спросил Валард. На ум ему больше никто не приходил.

Эльвемина задумчиво закусила нижнюю губу и резко поднялась с кресла, на котором сидела, когда пришел сын.

— Я сейчас приведу её сюда. И ты сам спросишь.

Дракон недовольно скривился. И Эльвемина поторопилась пояснить:

— Валард, она твоя официальная невеста, ну хоть так удели ей время. Девушка сейчас так беззащитна. Она в новом доме, без поддержки старших мужчин. Ей одиноко и страшно. Ты не понимаешь, насколько она уязвима. Она вошла в пору и должна получать от своего избранника максимум тепла, а ты… — драконица увидела, как хмуро сходятся брови эрда и ожесточается выражение лица. Чтобы предупредить бурю, Эльвемина поспешно продолжила: — А ты сейчас разрываешься между поисками своей ненаглядной Рианы и управлением Ледяным пределом, очень непростым и хлопотным делом, совершенно новым для тебя. Я понимаю тебя, сын, и поддерживаю… во всём.

— Хорошо, — процедил мужчина сквозь зубы и прошёл вглубь комнаты, где стоял большой шкаф, наполненный книгами и свитками с заклинаниями. Трогая и просматривая эти предметы, Валард мысленно копался в себе. Что-то сегодня изменилось. Сдвинулось с мёртвой точки. Почему? Что повлияло? Для себя эрд чётко понял одно — всё изменилось с того момента, когда он почувствовал ту драконицу в небе.

— Приветствую вас, эрд Ашха.

Стоило Кариссии переступить порог, как она заговорила, с жадностью рассматривая мужчину. Он ей нравился. Очень. Но при этом безумно пугал после того дня, когда её сосватали. Тогда она увидела лицо дракона — холодное, бесчувственное и волевое. Это было странно, страшно и в тоже время до дрожи притягательно. Такой самец просто обязан принадлежать ей! Так её воспитали — всё лучшее для неё, любое желание выполнялось безотлагательно. Растили с мыслью, что любой самец будет несказанно рад, даже если Кариссия просто посмотрит в его сторону, не говоря уж о том, чтобы дать согласие быть невестой, женой. Но Валардрагон оказался не таким. И всё из-за какой-то мары!

Кариссия возненавидела её с первой встречи, когда эта выскочка появилась в зале на банкете после выбора мар для Бранардрагона. Она ещё не подошла, а драконица уже готова была откусить девушке голову за то, что будущий избранник Кариссии посмел отвернуться от драконицы и с идиотским обожанием, которое пёрло из него через край, смотрел на мару. На мару! Ничтожество. Грязь.

Никто никогда не ревновал мар к драконам. Мары были необходимостью в жизни драконов, но не эта Риана. Она была соперницей, которую нужно было извести, отравить, утопить, разорвать на куски, чтобы ни один самый сильный маг не смог её излечить. Карисса уже строила планы по устранению мары, и тут вдруг проблема решилась сама собой. Это верпово отродье сбежало, скрылось. Ха-ха! Как прекрасно! Было бы, если бы получилось вычеркнуть её из памяти дракона. Выжечь оттуда калёным железом. И, кажется, такая возможность представилась. Не иначе как сама Инанна за то, чтобы помочь Кариссии это осуществить.

Все эти мысли раздирали сознание молодой драконицы. Эмоции, яркие, разрушительные в своём начале, бурлили внутри, но не зря её воспитанию уделялось должное внимание. Валардрагон видел лишь смущённую улыбку, покорность в позе, нежность во взгляде и нервно подрагивающие пальчики, сжимающие тонкую голубую ткань ханьфу.

— Приветствую и тебя, Карисса.

Валард жестом предложил пройти в зону отдыха. На возвышении по периметру были уложены мягкие разноцветные подушки, расшитые бисером и полудрагоценными камнями. Посередине стоял низенький столик, который проворный слуга тут же сервировал для чая, добавив сладости и янтарный виноград, такой спелый и душистый, что сразу же захотелось вкусить ягодки.

— Позвольте мне поухаживать за вами, — девушка жестом остановила слугу, который хотел начать чайную церемонию. Она села на пятки напротив своего жениха… почти мужа и залипла взглядом на том, как мужчина отправил сочную ягоду себе в рот. Это было очень возбуждающе. Драконица даже почувствовала на языке вкус виноградной сладости ягоды, смятой острыми белыми зубами мужчины.

Тем временем Валард жестом разрешил начинать. Карисса отточенными движениями сначала согрела чашечку, предназначенную для мужчины, потом налила ароматный зелёный чай, млея от присутствия этого самца рядом. Сейчас он казался хищником на отдыхе. Немного ленивым и расслабленным, правда, это впечатление было совершенно обманчивым.

— Скажи, Карисса, как давно ты поднималась в небо?

Вопрос мужчины не был неожиданным, Эльвемина предупредила об интересе эрда. Но как правильно ответить? Карисса понимала, что от этого ответа будет зависеть многое. Соврать? Или правда лучше?

Прежде чем ответить, она двумя руками протянула чашку мужчине и склонила голову. Когда он соизволил принять, то решительно посмотрела на него и заговорила:

— Эрд, не имеет значения, когда я летала, две недели назад или сегодня утром. Важно другое. Вы всё ещё ищете свою мару, Риану та-а Номерей. Но назвала ли она вам причины своего побега? Сказала вам правду в лицо? Или трусливо сбежала, зная, что вы не простите измену той, которую впустили в свою семью?

Валард сел так резко, что стол пошатнулся, и вся посуда на нём запрыгала и перевернулась, выплёскивая горячую жидкость. Он вскочил на ноги, попутно вздёргивая за плечи драконицу, которая смотрела решительно и воинственно.

— Ты врёшь! Оговариваешь ту, что сейчас далеко и не сможет защититься от твоей клеветы!

Дракон не кричал, он тихо и жутко шептал, отчего Карисса испугалась ещё больше и судорожно сглотнула, хлопая ресницами и почти плача от страха. Но не отступилась и продолжила говорить:

— Вы можете мне не верить. Но не я тому свидетельницей была. Мне это пересказали мои братья. Перед тем, как заключать брачный договор с вами, они посетили Храм Инанны. И увидели, как эта мара, о которой вы думаете больше, чем о чём-либо другом, выбегала из дверей в таком возбуждённом состоянии, что даже не заметила входящих драконов. Столкнулась с моим братом. Не поклонилась! Не извинилась и убежала. Конечно, он был возмущён таким вопиющим неуважением мары и спросил у служителя Храма, чем может быть объяснено такое поведение. Служитель сообщил, что, видимо, мара не чувствовала почвы под ногами от радости, потому что та девушка узнала, что беременна! Сферы Инанны подтвердили это!

Валард отпрянул от драконицы. Его лицо исказила болезненная гримаса. Руки сжались в пудовые кулаки и ледяная магия стала вырываться, окутывая все предметы в комнате искрящимися кристалликами льда.

«Риана беременна. Но как?» — мысленно застонал дракон, ощущая, как сердце рвано выбивает ритм.