Глава 25
— Ты жалок…
Пощечина обожгла щеку, но Блэйк лишь усмехнулся. Сучка Вики в бешенстве — до чего приятное зрелище!
— Как тебе под братишкой? Хрен не мелковат для такой шлюхи? Помнится, ты все мне в трусы залезть пыталась…
Глаза волчицы вспыхнули яростью. Лучшее обезболивающее для истерзанного тела.
Блэйк медленно слизнул кровавые капли, сочившиеся из разбитых губ и носа. Нескольких зубов не хватало, один глаз заплыл, и сломанные ребра кололи так, что от боли хотелось сдохнуть, но никто ему не обещал легкую смерть. И все же двух оборотней он сумел уложить, пока его скрутили. Как знал, что дрянь отдаст приказ взять живьем. Долбанная садистка… Он, конечно, и сам не подарок, но до Вики ему еще расти и расти. Такую в запертой клетке держать надо, а не к власти допускать. И если бы у Алана было хоть немного ума, он бы давно посадил свою пару на цепь и навещал только, чтобы трахнуть как следует.
— Чего только не сделаешь, чтобы мозги мужику запудрить, — прорычала волчица, сверкая клыками. — Повелся, как щенок.
Повелся. И снова бы это сделал. Только поэтому ведь Мэл встретил… Ох черт, ему бы прошлому, да опыт настоящего, он бы…
— Отпусти, урод!
Глухой вскрик окатил ведром ледяной воды. Бритни?! О нет, что она тут забыла?! По спине продрал мороз. Зубы так и клацнули друг о друга — ничего хорошего с женщиной не сделают. Оборотни уничтожали всех свидетелей.
Но ужас, который он испытал, услышав знакомый голос, превратился в агонию, стоило дверям распахнуться.
— Мэлоди, — застонал от боли и отчаянья.
Напрягся всем телом, но веревки держали крепко.
Совершенно белая девочка смотрела на него темными от страха глазищами, а за ее спиной высилось два обнаженных урода.
Алан, до этого игравший в тень, шумно потянул воздух и оскалился, а Вики застыла, впиваясь взглядом в новую жертву.
— Так-так, вот, значит, кем от тебя пахнет… Красавица трахалась с чудовищем. Интересно…
* * *
Ей это снится. Мерещится одной больной и затянувшейся галлюцинацией. Оборотней не бывает… Не бывает! Но на ее глазах волк обернулся человеком и… Мэл сглотнула комок тошноты. И убил несчастного водителя. Просто разорвал голыми руками!
Пол под ногами качался и подпрыгивал. Она не помнила, как их с Бритни выволокли из салона. Только ощущение стальных пальцев до сих пор горело огненными клеймами. Ей хотели свернуть шею, но над ухом рявкнули:
— Запах!
И хватка ослабла. А потом… Потом их обнюхали! Как животное нюхает куски мяса! Бритни сопротивлялась, и ее… Тошнота опять заворочалась под горлом. Ее порезали. То есть поцарапали. У мужика вдруг отрасли когти, и он ударил несчастную по лицу, оставляя на щеке четыре кровавых рубца.
Ее крик тоже перебили. Влепили такую затрещину, что на мгновение перед глазами потемнело, а потом их потащили сюда… К связанному и окровавленному Блэйку!
— Мэлоди…
Хриплый шепот царапнул по нервам. Мэл хотела ответить, но потеряла дар речи, увидев, что сделали с пленником.
Он был весь в крови! Связанный, избитый и поставленный на колени. А рядом с ним стояла женщина. И от одного взгляда в неестественно желтые глаза дыхание перехватывало паникой. На нее смотрела та самая невеста Сильвера, из новостей. Такая же холеная от строгого пучка на затылке до кончиков остроносых туфелек. И вся наглухо запакованная в брючный костюм — ни складочки, ни морщинки. Но ее безупречность только пугала. Как и хищный холодный взгляд, от которого волосы становились дыбом.
— Так-так, вот, значит, кем от тебя пахнет… Красавица трахалась с чудовищем. Интересно… — оскалилась женщина, и между ярко-алых губ показались клыки.
Мэл инстинктивно отшатнулась, но грубые руки встряхнули так, что в шее больно хрустнуло.
Цокот тонких каблуков звучал опаснее выстрелов. Волчица приблизилась почти в плотную и схватила за подбородок, заглядывая не в глаза — в саму душу.
— Как ты с ним легла, милочка? Он же урод уродом, — швырнула прямо в лицо.
— А тебе не досталось, да? Завидуешь?
Колкость сорвалась с языка прежде, чем Мэл успела стиснуть губы. Зрачки женщины дрогнули и слегка вытянулись.
— Ах ты, малолетняя сучка, — прошипела ядовитой змеей. — Рот свой открыть решила…
От удара, обрушившегося на скулу, мир вокруг потемнел.
— Мэл!
Рычащий от боли голос прорвался сквозь шум в ушах. Она попыталась открыть глаза, но из-за слез ничего не могла рассмотреть. А левая щека горела так, что боль растекалась по всей половине лица и отдавала в затылок.
— Отвали от нее, ты, сука недотраханная! — голос Блэйка заскрежетал угрозой. Бритни ругнулась, но тут же застонала под новым ударом.
— Ох, Крис, что я вижу… Красавица дала чудовищу и растопила его ледяное сердце, да?
— Закрой пасть!
Крис? Какой такой Крис?! Но сил хватило лишь на невнятное мычание.
— Что, детка, больно? — ее снова схватили за подбородок. Острые ногти пропороли кожу, но на этот раз Мэл удержала стон — она не доставит этой дряни удовольствие от ощущения превосходства. — Хм, а ты с зубками… Крохотными такими, как у новорожденного щеночка, и все же… Это довольно странно. Крису нравятся послушные девочки…
Мэл кое-как взглянула на бившегося в веревках мужчину. Его на самом деле зовут Крис? Не Блэйк?
— Оу, ты не понимаешь, — поняла тварь. — Уж не знаю, кем представился наш дорогой бывший альфа, но полгода назад этого красавца звали Кристиан Сильвер. Ничего не напоминает?
Сильвер?! Да, нет же… это вранье!
— … и мордашка у него была чуть более привлекательной, — продолжила измываться сука. — Но тебе, видно, все равно, перед кем ноги раздвигать. А мои мальчики уже слюной истекли…
* * *
— Нет!
Блэйк изо всех сил рванулся вперед. Боль волной разошлась по мышцам, и веревки на запястьях давно содрали кожу, но это все мелочи. Ничего не важно, кроме его Мэл. А еще пятерки ублюдков-оборотней с похотливым оскалом на мордах.
— Да, мой дорогой Кристиан, — расхохоталась Вики. — Сейчас мы и посмотрим, чем тебя пленила эта малышка. А ее, — кивнула на разъяренную и шипевшую ругательства Бритни, — оставим для полнолуния. Славная будет охота.
Отчаянный крик и треск ткани плеснул в душу крутым кипятком. Мэлоди рвалась прочь, но оборотень всегда сильнее человека. И только он слаб! Жалкий, поставленный на колени и готовый лизать суке подошвы туфель, только бы она отпустила девочку.
В глазах расцветали огненно-алые вспышки, веревки скрипели, вгрызаясь в мясо, но сил не хватало избавиться от державших руки и ноги пут. Но он должен! Должен, черт возьми! Иначе случится то, что он не простит себе и после смерти…
Жесткие пальцы схватили волосы на затылке, вынуждая запрокинуть голову. И даже ритуал по разделению не пугал настолько сильно, как отвратительная картина тесной комнаты и творившегося в ней кошмара. Полуобморочную Бритни тащили в сторону выхода. А с Мэлоди уже содрали рубашку, и на белой коже алели красные полосы когтей. Душный запах возбуждения и ужаса забивал легкие отвратительной вонью.
Огненный штырь ввинтился в позвоночник, прорастая в каждую мышцу цепкими крючьями агонии. Настолько яркой и невыносимой, что из горла вырвалось рычанье оборотня.
На периферии слуха до Блэйка донеслось верещанье Алана, и сквозь алый морок удалось разглядеть удивленные глаза суки, командовавшей этим кошмаром.
— Оставить девку! — взвизгнула, бросаясь в сторону. — Убить…
И окончание фразы затерялось в треске рвущихся веревок и ломавшихся костей.
* * *
Реальность в очередной раз сложилась ветхим карточным домиком. Страх от понимания, что ее ждет, исчез под напором еще большего ужаса.
Железная хватка исчезла с плеч, но вместо побега Мэл села там, где стояла, не в силах отвести взгляда от чудовища. Настоящего, живого чудовища которое еще мгновенье назад звалось Блэйком. Или Сильвером…
Монстр оглушительно взревел. Не человек, но и не зверь, он выглядел настолько жутко, что сознание отказывалось принимать его за нечто реально существующее. Чуть вытянутое лицо исказило человеческие черты в хищную морду, похожую на волчью. Челюсть выдалась вперед, лоб скосился, нос стал плоским, а уши сдвинулись вверх и заострились, как у волка. И тело…
— О боже, — прошептала, разглядывая раздувшуюся вширь и ввысь фигуру.
Передние лапы-руки заканчивались изогнутыми когтями, а ноги превратились в мощные звериные лапы. А еще шерсть. Он весь был покрыт черной шестью!
И только глаза человеческие… Глаза Блэйка!
— Взять! — рявкнула женщина на всю комнату.
Тонкая рука метнулась вверх, и Мэл тут же подбросило. Пистолет! Она целится в Блэйка! Не соображая, что делает, девушка рванула вперед. Грохнул выстрел, и мир заветрелся безумным колесом.
— Мелкая сука! — взвизгнули сверху, и ее как пушинку швырнуло в сторону.
По затылку ударило тяжелым. Мэл стекла по стенке, а сверху посыпалось содержимое полки. Перед глазами плясали темные пятна, а уши закладывало от громогласного рева и чьего-то визга. На лицо брызнуло теплое, и перед носом упала кисть. Наманекюренные пальцы все еще сжимали пистолет…
Мир перед глазами закружился тошнотворной каруселью и рухнул во тьму.
* * *
Когти зверя рвали плоть, как ветхую тряпку, на зубах хрустели кости, а внутри плескалось упоительное чувство единения. Пустота лопнула, как мыльный пузырь, давая волю рычащему от ярости зверю.
Два обломка срослись воедино, разрушая проклятье, как замок из песка. Зрение и слух приобрели прежнюю четкость, сила кипятила кровь, а жажда убивать подминала под себя жалость и сострадание.
От ублюдка, звавшегося его братом, несло мочой и страхом. Щенок скулил о пощаде, и Блэйк едва сдерживался, чтобы не оборвать ничтожную жизнь. Сука Тэйлор валялась в луже собственной крови: вместе с рукой он перебил гниде хребет, чтобы не убежала. Зверь рвался закончить начатое, но Блэйк крепко держал его за шкирку. Больше нет бесконтрольного чудовища, и человеческое «я» не дает звериному начать бессмысленную резню.
За окнами раздался громкий вой — сигнал других оборотней к отступлению.
Подхватив Мэл, он рванулся к выходу — теперь надо найти Бритни. Память восстанавливалась нестройными рывками, смешивала волчьи и человеческие воспоминания в один ком.
Лапы скользили по липкому от крови полу, а плечи сшибали углы, но быстрее пули Блэйк выскочил во двор. Оставив неподвижную девушку на веранде, в несколько прыжков нагнал удиравших шавок. Хруст, треск, и головы полетели в одну сторону, а тела в другую.
Женщина перед ним побелела как полотно.
— Р-р-рир-р-и, — проворчал, припадая на передние руки лапы, — Р-р-р-и-и…
Альфы не могли говорить, но хотя бы воспроизводили некоторые звуки.
— Б-большой п-парень? — прозаикалась бедняга. — Черт меня побери… Ты — Блэйк?!
Он кивнул так выразительно, как мог. Почти лег на брюхо, пряча и страшные когти и клыки. Зверь отказывался покидать тело, не давая перевоплотится в человека. Они оба слишком ждали единения.
Бритни встряхнула растрепанными волосами. А потом очень осторожно протянула руку к его носу, и Блэйк, не задумываясь, обнюхал дрожавшие пальцы. Они пахли молодой травой и ванилью. Немного густо, но приятно. Так вот какой ее настоящий запах…
— Ну тебя и перекосило, — прошептала женщина.
Волк недовольно завозился под кожей, но зубов не оскалил. Его волновало другое. Круто развернувшись, Блэйк бросился назад. К неподвижной и тихой Мэлоди.
Запах фиалки и летнего дождя окутал теплым коконом. Зверь ласково заурчал, осторожно сгребая свое сокровище в лапы. Пара! Истинная! Теперь он чувствовал это каждой частичкой человеческого и волчьего «я». Только одно не давало покоя…
Рот затопила слюна, и, не в силах сдержаться, он вонзил клыки в беззащитный изгиб шеи.