Глава 7

Совсем одна или из-под земли достану

Рано утром я проснулась в общежитии, в собственной комнате, в кровати и под одеялом. И это при том, что прекрасно помнила, где провалилась в сон и какие события произошли перед тем, как меня усыпили. Интересно, я об этом должна была помнить или нет?

Вспомнив о самом главном, распахнула глаза и села в постели, воровато озираясь по сторонам и пытаясь понять в чем тут подвох. Почему меня пощадили и даже сохранили память? С чего такая халатность в отношении столь важной свидетельницы?

— Так-так… — прозвучал до боли знакомый голос. — Проснулась, стало быть уже. Что ж, поздравляю, сегодня ты самая ранняя пташка, Алиса.

Вскрикнув, натянула одеяло до подбородка. Он восседал на маленьком фонтанчике прямо посреди моей комнаты. Водяной собственной скользкой персоной. На первый взгляд безобидная нечисть вселяла мне поистине сильный страх.

— Как ты здесь оказался?! — пискнула, без отрыва наблюдая за первым претендентом на мои руку и сердце. — Школу же надежно охраняют и…

— Значит, не так надежно, как тебе кажется, — хмыкнуло это чудо чешуйчатое. — Мои питомцы в своем численном превосходстве оказались намного умнее и сильнее ваших преподавателей.

— Что тебе нужно? — я постаралась придать голосу уверенности. Получалось, прямо скажем, из ряда вон плохо.

— Прославиться, обезопаситься, побороться, возвыситься, жениться…

— Дальше можешь не продолжать, — я перебила незваного гостя и перешла к более насущной проблеме: — Слушай, а ты случаем не знаешь, что происходит?

Струя воды вместе со своим повелителем перенеслась поближе к моей кровати. Сам же водяной перевернулся на живом и, понизив голос, доверительно сообщил:

— Ты, крошка, не о том сейчас думаешь. Тут папеньку на выручку звать надо, а не расследованием на зеленую, незрелую головушку заниматься.

— Он меня заберет отсюда и все, — я тяжело вздохнула. — А мне Егорку найти надо. Нас разлучили, судя по всему, вчера днем, и я не знаю, где он теперь находится.

Тихий всхлип сдержать не удалось. И гадать не нужно было, что его поймали. Но вот кто? Я знаю его имя?

— Вот с ним тебе связывать свою судьбу как раз не надо, — нечисть поморщилась. — Чего тебе в жизни не хватает? Вот уплыла бы на свой Буян, а отец уже решил бы, что с супостатами окаянными делать.

— Так ты знаешь, кто они? — я с надеждой смотрела на своего собеседника, надеясь, что он поможет. Глупо, конечно, но другого выхода у меня не было. — Это как-то связано с тем, что усыпили студентов?

— А я почем знаю? — нахмурился водяной. — Меня тут не было, когда сие происходило. Вот потому и советую убраться отсюда подобру-поздорову. Кстати, у меня не так много времени на то, чтобы помочь. Так что быстро встала и написала Кощею письмо. Я через русалок ему передам.

Все еще робея перед странным существом, отодвинула краешек одеяла в сторону.

Хм, раздевать меня накануне никто не стал — уже хорошо. Собственно, благодаря этому в один миг соскочила с кровати и подбежала к письменному столу, чтобы достать все необходимое. Когда потянулась к выдвижному ящику, что-то деревянное ударилось о столешницу. Яркое воспоминание вспыхнуло в голове и разгорелось ярким пламенем. Полными слез глазами я взирала на толстый браслет из цельного дерева и не могла вымолвить ни слова. Как же я могла про него забыть?..

— Красивая цацка вышка из сучка-путевичка, — мрачно заметил водяной. — Только заметила, да?

— Ага…

Нелюдь снова принял сидячее положение.

— Реветь перестала, за стол села, писать папе начала и на занятия как ни в чем не бывало пошла, — отчеканил он. — Ведешь себя, как обычно, делаешь вид, что ничего не произошло, и что память к тебе не возвращалась.

— Что? — из горла вырвался хрип. — А почему я не должна ничего помнить?

— Потому что в твоей голове хорошенько покопались, чтобы ты не подняла шум раньше времени, — снисходительно ответил водяной. — Едва успел восстановить. Еще часик-другой, и ты бы даже о знакомстве с Луновым не вспомнила.

— Да как же так?

Я опустилась на стул и посмотрела на своего собеседника. Хотела увидеть в его очах хитринку или задорный блеск, но просчиталась. Со мной говорили предельно серьезно.

— Да заколдован он, не переживай так, — нечисть неодобрительно покачала головой. — Расколдовать его можно, высвободив энергию из оков мрака. Это тебе Бессмертный, опять же, подскажет.

Не теряя больше времени, я принялась писать отцу короткое письмо о своих злоключениях. Правда, иначе, как водным путем, мне его не отправить. Живность и мои перемещения, подозреваю, тут хорошо контролируются.

— Слушай, а на мне нет никаких маячков или следилок? — между делом уточнила у водяного.

— Нет, ну так сильно ты им пока не нужна, — отмахнулся тот. — А вот я на тебя свои повесил. Мало ли что…

От этого «мало ли что» по спине побежали мурашки. Это не на сватовство ли он снова намекает? Как-то боязно, знаете ли, вновь ощущать себя под его прицелом. А если после оказанной услуги я еще окажусь ему век обязанной, то будет совсем «замечательно». Но я хочу помешать коварным планам Демона Карпатского и спасти Егора. Я ведь ему так и не призналась в своих ответных чувствах. Боги, надеюсь, что он дождется меня.

Я выводила неровным от волнения почерком строки и попутно заливала их же собственными горючими слезами:

«Мам, пап, привет! Приезжайте скорее! Тут столько всего происходит… В Высшей школе ворожбы и в Тритретьем царстве в целом. Я вам рассказывала про Егорку, помните? Так вот, его похитили, а у меня чуть было не стерли память. Спасибо водяному, спас, не оставил болезную. Ему и передаю сию записку. Он через своих подданных переправит вам, так как иными путями будет опасно. Очень напугана, но постараюсь продержаться до вашего скорейшего приезда. Люблю, целую, ваша дочь Алиса».

— Правильно, поплачь над ним, чтобы батюшка прочувствовал всю серьезность ситуации, — подначивал меня водяной. — Плачь, плачь… А потом марш на пары да в состоянии свежего зеленого огурчика.

— Как у вас все легко выходит, — всхлипывая и шмыгая носом, провыла я. — Как ладно и как скоро. А вот возьмет сейчас кто-нибудь и войдет сюда… Что делать будем?

— На мой отвод глаз еще никто не жаловался, — заискивающе произнес нелюдь. — А вот насчет легко — это, действительно, только в моем случае. Я давно уже научился не привязываться к кому бы то ни было. Вредно это. И в первую очередь для собственной силушки. Вот заведется у меня на болоте какой паразит ползучий, и что мне с ним делать? А он возьмет и окажется вашим великим и ужасным колдуном Карпатским, и что тогда? Так ведь ему еще постараться надо, чтобы найти у меня слабые места. А коли некуда бить, так и мое в том преимущество. Голова свежая, руки быстрые и ловкие, ворожба под контролем…

— Не правда твоя-а-а… — продолжила всхлипывать, складывая записку вчетверо. — Нельзя-а-а так жить не белом свете. О других тоже надо заботиться.

— Так я и забочусь, — всплеснул перепончатыми руками мужчина. — Только в сердце не пускаю, и все.

— В том счастья нету-у-у… — и отдала ему письмо для отца.

— Я счастлив, — фыркнула «рыбина». — И тебе советую.

— Ты счастлив только потому, что ничего не понимаешь, — набравшись храбрости, выдала я.

Вот так ненавязчиво он мне внушал, что Лунова надо забыть и переключиться на его скользкую персону. Жуть какая. Думал, не раскушу его хитроумный замысел? Ну, ничего, если он вдруг решит потребовать от меня чего-то взамен, я смогу в любой момент высвободить силу охранительного артефакта, который у меня припрятан в дорожной сумке. А вот остальные просмотрю, когда эта пиявка отсюда уйдет. Сомневаюсь в том, что преподаватели и директор посмели деактивировать хоть один из них. Им пока что не выгодно повышенное внимание со стороны князя Константина Бессмертного.

— Плакать перестаю, беру себя в руки и как ни в чем не бывало иду на занятия, — подытожила наш разговор, заполняя тем самым затянувшееся молчание.

— Тебя никто не тронет, уж поверь мне, — правильно расценив ту дрожь, что проскользнула в голосе, заверил меня водяной. — Сначала им нужно собрать материал с лунного волка, потом приготовить все необходимое для завоевания царства и материка. Ты по плану как раз должна сидеть и ни о чем не догадываться.

— Меня сразу же раскусят, — сокрушенно вздохнула.

— Даю подсказку, — доверительно проговорила нечисть. — Внимательно понаблюдай за завтраком за своей подругой.

— Я постараюсь, — кивнула. — Спасибо за все.

— Не за что, девочка моя, — водяной широко улыбнулся и растворился в воздухе. Вместе с фонтаном.

А я осталась в сильном смятении, размышлять над тем, а что это вообще такое было. Судя по первому знакомству, ничем хорошим для меня его услуга не закончится. И то, как попрощался… Да и еще так легко сознался в том, что повесил маячок. Боги, во что я ввязалась?

Не спеша, встала со стула и направилась заправлять кровать. Надо было как-то успокоиться.

Время было еще раннее, так что спешить мне было некуда. Однако продолжать горевать и печалиться по пропавшему другу оказалось для меня непозволительной роскошью. Судя по ощущениям, я пребывала не в лучшей форме. Мои опасения подтвердились, когда подошла к шкафу и посмотрелась в зеркало, висящее на внутренней стороне дверцы. Глаза красные, лицо опухшее… В таком виде мне даже нос из комнаты нельзя было показывать. А еще помятый сарафан и растрепанные волосы…

Через силу заставила себя снять одежду и почистить ее с помощью бытовой магии. Деревянный браслет (который мне почему-то оставили на память) сиротливо болтался на запястье и не подавал никаких признаков жизни. Интересно, а что я должна была ощутить, проснувшись и заметив его не своей руке? Как минимум удивление. Но что, если я восприняла бы это, как должное? В таком случае моему положению не позавидуешь.

Когда была готова, собрала все необходимое для принятия банных процедур и отправилась в уборную. Коридоры женского этажа общежития еще не наполнились только что проснувшимися ученицами, так что я без очереди попала в душ. Где провела примерно пятнадцать минут. Обычно мытье головы и себя любимой в целом занимает у меня намного меньше времени, а тут… Мне все еще плохо удавалось держать себя в руках. Горячая вода согревала и расслабляла, но недостаточно для того, чтобы привести мысли в порядок и выстроить их друг за другом. А надо было перестать переживать и начать действовать.

Папе написала. Посмотрим, что будет дальше. Водяной, несмотря ни на что, дал дельный совет: нужно затаиться и никак не проявлять себя. Учиться, «радоваться» поступлению, гулять и по-тихому ждать приезда родителей. Еще неплохо было бы разузнать побольше о преподавателях и директоре. Вдруг ненароком услышу что-то очень важное. Для чего усыпляли всю школу, я понятия не имела — ну не верю я, что те, кто стоит за всем этим безумством, не знали, что Егорка не захочет немного вздремнуть вместе с остальными. Следовательно, они предполагали подобное и рассчитывали на то, что им всего-навсего нужно будет сокрыть от учеников момент поимки лунного волка. Ведь не зря же в самый неподходящий момент к нам нагрянули «гости»? Почему именно Колокольцев, если Егор его как раз не считает своим врагом? А ведь вместе с ним был еще кто-то. И это не считая подпадающих под подозрение наравне с ним Боровичка, Огнева, Шторм и Молчанова. Как они все связаны с Демоном Карпатским? И, самое главное, куда последний утащил Лунова?

В комнату возвращалась уже с четким пониманием того, что от меня требуется. Слезы прощаются только детям. Когда взрослеешь, окружающим становится плевать на то, что тебя внутри буквально раздирает от переполняющей душевной боли. Или ты сильный и в итоге завоевываешь признание, или слабый и вызываешь только жалость. Когда уплывала с родного острова, все думала, что уже взрослая, что вырвалась из-под опеки родных и близких и теперь сама управляю своей судьбой. Ан нет. Не случилось. Теперь я чувствую, что все это время обманывала себя. Ведь рядом был тот человек, который не спускал с меня глаз. Никакая я не самостоятельная. Но хочу ею стать и научиться отстаивать свое слово. Я найду Егора, чего бы мне это ни стоило.

К своему великому удивлению, выходя в коридор, нос к носу столкнулась с Марфой. Девушка выглядела очень свежо, и если бы я не была с ней знакома, то подумала бы, что она выспалась. К счастью, я уже успела хорошо узнать ее, и потому удивилась подобным поведением рыжей.

— О, доброе утро! — подруга широко улыбнулась и заключила меня в объятия. — И все-таки ты успела раньше.

— Как всегда, — протянула, пытаясь понять, что происходит. — Я смотрю, ты вчера рано легла?

— Я на часы не смотрела, — от меня быстро отстранились и прошмыгнули в комнату. — Но мы ведь вчера у Колокольцева позанимались. Так что… Ничего удивительного, что я даже сумку не стала с вечера собирать.

— А как же самостоятельная по Истории? — я выгнула одну бровь, следуя за девушкой. — Ты что же, к ней не подготовилась?

— Совсем забыла! — Марфа схватилась за свою растрепанную огненную голову. — Прости, я сейчас… То есть, подожди меня, и в столовой расскажи, пожалуйста материал.

— Как хорошо, что ты так рано встала, — отпрыгнув в сторону от этого урагана в юбке, проворчала я.

По правде сказать, я тоже ни к чему не готовилась и сумку с учебниками не собирала. Но зато на выходных пролистала конспекты, и была намного больше уверена в собственных знаниях, нежели подруга.

На завтраке мы с Марфой повторяли пройденный материал по Истории. И, что самое интересное, из речи подруги я поняла, что она совершенно не помнит нашего с ней пропавшего однокурсника. Все чудесатее и чудесатее становится в стенах Высшей школы ворожбы. Это как, скажите, пожалуйста, директору удалось провернуть подобное с целой толпой учащихся? А быть может, дело не в них, а в самом Егорке? Я читала о таком в одной из своих книг. Когда колдун самостоятельно создает под себя очень сложный артефакт, который лишь на время своего действия позволяет людям запоминать лик создателя. Лунов признался, что другие видят его как-то по-другому. Возможно, это и есть ответ на мучающий меня вопрос.

— Что такое Хрустальный мир… Сколько попаданцев приходили оттуда к нам в Отражающий… Каким образом открывается проход…

И если мне тема была очень близка, то рыжая помногу думала над ответами. Вот интересно, чем она тогда слушала? Колокольцев ведь даже на карте показывал остров Буян и тыкал указкой в Красноград и Дьявольскую пустошь и все бубнил про "ушлых баб", которым посчастливилось у нас пожить. Ха, это он еще не знает, что близ все того же богатырского терема некая Александра "вышла" из портала. Отец как раз в последнем письме описывал тот случай. Значит, до материка сия новость еще не дошла.

— Вот почему у тебя практически ничего не отложилось по поводу Хрустального? — я заглянула в наиподробнейший конспект Марфы. — Смотри, сколько всего написала.

— Написать- то написала, а вот душевные переживания никто не отменял, — мрачно откликнулась девица.

— Правда? — я насторожилась. — Не те ли белобрысые и на Боевом факультете, что регулярно наступают тебе на ногу?

Девушка чуть не подавилась травяным чаем. Все же зацепил ее тот парень еще на вступительных испытаниях.

— Да он мне тем утром в столовой на голову чуть кашу не вылил, — возмутилась колдунья. — Я как раз вставала следом за тобой, а этот слепец, опаздывая, со всего размаха на меня налетел.

Хотелось бы мне добавить, что вместе с нами был еще и Егорка, да толку-то? Она ведь все равно его не помнит. И, кстати, в целом в поведении Марфы не наблюдалось ничего такого, что могло бы вызвать у близкого ей человека подозрения. Все как обычно. Хоть это радует. А то прямо мгла глаза застилает, когда начинаю думать о вчерашнем.

— Может, он хочет с тобой познакомиться, но не решается? — я вынесла свое предположение.

— Он боевик, и этим все сказано, — девушка поморщилась и принялась неистово жевать бутерброд с сыром.

— Так в том-то и дело, — мягко возразила ей. — Может, поэтому он и не знает, как себя с тобой вести.

На это мне ничего не ответили. Только засопели еще больше. Зато я, наконец, смогла отложить тетради в сторону и доесть блинчик со сметаной. Где-то у входа замаячила фигура Елисея Васильевича. Внутри все перевернулось от осознания того, что он может быть причастен к поимке лунного волка. Но я справилась с волнением и заставила себя продолжить трапезу с улыбкой на устах.

Этот день я запомню надолго. Учиться, веселиться и просто существовать, делая вид, что никогда и не знала Егорку, было для меня настоящей пыткой. Ведь все окружающие меня колдуны и колдуньи действительно забыли о его существовании. И даже в компании оттаявшей и вновь ставшей самой собой Марфы мне было одиноко. Я-то все прекрасно помнила… И эти пронзительные голубые глаза, которые всякий раз изучающе смотрели на меня, и чувственные губы, которые имели наглость целовать и вместе с тем наглядно демонстрировать, что наша с ним дружба изначально была обречена. Я раскусила его и наслаждалась присутствием сказочного существа, которое частенько приходило ко мне ночью. Этот парень надежно засел у меня в сердце и никак не желал уходить оттуда.

В итоге на парах я часто хмурилась, чтобы скрыть подступающие слезы, а на переменах утыкалась в конспект по Истории, ссылаясь на то, что не уверена в собственных знаниях. Под тем же предлогом и на обеде ела мало. Меня никто не стремился поймать на лжи… Но как же гадко было в душе, кто бы знал! Никому не расскажешь о своем горе в поисках поддержки. Сверстники сочтут ненормальной, а вот преподаватели возьмут под прицел своих магических взглядов.

А на последней паре случилось то, чего я больше всего боялась. Обо мне узнали. И не кто-нибудь, а сам Илья Ярополкович Колокольцев, который после самостоятельной попросил меня остаться, чтобы поговорить об успеваемости. Честно сказать, я сначала подумала, что он каким-то чудом умудрился просмотреть мои ответы, от того и неистовствует. Но едва мы с ним остались в аудитории одни, мужчина сразу же огорошил меня сомнительной похвалой:

— Хорошо держишься, — колдун подался вперед. — Водяной знает свое дело, так что верь ему.

У меня сердце ушло в пятки. Как… Почему меня предали? Разве не хвостатый спас мои воспоминания, пришел ко мне этим утром и посоветовал не высовываться? С какой стати теперь об этом знает преподаватель?

— Так вы в курсе? — упавшим голосом уточнила у него.

— Да. И если хочешь, чтобы я был единственным осведомленным, держи себя в руках, — вкрадчиво произнес мой собеседник и поманил меня пальцем. — А еще подойди, чтобы я не орал на всю Ивановскую.

— И что теперь будет? — мой голос дрогнул, но я таки выполнила его просьбу. — И почему я должна верить водяному, если он разболтал наш с ним секрет?

— Потому что у нас с ним уговор, — понизив голос, ответил Колокольцев. — Так что учись и не высовывайся. Позволь отцу во всем разобраться.

И тут меня посетила ужасная мысль: а что, если я своим призывом о помощи подставляю под удар князя Дьявольской пустоши? Я же не знаю, чего ждать от местных колдунов! Что, если Егор просчитался, и брат царя Тритретьего все же собрался сделаться самым великим? Вот, говорит он сейчас так складно, а потом возьмет и окажется, что это всего лишь уловка для того, чтобы втереться в доверие. Но может статься и так, что он помогает самому Дальнозору, который в тайне готовится к войне. Кто видел этого колдуна Карпатсткого? Никто. И вообще, тому, кто заварил все это под силу сменять личину. С такой-то магией и не такое можно проделать.

— Хорошо, — я выдержала его взгляд. — Я постараюсь держаться в стороне и казаться с виду несведущей.

Мне очень хотелось учинить целый допрос о том, зачем им понадобился мой отец, но пришлось сдержаться. Мало ли, что этот Илья Ярополкович еще придумает. Или не он, а его товарищи.

— Начинай прямо сейчас, — ухмыльнулся колдун. — Защищать тебя перед Огневым я не собираюсь.

— Да, учитель, — я покорно склонила голову. — Можно идти?

— Нужно.

Я не стала задерживаться и широким шагом направилась на выход. Там меня ждала любопытная Марфа, которой надо было как-то объяснить свое непродолжительное отсутствие. Внутри все клокотало, в то время как снаружи я из последних сил удерживала ледяное спокойствие.

Меня использовали. В наглую, сыграв на моих переживаниях, на сильной влюбленности, которая неожиданно вспыхнула. Оказанная водяным помощь оказалась лишь уловкой, враньем, сочиненным для достижения собственных корыстных целей. Держать лицо и быть спокойной? Нет… Куда там? Мне впору было сбежать из школы и поставить крест на своем дальнейшем образовании. Но… Что будет, если папа прибыв сюда не найдет меня? Он же все здание по камушкам разберет со злости. И курочка Ряба. Не могу я ее бросить.

Всхлипнув, я выбежала в коридор и столкнулась там с подругой.

— Эй, Лиска, ты чего? — девушка перегородила мне дорогу. — Что случилось?

— Ничего, — аккуратно прикрыв за собой дверь, пробормотала. — Это же Колокольцев.

Слава богам, одна его фамилия являлась обоснованием для всех моих горестей. Он же довел меня? Довел… А уж каким способом — не важно.

— И что на этот раз? — нахмурилась рыжая.

— Сказал, что с такими знаниями в Высшей школе ворожбы мне делать нечего, — от необходимости врать и скрывать правду, стало тошно. — Он счел мои ответы на вопросы недостаточно «полными» для дальнейшего обучения.

Слезы покатились по щекам, но я не замечала этого. Мой прежний мир рухнул. Оказавшись совершенно одна, я была напугана и растеряна. Что делать дальше? Справится ли отец, если здесь его поджидает ловушка? И почему Колокольцев сам не позвал его? Верно, хотел обставить все так, чтобы со стороны возможное нападение выглядело, как несчастный случай.

— Так, не расстраивайся, прорвемся, — Марфа повела меня в сторону общежития. — Первый семестр еще не закончился, и они не имеют права тебя отчислить за неуспеваемость. Тем более, что учишься ты хорошо.

— Но Колокольцев же не простой колдун, а брат местного царя, — возразила я. — С него станется отчислить непонравившегося ученика.

— Это безобразие! — возмутилась подруга.

Да она даже не знает, что я являюсь дочерью Кощея Бессмертного…

— Я справлюсь…

— Конечно, справишься! Ты же дочь самого князя Дьявольской пустоши! — с жаром воскликнула Марфа. — Вот, кстати… Напиши ему! Он приедет и мигом поставит этого Колокольцева на свое место.

Я напряглась. Про папу я никому не говорила. И сейчас только подумала о нем. Тогда откуда ей известно о том, кто я?

— Я не хочу вечно решать свои проблемы его руками, — и это была чистая правда. — Вдруг из-за меня материк и Буян не поладят между собой?

— Не говори глупостей, — меня взяли под локоток и погладили по руке.

И тут я ощутила на себе чей-то пристальный взгляд. Обернулась и увидела гипнотизирующего мою спину Елисея Васильевича. А вот ему точно не надо было знать о нашем разговоре с Ильей Ярополковичем. Но ведь Молчанов — сирена, так что вполне мог воспользоваться своими природными способностями и как следует «разговорить» меня.

— За эту контрольную Колокольцев пообещал не допустить меня к сессии, — всхлипнула я, меняя тему разговора.

Краем глаза заметила, как Елисей круто развернулся и направился в кабинет того, о ком я стенала столько времени. Интересно было бы послушать, о чем они будут говорить. Да только опасно сейчас возвращаться к двери лекционной. Мало ли какие чары понавешаны на ней, а я не знаю. Засекут еще — потом оправдывайся, с чего это я вернулась. Да еще и Марфа…

— Он ничего тебе не сделает, — уверенно провозгласила рыжая. — Нутром чую — не пойдет Ярополкович к директору.

Конечно, не пойдет. Потому что решит придушить меня лично. Ох, если бы не Елисей Васильевич, то Колокольцев и не узнал бы о моем маленьком вранье. Интересно, как он станет оправдываться? Или расскажет все, как есть, и они вместе посмеются над одной молоденькой глупой колдуньей, которой не под силу раскусить их, таких великих и сильных чародеев.

А еще поймала себя на мысли, что не хочу возвращаться к себе в комнату. Конечно, рано или поздно нам с подругой придется разойтись, но мне так хотелось оттянуть этот момент, что я предложила ей немного посидеть в столовой и попить обжигающего чая с пирожками. Марфа не возражала, и я была ей очень признательна за это.

Когда мы вошли в цитадель чревоугодия, наше внимание тут же привлек Вышезор, который в одиночестве сидел за столиком и уминал свой поздний обед. Наверняка после практики сильно проголодался.

— Я слышала, у него в наставниках ходит сам Демон Карпатский, — доверительно сообщила мне рыжая. — Вон, как суп мечет. Знамо дело — отбиваться от кучи боевых заклинаний дело не из легких.

Я чуть не подпрыгнула на месте, когда услышала знакомое имя. Значит, Лунов таки оказался прав, и этот незнакомый мне колдун действительно существует.

— Странно, что я его никогда не видела, — протянула, направляясь в сторону стола со скатертью-самобранкой. — Он преподает в нашей школе?

— Приходит к нам всего раз в неделю, чтобы позаниматься с тремя избранными им боевыми магами, — пожала плечами Марфа.

— Откуда знаешь?

— А… Эта зараза белобрысая случайно проболталась, — отмахнулась девушка. — Тебя со мной тогда не было.

— Он точно хочет с тобой познакомиться, — заметив, как парень выронил ложку и покосился в нашу сторону, я не смогла сдержать улыбку. — Давай к нему присоединимся?

— Да ты что?! С ума сошла? — меня ткнули локтем в бок, но я лишь ухмыльнулась.

Мне было жизненно необходимо узнать что-нибудь о Демоне Карпатском. Кто он и откуда у него такое диковинное имя? Для чего завел себе учеников? Его темные (и темные ли?) делишки как-то связаны со странностями, творящимися руками Огнева?

— А почему нет? — я вытерла со щеки последнюю слезинку. — Если ты ему и не нравишься, то мы выясним, с чего вдруг он к тебе пристал, словно банный лист.

— Не надо-о, — взмолилась девушка. — Я не хочу-у…

Не знаю, откуда во мне взялись силы на то, чтобы невозмутимо сделать заказ, взять свой поднос и торжественно пройти к столику, за которым разместился Вышезор. Молодой колдун, который еще не отошел от боевой ворожбы, не отрываясь, следил за нами. Конечно, мы ведь все это время с ним не общались, а тут решили пренебречь пустым столиком и подсесть к нему. Молодой человек аж напрягся от такой неожиданности.

— Привет, — я первой поздоровалась с ним. — Можно?

— Привет… — протянул парень. — Да садитесь-садитесь. Чем-то обязан?

— Да как тебе сказать… — я хитро подмигнула рыжей. — Познакомиться вот решили.

Девицам негоже первым подходить к добрым молодцам, но ведь «молодец» уже неоднократно наступал Марфе на ногу, так что можно считать, что он уже подходил к ней и знакомился. Таким вот странным образом.

— Привет, — наконец, соизволила поприветствовать Вышезора и рыжая.

— А ты чего тут один? Разве обед уже не прошел?

Я бросила выразительный взгляд на наши с подругой подносы. Как бы намекая, что сами-то уже давно отобедали.

— Да, тренировка с наставником была, вот и не успел на обед, — протянул парень. — Ничего серьезного.

— Я же говорила, — фыркнула подруга. — А ты мне не верила.

— Да я про этого вашего Карпатского впервые за все время обучения услышала, — нахмурилась. — Как так?

— Ты же с Буяна, вот для тебя это имя ничего и не значит, — устало проговорил боевой колдун. — А у нас на материке его разве что безграмотный не знает.

— Но, все равно, даже шумихи не было, — возразила, с ужасом осознавая, что Демон-то, скорее всего, и украл Егорку. — Почему его у нас не встретили со всеми почестями?

— Демон не любит чрезмерного внимания к своей персоне и потому держит всех в страхе, — хмыкнул Вышезор. — А чего тебя вдруг так заинтересовала его персона?

— Его ли? — прикинулась дурочкой я и вновь посмотрела на Марфу. — Я погляжу, кто-то после занятий с лучшим колдуном материка под ноги свои не смотрит.

— Сдается мне, эти два факта между собой никак не связаны, — рыжая нахохлилась.

— Кто-то просто очень хочет стать лучшим учеником Демона Карпатского, — я проигнорировала замечание подруги и обратила свой взор на парня.

— Да мне хотя бы до золотой середины дотянуть, — расстроено выдал тот. — Вы хоть знаете, чего мне каждый раз стоят его занятия?

— Чего? — мы обе превратились в слух.

— Долго объяснять, — проворчал в ответ молодой колдун. — Да только не хочу я становиться бездушной тварью на поле боя, и это мой главный недостаток.

— Да-а, Карпатский славится своей хладнокровностью, — подтвердила его слова Марфа. — А учиться у него мечтает каждый.

— В том-то и дело, — Вышезор тяжело вздохнул. — Вот и приходится всякий раз побеждать собственные страхи и сомнения, наступать на горло иллюзорному противнику и превозмогать адскую боль в какой-нибудь переломанной части тела.

— У нашего Колокольцева практика проходит не лучшим образом, — как бы невзначай заметила я.

— Илья Ярополкович хотя бы сразу отправляет травмированных к лекарям, — колдунья поморщилась. — Я слышала, что Демон до самого окончания боя не дает передохнуть.

— Один бой — одно занятие, — покачал головой блондин. — Лечь на землю можно только в том случае, если ты умер.

— Какой ужас! — Марфа всплеснула руками и участливо заглянула ему в глаза. — И часто тебе достается?

Часто. Иначе бы он не жаловался тут нам на свою жизнь. По правде сказать, в тот момент мне больше всего хотелось выведать о колдуне Карпатском всего и побольше. К примеру, когда у него в следующий раз состоятся занятия? Где он обитает? Какова его настоящая сила? Каков его статус и чем промышляет? А еще я подумывала за ним проследить. Быть может, так мне удалось бы попасть к Егорке. Останавливало только осознание собственной ничтожности и беспомощности по отношению к нему. Ведь я даже не умею маскировать свой магический след, поэтому он учует меня в два счета. А еще отец, который, несомненно, скоро явится в Высшую школу ворожбы и, разумеется, тут же кинется разыскивать свою обиженную дочь. А тут… Перечислять всех подозреваемых мною, пальцев на обоих руках не хватит. И у кого какие планы на нас с папой я понятия не имела. Значит, продолжаем таиться и ждать Князя.

— Алиса, как это понимать?! — по залу раздался раздраженный папин голос. — Я думал, тебя тут пытают, а ты праздно чай попиваешь! Дочь, потрудись объясниться.

Ну, вот, дождалась. И ведь не один заявился, а вместе с руководством школы. Чтобы этому водяному пусто было! Зачем он подбивал меня это письмо написать? Ведь ясно же было (ему, но не мне), что отец никак не сможет появиться «по-тихому».

— Ты же не собиралась его звать, — обиженно прошептала Марфа.

Вышезор же с благоговением взирал на высокого подтянутого темноволосого мужчину, которому уже давно минуло триста лет.

— Пап, нам бы наедине поговорить, — с опаской косясь на Огнева, Молчанова и Колокольцева, проговорила я. — Тут сугубо личный вопрос.

— Просто кто-то плохо готовился к сегодняшней контрольной, вот и активировал случайно артефакт связи? — с насмешкой произнес Илья Ярополкович.

— Понятно, — неизвестно по какому поводу оскалился Князь Дьявольской пустоши. — Илья, вы так и не рассказали Алисе о нашем договоре?

И вот, что странно, остальные присутствующие (исключая Марфу и Вышезора) как-то странно заулыбались. По тому, как резко побледнел Колокольцев, я заподозрила неладное.

— Замужество, милочка, — ухмыляясь в усы, выдал, наконец, Михаил Елизарович. — Как только окончите Высшую школу ворожбы, так сразу и под венец отправитесь.

— Что?! — моему удивлению не было предела. — Но это же древний век! Как вы пошли на это?

Я обращалась непосредственно к своему новоявленному «жениху». А тот, в свою очередь, гневно взирал на меня.

— Для простых смертных — да, но для родни венценосных особ, — директор наставительно поднял палец вверх. — Этим союзом Буян и материк только укрепят взаимоотношения…

— Я против, — вскочила со своего места. — Да мне жизни не будет в этом браке! И вообще, когда вы успели договориться?

— Года три назад, — ответил за отца Илья Ярополкович. — Когда Константин Бессмертный приезжал к нам по вопросам Шамахана.

— И что же, вы тоже поддержали эту затею?

— А мне все равно, — тем временем спокойно развел руками Колокольцев. — Но если ты против, я настаивать не стану.

И очень недвусмысленно взглянул на отца. Та-а-ак, чего я еще не знаю?

— Здорово, — невесело усмехнулась я. — Пап, а ты знаешь, что ко мне еще и водяной сватается? Мы не хотим породниться с флорой и фауной Тритретьего царства?

— Что? Он снова прорвал мою защиту? — лицо Огнева пошло красными пятнами.

— Нет, но недавно на практическом занятии у Боровичка он на нас напал.

— А вот это становится интересным, — папа одарил недобрым взглядом Колокольцева. — Я смотрю, кто-то решил увильнуть от основного условия нашего договора.

— Я не могу следить за ней во время занятий у этого старика! — возмутился царевич. — Я вообще не имею права вмешиваться в ход не своих занятий.

— Но с целью защиты? — вкрадчиво уточнил Бессмертный.

— А на своих занятиях вы всего-навсего выжимаете из нас все соки, — мстительно заявила я. — Вчера у нас из-за вас вся группа отправилась к лекарям. Да я еле на ногах стояла!

— В этом весь Илья Ярополкович, — процедил молчавший до этого времени сирена. — Да еще девочку запугал, что к сессии не допустит.

— Любовь зла — любого доведет до безумия, — загробным тоном проговорил отец. — Господа, если не возражаете, мне бы хотелось переговорить с ним лично.

— Только в моем присутствии! — возмутилась я и для пущего эффекта топнула ногой.

— А твое присутствие сейчас необходимо в первую очередь мне! — пропел до омерзения знакомый голос. — Я сделал это! Я сломал вашу защиту!

Из деревянного пола, откуда ни возьмись стали вырываться сильные водные потоки. Они спиралями тянулись ко мне. Я же, в свою очередь попыталась накрыться волшебным куполом. Но тщетно. Чары стихии Воды оказались быстрее. Не только меня, но и отца. Который грязно выругался и призвал своего будущего зятя к активным действиям.

Не успела я испугаться, как оказалась на уже знакомом болоте. Полупрозрачная стена, скрывавшая от меня столовую и сильнейших колдунов Отражающего мира, резко опала, явив перед моим взором довольного до безобразия водяного.

— Ну как тебе? — широко улыбаясь, осведомился чешуйчатый. — Сейчас Колокольцев и Бессмертный сюда прибудут, и мы поговорим без свидетелей.

— Когда прибудут?! — от переизбытка эмоций к горлу подкатил противный ком. Истерика возвращалась с новой силой. — Что у тебя еще за договор с братом царя Дальнозора? Почему я ничего не знаю о том, что моя судьба уже давно предрешена?

— Потому что Илья думал как-нибудь от тебя отделаться, да не смог, — водяной широко улыбнулся. — Уж слишком хороша оказалась на самом деле, чтобы так просто взять и отозвать данное твоему отцу слово.

Его тирада сказала мне только об одном: хвостатый нагло врал, когда говорил, что хочет взять меня в жены.

— А вы-то зачем солгали? — я устало опустилась на траву. — Вы же не собирались сочетаться со мной узами брака. Так зачем весь этот цирк?

— Опять же, для конспирации, — мужчина хитро прищурился. — Чтобы потянуть время.

— Зачем?

— Затем, что хотели сперва понять, где спрятан настоящий Огнев, и от чего у его копии вдруг приключилась дружба с Молчановым, — невозмутимо проговорил водяной. — А потом стало не до этого. Как они за Игория-то взялись!

— Аж целую школу усыпили, — пробурчала я. — И снова, зачем?

— Чтобы стереть из памяти молодых колдунов и колдуний воспоминания об лунном волке, — тяжело вздохнул мой собеседник. — Но об этом нам, равно как и тебе, стало известно только сегодня.

— И кто же тогда на нас напал посреди леса?..

Как только я это сказала, под соседним деревцем материализовались двое мужчин. Узнав их обоих, я смогла выдохнуть спокойно.

— А вот это мы сейчас и попытаемся выяснить, — как всегда безэмоционально ответил на мой вопрос папа. — Вихор, спасибо за помощь.

Это имя водяного, что ли? А я уже давно с ним на «ты» перешла.

— Предлагаю, чтобы вы вернулись в школу с пустыми руками, — тут же заулыбался хозяин болота. — Девочке я все рассказал, так что больше убегать она не будет.

— Молодец, — презрительно фыркнул Колокольцев. — Мог бы сразу к Елисею с его дружком отправиться. Чего уж мелочиться?

Вон как его слова хозяина болота задели. И чего он весь из себя такой гордый? Неужели не хочет стать инициатором отмены давнишней договоренности? И… Нет, никогда не поверю в то, что Илья Ярополкович поступил на работу в Высшую школу ворожбы только лишь ради знакомства со мной. Тогда он выбрал отнюдь не правильную тактику поведения с девицей.

— Лучше скажите, чего у нас забыл Демон Карпатский, — я бесцеремонно влезла во «взрослый» разговор. — Пап, ты ведь знаешь, что это за колдун? Почему его все боятся?

— Лично с ним не знаком, но уже наслышан о нем, — отец тут же стал чернее тучи. — Ни добра, ни зла он миру не чинит. Однако, ему под силу открывать портал между Отражающим и Хрустальным без всяких условий и установок. Там, за вратами, это место называется Карпатскими горами.

— Все правда, — кивнул Колокольцев. — Насколько мне известно, малый этот из наших мест. Да как-то удалось отыскать ему нужные координаты…

— Ничего серьезного, — отмахнулся папа. — Магия мира сама все за него делает.

Ох, сказала бы я, что у отца есть своя лазейка в Хрустальный, да не мой это секрет.

— Это что же, он не так силен, как о нем народ судачит? — округлил свои мутные глаза Вихор.

— Раза в два так точно, — подтвердил Князь. — Так, а теперь расскажите-ка мне все с самого начала. Что с директором, кто изменщик, что за колдун с фальшивым именем и почему моя дочь покой потеряла.

— Влюбилась она в лунного волка Игория, который учился тут под именем Егора Лунова, — охотно начал рассказ водяной. Илья Ярополкович же поморщился, словно съел целый лимон. — А того нагло похитили прямо из ее пламенных объятий.

— Что-о-о?! — в один голос взревели отец с Колокольцевым.

— Я люблю Егора, и я сделаю все возможное, чтобы его найти, — выдержав два взбешенных взгляда, спокойно откликнулась я. — Между нами ничего такого не было…

— Просто прощальный поцелуй, а потом на них напали, — едко заметил водяной.

Кажется, самый ужасный в этой школе преподаватель заскрипел зубами. Неужели ревнует? Да быть такого не может!

— Ты за нами следил, что ли? — не выдержала и гневно посмотрела на чешуйчатого.

— А как же ж, — самодовольно ухмыльнулся этот… гад. — С тех самых пор, как Боровичок переместил вас в лес.

Потом он сделался серьезным и таки соизволил пояснить ситуацию. Из его повествования поняла, что точно определить, кто же настиг нас на тайной тропке он, увы, не смог.

Следом за ним свою версию происходящего принялся излагать и Колокольцев. И вот у него имелось несколько подозреваемых.

— На меня пытались воздействовать ментальной магией, — мужчина стал загибать пальцы, — с целью внушить, что повиновение Елисею Васильевичу — цель моего существования. Собственно, когда я сделал вид, что подчинился, то получил приказ очистить школу от защитных чар Вихора Болотного. Потом мне навязали в напарники этого олуха с факультета Воды и направили прикрывать тыл Боровичка. Который должен был под любым предлогом увести Алису и Егора куда подальше. И вот тут-то я не знаю, что и думать. Ведь изначально я грешил на Демона Карпатского, который являлся самым подозрительным из этой пятерки.

— А как же учительница Шторм и лешие? — уточнила я. — Они ведь тоже приложили свою руку к усыплению всей нашей группы.

— А еще повар, Иван Царевич и все те, кто не смог противиться высшим чарам, — подтвердил мои опасения Колокольцев. — Но они меня пока что не сильно волнуют.

— А в чем, собственно, проблема? — папа сложил руки на груди. — Расскажите все брату, и пусть тот пришлет сюда подкрепление.

— Не все так просто, — задумчиво протянул водяной. — У нас четверо подозреваемых, и мы не знаем их истинных возможностей.

— Трое, — поправил его Илья Ярополкович. — Огнев не опасен.

— Почему? — Кощей скептически выгнул одну бровь.

И тут я вспомнила, что звала сюда обоих родителей. Следовательно, мама сейчас как раз-таки должна была оставаться в стенах Высшей школы ворожбы. А если Колокольцев намеренно увел нас оттуда, чтобы мама осталась без защиты? Нет, она, конечно, ведьма сильная, Баба-Яга Красноградская, но я все равно переживаю за нее.

— Па-а-ап, — тихо позвала я. — А ты один сюда приехал?

— Слава богам, один, — недовольно откликнулся тот. — Чтобы научить уму-разуму дурака-директора и его подпевал, женщине отлучаться от хозяйства не стоит.

Я выдохнула с облегчением. А Колокольцев с водяным слаженно хмыкнули. После преподаватель зачем-то отвернулся. Вероятнее всего, прятал от нас нахлынувшие эмоции.

— А ваше продолжительное отсутствие может нам чем-то аукнуться? — окончательно расхрабрившись, я задала следующий вопрос.

— Я расставил несколько ловушек на близлежащих болотах, — проговорил Вихор. — Если заговорщики куда и отправятся, то я об этом узнаю.

— Но тебя это не должно касаться, — строго сообщил папа.

— Как это не должно? — я решила возмутиться. — Егорка из-за меня связался со школой, а вы хотите, чтобы я его в трудную минуту бросила?

— Если бы этот гаденыш не был бы так для нас важен в плане безопасности на материке, я бы и пальцем о палец не ударил для его спасения, — ядовито заметил Илья Ярополкович.

— В любом случае, он тебе не пара, — покачал головой отец, чем привел меня в полнейшую растерянность. — Он не из правящей династии…

— Но он лунный волк! — с жаром возразила ему. — И ты сам говорил мне, что эти сказочные существа настолько редки, что быть может и не существуют вовсе!

Колокольцев как-то подозрительно закашлялся. Он покраснел, глаза гневно засверкали, а руки сжались в кулаки.

— Он не согласен с твоим выбором, — нахально рассмеялся водяной, за что и получил боевой сферой по… Ни по чему он не получил, потому что успел ловко увернуться.

— Значит, ты ни на кого не претендуешь, — внимательно наблюдая за своими осведомителями, проговорил папа. — Чудно. А с Луновым надо сначала встретиться переговорить. Если жив останется до того момента.

Преподаватель же смолчал, но через пару мгновений я смогла расслышать очередной скрежет его зубов. Что ж, хоть что-то приятное за этот день.

— Так, чем закончилось ваше расследование, я уже понял, а вот с чего началось… — подталкивая мужчин к развернутому диалогу, сказал папа.

— Как было правильно замечено, пошел преподавать я отчасти из-за своей невесты, — неохотно ответил Илья Ярополкович. — Кроме того моему старшему братцу не давало покоя одно пророчество…

— Это которое про кровь лунного волка и юной невинной девы голубых кровей? — удивился Вихор.

— Именно, — мрачно подтвердил Колокольцев. — И, представь себе, оно стало сбываться. Поэтому я категорически против, чтобы Алиса выходила за пределы поля твоего зрения.

— Знамо дело, — развел руками водяной.

Дальше последовал короткий рассказ о том, каким образом Илье Ярополковичу удавалось выведывать необходимую информацию. А пророчество, кстати сказать, пришло ему в видении, посланном настоящим Огневым. Это уже колдун понял, что к чему. Изначально ему приходилось играть роль тронутого умом родственника царя, отправленного на отработку за жестокое нарушение.

— И да, Демон Карпатский приходит к нам раз в неделю, — в довершение всего сообщил Колокольцев. — Но вот, что странно: как он появляется в стенах школы, я так ни разу и не засек.

Поговорив еще немного о том, с чего стоит начать поиски, отец с навязанным мне женихом вновь прибегли к телепортационным услугам Вихора Болотного. И оставив меня при этом в смешанных чувствах. Хотелось все бросить и сдаться врагу, чтобы меня поскорее переместили к Егорке. А там бы Бессмертный меня обязательно отыскал. А потом спас, но я сбежала бы и от него, чтобы не выходить замуж по расчету. Как это низко. Почему родители решили все за меня? Они даже не потрудились поставить свою единственную дочь в известность. А я… Надеялась, что выучусь, повзрослею и стану свободной колдуньей.

— Думаю, искать меня теперь будут с особым рвением, — ни к кому собственно не обращаясь, проговорила я. — Такой ценный ингредиент и украли.

— Не говори глупостей, — отмахнулся водяной. — Нужна ты им, как репейник Лисице Кудыкиной горы.

— Не трогай, пожалуйста, нашу лисичку, — попросила его. — Она хорошая.

Темнота. Каменный пол и сырость не добавляли приятных ощущений. Холодно. Молодой колдун с глухим стоном перевернулся на бок, но глаза открыть не смог. Где-то за стеной послышался тихий вздох. А затем до боли знакомый голос произнес:

— Бедолага… — настоящий Михаил Огнев закашлялся, но вскоре продолжил: — Как это тебя угораздило так подставиться?

Лунов его не слышал. В той самой схватке, в лесу на него наложили заклятие глухоты, и потому молодец в те мгновения был особенно беззащитен для своего противника. И все, невидимый и неслышимый враг стал для него практически неуязвим. Егора приводил в отчаяние и тот факт, что он не смог защитить Алису. Девушка только-только открылась перед ним, доверилась. Где-то она теперь? Чутье подсказывало, что с ней все в порядке. Значит, есть надежда, что ее перенесли обратно в школу.

Тусклый свет очерчивал силуэт распластавшегося на полу лунного волка. Издалека казалось, что последний мертв. Дыхание почти не различалось, а лицо стало бледным, как мел. Ему не дали погибнуть, оставив для каких-то своих целей. Пару раз приходили подлечивать, но мужчина не помнил этого.

— Переломили, как тонкую ветку,

Заперли в каменную клетку.

Обрекли на долгую смерть…

Колдун посмотрел на своего бывшего ученика со смесью скорби и горечи. Никогда он не думал, что конец Игория настанет так… глупо.

Они оба находились в пещере, в Карпатских горах в Хрустальном мире. Друг от друга их отделял тонкий, светящийся желтым полупрозрачный экран, прикосновение к которому могло стоить заключенному жизни. Собственно, из тех же экранов и состояли клетки. Сталактиты свисали с каменных сводов и постоянно грозились упасть пленникам на головы. Их изогнутые тени отражались на стенах уродливыми чудовищами, которые так и норовили напасть. От долгого нахождения в этом месте можно было запросто сойти с ума.

Я через силу улыбалась и отшучивалась, а Вихор все настаивал на том, что опасность мне не угрожает. И все бы хорошо, да только я прекрасно поняла суть пророчества. И если я сама смогла выбраться из логова водяного, то почему бы Демону Карпатскому не просканировать пространство и не выявить истинное местонахождение одной наивной и неопытной княжны? Это вопрос времени.

В груди все больше нарастало чувство беспокойства. И в первую очередь не за себя, а за Егорку, который попал в лапы собственного врага. В какой-то момент я просто закрыла глаза и обхватила руками голову. Сердце забилось с бешенной скоростью, я забыла, как дышать. Страх сковал меня своими цепями, заставляя трепетать перед неизбежным. Это я знала точно.

— Алиса? — поблизости послышался обеспокоенный голос водяного. — Что такое?

— Ничего, — еле смогла выдавить из себя ложь. — Скоро пройдет. Просто голова заболела.

Не пройдет и вообще нас скоро обнаружат — хотелось ответить ему. Но я смолчала. Подобное происходило со мной впервые. Никогда раньше мне не приходилось чувствовать приближение опасности настолько сильно. Нет, я не готовилась умереть, потому что попросту не ощущала ее (опасность) подле себя. Пока что я не могла разобрать, на кого первого обрушится это тяжкое испытание, и от того было еще хуже.

— Врешь, крошка, — притворно спокойно проговорил водяной. — Спрашиваю еще раз, что происходит?

Как же я хотела в тот момент провалиться сквозь землю. Удрать куда-нибудь в безопасное место или к отцу, под его защиту. Слух и зрение обострились до предела, и я смогла расслышать еле различимое шипение. Повинуясь одним лишь инстинктам, заключила нас с водяным в защитную сферу.

— Что ты творишь? Балда! — тут же взвился хозяин болота. — Я ее под отводом глаз содержу, а она вздумала ворожбу применять. Убери, кому говорю!

— Ему твой отвод глаз не страшен, — дрожащим голосом возразила я.

— А твой щит и подавно, — рыкнул Вихор Болотный. — Ты хоть понимаешь, что натворила?!

Я хорошо понимала. Но по-другому не могла. Потому что очень хорошо помнила, как нас с Егоркой отыскали на секретной тропинке, как меня в легкую пленили и заставили некоторое время пожить прежней жизнью. Как одолели очень сильного и опытного лунного волка. Кстати, что с ним случилось, я до сих пор не знала.

И почему они все понадеялись на водяного? Неужели не ведели, с кем имеют дело? Или решили, что главный злодей не догадается об их затее? Наверняка так и не приняли во внимание мои вчерашние злоключения.

— Переходим к запасному плану… — также как и я, заметив выползшую из ближайших кустов змею, протянула нечисть. — Уходим!

После этих слов вокруг нас закружилось два водных потока. Успела увидеть, как черный, в серебристую крапинку удав раскрыл пасть, обнажая внушительного размера клыки. Его глаза полыхнули алым, и в следующее мгновение…ничего не произошло! Вернее произошло: Вихор растворился в собственноручно созданном портала, а я нет. Осталась один на один с явно зачарованной ползучей животиной. Которая снова зашипела и очень быстро поползла в мою сторону.

— Мамочки… — только и смогла сказать, понимая, что защита мне не поможет.

Вихор предпринял попытку к бегству не просто так. Судя по всему, это даже не зачарованная змея, а самый настоящий оборотень. Колдун. Тот самый Демон Карпатский.

Вернувшись в Высшую школу ворожбы, Константин с Ильей первым делом наведались в кабинет к директору Огневу. Который, впрочем, оказался на своем рабочем месте. Мужчина расположился за добротным письменным столом и напряженно просматривал карту леса, именно в той части, где находилась наибольшая часть владений Вихора Болотного.

— Ну как, не нашли? — не отрываясь от своего занятия, вопросил лже-Михаил Елизарович.

— Нет, — покачал головой Колокольцев. — Нам без Купаво Емельяновича совсем никак.

— Это еще кто такой? — с неподдельным интересом уточнил Бессмертный.

— Наш преподаватель по Травоведению и вместе с ним хранитель леса в Тритретьем царстве, — кивнул каким-то своим мыслям Огнев. — Я уже отправил его искать княжну. А то вы двое как с цепи сорвались.

Илья Ярополкович поморщился. И как он мог оплошать на пустом месте. Ведь ясно же, что теперь противник наверняка догадался о том, что Алису не похитили, а спрятали.

— Пока я с ним не знаком, я ему не доверяю, — мрачно заявил Князь Дьявольской пустоши, который на правах отца и вместе с тем самого могущественного колдуна на острове Буяне решил перейти к более активным действиям. — Что, если этот ваш хранитель заодно с водяным? Насколько мне известно, этот, как его…

— Вихор Болотный напрямую подчиняется Купаво Боровичку, — в таком же тоне закончил за него Илья Колокольцев, подхватывая игру.

— Меня интересует, что лесной дух вообще здесь забыл, — зло процедил Кощей Бессмертный, обращаясь к директору школы.

— На что это вы намекаете, Князь? — темные брови взметнулись вверх. — Если вы нам не доверяете, то почему отпустили к нам свою дочь? Сидела бы сейчас в фамильном замке и горя не знала.

Кощей посмотрел на Колокольцева, и вопрос отпал сам собой. Потом мужчина полностью переключился на своего собеседника. Последний, несмотря на возраст, тут же вскочил со стула и настороженно уставился на из последних сил держащего самообладание Константина.

— А Елисей Васильевич с Боровичком? — насмешливо произнес Константин.

— Он на парах, — хмыкнул уже успевший прийти в себя лже-Огнев.

— Да? — притворно доброжелательно уточнил Князь. — Что ж…

Колдун сделал шаг вперед и вытянул перед собой правую руку.

— Что это вы делаете? — Михаил Елизарович с подозрением воззрился на своего собеседника.

Вместо ответа Бессмертный переместил руку чуть выше, а затем опустил ее вниз. Внешний вид директора начал стремительно преображаться. С лица будто пылью осыпались черты лица того, кого он еще очень долго надеялся заменять.

— Вот, значит, как… — процедил представший перед Ильей и Константином теперь уже безымянный колдун. — Раскусили-таки.

— И не вздумай колдовать, — одно движение, и Князь Дьявольской пустоши заставил его замереть. — И не надо тебе было со мной тягаться.

Пока Кощей удерживал врага, чтобы тот не подал сигнал тревоги своим сообщникам, Колокольцев принялся осматривать кабинет. И личные записи его занимали меньше всего, потому что все важное не могло находиться так близко от непосвященных. Скорее, какой-то предмет или тайный проход.

— Говори, — властно приказал Князь. — Кто ты, для кого стараешься, и где находится логово твоего хозяина?

— Он мне не хозяин, — буквально выплюнул незнакомец. — И ничего я вам не скажу, ясно?

— Тогда ты умрешь.

После этих слов колдун доказал противнику, что молчание может стоить очень дорого. Сначала сдавил горло невидимыми путами, потом началась ломка. Не прошло и минуты, как несчастный сам попросил о пощаде.

— Корнеев Иван Иннокентиевич, маг Огня и подопытная животина Карпатского.

— Карпатского? — Константин чуть ослабил хватку.

— Это тот, кто появляется у нас раз в неделю, — напомнил ему Колокольцев.

— Дальше, — потребовал Кощей, усиливая давление на голову противника.

— Живет на два мира, имеет два имени, самый сильный и самый могущественный. Почти.

— И?

— Демон Карпатский — это Боровичок Купаво Емельянович. Логово его в Хрустальном. Собственно, прозвище произошло от названия тамошних мест — Карпатских гор.

— Как туда пройти и есть ли у него убежище в Отражающем?

— О том не ведаю.

— А я уже догадался, — заявил Илья Ярополкович. — Но сам-то ты откуда?

— Да, где же тебя так «разукрасили»? — хмыкнул Кощей, нарочно снова ослабив собственные чары.

— Да тут же все и случилось.

Представший перед мужчинами молодой колдун окинул взглядом все помещение. Лет ему было чуть больше тридцати, так что о его мотивах говорить не приходилось.

— Врешь… — разочарованно покачал головой Бессмертный. — Все ты знаешь.

От его немигающего взгляда Ивану стало дурно. Потом тошно и тяжко. Мысли завертелись в голове, словно в водовороте. Перед глазами пронеслась вся жизнь. Корнеев стремительно умирал. Глаза неестественно выпучились, изо рта повалила пена. Если бы не магия Кощея, то он наверняка бы упал и забился на полу, словно рыба, выброшенная на берег.

Когда его не стало, в наступившей тишине прозвучали следующие строки:

— Тайник, ступень, подвал, движенье…

Там не идут его ученья.

Цветы, листва и сладкий мед

Растопит поцелуя лед.

Бумажка с этой записью лежала на самом видном месте. Вот ее-то Колокольцев и прочел вслух, так как видел, что его сообщник пока не может подойти к нему.

Дождавшись, когда Иван Корнеев испустит последний дух, Константин широким шагом подошел к Колокольцеву и заглянул через его плечо.

— Тайник, — в один голос сказали мужчины.

Но не успел Кощей даже просканировать все стены, как сердце неприятно кольнуло, а в нагрудном кармане камзола стал нагреваться амулет, который связывал его с дочерью.

— Проклятие, — выругался он.

— Что? — не понял его будущий зять.

— Он добрался до Алисы и водяного.

Я попятилась назад и мысленно обругала водяного. Ну, как он мог так со мной поступить? Ладно я, но он-то почему не знал о способностях этого змея? Наверняка ведь еще и попасть обратно не сможет.

— Алис-с-са… — прошипел колдун в своем животном обличье. — Иди с-сюда-а.

— Нет, — покачала головой и приготовилась отбиваться.

— Упертая з-зараз-з-за… — змея дернулась, но пока что осталась на месте. — Тебе это не поможет.

Я не хотела так просто сдаваться. Да, возможно, я смогу увидеть Егорку. Но может статься и так, что на меня у Демона иные планы. Как бы то ни было, отец, скорее всего, почувствует, если мне станет угрожать опасность. И уж он-то точно найдет способ вернуться на болото.

— И папочка тебя не с-спасет, — продолжили издеваться, понемногу подползая ближе. — Маленькая ведьма с-с большим потенциалом.

Да, не успел Вихор… Карпатский намного раньше умудрился взять под контроль эту часть лесного пространства. И что теперь делать? Если у Лунова не получилось справиться с этим монстром, то что говорить обо мне? И сучок-путевичок по-прежнему не расколдован. Эх, ну почему я вспомнила о нем так поздно? Так бы возможно отец вернул его в нормальное состояние, и сейчас я бы имела хоть какие-то шансы, чтобы улизнуть из-под носа своего врага.

Первый и судя по раздавшемуся вполне себе человеческому смеху самый простой удар разрушил мой купол и отбросил назад словно пушинку. Больно. Сильно ударилась рукой о корень дерева, который в траве было не видно.

— Глупая… — зашипел колдун и бросился на меня.

Я громко закричала, а в следующее мгновение он вцепился в мое плечо. В глазах заплясали маленькие алые звездочки, к которым очень скоро присоединились другие, ослепительно белые. Из последних сил попыталась оторвать его от себя, но все тщетно. Впрыснутый в кровь яд стремительно распространялся по телу, делая его ватным и каким-то чужим.

Слезы полились из глаз, когда осознала, как быстро мне нанесли это поражение. Надо было сразу согласиться и отправиться, куда велят. А не ждать, пока покалечат и лишат силы. Последнее, быть может, случилось бы со мной даже при полном повиновении.

Константин Бессмертный безрезультатно пытался пробиться в логово водяного. Который, впрочем, вскоре сам изволил пожаловать в кабинет директора Высшей школы ворожбы.

— Он заблокировал для меня доступ к тому месту! — с ходу выпалил Вихор Болотный.

— Не только у тебя, — Константин был чернее тучи.

— Какого лешего ты вообще ее покинул, селедка протухшая? — прорычал Колокольцев, попутно проверяя помещение на наличие полога тишины. — Почему не защитил девчонку, ирод окаянный?

— Я ж вместе с Алисушкой хотел скрыться, да не дал мне Демон Карпатский ее с собой забрать, — повинился хвостатый. — Почитай перепрятать девицу красную удумал, а он быстрее оказался.

— Ясно, что дело темное… — процедил Илья и обратился к Кощею: — Как нам теперь ее вернуть?

— А если он девочку прямо на болоте и… того? — водяной округлил глаза.

— Не того, — перебил его Кощей. — Но если не успеем, то ты пожалеешь, что родился на свет.

— Ой…

— Возвращайся на болото и будь как можно ближе к нужному месту, — процедил Князь.

— Смотри в оба, — не преминул добавить Колокольцев.

Под их воинственными взглядами Вихор скрылся в портале. Связываться с двумя сильнейшими разъяренными колдунами себе дороже.

Когда последняя капля воды растворилась в воздухе, Князь Бессмертный принялся гипнотизировать книжный шкаф, а Колокольцев — внимательно рассматривать ковер на полу. И если деревянная громадина не представляла из себя ничего интересного, то последний предмет интерьера был явно с колдовскими составляющими. Но вот в чем загвоздка: кроме этих двух предметов в кабинете просто нечему было служить тайным проходом. Окно вполне обычное, стол — тоже. А вот в шкафу мог находиться какой-нибудь скрытый механизм.

— Ковер-самолет, очень полезная вещь, — наконец, произнес Илья Ярополкович.

— А у меня дыра в стене и яма без дна, — хищно улыбнулся Кощей.

— Игра идет к своему логическому завершению, — ухмыльнулся Колокольцев.

Колдунов не могло не радовать, что все так быстро разрешилось. Ковер обязательно спустит их в тайник. Только бы найти правильное заклинание. В любое другое время Князь обязательно занялся бы этим вопросом, да только сейчас ему надо было найти свою дочь. Собственно, поэтому мужчина, не мудрствуя лукаво, направил на артефакт мощный поток магии.

— Что-то много здесь собралось лунных волков, — медленно проговорил Бессмертный, не смотря на своего собеседника. Тот удивленно и вместе с тем напряженно следил за действиями колдуна с Буяна. — Ну, те-то еще ладно. Но ты… так подставился из-за моей дочери? Или может…

— Ради всего и сразу, — зло перебил его Колокольцев. — Как?!

Константин не ответил. Как раз в этот момент ковер-самолет под ногами своего нового хозяина встрепенулся и принялся рваться на свободу. Бессмертный отошел в сторону, позволяя ему взлететь и как следует разгладиться. В тот же момент на обнажившемся дощатом полу проявился небольшой красный круг, от которого в сторону шкафа протянулись пять тонких лучей.

— Техника луча-ключа, привязанного к зачарованному артефакту, — в голосе Кощея появилось уважение.

По выражению лица Колокольцева было понятно, что мужчина уже понял, что ковер-самолет находился под чарами. Предполагалось, что он должен был подчиняться определенному кругу людей.

— Мерзавцы, — покачал головой Илья, наблюдая, как открывается «вход» в подвал. — Так варварски использовать дар почившей Шамаханской царицы могли только глупцы.

— Какой еще царицы? — недобро уточник Константин.

— Змеедолы, — отмахнулся его собеседник. — Она ко мне еще давно приезжала. Дочь свою сватала.

— И как же ты ее обратно спровадил? — понимая, что это действо прошло для него незаметно, усмехнулся Бессмертный.

— Отправился по делам государства в соседнее княжество. — Колокольцев искоса глянул на своего будущего тестя. — Сейчас же я помолвлен, так что…

Не стал Князь Дьявольской пустоши говорить ему о своих наблюдениях. Да только по всему выходило, что Илья устроился в школе преподавателем не из-за Алисы, а из-за Софьи — той самой женщины, которая принимала у учеников документы. И которую колдун мельком увидел в коридоре, когда они все шли к столовой, где трапезничала его дочь. Тогда Илья бросил на волчицу такой говорящий взгляд, что Константин сразу же заподозрил неладное. Княжна Златова-Бессмертная была лишь отговоркой для того, чтобы не вызвать подозрений у руководства.

Мужчина ощущал острое желание потрепать одного самоуверенного царевича, однако сдерживался. Война с материком ему ни к чему. Тем более, что Алиса была важнее. Ради нее он и терпел все несправедливости Судьбы, которая обнажила перед ним истинное лицо тех, кому думал, можно доверять. Огнев оказался недостаточно силен, чтобы защитить самого себя. Впрочем, как и остальные преподаватели Высшей школы ворожбы. Не хотел Князь отправлять их с Ульяной пока еще единственную дочь и наследницу в это место. Но мольбы последней сделали свое дело. Разжалобили, заставили дать добро и отступить назад, позволить девушке больше свободы, чем раньше. И вот, к чему это привело. А ведь Лиска в своих письмах писала, что все хорошо. Только в последнем уже не сдержалась.

— Интересно, это портал или обычный люк? — решив про себя пока не говорить с Колокольцевым об их договоре, произнес Кощей.

Илья все прекрасно понял, но благодарности особой не испытывал. Договор был, по сути, навязан. А помощь, которая шла от Кощея была в интересах обоих. А то, что виноват… Ну так что ж? Какая теперь разница, если у девчонки появились чувства к другому?

Я все чувствовала. И как земля ушла из под ног, и как вокруг поднялся холодный, леденящий душу ветер. Вопреки ожиданиям не наступила темнота, и я не потеряла сознание. Рыдания душили. И вроде бы никуда не летела, а ощущение было такое, что меня куда-то перемещают. Реальность расплывалась перед глазами, а воздух вдруг приобрел горьковатый привкус и тошнотворный аромат. Он лип ко мне и неприятно холодил кожу. Я снова закричала, когда больно ударилась обо что-то холодное и твердое. Да, встреча с каменным полом стала для меня поистине неожиданной. Окружающая обстановка померкла и сложилась в нечто иное, ужасающее и леденящее душу.

Тускло освещенная пещера с двумя узниками в магических клетках, и к горлу подкатывает противный ком. Я перестала дышать, узнав их обоих. Директор Огнев, обессилевший и исхудавший, полулежал на какой-то соломенной подстилке. Егорка, распластавшийся и еле дышавший.

Из-за укуса в плечо онемела вся рука, однако я все же позвала его по имени. Не откликнулся. Голова сама опустилась вниз… Форменный сарафан был испачкан кровью, которая сочилась из раны. Не веря во все происходящее, прикоснулась к ней и совсем опечалилась. Никакой боли не чувствовалось, и я понятия не имела, что за яд мне впрыснул колдун. Кстати…

Демон Карпатский прямо у меня на глазах превращался в… Боровичка Купаво Емельяновича!

Стала судорожно глотать ртом воздух. Этого просто не может быть! Это же лесной дух, который учил нас Травоведению. Значит ли это, что он не тот, за кого себя выдает, или же Купаво всего-навсего чей-то сообщник?

— Не так я хотел отомстить за своего племянника, ну да ладно, — ни к кому конкретно не обращаясь, проговорил мужчина, когда полностью завершил свою трансформацию. — Еще слишком рано, и вспомогательное зелье пока не готово. Паршивец водяной все карты спутал.

— Что еще за зелье? — решив, что мне терять уже нечего, уточнила у него.

На меня недобро посмотрели и зачем-то отступили в сторону. Впрочем, это я поняла немногим позже, когда вокруг выросли четыре светящиеся стены. Далее до меня дошло, что вообще-то за такое вот вольное поведение могла и схлопотать. А потом умереть, так и не дождавшись, пока меня спасут отец и выбранный им жених… Жених. Не бывать этому!

— Я думал, у комнатного растения будет поменьше мозгов, — с ненавистью процедил старичок Боровичок. — Такая беспомощная была у меня на практике, а тут… Чудеса одним словом.

— Зачем вы это делаете? — придерживая не действующую конечность и прижимая ее к себе, тихо спросила.

— А вот это тебя волновать не должно, — грубо оборвал меня колдун. — Вот чего тебе стоило посидеть спокойно и не высовываться со своим папочкой? Я бы этого (кивок головы в сторону Егорки) опустошил, стал сильнее, а тебя бы и пальцем не тронул. Но водяной ведь мстить мне вздумал. Скажи ему за это огромное спасибо. Потому что смерть придет за тобой очень скоро.

С содроганием сердца я снова посмотрела на своего лунного волка. Такой милый моему сердцу и отделенный от меня сильной магией. Ах, как мне хотелось в тот момент кинуться к нему и разбудить. Попробовать вылечить, обнять и просто очутиться рядом.

— Что вы с ним сделали?! — мой хриплый голос стал поводом для издевательского смеха, прозвучавшего так громко, что я непроизвольно зажмурилась.

Тело трясло. Я не хотела умирать так рано. Неизвестность тяготила, а отсутствие чувствительности распространялось дальше, на шею и бок. Я была не из тех, кто в истерике рвет глотку в глупой надежде разжалобить своего врага. Просто тихо скулила и не сдерживала слезы. Страшно…

— А папа с мамой не научили тебя хорошим манерам, — продолжая издеваться, проговорил колдун. — Жаль, что у меня с собой нет зеркала. Я бы показал тебе, как ты ужасно выглядишь.

Хотелось сказать ему какую-нибудь гадость, да только побоялась, что мне решат добавить неприятных ощущений. Все-таки водяной не мог не сказать отцу про мое исчезновение. А раз так, то вполне возможно, что скоро сюда нагрянет Кощей Бессмертный. Только вытрясет у Молчанова или лже-Огнева всю правду.

Пока я раздумывала над своей участью, настоящий (а в этом не стоило и сомневаться) Михаил Елизарович заворочался и сел. Боровичок не обратил на него никакого внимания. Хм, стало быть, именно он самый главный злодей? А как же Демон Карпатский?

Но вскоре мне стало не до этих вопросов, так как в пещеру буквально ввалился Елисей Васильевич с криком:

— Они убили директора!

Мужчина был непривычно растрепан и раскраснелся. Весь его внешний вид говорил о том, что теперь ситуация по-настоящему вышла из-под контроля. Помню, во время нашего с Марфой чаепития он выглядел куда более уравновешенным. Но неужели отцу таки удалось справиться с первой опасностью в лице довольно сильного колдуна, который столько времени изображал директора Высшей школы ворожбы?

— Надо как следует подготовиться, — спокойно проговорил дух леса (или все же не дух?). — Они перенесутся в южный амфитеатр на стороне Отражающего. Если перенесутся. За это время девчонка помрет, и у нас будут все шансы для того, чтобы убрать их с дороги.

— Жаль, — мазнув по мне каким-то подозрительно теплым взглядом, произнес Молчанов. — А я думал оставить ее себе.

— Я тоже так думал, но не случилось, — колдун развел руками. — Даровать ей жизнь, обменяв ее на жизнь Кощея сейчас, увы, не представляется возможным.

— Ну, если ты ее расколдуешь, а Бессмертному скажешь, что она погибла? — признаться, реакция Елисей меня немало удивила.

— Если до нашего возвращения доживет, то так и быть, — снисходительно кивнул Купаво Емельянович. — Сын…

Сын?! То есть уже беззастенчиво разглядывающая меня сирена — это сын Боровичка? Кажется, еще немного, и я сойду с ума.

— Иду, — вмиг посерьезнел Молчанов.

Когда они ушли, я медленно поднялась на ноги. Чисто инстинктивно прикасаться к стенкам своей клетки не спешила. Подозревала, что это может быть очень опасно как для магической составляющей, так и для моей жизни в целом.

С наростов на каменных сводах медленно стекала вода. Однако луж не наблюдалось. Все впитывалось в пол из какого-то мудреного камня, который, казалось, каким-то образом был связан с магией врага. Я никогда такого не видела, но много слышала от отца с матерью о подобном месте, находящемся в Хрустальном мире. В тамошних горах есть пещеры, где очень удобно проводить различные наисложнейшие ритуалы. Папа как-то исследовал их в течение целого месяца. Приходил в замок только под утро, весь измотанный, но очень довольный. Говорил тогда, что если постараться, то можно найти в Карпатах и пространственный переход между мирами. Да уж… Самому до него добраться не удалось. Зато старичок Боровичок…

И все-таки Боровичок — это не кто иной, как Демон Карпатский. И логово у него в горах в Хрустальном — отсюда и имя такое чудное. Но почему лесной дух встал на сторону зла? Неужели только лишь из-за мести отцу? Сомневаюсь. Скорее всего, он захотел стать самым могущественным колдуном в Отражающем. А быть может и в Хрустальном заодно. И еще одна немаловажная деталь, которая не укладывается у меня в голове: сирена по имени Елисей. Неужели все это время он питал ко мне трепетные чувства? Верится с трудом, потому что он никогда не проявлял ко мне определенного рода интерес. Я была для него одной из учениц, не более. А теперь, стало быть…

Пользуясь тем, что ноги пока еще подчинялись, подошла к стене волшебной камеры и напряженно вгляделась в неподвижную фигуру Егорки. Краем глаза заметила в соседней камере какое-то движение.

— А на руке-то у тебя сучок-путевичок… — устало заметил Михаил Огнев, который все это время неотрывно за мной следил. — Живой поди, да только околдованный.

— А? — я резко повернулась к нему. — Откуда вы это знаете?

— Ворожба природная подсказала, — мягко улыбнулся колдун. — А вот хворь твою пока понять не могу. Но если снять с твоего друга заклятие, то все встанет на свои места.

— Каким образом? — я вся превратилась в слух.

И тут произошло чудо. Лунный волк открыл глаза и с глухим стоном приподнялся на локтях. Но тут же рухнул обратно, видимо почувствовав сильную боль…

— Переломано много костей, да ко всему прочему еще и оглох, — ворчливо заметил директор. — Стараниями этого негодника Купаво.

— А это не опасно для жизни? — слезы с новой силой полились по щекам.

— Если мы поторопимся, то успеем его спасти.

И столько силы физической и душевной теплилось в этом изможденном теле, что я доверилась ему и приготовилась впитать каждое слово, сказанное Огневым. Конечно же, его собственная магия была почти на нуле, но ведь есть я. И если все правильно сделаю, то быть может, нам удастся выбраться отсюда живыми.

— Я готова.

Для того, чтобы чувствовать себя увереннее, пришлось вновь сесть на пол. А еще абстрагироваться от всего, что заставляло переживать, паниковать и трястись в страхе, подобно осиновому листу, колышущемуся на ветру. Концентрация для выполнения ворожбы должна быть максимальной. Мне было очень сложно и вместе с тем жутко интересно, ведь подобные вещи в школе проходят, начиная с третьего курса.

— Магический поток через безымянные пальцы… Ты дочь Князя Дьявольской пустоши, так что в твоих силах его вернуть. Техника листа папоротника… Вызов… Отступи и подожди! Попробуй еще раз. Если не чувствуешь руку — это еще не значит, что через нее не может проходить магия.

Не знаю, почему Боровичок и Молчанов не подумали о моих скрытых «талантах». Наверное, потому что Купаво Емельянович как раз-таки считал меня слабой молодой колдуньей. Да уж, как, оказывается, иногда бывает полезно уйти в тень и наблюдать за происходящим со стороны. Или промолчать, не раскрывая при этом широты собственных возможностей. Тем более, что я приехала сюда учиться и впитывать в себя новые знания. Которых за короткое время обучения накопилось немало.

— Умница. Тянись к нему всем сердцем. Дай больше тепла и света.

В какой-то момент я почувствовала еле заметное шевеление на здоровой руке. Но радоваться было еще рано, так как процесс восстановления внутренних потоков волшебного существа только начался. А еще потому что стала потихоньку отказывать одна нога. Но иного выхода у меня не было, поэтому приходилось загонять собственные переживания куда подальше.

— Алиса… — от этого тихого, родного голоса захотелось завыть волком.

Я не видела, однако отчетливо ощущала на себе напряженный взгляд любимых голубых глаз. Каково ему сейчас? И так ли важен яд в моей крови, когда ему намного хуже? Боги, я все сделаю, чтобы спасти его.

— Алиса-краса

Спасла! Чудеса!

А от этого стишка я чуть не заплакала. Ведь слезы только высохли, так как я на время запретила себе эту роскошь. Но еще рано. Надо закончить заклинание.

— Завершающий этап, в котором надо создать в собственном потоке один маленький узелок, — будто подслушал мои мысли Огнев.

— Мамочка родная, глянь за окно

Капает с крыши водичка в ведро.

Вот я проснулся,

А кругом ночь.

Кому улыбнуться?

Кому мне помочь?

— Пока можешь просканировать состояние своей хозяйки, — милостиво разрешил ему директор. — Раз такой деятельный.

И началось… мне с трудом давалось новое для меня колдовство, а тут еще и сучок со своим стихоплетством очнулся. И почему Михаил Елизарович не мог подождать немного? Мешает!

— Яд, как яд,

Обычный гад.

Но такому я не рад.

Снять его скорее надо,

Чтобы все мы были рады.

Осталось совсем чуть-чуть.

Активность путевичка нехорошо отражалась на времени и силах, которые мне надо было затратить, чтобы окончательно вернуть его в строй. На лбу появилась испарина, а парализованную конечность удавалось задействовать одним лишь чудом. Вот что значит, тяга к жизни.

— Как закончишь ворожбу,

Я тебе помочь смогу.

Только ляг на пол, и все…

Дальше время уж мое.

— Так что за яд-то? — не пожелал останавливаться на достигнутом Огнев. — Явно же не змеиный. Что-то у тебя очень все просто выходит.

— Просто, просто, просто… Ага! — выдало это сучковатое чудо. — Меньше слов, больше дела. Пока что мне не надоело.

— Ты мне поговори тут… — прикрикнул на него колдун. — Алиса, заканчивай.

А я и заканчивала. Только с участившимся дыханием сучка-путевичка и его ответным вмешательством в мою ауру никак не могла этого сделать. Силы были на исходе, и я чувствовала сильную усталость. Хотелось пить. Организм был вынужден выдерживать поистине демоническую нагрузку.

— Лиска, зачем?

Я чуть не потеряла контроль над собственной магией. В его голосе было столько боли, что захотелось все бросить и кинуться к нему. Расцеловать и успокоить, сказать, что все хорошо, и что нас отсюда скоро вытащат.

— Егор! — Огнев принялся усиленно размахивать руками, привлекая к себе внимание молодого человека.

А я наконец-то закончила ворожбу. Поняла, что все получилось по тому, как рьяно стал крутиться на запястье сучок-путевичок.

— Ляг быстро! — заверещал он. — И постоянно проговаривай про себя «даю добро». Змейка-то у нас оборотная, кучей всяких зелий напичканная. Вот и яд выбрала для своих клыков под стать ситуации.

Улыбнулась Лунову и сделала так, как велели. Закрыла глаза и расслабилась. Конечности тут же стали свинцовыми, а виски прострелило острой болью. Я вздрогнула, но не проронила ни слова. Чувствовала же, что за меня сильно волнуются.

— Огонь, вода, земля и воздух, — послышалось тихое пение моего деревянного помощника. –

Разрушьте подданного козни.

Спасите деву от беды,

Что ждет ее средь каменной гряды.

Универсальное заклятие, доступное лишь подданным леса. Именно они имеют право обращаться ко всем четырем стихиям, не боясь, что когда-нибудь придет час расплаты. Удивительно, как одна маленькая, не учтенная Купаво Емельяновичем деталь, может повлиять на исход дела.

— Как же паршиво чувствовать себя немощным! — в сердцах выругался Егор.

— Согласен с тобой целиком и полностью, — в тон ему откликнулся Михаил Елизарович. — Как слышишь меня?

— Сносно. Только вот ребра еще не все срослись.

— Это дело времени, — философски заметил директор. — Не все сразу.

И чем они там занимались, пока я тут лежала? И продолжаю лежать и ждать, когда же путевичок соизволит меня вылечить. Интересно, а из клеток он сможет нас вытащить?

— Что эта коряга делает с Алисой? — задал новый вопрос Егорка.

А вот из ответа я поняла, что сильно переоценила силу своего сучка. Оказалось все очень просто: из-за маленьких размеров магический резерв не позволял вылечить целого человека. А по сему, путевичку приходилось черпать энергию из окружающей среды. То есть из пола, который имел свойство накапливать и удерживать чужую ворожбу очень долго. А из этого следует, что наша своеобразная тюрьма может быть связана с ним напрямую. Как бы мне хотелось, чтобы это было именно так.

— Уничтожает змеиный яд и восстанавливает опорно-двигательную систему, — проговорил Огнев, отвечая на вопрос молодого колдуна. — А то еще немного, и она отправится на тот свет. Вот только почему девочка так долго ему сопротивлялась…

— Возможно на ней есть артефакты Кощея, — откликнулся Лунов.

Ничего подобного. Всего-то зачарованная булавка и охранительная лента для волос. Всякие кулоны, браслеты, броши и так далее я перестала носить еще в самом начале. Я же не знала, что кому-то захочется меня похитить?

— Алиска, ты мне совсем не помогаешь, — вклинился в ход моих размышлений путевичок. — Соберись, тряпка.

Куда уж там. Я и так усердно проговаривала требуемую фразу. Правда, думать о процессе выздоровления пока что не получалось. А все Егорка виноват. Вот не мог помолчать немного? Да уж, мы девушки весьма непостоянные существа. То нам внимания подавай, а то замыкаемся в себе, обидевшись на сущий пустяк.

— Да ты помрешь сейчас, если не сосредоточишься на ритуале! — непривычно грозно рыкнул сучок-путевичок. — Ты уже двигаться не можешь. Еще немного, и сердце остановится!

Еще бы повзрослеть посоветовал или не переживать по поводу одного наглого лунного волка. Однако, признаюсь, его слова меня напугали. Это я что же, сама себе навредила? И когда только успела… Пока ведь ворожила, процесс шел не так быстро.

— Лист мой трепетный, живи,

Да здоровье береги.

А коль хворь придет в твой дом,

Бей ее тяжелым молотком.

А это уже прозвучало тихо, с мольбой. Что-то упало в районе нахождения Егора и Михаила Елизаровича. Ну да об этом после. Мне нужно снова сосредоточиться.

— Магия гор, откликнись, приди,

Колдунье очнуться от чар помоги.

Избави от скверны, разрушь приговор,

Порви с Демоном договор.

Он скоро придет, но нас не застанет,

Пускай конец ему не настанет.

Дух леса во многом повинен пред нами,

Пред солнцем, пред морем, пред всеми мирами.

Жаждет Купаво быть богом земным,

Сие недопустимо, мы боремся с ним.

Было очень похоже на уговоры в стихах. Но тем не менее внутри у меня что-то екнуло. Потом словно открылась незримая дверца в иное измерение. С закрытыми глазами я видела, как пространство вокруг пронзает много-много волшебных энергий. Все они имели разный цвет и толщину, а некоторые из них тянулись ко мне и к трем клеткам. Слух, наоборот, притупился, и я перестала различать, о чем принялись спорить мужчины. А потом все тело будто загорелось жарким огнем.

— Не-е-ет! — словно через плотную вату услышала крик лунного волка. — Алиса!

Решила идти до конца, из-за этого нельзя было прекращать контакт с путевичком. Мне было уже все равно, потому что я ровным счетом ничего не теряла. На миг представила лицо отца, если бы он был тут сейчас со мной. Улыбнулась. Нет, он бы достал меня с того света и надавал бы ремнем пониже спины за непослушание и несобранность. Как же… Его родная дочь и прямая наследница трона позволила себе раскиснуть и разувериться в себе. Отдаться на суд богам и перестала бороться.

Один энергетический поток коснулся щеки и тут же ушел в сторону. Приятно. Появилось желание протянуть ему руку и поманить к себе. Он ничего плохого не сделает — я это знала наверняка. Энергия гор казалась живой, и я искренне хотела подружиться с ней. Открыться и простить все то, что она сотворила со мной и с моими близкими. Боровичок ведь от этого места подпитывался, не так ли?