Глава 14

Только что из душа с полотенцем на голове и в махровом халате, смотрела в окно с чашкой свежеприготовленного кофе. Солнечное августовское утро сильно разнится с моим настроением. Сегодня истекают те двое суток, что дал мне Ильяс на сбор денег, так что день, кроме отличной погоды, ничего хорошего не предвещает. Новая встреча с вымогателем пугает до дрожи в коленях и помощи ждать, увы, но неоткуда. В полиции ясно сказали, пока нет преступления, они и пальцем не пошевелят, просить в клубе у мужчин-тренеров защиты – не имею морального права. У них семьи, дети и родители, о которых нужно заботиться, зачем им в чужие тёмные дела впутываться и рисковать.

Может сегодня дома остаться? Только какой в этом смысл, если не сегодня так завтра, если не завтра так через неделю, но Ильяс до меня доберётся. И либо я заплачу, либо дам отпор. Первый вариант – вообще не вариант, дай денег вымогателю, и он будет доить тебя вечно, а на счёт «Дать отпор» - мысли есть.

До ночи вчера сидела в интернете и изучала средства самообороны. План таков, по дороге в клуб загляну в охотничий магазин и прикуплю перцовый баллончик на пару с электрошокером. Первым дезориентирую вымогателя, а вторым добью. Вызову полицию и пусть только попробуют этого Ильяса не скрутить и уголовное дело на него не завести. Я им устрою, напишу жалобу в вышестоящую организацию, в прокуратуру, и в СМИ обращусь.

Продавец-консультант охотничьего магазина буквально вдохнул в меня жизнь и напрочь прогнал страх нападения.

— При попадании на кожу и слизистые злоумышленника, раствор причиняет сильную боль, из глаз, носа и рта начинает течь, и он теряет ориентацию где-то на тридцать минут, — держа двумя пальцами перцовый баллончик молодой человек, вертел им перед моим носом, и с не совсем здоровым энтузиазмом рассказывал о последствиях применения.

— Беру! Сразу два! А как насчёт электрошокера?

— О-о, вам крупно повезло, что зашли именно к нам, — заявил парень и, нырнув под стойку, достал оттуда коробку. — У нас имеется уникальный электрошокер, с громким звуковым сигналом. Он способен даже парализовать злоумышленника, — сообщил продавец и зловеще улыбнулся, как будто только что вспомнил, как его обидчик после удара электрошокером корчился от боли и валялся у него в ногах. — Лёгок в обращении, без проблем даже толстый пуховик пробивает, гарантирует шок, перехватывание дыхания и судороги.

— Оформляйте – это то, что надо.

М-да и почему я раньше такой полезный магазин стороной обходила? Сколько бы синяков удалось избежать. Был бы у меня электрошокер, фиг вам Горский бы меня за горло своими ручищами душил. Как бы пульнула в него вольтами, всё желание приближаться ко мне на расстояние меньше километра вмиг бы отпало. Судороги и перехватка дыхания – красота, а я его какой-то несчастной вазой всего лишь огрела.

За работой получалось отвлечься и не думать, что кто-то в данный момент, возможно, специально для меня острее затачивает нож, но в перерывах между занятий, всё же нет-нет да потели ладони и в жар бросало, стоило только представить, как бью живого человека электрошокером и пускаю ядовитую жидкость в глаза.

Отправляясь домой, на парковке клуба соблюдала предельную осторожность и была по максимуму сосредоточена. Правую руку со сжатым баллончиком в кулаке, держала наготове в сумке, шла медленно, прислушиваясь к окружающим звукам, чтобы не было ни единого шанса подобраться ко мне незаметно.

Припарковав машину, в подъезд дома не заходила, пока не дождалась компании в виде соседа, которого не знаю, как зовут, но встречались до этого с ним часто и имеем привычку здороваться. Мужчина вышел из лифта, а я поехала выше.

«Всего несколько метров, и ты дома» — уговаривала себя, шагая и оглядываясь по лабиринту коридора своего этажа. «Сейчас то время, когда большинство людей возвращается с работы домой, а значит, более-менее безопасно».

Увидев в паре метров свою дверь, с облегчением выдохнула, но ключ, чтобы отпереть замок, всё равно предусмотрительно взяла в левую руку, чтобы из правой баллончик не выпускать.

Лифт на этаже не останавливался, ни одна дверь не хлопала, вообще, кроме моего нервного дыхания, звуков не было, но только я нацелилась на замочную скважину, как словно ниоткуда послышался тяжёлый и быстро приближающийся топот.

Как я морально к нападению не готовилась, тут же растерялась, если не сказать, запаниковала. Сначала бросилась скорее открывать дверь, но после решила, что это плохая идея. Если у Ильяса получится попасть вместе со мной в квартиру, там у него будет раздолье, хоть убивай, хоть режь, никто ничего не услышит.

Спрятала ключи под коврик, развернулась к двери спиной и всё так же, сжимая пальцами баллончик в сумке, ждала «гостей».

— А вот и я, как обещал, — вынырнув из-за угла, гаркнул Ильяс. — Надеюсь, ты не дура и приготовила деньги.

Молчу, руку из сумки не достаю, пусть сначала подойдёт.

— Что у тебя там? — приближаясь размашистыми шагами и кивнув на сумку, полюбопытствовал тот, у кого скоро из носа, рта и глаз потечёт.

— На, смотри, — резко вынула руку с баллончиком и, зажмурившись с плотно прижатыми друг к другу губами, до упора надавила на кнопку.

Посыпались ругательства, мужчина натурально стонал и кряхтел, а ещё судя по топоту и звукам, он, как будто сдурел и сам бился о стены, но я упорно не открывала глаза и рот, чтобы и мне жгучих паров не досталось. Решив, что пришло время электрошокера, достала его на ощупь, сделала всё, как учил продавец, и только чуть приоткрыв веки, ринулась в сторону чёрного размытого силуэта мужчины.

— А-а-а, — после того, как ткнула в Ильяса прибором, он взвыл, но почему-то голосом Горского.

Настолько была поражена этим фактом, что, несмотря на опасность широко распахнула глаза.

Твою же налево….

Ильяс не сам бился о стены, это его наколачивал Олег, а теперь родственник, прогнувшись в пояснице, с мученическим выражением на лице застыл.

Ой-ё….

Секунду назад Горский имел преимущество, ему же никто из перцового баллончика не брызгал в глаза, но мой фееричный удар электрошокером уровнял силы, если не сказать, что поставил родственника в более худшее положение. Если Ильяс с багровым лицом, как после химического ожога, всего-то кашляет и пытается проморгаться, то Олег практически обездвижен и едва удерживается на ногах, я же настолько растеряна, что сквозь жгучее облако ядовитых паров только и перевожу взгляд с одного мужчины на другого.

— Тупая корова, — процедил сквозь зубы Ильяс и дёрнулся в мою сторону.

Инстинктивно отшатнулась назад и, вжавшись спиной в дверь, угрожаю вымогателю, выставив перед собой руку с электрошокером.

— Ничего, позже ещё встретимся, — пообещал он, со всего размаху зарядил кулаком Горскому в челюсть и убежал.

— Охренеть, — громко и хлёстко высказался Олег, что и в этот раз, но уже с помощью стены, всё же устоял на ногах. — Быстрее достань из кармана телефон.

— Что достать? — я отлично расслышала, но зачем-то переспросила.

— Телефон. В кармане пиджака. Достань.

— Хорошо, — подскочив к Горскому, нырнула рукой к нему в карман.

— Кира, твою мать, с правой стороны, я же не левша, — зарычал мужчина, и пока суетилась, быстрее меня вынул мобильный, с трудом, но разблокировал экран и вызвал чей-то номер. — Я его упустил, у себя внизу ждите, — сообщил Олег, а после того как выслушал ответ, рявкнул. — Как это ушёл, вас же там было двое? Это, потому что вы идиоты.

Отругав тех, кто, судя по всему, подстраховывал Горского, да не справился, родственник со злостью в глазах уставился на меня.

— Ты чем меня шибанула, а ещё, спрашивается, на какой хер это сделала?

— Электрошокером, — каким-то виноватым голосом произнесла я, но после расправила плечи, выпрямилась и продолжила уже куда более уверенно и громко. — И моей целью был не ты, а он, — кивнула в сторону, куда удрал нападавший. — Я понятия не имела, что кроме меня и Ильяса здесь ещё кто-то был. Ты же наверняка почуял запах перцового баллончика, мог бы и догадаться, что глаза я закрыла, и о своём присутствии оповестить голосом.

— Какая умная, а. Кто же знал, что ты до зубов вооружилась, — раздражаясь, выплюнул Горский, причём выплюнул не в переносном, а в самом прямом смысле, кровавой слюной и на пол. — Но теперь на будущее учту, прежде чем вмешиваться, надо подождать, пока тебя из строя не выведут, а уже после спасать твой вертлявый зад, чтобы опять всё не испортила.

— Я испортила? — буквально захлебнулась от возмущения. — Да у меня как раз всё было под контролем, пока ты не заявился. Если бы не твоё корявое вмешательство, сейчас бы Ильяс, связанный по рукам и ногам, корчился от боли на полу, а полицейские поднимались на лифте, чтобы его арестовать. Понятно?!

Олег явно хотел рассмеяться, да удар в челюсть не дал, и получилось, что он просто скривился.

— У меня другое мнение. Шокер и баллончик только бы притормозили этого отморозка, а ещё как следует разозлили. И не подоспей я вовремя, это бы ты сейчас связанная по рукам и ногам, а, возможно, и с задранной юбкой, вопила и клялась, что отдашь долг.

— У тебя кровь носом пошла, — не посчитав нужным продолжать бессмысленный спор, сообщила я и, вынув из сумки упаковку влажных салфеток, предложила её мужчине.

— Я был бы не против, воспользоваться твоей ванной, — глядя на то, как алые капли кляксами расползаются по рубашке, сказал Горский и вопросительно на меня посмотрел.

Час от часу не легче. Одного буйного отогнала, а другого в дом приглашать?

Достала из-под коврика спрятанные ключи, открыла замок и, распахнув настежь дверь, нехотя произнесла:

— Проходи, но помни, электрошокер у меня наготове. Разуйся. И стены руками не трогай.

— Дышать-то можно? — сбрасывая туфли, рявкнул Олег.

— Можно, если через раз.

Пока в ванной шумела вода, мне подумалось, раз уж Олег напросился в гости, было бы неплохо его расспросить, с какого такого страшного перепуга он вообще в нашу потасовку с Ильясом вмешался.

Ударив три раза по двери ванной, спросила:

— Кофе будешь?

— Да. Мне крепкий с сахаром и сливками.

— У меня такого не водится, только с сахарозаменителем и обезжиренным молоком.

— Гадость, конечно, но и на это согласен, — проворчал Горский, и так мне Карлсона напомнил, что даже улыбнулась.

Олег вообще не торопился, вода в ванной ещё минут двадцать хлестала полным напором, а когда он соизволил выйти и появился на кухне, его распаренная кожа и влажные волосы красноречиво говорили о том, что Горский всегда и повсюду чувствует себя как дома. Этот гад у меня в квартире не стесняясь и без разрешения душ принимал. И это ещё ладно, почему он обратно не всю одежду на себя нацепил? Где, спрашивается, рубашка? А носки где? Почему он на босу ногу?

— Конечно же, твой кофе остыл, — фыркнула я, после того как мужчина уселся на стул, обхватил предназначенную ему кружку руками и, недовольно поморщившись, брезгливо её от себя отодвинул.

— Новый свари, — как будто так и надо, скомандовал он, удивляюсь, как ещё не добавил «Быстрее».

— Поражаюсь твоей наглости, — сказала я, а чтобы он понял, что не только кофе имею в виду, красноречиво покосилась на его голую грудь.

— И так ясно, что поражена, — ухмыльнулся мужчина. — Пялишься так, что я прямо за честь свою переживаю.

Обречённо закатив глаза, поднялась со стула, так и быть, сварю ещё кофе, хоть повод будет к Горскому спиной повернуться и не наблюдать его наглую физиономию.

— Ты тут недавно громкое заявление сделал, мол появился в нужное время, чтобы спасти мой вертлявый зад. Как-то совсем не вяжется с тем, что ты говорил и делал раньше. Объяснись?

— А что тут непонятного, — раздалось позади, — Я лично планировал тебя сам мучить, а тут какой-то конкурент нарисовался.

— Олег, мне вот вообще не до шуток, — вымещая злость, с силой долбанула по кофеварке, закрывая отсек. — Будь добр, серьёзно ответь.

— Через полгода тебе светит отхватить половину акций моей фирмы, и ты ещё спрашиваешь, почему я не остался стоять в стороне? Чтобы у тебя вместе с последними трусами и мою кампанию не отжали. Так что прижимай зад и как духовнику на исповеди рассказывай, куда вляпалась, кому и сколько должна?

Прикрыв глаза, выдохнула. Ну а что ещё остаётся, когда другой человек считает тебя абсолютным злом.

— А что же так мелко? — поинтересовалась с ехидством я, ставя перед родственником ещё одну кружку. — Обвини меня ещё в таянье ледников Арктики, в мировом экономическом кризисе…, давай продолжай…

— Не паясничай, — рявкнул Горский. — Умалчивая правду, только хуже себе делаешь.

Присела напротив мужчины, подпёрла ладонью подбородок и без каких-либо эмоций сказала:

— Ты и так уже всё знаешь, другой версии у меня нет.

— А у меня есть, — живо отозвался мужчина. — Тебе понадобились деньги и большие. Скорее всего, на долбаный клуб. Ты, конечно, обратилась к мужу, но он не будь дураком, отказал. В банке тоже сидят не идиоты и кредит тебе не одобрили. Тогда обратилась к альтернативному способу взять заём, а именно одолжить у «Лихих людей». Получив нужную сумму, ты её благополучно профукала, как и куда — бесчисленное количество вариантов. Пришло время отдавать, а упс и нечем. Ты опять к Виктору, а он тебе фигу. «Лихим людям» нужны их деньги плюс накапанные проценты, ждать они ох как не любят, поэтому сразу популярно тебе объяснили, что шкурку попортят. Ты посидела, погоревала, да решила: «Стану-ка я вдовой» в этом же случае разрешение мужа взять деньги не нужно. В крушении вертолёта Виктор погибает, да вот незадача, твой «коварный» муж подстраховался и до полёта всю наличность со всех счетов снял. Ты хватаешься за голову «Что делать? Как быть?», но тут тебе приходит пусть и рисковое, но решение. Прийти ко мне с басней про долг Виктора и выклянчить денег.

Олег умолк и выпрямился, из чего сделала вывод, он закончил.

— Тебе бы детективы писать, неплохие бы получал гонорары, — выразила я своё мнение об услышанном. — Только сюжет, нужно чуть подправить, а то в нём дыр как в дуршлаге. Предлагаю новую версию, только главный герой в ней мужчина и звать его Горский Олег. Чтобы заполучить долю дяди в кампании наш герой организовал покушение на самого родственника и его жену, ну чтобы ей после наследство не досталось. Но что-то пошло не так и жена выжила…

— Если ты ещё хоть раз, посмеешь обвинить меня в смерти дяди, никакого Ильяса можешь уже не бояться, сам лично тебя удавлю, — перебив, Горский прогремел не только на всю кухню, но и на весь дом.

— А что так? Правда не нравится?!

— Кира, твою мать, — Олег предупредительно ударил по столу кулаком. — Ради самой себя заткнись.

— Ага, сейчас, только за нитками для рта сбегаю, чтобы зашить, — надрывая горло, крикнула я. — Это ты ко мне Ильяса подослал, чтобы всё до последнего у меня отобрать.

Олег со свирепым лицом резко подскочил на ноги.

Представив, что он сейчас занесёт кулак у меня над головой и ударит, от страха вся сжалась и зажмурилась.

Но через несколько секунд я по-прежнему живая и невредимая сидела на стуле, зато дверь в ванную хлопнула и опять зашумела вода.

На цыпочках подкралась к двери ванной и пальцем её чуть раскрыла.

Горский, склонившись над раковиной, набирал воду в ладони и обливал ей лицо.

— Олег, — позвала я его. — Ты чего?

Мужчина поймал меня в отражении зеркала и процедил сквозь зубы:

— Пока не разберёмся, на кого работает Ильяс, объявляем временное перемирие. И это не предложение, а ультиматум. И ещё, Кира, больше не провоцируй меня, в следующий раз не факт, что сдержусь.