Глава 16

Грегори стоял в своем кабинете в королевском дворце и мрачно смотрел в окно. Дождь лил как из ведра. Как только Феба уехала, хорошая погода закончилась, и зарядил дождь, ливший уже третью неделю. Три недели после… надо перестать делить время на две части. В сущности, ничего и не произошло.

Она оказалась от того, что другие почли бы за честь. Другие… на свете много женщин, и ему давно пора выкинуть Фебу из головы.

В приемной послышались голоса, затем дверь открылась, и вошел его личный секретарь — молодой, подающий надежды маг:

— Ваша светлость, прошу прощения, но миссис Бёрджес…

— Скажи, что я занят! — разговаривать с Деборой не хотелось. После отъезда Фебы он вообще старался по возможности избегать ее и Адриана. После отъезда… Грегори дождался, пока мальчишка выйдет, затем сел за стол и откинул голову на высокую спинку стула. Работать абсолютно не хотелось.

Гишпанская инфанта прибывала через два дня, на столе лежали планы по обеспечению безопасности всех торжеств, которые пройдут по случаю воистину королевской свадьбы, а перед его взором все еще стояли огромные голубые глаза: «Просто позвольте мне уехать». И он позволил. Снял чары с ограды, отдал приказ слугам…

Стоя у окна своей спальни, он следил, как она садится в карету, до последнего момента надеясь, что она передумает и останется. Но Феба уехала. Министр поскуливал на своем диванчике, вторя скрипу колес экипажа, а потом три дня отказывался от еды. Не в силах оставаться один в пустом доме, граф Саффолд вновь вернулся в столицу, благо работы было много: угрозы гишпанского короля возымели силу, принц Мигель отбыл с инспекцией колоний, а инфанта Хуана, узнав, что у ее возлюбленного были еще две любовницы, порыдала и в отчаянии, даже не глядя, согласилась на все условия, выдвигаемые ее женихом.

С обреченным вздохом лорд-чародей придвинул к себе расписание торжеств и начал читать, ставя на полях заметки: на него и его людей ложилась вся работа по обеспечению безопасности мероприятий. Дойдя до пункта, в котором подробно расписывались детали встречи инфанты с момента, когда она сойдет с корабля, Грегори нахмурился, перечитал еще раз, выругался и, схватив лист, вышел из кабинета.

Дебора была все еще в приемной. Она стояла у стола, до хрипоты споря с секретарем за право войти в кабинет брата. Хорошенькая блондинка лет семнадцати находилась у нее за спиной.

— Дебби? Ты все еще здесь? — Грегори был холоден.

— Где же мне еще быть, если этот невежа не пускает меня к тебе! — пожаловалась сестра.

— Наверное, он выполняет мое распоряжение! — граф даже не скрывал иронии, переведя взгляд на девушку, стоявшую позади сестры, — ты не одна? Кто твоя наперсница на этот раз? Очередная дочь очередной подруги?

— Грегори! — возмущенно воскликнула его сестра, косясь на покрасневшую от смущения девушку, — Кату́ всего лишь просила сопроводить ее в королевскую библиотеку, как ты знаешь, там сегодня публичный день!

— Ну вот и иди… в библиотеку! — зло отозвался Саффолд, заметив, что протеже сестры слишком напоминает Фебу, только глаза были слишком блеклые, в них не было того огня, который он так и не смог забыть. Он выдохнул, понимая, что ведет себя на грани приличий, — Дебби, все же нам с тобой необходимо переговорить. Дарлинг, займите мисс Кату́ чем-нибудь… чем там обычно занимают юных девушек? Предложите ей лимонаду, что ли…

Секретарь с готовностью вскочил, девушка застенчиво улыбнулась, чем вызвала восхищенный взгляд молодого мага. Саркастически хмыкнув, лорд-чародей пропустил сестру впереди себя и достаточно громко хлопнул дверью.

— Грег, ты ведешь себя просто неприлично! Что сказал бы папа́?

— Что тебе пора прекратить приводить ко мне этих овечек. Где ты их находишь? У меня ощущение, что по Лондониуму ходит целое стадо!

— Сейчас сезон, и все привезли своих дочерей, — Дебора решила пропустить мимо ушей его грубость, — а ты сам изъявил желание жениться.

— Я? — искренне возмутился он, — что-то не припомню… Возможно, мне хотелось тебя позлить, не более!

— Замечательно! Я перерываю всю столицу, нахожу ему самые выгодные партии, а он заявляет, что просто хотел меня позлить! — сестра возмущенно взвизгнула, — право слово, мне просто хочется надрать тебе уши, как в детстве.

Грег хмыкнул и отошел к окну, вновь смотря на дождь:

— Дебби, извини, это была не самая умная шутка, признаю.

Та вздохнула и гордо направилась к выходу, у самых дверей она обернулась:

— Это все та женщина, Грег?

— Женщина?

— Вот только не делай такой вид, я прекрасно знаю, что ты все понял. Эта — как там её… Прелестница, так, кажется, вы ее окрестили? Она стала твоей любовницей? Ведь именно так ты расстроил свадьбу Адриана?

— Нет, — он криво усмехнулся, — я не соблазнял ее, просто прислал экипаж на пять минут раньше назначенного времени и увез ее в Саффолд-хаус, где она и прожила несколько дней.

— И все? — Дебби слишком понимающе улыбнулась, вызвав новую волну раздражения, — Грег, брось, я никогда не поверю, что между вами ничего не было.

Он бросил на сестру пристальный взгляд. Немолодая женщина с неприкрытым любопытством смотрела на него, ожидая пикантных подробностей. Дебора когда-то была красавицей, когда она успела так постареть? Одинокая женщина, единственное развлечение которой — лишь сплетни…

— Она мне отказала, — вдруг признался Грегори.

— Что?

— Она сказала «нет».

— Грегори, но это невозможно! — убежденно сказала Дебора, — никто не отказывает Саффолду!

— Жаль, что тебя не было рядом: никто не смог ей подсказать эту гениальную мысль, поэтому на мое щедрое предложение, Феба ответила мне «нет».

— Возможно, она просто набивает себе цену! Где она сейчас?

— Понятия не имею, — он постарался, чтобы это прозвучало равнодушно, хотя он действительно тревожился за нее, несмотря ни на что: одна, со старым слугой… она была слишком красива, чтобы избежать внимания мужчин, и это приводило его в бешенство.

— Вот и хорошо, — успокоилась Дебора, — я сразу поняла, что эта девица — коварная интриганка, которая хотела захапать как можно больше! Вполне вероятно, что и отказ тебе — всего лишь попытка заинтересовать! Хорошо, что ты на нее не поддался!

Он лишь кивнул, провожая ее задумчивым взглядом. Дебора даже и не знала, что попала в самую точку. Грег вспомнил ярость, охватившую его, когда он получил досье.

Благо Хорек прислал его лишь через день после того, как Феба уехала, иначе граф догнал бы ее и свернул шею от злости, что тоже поддался этой магии огромных голубых глаз.

Замужество с богатым соседом, разорение, затем роман с наследником покойного мужа, близко подобраться ей не удалось: жена этого самого наследника обнаружила незадачливых любовников и устроила скандал. После этого игорный зал в провинциальном городке… Знай он это раньше, он не стал бы себя так сдерживать!

Грегори очнулся и рассеяно посмотрел на лист бумаги, все еще сжимаемый в руках, перечитал, выругался и вновь направился к выходу. Дебора уже ушла, уведя свою протеже, его секретарь задумчиво смотрел на дверь. Покашливание начальника заставило юношу покраснеть, он суетливо вскочил с места.

— Дарлинг, перенесите все мои встречи на завтра, похоже, мне придется посетить архиепископа, и оттуда я поеду к себе.

— Да, ваша светлость.

Стакан из-под лимонада все еще стоял на столе. Подходящая партия… Через несколько лет она станет такой же, как и Дебора, впрочем, Дарлинг, кажется, не думал об этом. Почему бы не оказать ему любезность?

Грегори горько усмехнулся:

— Да, через неделю у меня в доме состоится обед, приходите, я скажу своей сестре, чтобы обязательно привела туда эту юную леди.

— Милорд, — секретарь окончательно смутился, Саффолд лишь махнул рукой в ответ, словно говоря, что не стоит благодарности.

Он нашел принца Эдварда у конюшен, тот как раз рассматривал новое приобретение герцога Кавершема: высоконогого вороного, с великолепной шеей, но слегка вислым задом. Сам хозяин стоял рядом с конем и говорил что-то поучительным тоном, отчего лицо принца было слишком задумчиво, а в глазах светилось отчаяние.

— Граф, добрый день! — вежливо поздоровался наследник престола. Грегори показалось, что юноша был очень рад его видеть.

— Ваше высочество! — Грегори поклонился, — собираетесь приобрести у герцога коня?

— Нет, Кавершем сам только что его купил. Как вы его находите?

— Герцога? — Саффолд не смог удержаться от соблазна задеть противника. Кавершем зло сверкнул глазами: присутствие наследника престола удерживало его от прямых оскорблений, чем лорд-чародей умело воспользовался.

— Коня, разумеется, — примирительно произнес Эдвард. Не желая выглядеть грубым с кронпринцем, граф внимательнее взглянул на вороного:

— Слишком вислый зад и длинная бабка, хотя, возможно, он не столь тряский, как кажется на первый взгляд. Но бог с ним, ни вам, ни мне на нем не ездить! В сущности, я искал вас, Ваше высочество! Не уделите ли мне несколько минут?

— Разумеется, — кронпринц выжидающе посмотрел на человека, которого так ценил его отец.

— Наедине, — подчеркнул Грегори.

— Саффолд, вы с наследником готовите заговор? — лениво произнес герцог Кавершем, зло рассматривая противника в лорнет.

— Не имею такой привычки, в отличие от вашего деда, — процедил тот, с удовольствием напоминая своему вечному противнику дела столетней давности, когда Кавершемы попытались организовать переворот. Бунтовщиков казнили, участие младшего сына доказать не удалось, и он получил все состояние, но воспоминания об этом лежали несмываемым пятном на истории рода.

— Мне кажется, или вам не терпится прогуляться со мной ранним утром? — совершенно предсказуемо отреагировал герцог, поправляя перевязь и тем самым выдвигая шпагу чуть вперед.

— Как правило, по утрам я сплю, но ради прогулки с вами я готов пожертвовать этой привычкой! — Грегори подчеркнуто спокойно положил руку на эфес своего клинка.

— Господа, вы что! — Эдвард встал между ними, — Вы забыли, что дуэли строжайше запрещены? Вам так не терпится посетить Венсенскую тюрьму?

Оба спорщика почтительно поклонились кронпринцу и разошлись, все еще посматривая друг на друга. Тот направился к лорду-чародею.

— Граф, вы хотели поговорить, — голос Эдварда звучал достаточно резко. Грегори кивнул, аккуратно отвел наследника в сторону и щелкнул пальцами, создавая завесу тишины:

— Я хотел обсудить с вами один щекотливый момент прибытия вашей невесты, Ваше высочество!

— Со мной? Но разве этим не занимается весь совет во главе с моим отцом? — принц слегка растерялся.

— Эдвард, это касается, прежде всего, вас! — одернул его лорд-чародей, — вот, читайте!

Он вручил принцу слегка помятый лист бумаги.

— Принцесса сойдет на берег и зайдет в шатер, — послушно прочитал тот, — где в присутствии представителей обоих дворов ей сменят платье и все вещи с гишпанских на вещи островного королевства… ну и что?

Он непонимающе посмотрел на графа. Тот потер затылок:

— А то, Эдвард, что это означает, что вашу невесту разденут донага в присутствии всего двора! Не знаю, как вам, но мне бы это не понравилось.

— Да, но… это же всего лишь символ того, что она вступает в новую жизнь, перерождаясь заново… — он явно повторял хорошо заученные фразы. Грегори задумался. Возможно, месяц назад, и он сам не обратил бы внимание на такое, но сейчас, после отъезда Фебы, в нем что-то дрогнуло. Он начал речь, осторожно подбирая слова:

— Ваше высочество, бесспорно, это — ваш брак, но я не стал бы начинать семейную жизнь с такого обряда, какой бы сакральный смысл он ни нес.

— Начать следует с того, что вы вообще не собираетесь начинать семейную жизнь, — хмыкнул кронпринц, — Знаете, иногда я вам завидую!

— У каждого положения есть свои преимущества и недостатки, Ваше высочество!

— Вот видите!

— И ваше положение позволяет вам влиять на эти события… — лорд-чародей выразительно замолчал. Кронпринц внимательно посмотрел на него:

— Скажите, почему у меня возникает такое чувство, что вам самому это важно?

Грегори помолчал, он не хотел объяснять этому мальчишке, что у него до сих пор в ушах звучат слова Фебы «Мне просто жаль девушку, которой не повезло родиться инфантой, и теперь она вынуждена служить разменной монетой интересам двух держав». Он и не заметил, как произнес это вслух. Эдвард озадаченно посмотрел на него:

— Знаете, а эта мысль даже не приходила мне в голову! Я, как и все, считал, что этот брак — всего лишь и мой и ее долг!

— Возможно, но ведь и вы, и она — живые люди… — лорд-чародей потер затылок, — Эдвард, я не смею указывать вам, но, поверьте, оказав уважение своей невесте, вы скорее приобретете союзника, чем врага!

— Интересная мысль… — кронпринц задумался, — Начать брак не с любви, но с уважения… Полагаете, мне стоит поговорить с Его величеством?

— Вы — наследник престола. Вы вправе собрать Совет по этому поводу. Я поддержу вас и переговорю с архиепископом. Не думаю, что он будет настаивать на этом бессмысленном обряде!

— Это зависит от того, какое вино вы будете пить при разговоре, — аккуратно заметил Его высочество, даже не пытаясь сдержать веселье: о встречах лорда-чародея и архиепископа ходили легенды. Хуже были лишь попойки с Майлзом О’Хара. А уж когда члены тайного совета собирались все вместе… Прочитав мысли царственного собеседника, Грегори усмехнулся в ответ и поклонился:

— Не переживайте, вино будет хорошим!

Торопясь, он слишком резко развеял чары, и Эдвард слегка вздрогнул, вновь услышав какофонию звуков, царивших на конюшне. Граф Саффолд тем временем распорядился подать его карету и сердечно распрощался с наследником престола.

В ожидании, пока лошадей запрягут, Грегори вновь поднялся в свой кабинет. Дарлинга в приемной не было, наверняка ушел за почтой. Майлз окликнул лорда-чародея уже у дверей:

— Вот ты где! Я тебя везде ищу!

— Что-то срочное? — он распахнул дверь и кивнул, приглашая друга войти. Тот опасливо покосился:

— Министра нет?

— Ты про Титуса?

— Нет, я про то порождение бездны, которое живет у тебя в доме! С некоторых пор он постоянно косится на мои ноги, выискивая добычу!

— Тебе это кажется!

— Да? Только почему он каждый раз при виде меня плотоядно облизывается? Ты его вообще кормишь?

— В последнее время он плохо ест, — признался Саффолд, — Так чего ты меня искал?

— Хотел узнать, будешь ли ты сегодня на маскараде в Королевских садах? Это когда все в костюмах и лица закрыты масками…

— Не думаю, таких праздников мне хватает ежедневно во дворце… Один Титус чего стоит! — Грегори слегка поморщился, его взгляд вновь упал на документ, который он держал в руках, — Скажи, ты не помнишь, откуда вдруг взялось в церемонии встречи переодевание инфанты в присутствии всего двора?

— Что? Это же неизменная церемония! — Майлз с удивлением прочитал протянутый ему документ и пожал плечами, — И что тебя так возмущает?

— Наверное, то, что эта девочка будет стоять обнаженная под взглядами десятков людей. Тебе не кажется, что это для нее унизительно?

— Унизительно? Она же инфанта!

— И что? Она и так приедет в чужую страну, к незнакомому мужчине, — он осекся, понимая, что вновь повторяет слова, которые когда-то за столом сказала Феба. И откуда у него берутся такие мысли? О’Хара устремил на друга понимающий взгляд, затем покачал головой:

— Только не говори, что ты хочешь переделать всю церемонию встречи…

Граф кивнул:

— Эдвард соберет Совет.

— Грег, ты спятил! У нас нет времени!

— Значит, ты не пойдешь на маскарад, только и всего! — пожал плечами Саффолд. Майлз шумно вздохнул:

— Послушай, возможно, это — не мое дело, но… Грег, что с тобой происходит? — лишь искреннее беспокойство, звучавшее в голосе его давнего друга, заставило лорда-чародея проглотить вертевшиеся на языке непристойные выражения. Он холодно посмотрел на друга, ожидая пояснений. Тот вздохнул:

— После тех событий с неудавшейся свадьбой Адриана ты сам не свой!

— Ты так считаешь, потому что я не хочу лицезреть голую шестнадцатилетнюю девочку, даже если она — инфанта?

— Просто посмотри на себя в зеркало, — посоветовал ему друг. Грегори пожал плечами:

— Ты же понимаешь, что у меня сейчас много работы!

— Грег, когда мы напились с тобой в последний раз две недели назад, мне смутно припоминается, что ты усиленно клял всех женщин, особенно тех, чье имя начинается с буквы «Ф», называя их авантюристками и мошенницами!

Грегори упрямо сжал губы, О’Хара вздохнул и покачал головой, бормоча под нос ругательства. Они так и стояли молча, настороженно смотря друг на друга, пока графу не доложили, что карета подана. Поняв, что он так и не дождется ответа, Майлз вышел, зло хлопнув дверью. Саффолд задумчиво посмотрел ему вслед и направился во двор, где его ждал экипаж.

Архиепископа дома не было. Слуга, на этот раз это был другой юноша, сказал, что Его преосвященство находится в храме, но его сейчас позовут. Грегори вежливо отказался, справедливо рассудив, что может сам найти старика.

Он давно не заходил в храм просто так. Обычно он прибывал на торжественную службу, лишь когда все скамейки уже были заполнены людьми. Зачастую лорд-чародей сопровождал королевскую чету или же иностранных гостей, лично обеспечивая безопасность против магического воздействия, которое в церквях многократно возрастало.

Сейчас кафедральный собор был пуст. Его уже украсили цветами к вечерней службе, и под арочными высокими сводами парили запахи чайной розы и лилий. Жимолость отцвела три недели назад.

Архиепископ сидел на одной из скамей и задумчиво смотрел на алтарь. При звуке шагов он обернулся, улыбка тронула его тонкие губы:

— А, Грегори! Что привело вас в храм?

— Всего лишь желание повидаться с вами, Ваше преосвященство!

— Жаль, — старик устремил взгляд на алтарь, — Я все-таки надеялся, что вы хотите поговорить с нашим создателем…

— Как-нибудь в другой раз, — слегка виноватым тоном произнес Грегори, священнослужитель покачал головой:

— Не затягивайте с этим, мальчик, иначе окажется слишком поздно…

Грегори вдруг почудилось, что он опять стоит у классной доски, а его духовный отец выговаривает ему за плохое поведение, он вздрогнул и тряхнул головой. Заметив это, архиепископ вздохнул и встал со скамьи:

— Как продвигается подготовка к прибытию невесты нашего принца?

— Именно об этом я и хотел с вами поговорить, ваше преосвященство! — граф намеревался щелкнуть пальцами, но остановился под укоризненным взглядом главы церкви.

— Грегори, побойтесь хотя бы меня! Я уж не говорю о Создателе! Творить чары в храме!

— Простите, ваше преосвященство, — он смиренно склонил голову.

— Пойдемте! — вздохнул тот, направляясь к выходу. В дружеском молчании они пересекли площадь. Уже у себя в доме старик лукаво посмотрел на Грегори:

— Гишпанское или паризьенское?

— По правде говоря, я бы выпил что-нибудь покрепче, — улыбнулся лорд-чародей.

— Даже так? Трудные времена, мой мальчик? — архиепископ устремил пристальный взгляд на стоявшего перед ним мужчину, тот задумчиво потер затылок и признался:

— Бывали и лучше.

Старик кивнул и приказал служке:

— Генри, принеси нам бренди.

Подождав, пока юноша выполнит распоряжение, Грегори, сотворив чары тишины, коротко пересказал архиепископу разговор с кронпринцем. Тот помолчал, взвешивая слова:

— Конечно, вы правы в том, что этого нельзя допустить… Но с чего вдруг, Грегори?

Тот, кто был его духовным отцом, внимательно смотрел на него, и Саффолду стало неуютно под этим взглядом. Он хотел отшутиться или соврать, как обычно, но не смог.

— Не знаю, — лорд-чародей покачал в бокале янтарный напиток, полюбовался маслянистыми каплями, стекающими по стеклу, и залпом выпил, — Мне кажется, это будет правильным. Нельзя начинать отношения с унижения…

Архиепископ вновь наполнил бокалы и задумчиво посмотрел на него:

— Значит, это правда… вы действительно влюблены…

Граф настороженно посмотрел на того, кто после смерти отца стал ему советчиком и другом:

— Ваше преосвященство?

Старик покачал головой:

— Я не буду вас расспрашивать, Грегори, скажу лишь, что рад, что вы познали настоящее чувство.

— Вы так уверенно говорите…

— Я знаю вас всю жизнь, мой мальчик, я был другом вашего покойного отца, я ваш духовный отец… До этого момента, признаться, вы внушали мне опасения: слишком уж все вам давалось легко, теперь я вижу в ваших глазах страдание.

— Это пройдет! — грубо оборвал он старика.

— Возможно, — ничуть не обидевшись, архиепископ вновь наполнил бокалы, — кстати, она действительно настолько недостойна вас?

— Я видел досье.

— Похвально, что даже в минуты страсти вы не забываете об информации. И, разумеется, вы проверили факты?

— Нет, — лорд-чародей озадаченно посмотрел на архиепископа, — к чему?

— К тому, что вы всегда это делаете, — старик озадаченно посмотрел на своего собеседника, — но неужели тут вы оплошали и поверили тому, что написано на бумаге? Не я ли лично учил вас, что прежде, чем обвинять…, тем более вы, с вашим даром…

Лорд-чародей закатил глаза. Действительно, охваченный бурей чувств, злясь на бегство Фебы, он предпочел поверить тому, что было в досье, потому что так было проще. Архиепископ внимательно смотрел на него, словно ожидая решения.

— Хорошо, — выдавил из себя Грегори, — я проверю все. После свадьбы Эдварда.