Глава 49

- Записывать правило?

- Запоминай, в танце ведет мужчина. В одну руку берем ладонь. Другую кладем на талию. Не туда, где всем вам хочется, - спускает свою руку мне на попу, показывает.

Ой.

- А на лопатки. Вот тут, чуть выше середины спины.

Я осторожно кладу свободную руку ему на плечо.

Дыхание перехватывает от этой непланируемой близости.

Через тонкую ткань футболки чувствую мышцы под ладонями.

Делаю глубокий вдох и вдыхаю остаточный аромат туалетной воды Грачева.

- И…. - Грачев ведет, а у меня ноги заплетаются.

Господи.

И чуть не падаю.

- Тань…

- Прости… я задумалась.

- Вот, Олег, она может задуматься, у тебя такой привилегии нет. Ты должен быть собран и помнить про то, что ты ведешь.

- Смотри, тут надо выучить несколько шагов. На раз, два, три. Раз, два, три…

Грачев делает первый шаг, толкая меня от себя. Потом на себя. От себя. На себя. Параллельно начиная кружить.

- Я не могу запомнить, как тут двигать ногами.

- Смотри. Еще раз показываем. Шаг вперед. Вот видишь, я подаюсь вперед, девушку держу уверенно…

- С девушкой вы, Евгений, уже переборщили… - улыбаюсь ему.

- Таня, не сбивай. Еще раз, Олег. Шаг вперед, девушку держишь уверенно и она сама идет за твоими руками и корпусом. Потом делаем шаг в сторону и партнершу тянем уже на себя. Потом еще шаг и разворачиваем. а дальше по кругу. И дальше по кругу.

Прижимает к себе чуть ближе. Я едва касаюсь грудью - его. Но касаюсь же. И он тоже чувствует. И вроде как ничего такого, но как-то волнительно это все.

Еще делаем несколько кругов и наконец Грачев меня отпускает. А ощущается почти как потеря равновесия.

Да ладно.

Как будто за минуту эту в танце успела к нему привыкнуть.

Соберись, Таня. Успокой сердце и дрожание рук. Ничего вообще не случилось. Ну потанцевала и все.

Но сердце категорически с этим не согласно.

- Так, Олег, давай сам. Я тебе для тренировок Таню пока не дам. На, как в училище с табуреткой, - усмехаюсь, глядя, как Олег берет табуретку, вытягивает вперед и под чутким руководством Грачева разучивает танец.

Так вот где он научился танцевать.

Есть что-то, что этот мужчина не умеет?

- Давай, давай, раз-два-три, раз-два-три.

Женя поправляет Олегу локоть, плечо, подбородок. - Не сутулься. Ты не картошку несешь, а танцуешь.

Минут десять еще тренируют шаги, Олег схватывает наконец.

- Ну вот, уже лучше. Вперед только смотри, на партнершу, а не в потолок.

- Так нет же партнерши. На стул смотреть?

- На стул смотри, а то научишься не так. Тань, - зовет Женя. - Иди сюда. Давай еще раз покажем. Ты обрати внимание на детали. Руки, ноги, мой взгляд.

И опять.

Опять его ладонь ложится мне на спину.

Опять мои пальцы оказываются в его руке.

Опять я чувствую, как весь мир вокруг - кухня, стулья, Олег, чайник, поздний вечер, скандал с Мариной, Саша, полиция - все это отодвигается куда-то в сторону, подальше.

Остается только этот момент.

Взгляд Грачева.

Моя рука на его плече.

И медленное “раз-два-три”.

Как же опасно сейчас, так можно и привыкнуть к нему. К его защите, к тому, что решает мои проблемы, что с ним спокойно, что можно побыть женщиной.

Потом от этого отказываться будет очень сложно.

И мне ведь не кажется, что чуть сильнее надавливает мне на спину, прижимая к себе?

- А вы что тут делаете? - влетает в комнату Настя. - Танцуете?

Мы с Женей одновременно останавливаемся и отпускаем друг друга.

- Да.

- Мы так в садике танцевали.

Комплимент так комплимент. Смеются все, кроме Насти, которая ничего не поняла.

Я все никак не могу уснуть. Все этот танец и прикосновения Грачева под кожей. С ним вообще когда-то будет спокойно? А то у меня эмоциональные качели по двадцать раз на дню. То муж, то его жена, то сын, то моя дочь, то друзья, то родители.

То, что задумывалось как фиктивный брак, слишком заставляет подстраиваться под него не фиктивно.

В субботу едем за город. Грачев арендовал какую-то беседку. И по планам у нас шашлыки. Я только переживаю за повод, по которому мы собрались. Наша фиктивная свадьба. Потому что сыграть внимательную и заботливую жену я смогу без проблем. А вот если придется опять целоваться и играть влюбленных, то это уже не очень.

Мы заезжаем в магазин и затариваемся так, что часть продуктов ставим уже в салон.

Настюха довольная, что куда-то едет.

Олега так и не уговорили.

Все машины съезжаются к назначенному времени одновременно.

Беседки находятся в лесном массиве. Запорошенные снегом высоченные сосны, заканчивающиеся где-то в небе. Прохладный воздух. Солнце пытается разогреть нас, но выходит слабо. Зима как никак.

Из тех, кого я уже видела это Лис, Док, Снайпер. Настоящих имен не называют, я и не спрашиваю. Команда Грачева. Еще приезжает начальник полиции вчерашний, Муромов и еще один мужчина. Его только и не знаю.

- Это мой брат двоюродный, Гордей.

Брат? А, ну да. Я же еще не познакомилась с его семьей. Только с бывшей женой.

- Здравствуйте.

Такой же высокий, как Грачев, короткая стрижка, усталое лицо. Из тех, кто молчит не потому, что нечего сказать, а потому, что давно привык не тратить слова на ерунду. На виске тонкий белый шрам. На костяшках тоже покрасневшая, как после ожогов кожа.

- Настюха, площадка вон там, - Женя показывает ей территорию. - Дальше периметра не уходишь.

- А что такое периметр?

- Ограждение.

Ребята на раз два разгружают пакеты с продуктами. Распаливают мангал. Я расставляю все, быстро раскладываю по одноразовым тарелкам.

- Таня, - кивает мне Док. - Очень рады наконец познакомиться в нормальной обстановке. А то в машине тогда утром у ЗАГСа не очень вышло.

Еще и недели не прошло, а по ощущениям месяц.

Все по простому, никто не брезгует есть из одноразовых тарелок и пить из пластиковых стаканчиков.

Подчиненные Грачева возятся с шашлыком, мы с Муромовым, Грачевым и Гордеем накрываем стол. Ну, как накрываем. Я накрываю, они за компанию сидят.

- Ну что, брачующиеся, - говорит Муромов вместо “здрасьте”. - Могу вас обрадовать, вашего преступника словили.

- И что теперь?

- Предъявили ему обвинение.

- А что случилось? - кивает Гордей.

- Да Танин муж бывший не дает спокойно жить.

- Твоя жена бывшая нам тоже не дает спокойно жить.

- Ну это да… Все против нашего счастья, - усмехается мне Грачев.

- Проверяют, насколько ваши чувства истинны, - усмехается Гордей.

А я не знаю даже, кто из них что знает и с кем можно говорить правду, с кем нет.

- Я только не понял, Жень, вы же с Маринкой давно разошлись?

- Давно. Но тут она как узнала, что я женился, вдруг решила, что надо бы меня вернуть.