Глава 51

Грачев

- Устала? - смотрю на Таню, сидящую на соседнем кресле в машине и завожу двигатель.

Жена моя фиктивная, широко улыбаясь, кивает.

Этому столику больше не наливать.

Настя засыпает еще до того, как мы выезжаем из леса на трассу. Уткнувшись щекой в куртку, вырубилась за пару минут.

Таня рядом расслабленно смотрит вперед на заснеженную дорогу с полуулыбкой на лице.

- Чего улыбаешься? - не могу не усмехнуться, глядя на нее.

- Просто…. - поворачивает ко мне голову и лениво кладет ее на плечо. - Хорошо. Давно так хорошо и спокойно не было. Спасибо, Грачев.

Мельком на нее.

Таня смотрит на меня так, будто не против, чтобы я остановился и закрепил наше “горько”.

Нельзя так смотреть на мужчину за рулем. Чревато.

Чревато тормознуть сейчас где-то тут на трассе, среди снега и…

Грачев, у тебя за спиной спит в детском кресле ребенок.

Притормози с мыслями.

Снова на дорогу.

А она смотрит. У меня щека начинает гореть от ее взгляда. Что у нее в голове?

Сжимаю крепче руль.

- Ты чего такой серьезный всегда? - тихо спрашивает.

- Обычное состояние.

Она вдруг прыскает со смеху сама себе.

- Я что-то смешное сказал?

- Нет. Я вспомнила, как мы познакомились в МФЦ.

Усмехаюсь за ней следом.

- Представляешь, я подаю документы на ВНЖ, а на меня смотрит какой-то подозрительный мужик… - щурится, подбирая слова и явно наслаждаясь моментом. - Заросший. Небритый. Непонятно когда мытый. Не выспавшийся. Злой.

- Я тогда сутки не спал.

- Но сработал ты с замужеством быстро. И потом еще, - хохочет, - помнишь? ЗАГС искали, потом документы, потом очереди. Ну вот, ты уже улыбаешься. Тебе, Грачев, улыбаться идет больше, чем не улыбаться.

- Если честно, даже не знаю, чего я больше испугалась: не получить вид на жительство или отказать тебе?

Классная она такая сейчас. И этот ее взгляд.

Теплый. Ленивый. Мягкий. Чуть хмельной.

А если бы я тогда в МФЦ к ней не подошел?

Может, и не надо было. Теперь вот привыкаю, что дома всегда все приготовлено, меня ждут, интересуются делами.

Не хочется думать про себя, что я такой охеренный спаситель, но еще больше не хочется думать, что бы она делала, если бы не я.

Депортация, ребенка отдать мужу. Этому…

- Спасибо тебе, Грачев. За все, - на выдохе.

И все.

Пара слов.

А в грудь, как ломом.

Она, кажется, и сама не понимает, что со мной делает этими своими простыми “спасибо”.

Как у нее это так ловко, по наитию, получается. Я подошел к ней в МФЦ. Но подошел ли бы я к любой?

Там же не было времени думать. У меня минута всего была, может, меньше, чтобы решить да или нет. И я как-то и не думал долго. Сразу определился - да.

И как с ней Олег сошелся сразу. Ни разу не сказал, что не так что-то. Ребята тоже… не то, чтобы она должна была вливаться. Просто как данность, что моя жена. Все приняли.

Марина всегда входила в компанию и старалась перетянуть на себя все внимание. Ей все время надо было быть центром. Чтобы все на нее смотрели. Чтобы все слушали. Чтобы все оценили, какая она. И чем больше старалась понравиться, тем сильнее хотелось отодвинуться.

Таня наоборот.

Не тянет одеяло на себя. Слушает там, где надо, говорит когда надо. Не мешает дышать. И от этого с ней хочется рядом сидеть. Дольше. Ближе. Домой везти.

Хреновая тенденция.

Потому что дальше знаю, что будет.

“Ты вечно на работе. Тебя никогда нет дома. А если ты погибнешь…”

- О чем думаешь? - спрашивает она.

- О том, что ты опасная женщина.

- Я? - искренне улыбается. - Чем это?

- Быстро слишком вписываешься. И всем нравишься.

Таня молчит секунду.

Потом улыбается медленно, уголком губ.

- Это плохо?

Я не отвечаю. Потому что да, плохо.

Потому что я в это все полез с холодной головой. Помочь. Закрыть вопрос. Решить по-мужски. Без сантиментов. А теперь везу домой женщину, которая сидит рядом чуть захмелевшая, расслабленная, доверчивая, и мне хочется не домой ее везти, а свернуть куда-нибудь, остановить машину и целовать до тех пор, пока сама не забудет, как ее зовут.

Пугает? Да еще как.

Я молча веду машину. Что говорить, не знаю. Мне бы проще сделать что-то, чем вот выворачивать все, что внутри.

Таня засыпает и я наконец спокойно еду домой.

Сонную Настю я несу на руках в квартиру, чуть менее сонная Таня добирается сама. Но ложиться сразу спать.

Ну может и хватит на сегодня откровений.

Я же тоже не железный.

На следующий день едем вчетвером к моим родителям.

Таня как партизан молчит, вчерашняя Таня испарилась. Я колеблюсь между “так лучше” и “вчера было лучше”.

Слишком уж быстро все это становится похожим не на игру.

У родителей все мне кажется становится еще хуже.

Потому что все знают, что брак фиктивный. А все равно Таню принимают, как свою.

И все становится, как назло, даже правильно.

Не из-за еды даже, хотя у матери, как всегда, на столе так, будто она ждет роту голодных мужиков, а не двух взрослых и двух детей.

Таню принимают как свою. Я даже не понимаю, почему так сразу. Да, я рассказал маме про ее ситуацию, про бывшего мужа, про ребенка.

И Таня автоматически попала в разряд тех, кому надо помочь.

Настя умеет расположить к себе, кого надо. Ну, а папа мой так хотел внучку, что с первого взгляда поплыл.

Да и Таня. В своей простоте, готовности помочь и поговорить тоже располагает.

И все это у нее без показухи. Спокойно. Естественно. Как будто ей не надо никому нравиться, и от этого, как назло, нравится она еще сильнее.

Пару раз ловлю себя на том, что просто стою и смотрю.

Как мать ей что-то объясняет, а Таня слушает внимательно. Как Настя жует печенье и болтает ногами. Как отец все у нее что-то спрашивает.

- Жень, а ты мне можешь помочь, там кое-что передвинуть надо, а у отца спина болит.

- Да, конечно.

- А я помою пока посуду, - Таня собирает все.

Иду с мамой.

- И ты хочешь сказать, что с ней у тебя фиктивный брак? - шепчет мама в другой комнате.

Я киваю.

- А чем она тебе как настоящая жена не нравится.

- Мам, не начинай, а?

- Ты присмотрись.

- Я, мам, вроде не слепой.

- Не слепой, - соглашается она. - Только упрямый. И долго думаешь там, где давно все видно.

Вот за что люблю мать - за умение бить точно и без замаха.

- Чтоб ты знала, решение жениться на ней я принял за минуту. Я же говорил, какие у нас обстоятельства. Знал бы, как среагируете, не привез бы к вам.

- Мы бы сами приехали. Жень, мне много-то не надо, чтобы увидеть хороший человек или нет. И девчушка у нее прелесть. Вот что тебе еще надо?

- Мам, да нельзя мне семью заводить.

- Кто это тебе такое сказал?

- Жизнь. Потом начнется: уйди с работы.

- И уйдешь.

- Не хочу я никуда уходить. Отстаньте от меня.

- Работа такая, что мать на успокоительных.

- Так у тебя уже выбора нет, ты мама. А других женщин я не хочу подставлять.

- Ой, дурак…

Ой, Таня, Таня…