Глава 14

Я вырубилась, даже не переодеваясь, и проснулась только ближе к вечеру. И меня даже никто не побеспокоил. Вообще, дома было подозрительно тихо. А тишина в вечном дурдоме, как правило, предвещает неприятности. Поэтому из комнаты я выходила с опаской. Но, как ни странно, меня не ждали очередные неприятности. В иные дни благодатная тишина, это просто благодатная тишина.

 Я  выглянула в холл, потом на улицу и заметила, что Ванесса и обе родительницы пьют чай на террасе. Рядом в гамаке качалась  Алекса, крысосы прилично летали на отдалении (все же сестра Лайона была удивительно талантлива и полезна, нашу странную живность она держала под контролем), а парней и Челси видно не было. Они, наверное, как и я, отсыпались после сумасшедшей ночки.

Я малодушно решила себя не выдавать, чтобы не провоцировать расспросы и разговоры, заскочила на кухню и, соорудив огромный бутерброд из сыра, корейки и овощей, разложенных на ароматной сдобе, налила кофе и сбежала в библиотеку, где меня ждал неисследованный тайник.

Еда манила больше, поэтому я сначала позавтракала в тишине  (ну и пусть у нормальных людей уже заканчивается полдник) – сейчас, оказывается, для меня это стало  редкой роскошью, по которой я соскучилась.  И только отставив в сторону пустой кофейник, подошла к книжным полкам, чтобы изучить содержимое спрятанного сейфа.

Когда передвигала томики, руки немного дрожали. Я чувствовала, что  скоро прикоснусь к чему-то важному. К тайнам этого особняка, а может быть, и самой Валенсии, но внутри меня ждал неприятный сюрприз.

Когда я открыла тайник, он оказался пуст. На дне лежало лишь несколько старых, пожелтевших счетов,  пара праздничных открыток и одно письмо,  которое пришло  для тети почти двадцать лет назад. Но я точно помню, когда открывала тайник в прошлый раз, в нем лежали какие-то документы, что-то похожее на дневник, совершенно точно не три жалкие бумажки!

Я едва не расплакалась от обиды. Думаю, что  не смогла бы сдержать слезы, если бы не открылась дверь в библиотеку. Я вздрогнула, но на пороге был всего лишь Лайон. Ему можно было доверить тайны этого дома.

– Так и знал, что найду тебя здесь, – с довольной улыбкой сообщил он.

– Откуда? – удивилась я.

– А ты почему такая расстроенная? – обеспокоенно поинтересовался он, подойдя ближе и всматриваясь мне в лицо.

– Смотри. – Я открыла тайник и указала  на него. Скрывать от Лайона я ничего не хотела. Да и смысла не было, я все равно планировала рассказать про тайник друзьям, просто не успела.

– И что?

– Тут были какие-то интересные документы,  – со вздохом призналась я и рассказала парню о том, как нашла сейф в свой прошлый визит.

– Просто не успела никому ничего сказать, – со вздохом призналась я, жалея, что не забрала содержимое тайника, пока была такая возможность. –  Приехала родня Челси, а потом все закрутилось. В итоге добралась я до тайника только сейчас. Он  уже был пуст.

– Прислуга могла видеть? – деловито уточнил парень, а  я пожала плечами.

– Мне показалось, нет. Но гарантировать на сто процентов не могу. Меня же позвала служанка. Теоретически, она могла заметить, но это только в том случае, если она знала, что на книжных полках есть что-то кроме книг.

– Разберемся. Надо это прекращать, – сурово заявил Лайон. – Здесь кто-то есть, кроме нас, и сегодня вечером, как все лягут спать, мы этого кого-то обязательно найдем!

– Мне нравится эта идея, – призналась я. – Только вот, что было в тайнике, мы теперь не узнаем.

– Не думаешь же, что тот, кто забрал из тайника документы, их уничтожил? Это бред! Я уверен, как только мы найдем нашего вора, так обнаружим и содержимое тайника. Не расстраивайся, пойдем, я лучше покажу кое-что интересное…

– Что? – насторожилась я.

– Мы с Алексой нашли идеальное место обитания для метаморфа. – пояснил Лайон. – Хочу тебе показать, чтобы ты как-нибудь в ночи не испугалась. Ну пойдем, Трисс! Не грусти! – Он ухватил меня за руку и потянул за собой к выходу. Я не сопротивлялась. В конце концов, больше мне здесь делать нечего.

Лайон радостно потащил меня за руку прочь из библиотеки и, как оказалось, от нехороших мыслей. Я едва поспевала за его размашистым шагом, но зато настроение определенно улучшилось. Лайон хорошо на меня действовал. Мне всегда с ним было весело. И это немного пугало.

– А где Клинт? – спросила я, вспомнив своего бывшего. Стало неловко. Вдруг он заметит нас Лайоном, счастливо держащихся за руки? Снова будет скандал.

– Клинт отсыпается, – отмахнулся парень. – Он вообще любитель подрыхнуть.  Не переживай. К тому же мы не делаем ничего предосудительного.

Лайон словно угадал мои мысли. Стало совсем не по себе. Потому что я сама не переживала. Сейчас, пожалуй, я могла признаться себе – мне нравится Лайон. Вот так просто без обязательств и далеко идущих планов. Мне нравилось с ним целоваться, ходить за руки и болтать. И не нравилось испытывать угрызения по этому поводу.

 Я  переболела Клинтом и идеей замужества. И мне, пожалуй, не было стыдно. Но я прекрасно знала, как к ситуации относится Лайон. Ему проще найти какую-нибудь другую девушку, чем нервировать брата интрижкой со мной. И, пожалуй, это правильно. Мне тоже стоило найти кого-нибудь другого, просто чтобы не бередить раны. Проблема в том, что тянуло меня именно к этому черноволосому нахалу, и я ничего не могла с собой поделать.

Лайон уверенно толкнул дверь в кухне, помог спуститься по темной лестнице, и мы оказались в подземелье. Тут было влажно, темно и прохладно. После удушливой жары мне захотелось поселиться тут и не выходить.

– Надо же! – удивилась я. – Сюда мы с Челси еще не дошли. Оказывается, особняк хранит еще много тайн.

– И зря не дошли! – радостно сообщил Лайон. В его голосе было столько гордости, словно он это подземелье лично рыл при закладке дома. – Тут целый город, – поделился парень. – Я позавчера ночью полазил по катакомбам и нашел одно интересное место. Идем, покажу. Тебе понравится. Метаморфу тоже зашло.

Мы миновали длинный коридор с искусственным освещением. Прямо в стены были вмурованы кристаллы, которые загорались мягким желтым светом, когда мы проходили мимо, и вышли в просторный зал с водоемом.

– Ничего себе! – поразилась я.

Это место походило на просторную пещеру. Вполне возможно,  ей и было. Наш дом стоял на возвышенности, возможно, когда-то это место было частью скалы. Я и представить себе не могла, что под обычным с виду Валенсийским особняком окажется такая красота.

– Это тоже термальный источник, – пояснил Лайон. – Похоже, каждый уважающий себя пансионат в Валенсии имеет свою зону  отдыха. Только эта запущенная, и не пользовались ей лет двадцать, но если привести в  порядок будет просто отлично.

– Лайон, какое «привести в порядок»? – хмыкнула я,  рассматривая место с восторгом. – Вы поселили сюда метаморфа. Нам-то он, конечно, не помешает. Мы теперь знаем, что это такое, и понимаем – он не опасен. А как ты предлагаешь объяснить это другим гостям? Мы спасли чужих клиентов, чтобы разбежались наши. Впрочем, какая разница… все равно в конце лета пансионат продавать, – с тоской добавила я, понимая, что чем дальше, тем больше не хочу этого делать.

– Ты сама в это веришь? – усмехнулся парень и, подойдя к круглой чаше, наполненной водой, присел на бортик.

От воды поднимался  пар, свет кристаллов проходил сквозь  него и создавал в помещении магическую обстановку – удивительно красиво и таинственно. Тут кристаллы светились не только желтым, но и розовым, голубым и оранжевым. Я готова была поспорить, что  это какое-то природное явление, а  не дело рук магов.

– Предлагаешь  оставить пансионат себе? Я не справлюсь.

– Ты уже справляешься, – отмахнулся Лайон. – Ты и Челси. Вы вдохнули жизнь в это место. И именно к вам тянутся люди.

– У нас живут крысосы,  грифон, метаморф, некрокот и очень разговорчивый попугай, где я найду людей, которые будут не против такого соседства?

– Ты уже их нашла. И  это место будет притягивать их все больше и больше, поверь. Да не всем подойдет, но кто-то будет приезжать к вам именно за этим зоопарком из нечисти.

– Да уж…– Я вздохнула. – Может быть, ты и прав. Мне, действительно, хорошо в Валенсии, но я хотела заниматься другим… я хотела стать боевым магом.

– Трисс, а чем ты здесь занимаешься в последнюю неделю?  Думаешь, в Валенсии боевые маги не нужны? Мне кажется, они нужны даже больше, чем в столице. Тебе уже поступило официальное  предложение. И я думаю, местный страж порядка еще придет к тебе за помощью. Это всего лишь вопрос времени.

– Я не думала о том, чтобы тут остаться, но идея и правда заслуживает внимания… – ответила я и поняла, что мне действительно нравится думать о жизни в Валенсии. Только надо  сообщить родителям, желательно так, чтобы они выжили после такой новости!

– К тому же у тебя есть Челси, – продолжал Лайон. – Не обязательно тянуть все на себе.

– Если она захочет.

– Смеешься? Она уже хочет. Мне кажется, она прикипела к этому месту даже больше, чем ты.

– Точно.

Я усмехнулась и присела рядом с Лайоном, касаясь его плечом.

Вода в бассейне бурлила и, кажется, я пару раз видела среди белой пены грязные разводы, метаморфа. Похоже, ему и, правда, было хорошо в источнике.  А мне было хорошо в Валенсии. «С Лайоном», – мелькнула непрошеная мысль.

Повисло неловкое молчание. Вроде бы все было сказано, но почему-то уходить из пещеры не хотелось. Мне нравилось молчать с Лайоном, особенно когда свет   подкрашивал   поднимающийся от воды пар и создавал вокруг таинственную и романтичную атмосферу.

Я вспыхнула, когда поймала взгляд парня. Было в нем что-то такое, от чего сердце начинало стучать быстрее. Зеленые глаза в полумраке казались практически черными, с яркими серебряными отблесками на радужке. Длинные пушистые ресницы изгибались, такие не у каждой девушки есть. Но их наличие не делало Лайона женоподобным,  упрямый подбородок, наглая улыбка и этот проникновенный, очень смущающий взгляд.

– Вот почему ты такая, Трисс? – с надрывом спросил он, а  я испугалась. Вроде бы ничего натворить не успела, плохого не делала. Что не так-то?

– Какая? – уточнила я осторожно, готовая услышать любой неприятный ответ. Или неготовая? Но Лайон снова меня удивил.

– Красивая… непосредственная… живая…

Последнее он выдохнул мне прямо в губы. Дальше ситуация просто не могла развиваться иначе. Ему хотелось поцеловать меня, а мне его. Это желание сводило с ума давно, поэтому я просто качнулась вперед. Сложно сказать, кто поймал губами губы, я не заметила, как оказалась на коленях Лайона, обнимая руками парня за крепкую шею и прижимаясь к  горячей даже сквозь рубашку груди.

От него пахло лаймом и морем – свежий, чарующий аромат, который не спутаешь ни с каким другим. Он давно свел меня с ума. Поцелуй сначала нежный и осторожный постепенно захватывал с головой. Прикосновения языка становились все смелее, а руки Лайона сжимающие мою талию переместились на спину.

Не было ни угрызений совести, ни сомнений. Только стучащая в висках кровь и переполняющий душу восторг. Но этот дом даже в подземельях не мог порадовать тишиной и покоем.

– Как поживает моя заичка! – услышали мы с Лайоном и отпрыгнули друг от друга, как нашкодившие щенки.

Блузка съехала с одного плеча. Губы горели от поцелуев, а щеки от смущения.

– Ой, а что это вы тут делаете? Я вот своего Жабика пришла проведать…  – удивилась Челси, переводя взгляд с меня на Лайона. По мне,  вопрос был неуместен, только слепому было непонятно.

Лайон считал так же.

– А ты догадайся, – буркнул он Челси и сбежал, а я осталась на растерзание подруги. Точнее, я тоже хотела сбежать, но к своему стыду, оказалась не так расторопна.

– Эй, постой, ты что, с Лайоном? –  спросила Челси громким шепотом, едва парень отошел на достаточное расстояние.

– Нет, – тут же открестилась я, но наткнувшись на прищуренный взгляд подруги, добавила не так уверенно. – Не знаю. А что? У тебя самой на него планы?

– Трисс! – Челси закатила глаза. – Строить планы на Лайона так же бесполезно, как прогнозировать шторм на море в Валенсии. Бесполезно. Он тот же ветер. Сегодня целует тебя. Завтра – другую. Для него это естественно.

Сердце кольнуло болью, но я упрямо заметила.

– А если мне сейчас это и нужно. Сегодня целовать одного, а завтра – другого? Так сказать, для излечения душевных травм.

– Тогда вы идеально друг другу подходите. Только вот, Трисс,  ты, и правда, хочешь именно этого? С такими, как Лайон, очень важно себя не обманывать. Иначе потом будет больно, поверь, я знаю, о чем говорю. Вспомни Ника. Я тоже верила, что ради меня он изменится… Чем закончилось, ты знаешь.

Я знала, но совсем не хотела  сравнивать себя и Лайона с кем-либо. Мне казалось это неправильным.

Лайон

Я идиот. Веду себя как мальчишка, и особенно бесит, что мне это нравится. И кровь, стучащая в висках, и легкое сумасшествие, которое не получается контролировать. Мне нравится Трисс – эгоистично  до сведенных зубов. И впервые в жизни становится наплевать на Клинта. Мы с ним вместе с детства и всегда считали, что никакая девушка неспособна встать между нами. Я просто не понимал, зачем цепляться за то, что дорого другому? Ну, много же красивых, веселых девчонок без проблем. Даже здесь есть Ванесса. Ее пыл, конечно, остудила природа моей магии. Некромантов не все жалуют, но  я прекрасно знаю, если  она была бы интересна, то  стала бы моей. Харизмы мне не занимать. Просто мне все равно, она меня не трогает, и даже мысли о поцелуях с ней вызывают изжогу.

Но в голове, сердце, в печенке засела Трисс. Эти ее черные кудряшки, ямочки на щеках и озорной взгляд. Демоны! Я не хочу отдавать ее Клинту. А что хочу? Ответа на этот вопрос нет, и я иду будить брата, пообещав себе серьезно подумать над волнующим меня вопросом, но позже.

У нас с Клинтом планы. Точнее, планы у меня, но у Клинта нет выбора. Он тоже в них участвует, даже если пока об этом не догадывается. Нужно успеть воплотить задуманное до вечера. Лучше такое, конечно, проворачивать ночью, но  ночью нас ждет другое приключение. Необходимо найти  документы из тайника и загадочного воришку.

Я слышал, мама Челси высказывала ее несостоявшейся свекрови, что мы (парни) обнаглели и ночью подчистили весь холодильник. Мать Ванессы только закатила глаза и сказала, что у нее есть сын, и поэтому ей до боли знакома нехватка еды дома. Слуги только приготовят с учетом на завтрак, а с утра вся семья ходит голодной, потому что на Ника ночью напал жор.

Проблема в том, что у нас режим. Клинт в боевой академии, да и в моем учебном заведении, мы привыкли питаться по графику и не лазить ночами в поисках еды. Значит, наш вор сегодня появлялся снова, и мне это порядком надоело. Причем не столько жалко колбасы, сколько выводит сама мысль, что кроме нас в особняке живет еще кто-то и делает это тайно.

Я разбудил Клинта и вкратце обрисовал свою задумку. Как и ожидалось, брат меня поддержал. Он всегда меня поддерживал, иногда, правда, без особого энтузиазма.

Клинт, конечно, был немного труслив или… это слова не совсем точное. Скорее осторожен и послушен. Но тут даже он признал, что мы обязаны наказать соседа, причем желательно его же методом. То есть подленько.

Поэтому, пока девчонки не вернулись и не попытались наставить нас на путь истинный, мы сбежали, прихватив с собой Котичку. У меня была еще одна причина смотаться как можно быстрее – я не хотел пересекаться с Трисс.

Мне надо было подумать. Очень сильно. Прятаться по углам не моя стратегия, и увести девушку брата – тоже. Поэтому надо поставить на паузу, пока я не разберусь в себе и не пойму, что же для меня сейчас важно. Потому что если я заберу у Клинта Трисс, то сделаю это открыто и нагло, так как делаю все и всегда. Но после этого пути назад не будет, а если мои чувства – это сиюминутное желание обладать красивой девчонкой? Не будет ли это совсем подло по отношению к брату?

Вечерело, но на улице было много народа. Мне показалось, что за последние несколько дней Валенсия ожила, наполнившись туристами. Даже на пляже было людно.

– Ну и где тут вход? – спросил Клинт.

– Да прямо здесь, – ответил я, оглянулся по сторонам, убедившись, что мы не привлекаем внимания, и нырнул в ближайший песчаный бархан, приземлившись на ноги уже в подземелье.

– Отличная маскировка! – уважительно протянул Клинт, который последовал за мной и теперь с интересом озирался по сторонам.

– Думаю, она осталась еще со времен войны. А сейчас, добро пожаловать в гастрономическую сокровищницу Валенсии. Котичка, вести себя прилично много банок не бить.

Мы миновали длинный полутемный коридор, старясь не шуметь. Лучше всего получалось у Котички, который бесшумно ступал мягкими лапами, мы с Клинтом на его фоне выглядели подкованными слонами, которые в меру сил пытались не топать. Но эхо шагов все равно  раздавалось по подземельям. На миг мне показалось, что идея идиотская, и нас поймают  и будет стыдно. Но потом я вспомнил, что подвал находится в стороне от основного дома и успокоился.

 Скоро в коридоре показались двери, ведущие в кладовые с продуктами, и мы радостно кинулись в святую святых нашего подлого соседа. Знали бы мама и папа, чем я промышляю, когда должен контролировать дела на верфи! Их бы хватил удар. Но, к счастью, родители далеко. Я берегу их нервную систему и творю различные недостойные вещи далеко от дома. Зато с удовольствием.

Наследник рода,  надежда семьи, один из самых богатых женихов империи ворует окорок у Валенсийского торгаша. Позор! Но зато будет что вспомнить! Ну и потом, я искренне считал, что подлец заслужил этот набег. По-хорошему, он должен нам значительно больше, чем экологически чистые и вкусные продукты питания для команды оголодавших магов и их гостей.

Но соленья у мужика, и правда, были отличными, как и колбасы. А еще он определенно нам должен. Поэтому, нет. Мне не стыдно. Более того. Даже Клинту, который всегда был более правильным и послушным, нежели я, не стыдно. Вон, с каким азартом он начал проводить ревизию на полках.

Котичка тоже помогал нам в диверсии в меру своих сил. А сил у некрокота много, как и талантов. Сейчас он самоотверженно жевал колбасу и выплевывал, потому что вкус и запах ему нравился, но организм не воспринимал  пищу. Это Котичку злило, пушистый хвост ходил ходуном. Поэтому некрокотик, который не очень любил разговаривать, периодически печально выдавал.

– Ну и как это жа-уть? Пу-хнет вкусно-у, жрауть – никак! – И откусывал кусочек от новой колбасной загогулинки, чтобы снова его выплюнуть на пол.

Я взирал на творящееся безобразие со снисходительным одобрением. А нечего пакостить магам. Мы существа мстительные и временами злобные.

Затарившись различными соленьями, окороками и колбасами, мы довольные отправились на выход. По дороге я захватил девчонкам несколько банок консервированных персиков, в каком-то светящемся рассоле и несколько бутылок вина.

Хорошо хоть догадались взять рюкзаки, иначе утащить все добро было бы нереально. Котичка из вредности утащил длинную цепочку сосисок и теперь радостно бежал, время от времени поворачивая голову и с восторгом наблюдя, как за ним весело тянется мясная гирлянда, подскакивая на камушках.

Когда вышли из тайного хода на пляже, уже практически стемнело. Южная ночь опускалась на побережье быстро, укутывая улицы  бархатной темнотой.  Вылазка, как я и предполагал, прошла на редкость тихо. Нас никто не заметил. От этого настроение поднялось. Клинт же сегодня был  подозрительно задумчив. Я сначала косился на него с сомнением, но потом просто перестал обращать внимание. Ну, подумаешь.  У человека поганое настроение. У всех бывает. Молчал брат, пока за поворотом не показался особняк.

И, видимо, молчал бы дальше, но душа его не выдержала. Клинт остановился так резко, что я едва не влетел ему в спину, и развернулся, уставившись на меня как-то слишком уж внимательно и пристально.

– Лайон… – начал он осторожно. – Скажи мне, что с тобой происходит?