Глава 16

– Ты как? – Я кинулась к подруге и замерла рядом с ней, пытаясь заметить изменения. Синюшность кожных покровов, язвы или ожоги. Но Челси выглядела подозрительно целой.

– Не знаю, – растерянно пробормотала девушка, из рук которой, видимо, от испуга исчез меч. – Не поняла. Вроде бы нормально.

Голос подруги немного дрожал, а сама она выглядела бледной и испуганной. Я ее понимала, я и сама испугалась.

– Вот я же говорил, что эту дрянь нечего опасаться! – как-то слишком уж довольно заявил  Клинт. – Подумаешь, паутина светится, может, чтобы в темноте ее лучше было видно!

После этих слов мой бывший, который обычно отличался рассудительностью и осторожностью,  радостно вбурился в коридор, пытаясь разорвать толстые нити руками. Боги, огородите нас от деятельных мужиков! Почему же некоторые сначала делают, а потом думают? Точнее, они делают, а думать приходится другим!

У Клинта ничего не вышло, хотя он тянул нити и так и этак. Паутина была крепкой, да еще и прилипла к рукам, захватив Клинта в плен. Просто, отлично!

– Ну, ты и идиот… – протянула я, понимая, что  теперь придется вытаскивать прилипшего к паутине Клинта. На Челси упали уже отрезанные нити, которые, похоже, потеряли свое липучее свойство.

Пока мы думали, как отлепить Клинта (на самом деле Лайон примеривался,  как бы поаккуратнее рубануть своим мечом), Челси за спиной обиженно пропищала.

– Народ, кажется, я поняла, как действует паутина! И это очень, очень плохо!

– Как? – Я обернулась, замечая, что подруга раз за разом выводит руками знакомый пасс, пытаясь извлечь меч.

– У меня магия, похоже, пропала. Напрочь! – В голосе Челси звучала паника, а на глазах блеснули слезы. – А что, если это навсегда?

– В смысле магия пропала? – взвыл Клинт и начал дергаться в паутине, пытаясь вырвать из нее руки, будто это могло ему помочь. Если от соприкосновения с паутиной исчезала магия, то Клинт уже ее лишился! Смысл истерично дергаться?

– А тебе говорили, не хватай руками! Зачем ты вообще сюда полез?  – взвилась я. – Теперь у нас два мага и два балласта, которые надо защищать от опасности.

– Короче. – Лайон тяжело вздохнул. –  Предлагаю освобождать Клинта и возвращаться. Двигаться дальше опасно. Дверь закроем. Если хозяева этой паутины не показывались в доме, значит, и не будут выходить сейчас, но в подземелья пока лучше не спускаться. Надо разобраться, что  это за пауки и как им противостоять. В городе  же должны быть лавки с зельями? Поищем средство, чтобы вы быстрее могли восстановить силы. В пугающую историю про вечную утрату магии я не верю. Нигде подобного не встречал. Даже описаний, а значит, утрата временная.

– Согласна. – Я кивнула. – Вернемся завтра. Возможно, при свете дня, если быстро решим проблему с магической силой Клинта и Челси.

Лайон рассек паутину, а мы с Челси потянули Клинта за талию, чтобы вырвать из липких нитей. Но в коридоре, где-то в глубине за паутиной что-то сверкнуло.

– Демоны же всех забери! – прохрипел Лайон,  делая шаг назад. – Кажется, мы очень долго болтали. План меняется.

– Это что? – пискнула Челси.

– А это хозяин паутины… – мрачно заметил Лайон.

– Хозяева, – педантично поправила я, разглядев еще одну светящуюся шестерку глаз в темноте. – Если нам повезет, то успеем сбежать. Но бежать надо быстро.

Мне никогда не было так страшно. Даже с Моренусом, потому что тогда при мне была магия. Сейчас же я понимала – если одна из липких нитей коснется меня, я стану совершенно беспомощной, слабой. Я буду жертвой, которую сожрет паук. Не смогу помочь своим друзьям и это вселяло настоящий ужас. Без магической силы я просто себя не представляла.

Я развернулась и кинулась наутек. Но убежала недалеко, так как услышала сдавленную ругань за спиной и вскрик, от которого сердце замерло, а желудок скрутился в холодный ком. Я резко развернулась и увидела, что один из пауков, подбирающихся к нам все ближе, кинул липкую нить, которой спеленал Челси. Девушка дернулась, но запуталась еще сильнее. Руки оказались прижаты к туловищу, и монстр тянул Челси как на аркане вглубь коридора.

Лайон, пока мы с Клинтом соображали и тормозили, кинулся ей на помощь, размахивая мечом, но не успел разрубить нить, так как тоже попал в липкий плен к другому пауку. От ужаса у меня перехватило дыхание. «Только не рухнуть в позорный обморок! – повторяла я про себя. – Этого нельзя допустить ни в коем случае!»

Магия и меч остались только у меня. Клинт смотрел на брата беспомощно, озирался по сторонам в поисках оружия, а я с ужасом поняла, насколько мы беспомощны без своих сил, к которым привыкли с рождения. Нужно хоть нож с собой таскать. Он бы пригодился. Раньше я этого не понимала, уверенная на сто процентов, что сверкающий клинок боевого мага будет со мной всегда.

Лайон словно читал мои мысли.

– Клинт, на моем запястье! – Парень попытался дернуть рукой примотанной к туловищу, но ничего у него не вышло. – Там кинжал. Доставай, быстрее!

Клинт кивнул и кинулся выручать брата, а я прыгнула ближе к Челси, которую паук тащил на паутине вглубь коридора. Я успела перерубить липкую нить. Челси, замотанная в тугой кокон из паутины рухнула на пол, как куколка бабочки, я почувствовала удар по предплечью и меч пропал. Сначала вокруг руки, а потом и талии обвилась липкая лента паутины. Мне что, правда, суждено умереть в подвале собственного дома от паука-переростка? Видимо мой диплом боевого мага, и правда, ничего не стоит!

Клин на миг растерялся. В его руках был кинжал Лайона, но парень просто не понимал, кого ему спасать первого. Взгляд метался от меня к Лайону и дальше к пытающееся гусеницей уползти прочь от коридора Челси.

– У кого какие идеи? – спросил Лайон, который упирался пятками в пол и не позволял утаскивать себя в коридор. Парень старательно делал вид, что спокоен, и я ему даже почти верила. Держался он гораздо более уверенно чем я. У меня все силы уходили на то чтобы не рухнуть в обморок или не впасть в истерику. Мне очень, очень не хотелось так глупо погибать. Вообще, мне и не глупо погибать не хотелось!

– Покричим? – несчастно предложила я, понимая, что такой силой и устойчивостью не обладаю, поэтому парни становятся все дальше от меня, а паук все ближе. К счастью тянул он меня к себе спиной. Я была рада. Малодушно не хотела видеть рожу той твари, которая мной пообедает.

Я честно сказать, потеряла надежду. Это так странно, будто наблюдаешь за своим концом со стороны и не веришь в реальность происходящего. Потому что со мной такого произойти просто не может. Я же молодая, сильная, и еще пару часов назад самая большая печаль заключалась в том, что Лайон перестал обращать на меня внимания. А сейчас меня стремительно волокут навстречу смерти. Мы в дурацкой и безвыходной ситуации. Оказывается, нелепо умирать не менее страшно и обидно, чем героически. Когда натяжение паутины прекратилось, я судорожно всхлипнула, не удержала равновесие и упала, больно ударившись коленями и едва успев убрать лицо от каменного пола.

Попыталась осмотреться и заметила, что Котички нет, зато тень, надвигающаяся из коридора, все ближе. Меня захотели сожрать первой, прямо на этом месте? Рядом закричала Челси, Клинт смело прыгнул в моем направлении, но его сбили мощные лапы, когда над моей головой пролетел сначала один паук, накидав на меня липкую паутину, а потом второй. Но они неслись куда-то мимо нас. И жрать, похоже, не планировали.

– Зачем вы пошли сюда без меня? – раздалось обиженное из коридора, и мы все повернулись на голос. В сопровождение Котички по направлению к нам гордо вышагивала Алекса. За ее спиной злобно клацали жвалами два паука, но нападать не спешили.

– Ты и этими тварями можешь управлять? – с выдохом облегчения спросил Лайон.

– Конечно. – Алекса пожала плечами. – А чем они отличаются от других? Такие же животные. – Она с нежностью посмотрела на шестиглазых монстров. – Они просто вас испугались и защищали свой дом. Все очевидно.

– Очень… – дрожащим голосом произнесла я, с ужасом наблюдая, как Алекса воркует с одной из тварей. – Ты вовремя…

– Если бы я не пришла, вас бы утащили далеко в катакомбы и повесили вниз головой, подождали, когда умрете, немного испортитесь, и только потом съели.

– Если ты считаешь, что так нас поддержала, то спешу тебя расстроить, – пропыхтел Лайон. – Лучше не стало.

– Зато вы подумаете, что так делать нельзя! – надулась Алекса.

– Мы тебе, правда, очень благодарны, – сказала я, понимая, что даже не лукавлю. – Мы поступили неправильно, не позвав тебя с собой.

– Нет, правильно, – возразил Клинт. – Тут опасно, а она ребенок!

– Я не ребенок! – Алекса обиженно фыркнула. – И без меня вы не справились!

Освобождались мы долго. Одним кинжалом без магии сделать это было сложно. Но через сорок минут мучений я все же смогла размять затёкшие руки. Рядом сидела дрожащая Челси. Чуть в стороне Лайон. Я чувствовала себя опустошенной и слабой. Голова кружилась. Слишком много испытания, чтобы их так легко переварить.

– Руку, – скомандовала Алекса и выдернула из ослабевших пальцев Клинта кинжал.

– Зачем? – устало спросила я, но все равно протянула ладонь и тут же получила болезненный укол острым лезвием. – Ой!

– Ну, ты же хочешь ходить спокойно в подземельях? – невозмутимо спросила девчонка. – Они должны знать на вкус твою кровь. Поймут, что ты хозяйка и не будут вредить.

– А мы? – протянула несчастным голосом Челси.

– И вы дадите им попробовать кровь.

Какой ужас! Похоже, светлые мечты о том, что в моих подземельях не место паукам несостоятельны. У нас появилось еще два весьма сомнительных питомца, к которым я, пожалуй, постараюсь заглядывать, как можно реже.

Пока внешне я протестовала против такого, мой мозг уже вовсю обдумывал, как организовать тварям быт, чтобы они не напугали гостей, и чем их кормить, чтобы они не сожрали нас. Ну и как с ними договариваться, когда Алекса уедет с Лайоном. Со слов Алексы, после ритуала они нас не сожрут, но вот будут ли слушаться и что станут есть? А что ни ели до этого дня? Я, правда, все еще хочу оставаться в Валенсии?

После таких приключений мы были измучены, лишены магии, и продолжать поиски воришки было бессмысленно, поэтому решили отправиться спать и только после этого разбираться с утраченными силами и составлять план дальнейших действий. Разговор с Лайоном я тоже решила отложить. Вряд ли за остаток ночи что-то изменится. Мы вообще возвращались молча, словно с магией у нас забрали все эмоции. Еле добралась до своей комнаты и рухнула на кровать. Сил не хватило даже сходить в душ.

Магия возвратилась с утра, и я облегчением поняла, что Лайон был прав. В очередной раз и сейчас это даже не бесит. Паутина нужна, чтобы сделать жертву слабой, через десять часов, которые мы потратили на сон, в иной ситуации стали бы кормом для пауков. И было бы без разницы, вернулась магия или нет.

Поэтому с утра, точнее, уже ближе к обеду я сначала долго игралась водой из-под крана, заставляя ее сворачиваться в спиральки, разлетаться брызгами и делать маленькие фонтанчики, прежде чем спустилась к завтраку. Наслаждаюсь собственными силами, даже короткое время без них было мучительным.

– Молодежь, ну вы и спать! – с претензией выдала миссис Оливия – мама Челси. Она уже собрана, ее волосы уложены в высокую прическу, а на летнем шелковом платье ни единой складки.

Я ничего не объяснила, просто пожала плечами, улыбнулась и, приготовив себе кофе, вышла на террасу с видом на море. На блюдечке лежали свежие круассаны, и стояли тарелочки с шоколадом и джемом. Судя по тому что выпечка была еще теплой, кухарка сделала их недавно, а значит, не так уж долго я и спала.

Остальных видно не было, либо еще спали, либо разбрелись по своим делам. Но я не жаловалась. Мне нравилось завтракать в одиночестве, наслаждаясь морским бризом и буйно цветущей Валенсийской растительностью. С каждым днем я все больше воспринимала это место как дом.

Алексу я обнаружила сразу же недалеко от загона грифона. Ее было хорошо видно с террасы. Сестра Лайона играла с питомцем Клинта, как с собачкой, и массивный, грозный зверь бегал, словно щенок за палочкой, точнее, стволом деревца, которое пигалица отправляла в полет магией. Интересно, в их семье все такие талантливые, или это она уникум? Может быть, Лайон просто не демонстрирует нам все свои способности.

Подумала и разозлилась сама на себя, потому что не хотела о нем лишний раз вспоминать. Он меня игнорировал напрочь! Вот как так можно? Сейчас допью кофе и найду нахала, выскажу ему все, что накипело за вчерашний день. Не хочу терзаться. Если он считает, будто ничего не произошло, и он имеет полное право меня игнорировать, что же я сделаю выводы и больше не подойду. Никогда. У меня тоже есть гордость и Лайон, думаю, прекрасно об этом знает, иначе бы я не бросила Клинта.

Пока размышляла, виновник моих дум нашел меня сам. Он явился с таким же набором, как и у меня, – кофе и круассаны – помятый и взъерошенный. Видимо, только встал и немного виновато спросил, указывая на соседний стул:

– Можно?

Я неопределенно кивнула и снова уставилась на дымку над водой. Все слова выветрились из головы, и сердце бухало в ушах. Если еще несколько минут назад я была полна решимости, то сейчас упрямо молчала. Сам пришел, сам сел рядом, пусть сам и говорит. От собственной нелогичности было неуютно, и я злилась. Только не могла понять, на себя или на него.

– Я за тебя переживал вчера… – признался Лайон спустя несколько минут томительного молчания.

– Ты меня игнорировал, – бросила я обиженно. Не хотела. Но слова вырвались сами.

– На то были свои причины.

– Не сомневаюсь. – Я хмыкнула. – Конечно, у тебя были причины, сегодня, как понимаю, они исчезли. Как удобно!

– Нет, – признался Лайон и сжал зубы. Я видела, как напряглись его скулы.

– Ну тогда продолжай молчать дальше.

Я пожала плечами и поднялась, намереваясь пройти мимо. Утро перестало казаться чудесным, и аппетит пропал. Но когда я проходила мимо, Лайон поймал меня за руку и потянул на себя.

– Останься, нам надо поговорить. Я хочу объяснить свое поведение.

– Похвально. А если я не хочу слушать? – Боги, что я несу? Сама же хотела все выяснить, но живущая внутри меня капризная засранка не желала быть разумной, и Лайон это понял. Хмыкнул и покачал головой.

– И все же, тебе придется меня выслушать. Ну, Трисс… пожалуйста.

Я замерла, подумала и потом кивнула.

– Хорошо. Пойдем, прогуляемся. Я у моря была, только когда мы Моренуса убивали.

Лайон согласился и попытался взять меня за руку, но я ускользнула. Не хотела создавать иллюзию, будто уже простила его еще до того, как услышала объяснения. Это не так. Мне не хотелось зависеть от его настроения. Хочу – игнорирую, хочу – делаю вид, словно мы пара. Я никогда не любила таких игр. Мне нужно, чтобы все было  четко и  понятно. Все эти эмоциональные качели не для меня.

До берега мы шли молча, словно опасались, что кто-то может нас подслушать. У воды я сняла босоножки и, придерживая длинный подол платья, побрела по кромке волн, оставляя следы на мокром песке и чувствуя, как белые барашки с шипением разбиваются о босые ступни.

Несмотря на то что тут было довольно много народа, они нам не мешали. Шум прибоя словно отгораживал нас от гуляющих туристов и заглушал голоса.

– Что ты хотел сказать? – спустя томительные минуты молчания спросила я. Лайон сам настоял на разговоре, но не пытался его начинать. Даже сейчас, после прямого вопроса не спешил отвечать.

– Ты мне нравишься, – признался парень, подхватив  маленький камушек, и забросил его далеко в море, чтобы посмотреть, как он оставляет за собой круги. – Мне редко кто-либо нравится…

Сердце начало стучать часто-часто, а к щекам прилила кровь. Я с трудом пыталась сохранить здравомыслие и не кинуться Лайону на шею. После признания мотивы и поведение парня не стало более понятным.

– А с чем связано твое вчерашнее поведение? – осторожно уточнила, сосредоточившись на песке под ногами. Если буду смотреть на Лайона, точно сдамся. Он слишком красив.

– Я ветреный. Безалаберный, несерьезный…

– И? – Я все же вскинула на него глаза и наткнулась на четко-очерченный профиль. Прямой нос, упрямый подбородок. – Если считаешь, что открыл для меня великую тайну, то  спешу огорчить, я об этом догадалась еще несколько лет назад, когда впервые приехала к Клинту. Мы с ним тогда только начали встречаться, и ты съехал приветствовать меня по перилам лестнице в холле дома его родителей в одном полотенце! Ты понимаешь, что я тогда чуть не умерла от смущения!

– Я уже тогда поразил своей неземной красотой? – Парень поиграл бровями, и я вопреки разуму,  тихо хмыкнула в кулак. Даже на серьезную тему, разговаривать серьезно с ним не получалось.

Еще как впечатлил. Даже снился потом пару раз, но я списала все на шок. Правда, я ни за что в этом не признаюсь Лайону. Ему я сказала другое:

– Смеешься? Я была влюблена в Клинта, смущена и не знала, как это пережить. Зажмурилась  почти сразу же. Даже разглядеть толком не успела. И при следующей встрече не узнала, – это, конечно, было ложью, но если признаюсь, что рассмотрела даже больше, чем нужно, и потом узнавала Лайона издалека и бесилась по этому поводу, сгорю от стыда.

– О! Что зажмурилась, я помню до сих пор, – хрипло заметил он, не подозревая о моих мыслях. Голос ласкал. От него по позвоночнику пробежало тепло, а Лайон остановился и внимательно посмотрел на мои губы. «Сейчас поцелует», – мелькнуло в голове и я, пока не поздно, разорвала дистанцию.

– Нет, Лайон. Разговор.

– Ты права.

Он снова стал серьезным, закусил губу и отвернулся.

– Ты удачно упомянула Клинта. Как бы мы ни хотели, но не можем игнорировать его наличие. Он любит тебя и вчера говорил со мной. Просил оставить тебя в покое, потому что я слишком ветренен, а тебе нужно стабильное будущее и надежный парень рядом.

– Как Клинт? – хохотнула я и покачала головой. На душе стало горько. – Не верю, что ты покорно послушался брата.

– Не покорно… просто Клин привел аргументы. Понимаешь. Он действительно любит тебя и хочет сделать счастливой. Ну, в меру своих сил и понимания о счастье, серьезно настроен – свадьба, дети, совместный быт, а я…

– А что ты? – холодно спросила я, начиная злиться. Я не ждала от Лайона предложения любви  до гроба. Мы еще толком не знали друг друга, но меня вывело из себя то, что он обсуждал меня с Клинтом,  свое отношение ко мне, отношение ко мне Клинта, но не обсуждал то же самое со мной. Хотя это моя жизнь и, прежде всего, мой выбор, а не их.

– А я не знаю! – Лайон нервно взлохматил свои, и так лежащие в беспорядке волосы. –  А вдруг я сейчас схожу от тебя с ума, а через год или два, а может быть пять лет, я передумаю? Я подведу и тебя, и его.

– Ты идиот? – совершенно искренне поинтересовалась я. – А кто тебе сказал, что я хочу серьезных отношений, свадьбу и детей? Вот с Клинтом передумала, кто сказал, что ты не разонравишься мне через какое-то время? И почему ты толкаешь меня к Клинту? По принципу,  как может разонравиться сильнее то, что и так не нравится?

– Но хотела все это…

– Да хотела, – Я не собиралась отрицать очевидное. – И ты знаешь, к чему это привело. Ты обсудил меня и то, что мне надо остаться с Клинтом, сделал выводы и игнорировал меня весь день.

– Я был идиотом! Я вчера испугался за тебя и понял, что так не могу.

– Я тоже так не могу. И скажу тебе неприятную вещь, Лайон. Ты и сейчас идиот. Вместо того чтобы поговорить со мной, узнать, чего хочу я, обсудил мое будущее и благополучие с моим бывшим, счел его аргументы весомыми, что-то себе надумал и, не объяснившись со мной, отступил. Мелко и эгоистично. Потом ты за меня испугался, снова себе что-то решил и передумал. Я думала, ты другой. Сильный, смелый и не считаешься ни с чьим мнением. Делаешь то, что тебе хочется и нужно, а ты самый обычный трус. Ничем не лучше Клинта! Знаешь… идея меня игнорировать была разумной. Не отступай от этой тактики! – припечатала я и, развернувшись, пошла по песку к выходу с пляжа. Ненавижу!