15 В поисках выхода

Артон переоделся в рубашку, выделенную поваром. После обеда, выданного нам сердобольным работником кухни, Артон рассиживаться не стал. Он вскочил на ноги, едва его тарелка опустела. Понёсся по коридору левого крыла оранжереи огромными шагами.

Казалось, что чрез секунду он перейдёт на балетные прыжки. Те самые гран жете, в которых танцор словно зависает над полом в идеальном шпагате. Полетит с невероятной скоростью, как птица. Как коршун на его груди.

Распахнул дверь в новую оранжерею и начал обходить её по периметру. При этом он использовал только самые простые заклинания. Ни стихийную магию, ни сложные связки не применял.

– Что ты ищешь, Артон? – не выдержала я, когда он совершенно молча обошёл уже четверть круга.

– Точку схождения. Видишь ли, даже самый мощный охранный купол не везде одинаковой толщины. Он словно платье сшивается из нескольких лоскутков.

– И самое тонкое место в швах?

– Нет, самое тонкое место в точке схождения всех лоскутков. Крепление узла.

– Если купол кроили, как платье, значит, самое тонкое место в центре потолка, правильно?

Артон замер на секунду, а потом расхохотался.

– Если бы всё было так просто, Вертаэнна, то и воевать было бы легко. Представляешь, если бы противник знал, что слабое место всегда в центре? То-то же. Вот и делают купола с точкой переплетения где угодно, хоть в самом нижнем углу. И нам это слабое место надо отыскать. Пока я ничего не нашёл, продолжаю поиски.

Но он ничего не предложил. Делал всё сам. Типичный волк-одиночка. Понятно. Значит, надо было действовать самой, а для этого нужна разминка. Новый оранжерейный зал для этого совершенно не подходил. Тут не было станка, зеркал.

Даже полы были хоть и ровными, на каменными. На таких не растянешься как следует. Вернее, растянешься, но с травмами. А во время экзамена надо быть здоровой и максимально «в ногах», чтобы танцевать магию с блеском.

Я нашла между лианами мраморный столик. Накрыла его своей мантией. Оставшись в балетном костюме с короткой тренировочной юбкой, размялась, опираясь на столешницу. Поприседала в первой позиции, вытянула спину. Потом нашла участок стены без стёкол и позанималась ногами.

Сначала одну стопу закинула на стену, устроив провис в вертикальном шпагате. Тянулась прямо и вбок, с руками и без рук. А когда начала упражнения со второй ногой, услышала за спиной шаги.

– Ого! Ничего себе ты гибкая!

Мне стало приятно. Почему-то хотелось, чтобы он оценил мои способности. Я даже улыбалась, пока Артон не закончил фразу.

– Только странное ты время для тренировки нашла. Танцевать сегодня не будем. Работы полно.

– Я разминаюсь для магии, а не для удовольствия! – возразила я.

– Ну да, ну да. – Он тяжело вздохнул. – Давай сегодня без Цветущих садов обойдёмся. Нам ещё прощупывать стены до самого потолка, и потолок тоже. Так что, можешь не напрягаться. Сегодня танцы не понадобятся.

Он отвернулся с таким видом, словно ему надоело разговаривать с неразумным ребёнком. И меня накрыло!

Обычно, пренебрежение к моим способностям или их явная недооценка меня не трогали. Не задевали за живое, не вызывали протеста. Как говорила прима-магирина Большого Королевского магического театра, «сцена всё покажет».

Но пренебрежение Артона меня всколыхнуло. Я лучшая на курсе! Как он мог это не увидеть! Как мог не заметить, не одобрить?

Тело среагировало быстрее головы. Когда Ар выпустил очередное искрящееся заклинание в сторону витража, я шагнула на носок пуанта, крутанулась на нём, как юла на носике. Потом шепнула нужные слова и веером отбила переливающийся поисковый шар боевика вверх.

Синий сгусток энергии Артона взмыл к потолку. Завис на долю секунды, как балерина в прыжке, и аккуратно скатился по скруглённому витражу к полу, разбрасывая крохотные искры.

Ар повернулся ко мне с восторгом.

– Это гениально, Вертаэнна! Это на самом деле великолепно!

Я ожидала, что он скажет, как ему понравится моя магическая техника, изящество линий и форм. Но Артона волновало совершенно не это.

– Таким методом мы значительно ускорим поиск слабого места в куполе! Давай работать вместе: я буду плести поисковое заклинание, а ты – зашвыривать его к потолку так, чтобы оно скатывалось по стенке. Так мы сможем найти нужный участок не за год, а до завтрашнего обеда.

Боевик выглядел при этом совершенно счастливым. И ему было совершенно всё равно, как я натанцевала магию. Ему было радостно, что его поисковый шар оказался там, где надо.

И вроде бы хорошо, что оценил эффективность, но звездануть его хорошенечко веером по его прагматичной голове хотелось нестерпимо!