Глава 6

День за днём сгладили случившееся тем вечером во дворце. Утихли страсти, улеглись обиды, высохли слёзы. Каяде вернулась в Тубуран-эст, а Райхон отправился в высокогорные крепости, граничившие с дроу. Сейверан, видя переживания Аргине, разводил руками и успокаивал, что всё образуется, нужно лишь время. Но даже он не ожидал, как именно уладится эта история и на что решится Каяде. Старшая сестра, узнав, куда собирается демоница, который день ходила словно потерянная. Гирхато старался проводить с невестой всё свободное время, чтобы отвлечь её от грустных мыслей и тревог, но получалось не всегда: у императора тоже хватало забот и проблем.

Около полудня Сейверан понял, что не успеет до обеда решить все дела с Императорским советом, и позвонил демонице.

— Душа моя, мне жаль, но сегодня не получится пообедать в том милом ресторанчике, который тебе так понравился.

— Не переживай, — Аргине кивнула на стопку бумаг на письменном столе. — У меня самой дел по горло. Пообедаю в нашей столовой.

Но демон покачал головой:

— Нет-нет! У меня другое предложение.

— Какое?

— Пообедай со мной во дворце, — предложил Сейверан и пояснил: — Буду ловить двух зайцев: и с Райхоном пару вопросов обсужу, он как раз вернулся с границы, и тебя увижу.

Демон ждал Аргине в холле дворца и радостно распахнул объятия, едва она вошла внутрь. Помня, что на них смотрят, император ограничился целомудренным поцелуем в щёку. Демоница тоже перехватила несколько любопытных взглядов и, переплетя свои пальцы с мужскими, поинтересовалась:

— Какие ставки сегодня?

Сейверан задумчиво хмыкнул, вспоминая местный тотализатор, устроенный придворными:

— Смотря на что! На то, что мы поженимся?.. Или на то, что ты беременна? — мужчина захохотал, наблюдая, как Аргине разглядывает свой плоский животик. — Ну и, совсем уж неожиданный поворот: есть ставка на то, что ты спелась с дроу и опоила меня приворотным зельем!

Теперь засмеялась и девушка, но ответить не успела: императора отвлёк один из советников. Снежный демон подскочил к мужчине, быстро шепнув:

— Есть новости.

Гирхато извинился:

— Аргоша, это действительно важно. Подождёшь меня?

— Конечно.

Девушка подошла к лестничным перилам, разглядывая живописные картины, украшающие стены. Великие битвы, великие победы! Аргине вглядывалась в лица нарисованных демонов, видела холодную решимость тех, кто сражался, и боль тех, кто умирал от ран. Будучи очень миролюбивой от природы, она не приветствовала военную тематику в творчестве и даже не смогла в полной мере восхититься талантом мастера. В самой большой фигуре с крыльями девушка узнала Сейверана и с интересом разглядывала вторую ипостась демона. Тяжёлый, давящий взгляд Гирхато буравил насквозь, глядя в холодные глаза, невольно замирал каждый. Длинные голубые волосы развевались за спиной, огромные крылья раскинулись над сражающимися демонами. Интересно, эти серебристо-белые крылья действительно такие большие или это преувеличение? Аргине, зная совершенно другого Сейверана — внимательного, заботливого — недоверчиво фыркнула, отворачиваясь. Она решила, что это сделано художником преднамеренно, чтобы каждый посетитель дворца проникся страхом и трепетом ещё до встречи с императором.

Взгляд демоницы привлекло движение сбоку. Она посмотрела в сторону лестницы и улыбнулась:

— Магистр Баласси?!

Высокий худощавый мужчина в тёмном костюме обернулся и чинно поклонился девушке. Неестественная бледность, слегка заострённые уши, клыки, выглянувшие из-под верхней губы, явно указывали на его расу. Демоница подошла к вампиру:

— Я была на вашем выступлении во время конференции по нуклеарному целительству в Рубрум-эсте.

— Вот как, — мужчина озадачился, разглядывая незнакомую девушку в строгой блузке и юбке.

Демоница представилась сама:

— Моё имя Аргине Косваген, я офтальмолог, работаю в лечцентре «Фалкон».

— Слышал-слышал. Я знаком с вашим директором — Рэммом Сапаллом.

— Рэмиром Сапаллом, — поправила демоница.

Вампир хитро блеснул чёрным глазом, но кивнул.

— Конечно. Так говорите, вы были на конференции? Неужели ради моего доклада?

Аргине покачала головой.

— Честно говоря, нет. Первоначально меня заинтересовала методика магистра Дайковичи по восстановлению сетчатки после ослепляющих проклятий, но озвученные им результаты смутили.

Вампир вдруг заулыбался и склонил голову набок:

— Почему, позвольте узнать?..

…Раян Бедаш, который в этот момент что-то говорил императору, вдруг замолчал и тряхнул головой:

— Не может быть!

— Что именно? — Сейверан посмотрел на своего советника.

— Он улыбается!

— Кто?

— Вампир этот чёртов! — демон из клана Холода взъерошил платиновые волосы и кивнул на кого-то за спиной императора. — Один из Первородных (советник у вампиров — Прим. авт.) князя Александра.

Гирхато обернулся на того самого вампира и выгнул бровь, наблюдая за оживлённой беседой собственной невесты и древнего кровососа с непростым характером. Но сейчас вампир улыбался, польщенно, с чувством с собственного превосходства. Раян Бедаш перехватил папку поудобнее и впился в Первородного немигающим взглядом. Советник сейчас больше всего напоминал гончую, взявшую след.

— Ваше величество, прошу меня извинить, распри дроу — это, конечно, весьма серьёзно, но они воюют всю жизнь… А вот Сурен Баласси бывает в хорошем настроении очень-очень редко. Надо пользоваться моментом и дожимать вампиров по соглашению на поставки лечоборудования.

Снежный демон, дождавшись короткого кивка, помчался к Первородному и Аргине. Сейверан, усмехаясь, пошёл следом. А магистр Баласси и демоница что-то увлечённо обсуждали, не обращая внимания на происходящее рядом. Хотя почему «что-то»? Император знал только одну вещь, способную так сильно увлечь Аргине, — её работа, целительство.

Раян Бедаш уже стоял рядом, активно поддакивал, в нужных местах восхищался и скоро перетянул внимание вампира на себя, а ещё через несколько минут увёл магистра Баласси, на прощание послав Аргине благодарно-восхищённый взгляд. Сейверан, гордо развернув плечи, стоял рядом со своей демоницей. Ещё не став императрицей, она уже служила своей стране.

— Что это значит? — растерялась девушка.

— Ты молодец, — мужчина обнял её за талию и повёл в обеденный зал. — Мой советник не первый год бьётся, чтобы попасть на рынок Сумеречных территорий, но вампиры упрямятся. Сегодня ты произвела прекрасное впечатление на самого яростного противника этого договора, и лорд Бедаш сыграет на этом, помяни моё слово.

Едва они сели за стол, появился Райхон Дорсен, но не один… Аргине на мгновение застыла, заметив блондинку у него сбоку. Девушка вопросительно посмотрела на Сейверана, но по его каменному лицу поняла, что для него приход Орталь Нулисанг стал неприятным сюрпризом. Дорсен, увидев Аргине, тоже растерялся, но отступать было поздно. Блондинка мило краснела и бросала на демоницу умоляющие взгляды. Та выдавила вежливую улыбку и опустила голову. Сейверан, послав убийственный взгляд другу, велел слугам поставить ещё один столовый прибор.

Вскоре мужчины увлеклись делами. Как и планировал Гирхато, он решал государственные вопросы и был с любимой рядом, надеясь выкроить хоть немного времени, чтобы остаться с ней наедине после обеда. А вот для Аргине обед из приятного события превратился в муку, потому что видеть, как Дорсен ухаживает за блондинкой, было обидно. Поэтому когда Водная похвалила её чистую, «совершенную» кожу, девушка, вопреки воспитанию, проигнорировала комплимент. Она отвернулась и не заметила победную улыбку, мелькнувшую на лице Орталь. Тихий стук ложек о тарелки, серьёзные голоса мужчин…

— Как поживает ваша семья?

Словно звонкий колокольчик, прозвенело в воздухе. Аргине вскинула на демоницу взгляд, в котором явно читалось предложение заткнуться, но воспитание есть воспитание, тем более что демоны замолчали, ожидая её ответа.

— Благодарю, всё замечательно.

— А как ваша сестра? — не унималась Орталь.

И неприкрытое торжество в синих глазах! Аргине выпрямилась:

— Благодарю за заботу, леди Нулисанг. … Каяде — умная девушка и разносторонняя личность. Она достойна лучшей доли, чем быть игрушкой непорядочного мужчины.

— Аргине, ты хочешь мне что-то сказать? — не выдержал Дорсен и поднял на девушку тяжёлый взгляд.

— Что ты, Райхон! Каждый выбирает себе пару по своему подобию. Вы с леди Нулисанг идеально подходите друг другу, — демоница поднялась из-за стола. — Прошу прощения, господа! У меня пропал аппетит.

Только мысль, что эта дура смотрит на неё, помогла Аргине спокойно, с достоинством выйти из зала. Но едва закрылась дверь, она зажмурилась и тихо выругалась. Сейверан вышел следом через несколько секунд, обнял невесту за плечи:

— Аргоша…

Та упреждающе вскинула руку:

— Я не ожидала её здесь увидеть, извини, что не сдержалась.

— Я сам не ожидал, — император недовольно посмотрел в сторону обеденного зала.

Демоница на секунду обняла мужчину:

— Мне сейчас лучше уйти… Я позвоню.

— Я провожу тебя.

Спустя пять минут Гирхато вернулся и ледяным тоном велел:

— Генерал Дорсен, после обеда зайдите ко мне.

Быстрым шагом император покинул столовую, даже не взглянув на побледневшую демоницу Воды.

Райхон вошёл в кабинет Сейверана спустя несколько минут.

— Повелитель?

Тот грохнул ладонями по столу:

— Ты что творишь, придурок?!

Дорсен тоже отбросил официальный тон.

— Сейв, я не знал, что здесь будет Аргине. Ты обычно обедаешь с ней наедине и не зовёшь меня.

— Зачем ты эту дуру приволок?

— Да хрен его знает! — генерал взмахнул руками. — Увязалась следом…

Гирхато в упор посмотрел на мужчину:

— От вас сексом разит за километр!.. Отжарил свою куклу за неделю воздержания, пока мотался по крепостям?

Дорсен поморщился и, не выдержав взгляд императора, отвернулся. Сейверан вздохнул и сел на своё место.

— Рай, ты мой друг, ты мой брат. И я могу многое простить тебе. ТЕБЕ! А не твоим бабам!

— Я понял.

— И ещё… Я никогда не вмешивался в твою личную жизнь, но… Я не хочу больше видеть Орталь Нулисанг в своём дворце. Я промолчал, когда ты привёл её, хотя это не понравилось моей невесте. Но твоей курице не хватило мозгов оценить то, что Аргине оказалась достаточно воспитанной, чтобы не выгонять её. Вместо того чтобы сидеть и не рыпаться, она стала смеяться над Каяде. Как думаешь, с каким настроением Аргине ушла отсюда?

— Прости, — выдавил демон и тихо спросил: — Кая сильно переживает?

— Каяде покидает империю.

— Как?

— Не насовсем! — Гирхато чертыхнулся, заметив побледневшее лицо друга. — Институт истории миров организует экспедицию по изучению Тсепе ле Келло.

— Мир разума и металла?

— Или разумного металла, называй, как хочешь. За охрану учёных отвечает полковник Аламгар Финелли, который курирует группу Каяде в Академии. Он позвал любимую курсантку с собой.

Дорсен задумчиво смотрел в окно, переваривая новость. Да, он помнил, что полковник просил внеплановый отпуск, но не думал, что Финелли потянет Каю за собой. И что значит «любимая курсантка»? Сейверан насмешливо посмотрел на друга:

— Каяде говорит, что это хорошая практика для курсанта. Но все прекрасно понимают, что она улетает в экспедицию, чтобы забыть тебя. И она забудет, Райхон.

Поздним вечером Аргине позвонили.

— Привет! Что делаешь?

И девушка срывающимся голосом сообщила демону:

— Кая сегодня улетела.

— Я знаю, ягодка моя… Ну, хочешь, я верну её?

— Нет, Сейв. Так будет лучше, но я скучаю.

Гирхато тяжело вздохнул. Иногда он не понимал такую сильную привязанность сестёр друг к другу. Ладно бы они были одни в целом свете, но у них есть любящие родители, каких ещё поискать, другие родственники, друзья. Кого-то такая сильная сестринская любовь может быть и умиляет, но видеть, как Аргине переживает за сестру, для Сейверана было мучительно.

— Аргоша, выйди на улицу, — попросил он.

— Зачем?

— Полетаем.

Когда демоница вышла из дома, то удивлённо замерла. На стоянке стоял мотолёт. Даже не разбираясь в технике, Аргине восхищённо ахнула:

— Вот это зверь! — разглядывая чёрный хромированный мот, она не сразу заметила высокого демона в кожаной куртке. — Сейверан?

И такая знакомая улыбка в ответ. Аргине подбежала к мужчине и крепко прижалась к его груди. Демон обнял её одной рукой и тихонько шептал на ушко ободряющие слова. Мысленно послал на голову Райхона кучу проклятий: ведь предупреждал не играть с Каей. Когда девушка успокоилась, Гирхато протянул ей шлем:

— Полетели?

Демоница села за его спиной и обхватила за талию. Мотолёт с тихим звуком взмыл вверх. Они долго летали по ночной столице. Дороги были практически пусты, да и их мот летел на ограниченной высоте, где можно было перемещаться только по специальному разрешению. Пролетая мимо сияющих разноцветными огнями зданий, девушка избавлялась от тоски, выламывающей рёбра, от непонятной тревоги, не дающей свободно вздохнуть. Сила впереди сидящего мужчины заряжала её уверенностью, что всё наладится, всё будет хорошо. Глядя вниз, демоница видела проходящих горожан, некоторые шли вперёд, не обращая внимания на них. Некоторые задирали головы, разглядывая мощный мотолёт, и приветственно махали руками. Демоны летели мимо деловых центров со стеклянными стенами, в которых отражался ночной город, мимо обычных жилых домов с живыми огоньками-окнами. На одном балконе Аргине заметила влюблённую пару. Незнакомая девушка улыбнулась им и уткнулась в плечо спутника. Аргине кивнула ей и прижалась к своему любимому.

Да, у каждого своя любовь. И, если она настоящая, чужой не завидуешь.

***

Спустя три недели

— Сейв? — Дорсен оторвался от монитора компьютера.

Повелитель вошёл в кабинет главнокомандующего и уселся напротив:

— Ты редко заходишь ко мне в последнее время. У тебя всё нормально?

— Нормально.

Гирхато помолчал немного, потом спросил:

— Обижаешься за то, что я выгнал Орталь?

Дорсен удивлённо глянул на него:

— Нет. Причём тут это?

— Не знаю, но ты странный.

— Сейверан, у меня всё в порядке, — демон уверенно посмотрел на друга. — Я не обижаюсь ни на тебя, ни на Аргошу. С Орталь я порвал. Всё.

Гирхато прищурился и, по своей привычке, отошёл к окну.

— Элескер Сойлер сообщил, что все дома дроу в Каекусе готовятся к войне?

Дорсен поморщился:

— Уже нет. Тёмные эльфы пришли к компромиссу: решили заключить брак между наследниками враждующих Домов и отдать спорные земли в качестве приданого, — демон потёр переносицу. — Если верить моим людям, свадьба состоится на Остару (день весеннего равноденствия — Прим. авт.).

Император хмыкнул:

— Интересный союз. Наследница первого Дома Майтаса поклоняется богине Ллос, а наследник второго Дома Каекуса — Ваэруну. Она выросла в матриархате, он — в патриархате, — и демон уверенно предсказал: — Рай, это будет самый короткий брак в истории. У меня только два вопроса: кто кого убьёт раньше и каким оружием?

— Убийствами ближайших родственников дроу не удивишь, — флегматично заметил Дорсен и вдруг спросил: — А где Аргине? Я недавно видел вас в парке.

Гирхато присел на подоконник, с улыбкой поглядывая на деланно равнодушного приятеля.

— Каяде позвонила из Тсепе ле Келло. Я ушёл, чтобы сёстры смогли спокойно поговорить.

Райхон молча кивнул, вновь уткнувшись в сухие сводки. Сейверан тоже молчал, хотел было съязвить, когда генерал больше пяти минут таращился в один и тот же текст, но потом передумал.

Аргине включила изет-функцию на гилайоне, чтобы увидеть хотя бы иллюзию сестры. И с интересом смотрела на розоватую пыльную дымку, кружившуюся вокруг Каяде.

— Ничего себе!

— И вам здравствуйте! — засмеялась девушка, глядя на старшую сестру.

Каяде в удобной походной форме присела напротив демоницы. Видно было, что в чужом мире сильный ветер. Рубашка на девушке громко хлопала, а голову и лицо от красного песка прикрывал тюрбан, видны были только пронзительные глаза. Сама поза Каи была напряжённой, словно удержаться на камне ей было непросто. Аргине неуютно поёжилась: она привыкла к более комфортным условиям жизни. Демоница пытливо вглядывалась в родные серые глаза.

— Как ты там, мой солдатик?

— Отлично!

— Какое «отлично»?! Тебя чуть ветром не сдувает!

Каяде рассмеялась:

— Да уж! Это тебе не дворцовый парк!..

Аргине кивнула, понимая, какую иллюзию видит сестра: парковую скамейку, окружённую зеленью и цветами.

— Арго, привет! — рядом с Каяде появилась иллюзия молодого мужчины.

Девушка удивлённо вскинула бровь, узнав Огненного демона.

— Лойош? А ты там как оказался?

Лойош Касар — давний приятель демониц — просиял ослепительной улыбкой.

— Аргине, ну как я мог прошляпить такой подходящий случай завоевать Каю? Одни, на краю света, кругом на сотню километров никого.

— Ну, дерзай! — рассмеялась старшая сестра, зная про давнюю влюблённость Касара, и попросила демона: — Лой, приглядывай за ней!

Тот клятвенно приложил руку к груди. Каяде лишь фыркнула на это. Когда демон ушёл, Аргине внимательно посмотрела на сестру:

— Каким ветром Лойоша к вам занесло?

Кая развела руками и хохотнула:

— Насчёт ветра это ты точно заметила. В этом мире всё красное и всегда ветер. Не поверишь! Он дует постоянно: то сильнее, то слабее, но не останавливается… А Лойош присоединился неделю назад. Мне он наплёл ту же фигню, что и тебе. У него отвратное чувство юмора, должна тебе сказать. Терплю, потому что друг детства, а так давно бы загнобила.

Каяде замолчала под очередным порывом ветра. Аргине любовалась маленькими красными вихрями, взметнувшимися рядом с сестрой, и мечтательно вздохнула:

— Это должно быть невероятно красиво — красные пески, наметаемые в барханы горячим ветром. И ни души кругом! Забытый всеми мир… Покажи ещё!

И Каяде, набрав песка, разжала пальцы. Аргине наблюдала, как ветер сметает песчинки и они исчезают, не долетев до земли.

***

— Когда-то здесь была жизнь, но случилась война. К сожалению, технический уровень развития этого мира был таким, что не осталось ни победителей, ни побеждённых. Только выжженная красная земля. Опустевшие города разрушились, пески смыли все видимые следы и лишь в их опасной глубине скрываются тайны жителей Тсепе ле Келло, — профессор Драйд восседал возле своей палатки и рассказывал о погибшей цивилизации. Глаза учёного увлечённо горели, было ощущение, что в своих мыслях он бродит по давно погибшему миру и словно воочию видит происходящее там.

Каяде прислушивалась к его словам, задумчиво следила за белым светилом и медленно вышагивала по красному песку. Ноги легко проваливались в пепел… красный. Красный… красный… красный… Слишком много красного! Демоница уже в разговорах с другими участниками экспедиции называла этот мир Красным и не могла избавиться от ассоциации с кровью. Она слышала, что говорил учёный: этот мир давно мёртвый. И погубил себя сам! Окружающая пустота была пропитана смертью и скрытой угрозой, но Тсепе ле Келло до сих пор будоражил умы многих учёных. Экспедиции сюда организовывались часто, но всегда заканчивались неудачами. Ничего, кроме песка, здесь не находили. Поэтому куратор Финелли и позвал Каяде с собой: знал, что учёные поковыряются в песке месяц-другой и успокоятся. И военные успеют вернуться в Академию, не пропустив много занятий, а девушке этого времени как раз хватит, чтобы залечить сердечные раны.

Тоска острым коготком поскребла по сердцу, напоминая о разбитой наивной любви. Каяде даже не думала, что может так влюбиться. Ещё на первом курсе на присяге, увидев главнокомандующего в белом парадном мундире, она по-детски пришла в восторг от статного, подтянутого военного, превратив генерала, прошедшего не одну войну, в своего кумира. Отчаянно ловила его взгляд и вспыхивала, когда, как ей казалось, демон смотрел на неё. Потом Райхон Дорсен улетел — и детская влюблённость постепенно прошла. Строгая дисциплина, выматывающие ежедневные тренировки, жёсткие преподаватели Академии развеяли романтический настрой первокурсницы. Каяде быстро поняла, что быть военным это не нацепить на себя форму и взять в руки оружие — это каторжный труд, боль и пот, постоянное преодоление себя. За последующие годы она видела Крылатого демона лишь на торжественных мероприятиях: присяге или выпуске, где главнокомандующий выступал с краткой официальной речью. Когда Каяде впервые рассказали о связи генерала Дорсена с курсанткой, она не поверила, но зёрнышко сомнения появилось. Золотой нимб вокруг её кумира начал меркнуть. Окончательное прозрение и разочарование наступило два года назад, когда мимо дежурившей в тот день у главного входа Каяде Косваген прошёл генерал с хихикающей выпускницей. Демона нисколько не смутило присутствие караула, когда он громким шлепком по заднице направил красотку в ожидающий автолёт. Ни один мускул не дрогнул на лице Каяде, в то время как внутри лежали обломки её рухнувшего идеала. После нынешнего выпуска девушке снова рассказали о подобном событии, она уже не удивилась и не возмутилась. Осталось только неприятное ощущение, словно во время просмотра фильма с родителями случайно показали пикантную сцену: вроде все понимают, что это жизненно, а стыдно и неудобно, и хочется отвернуться или уйти. Генерал Дорсен окончательно покинул мысли демоницы и как мужчина, и как военный.

По крайне мере ей так казалось, до того дня, когда они встретились в Тубуран-эсте. Девушка не поверила собственным глазам, узнав в мужчине в ярко-жёлтой, канареечной рубашке и лёгких брюках Райхона Дорсена. Когда сатир подтвердил, что именно генерал увёл сестру, Каяде вспомнила о похотливой натуре Дорсена, испугалась и разозлилась. Знакомство получилось ярким и запоминающимся. Столичный попугай офигел от происходящего! Демоница невольно улыбнулась воспоминаниям. А вот потом, наблюдая за Райхоном в обычной жизни, начали оживать давно забытые чувства. Сколько ни старалась девушка не обращать на демона внимания, сколько ни избегала, её упорно тянуло к нему. Она ненавидела себя за это, и Дорсена заодно. Издевалась над ним, насмехалась, а потом дрожащим комком замирала в своей комнате, в тысячный раз напоминая себе про сволочной и кобелиный характер Райхона, заставляла себя его ненавидеть. Когда Аргине сообщила, что Дорсен покидает город, Каяде плакала от радости и облегчения: настолько вымотала себя за эти дни. И на том чёртовом вечере у лорда Гхаша она дала себе слабину, согласившись на танец. Незабвенное «Бонфире», о котором в домене вспоминали до сих пор. Это был танец-признание, движениями девушка показала всё, что чувствует, не надеясь, что Райхон поймёт. А он понял. Вот теперь и приходится Каяде расплачиваться за собственное безрассудство. Ведь она знала, что кобелизм — хроническое заболевание, но поддалась искушению. Радовало одно: их отношения не зашли слишком далеко.

Каяде, скрестив ноги по-турецки, присела на один из барханов, играя с нагретым за день песком. Тёплый ветер оглаживал спину. Рядом примостился Лойош:

— О чём задумалась?

Девушка отвела глаза и сказала полуправду:

— Об этом мире. Представляю вместо песчаного океана города, жизнь, разум.

— Всё имеет начало и конец, — философски заметил Касар.

— Да, — согласилась демоница. — Но конец целого мира — это грустно.

— Ты знаешь принцип равновесия. Гибель одного мира означает рождение нового.

Каяде промолчала, задумчиво глядя вдаль. Приятель искоса поглядывал на девушку, потом не выдержал:

— Я удивлён… приятно удивлён новостью об Аргине и императоре.

— Почему?

Касар хмыкнул:

— Как она смогла привлечь Гирхато? Рядом с ним такие цыпы… Ух!!!

— А ну, пошёл отсюда! — демоница сурово посмотрела на друга детства.

— Кая, ты чего?! — опешил Лойош и стал торопливо оправдываться: — Аргине классная, но она простоватая для фаворитки императора… слишком скромная, тихая.

Каяде отвесила Лойошу подзатыльник. Тот заржал, перехватывая тонкие руки:

— Вот ты — другое дело. Огонь, а не демоница!

И вдруг поцеловал девушку. Та замерла, хлопая глазами.

— Ты чего, Лойош? Зачем?.. Мы же друзья.

Молодой мужчина резко оборвал смех, исчезло всё веселье из тёмных глаз.

— Кая, какие друзья? Уже вся Академия в курсе, что я по тебе сохну… Кроме тебя, разумеется.

— Как-то неожиданно, — девушка облизала губы, чувствуя на них чужой вкус.

— Угу! — Лойош обнял демоницу за плечи и попросил: — Посмотри на меня! Я же нравлюсь тебе?

Каяде, сбиваясь и запинаясь, проговорила:

— Да… Но не так. Я восхищалась тобой больше как курсантом…

— Ну и то хлеб, — хмыкнул Лойош, осторожно приподнимая подбородок девушки.

Демон целовал её осторожно, чтобы не спугнуть. Каяде и не отстранялась, и не льнула к нему, отвечала на поцелуй с каким-то научным интересом. Касар задумчиво улыбнулся:

— Ты хорошо целуешься. Кто научил?

Демоница сглотнула, смаргивая образ Райхона. И, зажмурившись, сама впилась в мужские губы, тёплые, но чужие. Старалась забыться, раствориться в объятиях, крепких, надёжных, но неродных…

Утром Лойош Касар сидел в палатке для общих сборов и ждал Каяде.

— Как спалось? — приветствовал он проснувшуюся девушку.

— Без кошмаров.

— Жаль.

— Почему? — Каяде жадно выпила стакан чистой холодной воды.

— Возможно, тогда ты бы испугалась и позвала меня к себе, — пошутил парень.

Демоница ухмыльнулась:

— Даже не мечтай!

После ночи и хорошего здорового сна в мозгах прояснилось. Лойоша она не любила и даже никогда не рассматривала в качестве кавалера. Значит, нечего и начинать. А действовать по методу «чем ушибся, тем и лечись» Каяде считала подлостью по отношению к другу.

— Кая! Лой! Пора! — позвал полковник Финелли.

Курсанты торопливо повскакивали со своих мест.

Учёные терпеливо пробиралась по красным барханам, не обращая внимания на сильный ветер, на песок, слепящий глаза. Ориентируясь на только им известные знаки, археологи с завидным упорством шли вперёд. Охранники и по совместительству носильщики тащили ящики с оборудованием. Когда Касар попытался возмутиться этой несправедливостью (по его мнению), ему вручили ещё один ящик.

— Здесь сбитое магическое поле. Колдовать опасно, — пояснил Аламгир Финелли. — Вчера Друсс хотел мясо приготовить с помощью заклинания…

— И что? — заинтересовалась Каяде.

— Кудахтающая жареная курица не вызвала аппетит ни у кого.

Девушка хохотнула, представляя картинку.

— Почему я этого не видела?

— Бродила по пескам. Снова, — куратор внимательно посмотрел на демоницу. — Кая, не отходи от лагеря.

И Аламгир ушёл вперёд. Каяде пристроилась за одним из мужчин по имени Сейт, стараясь идти след в след. Группа демонов шла по пескам уже несколько часов и только, когда поднялся очень сильный, почти ураганный, ветер, объявили привал. Учёные и сопровождающие их охранники упали, кто где мог. Демоница села рядом с ящиками, прислонившись к ним спиной. Тканью закрыла лицо полностью: песок резал глаза, скрипел на зубах. Рядом присел полковник:

— Переждём ветер здесь. Потом пойдём дальше.

— Долго ещё?

— Не знаю.

Они замолчали, слушая гул ветра над головой. Рядом с куратором было спокойно. Каяде даже придремала.

Проснулась от лёгкого тычка в бок:

— Подъём!

Демоница тут же открыла глаза и поднялась. Ветер успокоился и теперь не сбивал с ног, красная пыль осела. Девушка оглядывалась по сторонам, чувствуя смутную тревогу. Белое солнце поднялось в зенит, нещадно жарило и слепило. Учёные разбрелись по округе, обмениваясь редкими фразами, профессор Драйд размахивал каким-то прибором, то и дело сверяя показания с записями в своей тетради. Потом со счастливым лицом подошёл к руководителю экспедиции Жусту Мару — богатому типу, помешенному на истории.

— Мы пришли, — уверенно заявил профессор. — Именно здесь была главная цитадель повелителя нтиа ирой.

Охранники, стоящие неподалёку, переглянулись.

— Нтиа ирой — это что? — Лойош почесал макушку. — Имя и фамилия повелителя?

— Нет, мой юный друг, — снисходительно улыбнулся профессор. — Нтиа ирой в современном языке звучало бы как «железный пёс», хотя перевод приблизительный. В нашем языке нет аналога этому понятию.

— Ого! Железные собачки — это круто! — развеселился Касар.

А вот Каяде было не смешно. Она укоризненно посмотрела на приятеля:

— Лой, боюсь, профессор имел в виду отнюдь не игрушечных роботов.

На её замечание не обратили внимания. Демоны, радуясь тому, что не нужно больше днями бродить по пескам, таская на спине неудобные ящики, смеялись, обмениваясь шуточками. В этот и последующие дни они оборудовали новую стоянку, пока учёные изучали бесконечные и бездонные пески и запускали подземные зонды. А за всем происходящим коршуном следил Жуст Мару, спонсировавший эту экспедицию и нанявший полковника Финелли в качестве охраны. И только сейчас Каяде задумалась: зачем обычной археологической экспедиции усиленная охрана? Тем более такая профессиональная, ведь все семеро демонов были в своё время курсантами Аламгира Финелли. Да и они с Лойошом практически закончили Академию.

— Это был очень сильный мир, — шепнул Касар, когда она поделилась с другом своими подозрениями. — Говорят, его обитателей боялись даже демоны.

Каяде открыла было рот возразить, что сильнее демонов никого нет, разве что боги, скрывающиеся в Шаогнале — Незримом мире, доступном лишь избранным. Но потом вспомнила про «подвисающее» магическое поле и то, что они стараются не колдовать, потому что заклинания не срабатывают или срабатывают не так, как надо. Демоница глянула на палатку учёного. Профессор Драйд, несмотря на поздний час, не спал. Сквозь приоткрытый полог было видно, что он сидит над маленьким столом, склонившись над каким-то древним свитком. Что это были за письмена, не знал никто или никто не говорил любопытным курсантам. Финелли лишь посмеивался:

— Если Драйд не показывает вам этот свиток, значит, есть причина.

Ночью Каяде проснулась по естественным надобностям. Возвращаясь к себе, она обратила внимание на голубоватые молнии, сверкающие в палатке учёного. Значит, профессор колдовал?! Демоница нахмурилась, чувствуя смутное беспокойство. Она вернулась к себе и долго не могла уснуть, гадая, что же они всё-таки ищут?

На рассвете её разбудил Лойош:

— Кая, выходи! Ты не пожалеешь.

Девушка торопливо выбралась из палатки и замерла с открытым ртом. За утро учёные сплели заклинание, и оно голубым кружевом висело в воздухе. Каяде шепнула Аламгиру Финелли:

— Куратор, но вы же запретили колдовать!

Демон сквозь зубы выругался:

— Да, я против. Но кто послушает какого-то вояку, когда у одних в голове древние тайны, а у других — он кивнул на спонсора, — деньги?

Забыв про завтрак, они пошли на место, где скрывалась древняя крепость. Учёные и Жуст Мару шествовали необычайно оживлённые в предвкушении чуда, а вот охрана, наоборот, притихла, настороженно оглядываясь по сторонам. Каяде понимала почему: воздух вокруг словно загустел, даже вечный ветер стих. Мрачный куратор шепнул им:

— Будьте наготове!

— Вы тоже чувствуете?

— Все это чувствуют, Кая.

Демоница с опаской посмотрела на полковника и призналась:

— У меня плохо получается колдовать, словно мешает кто-то.

— Главное, что можешь держать оружие, — успокоил тот.

— Может, заберём профессора и вернёмся домой, пока не поздно? — предложил один из охранников. — Здесь явно что-то не так.

— Нет! — заявил Мару. — Мы столько денег вложили. Пусть Драйд ищет вход в цитадель.

Каяде лишь сокрушённо покачала головой. Откуда такая алчность у демона Земли? Рядом сквозь зубы ругался Лойош.

«Кружево» парило в двух метрах над песками, послушно следуя за руками создателей. Один из учёных нараспев начал читать заклинание. С последним словом магическая сетка свернулась в конус и заострённым концом вонзилась в пески. И красная пустыня содрогнулась. Демоны с тревогой прислушивались к гулу под землёй. Несколько минут ничего не происходило. А потом стали взрываться песчаные фонтаны, засыпая всё вокруг. Охранник Сейт отлетел в сторону, попав в один из этих столбов. Демон, матерясь, поднялся и поморщился от боли. Земля дрожала. Касар изумлённо обернулся:

— Это что, землетрясение?!

Аламгир Финелли рыкнул:

— Уходим отсюда!

— Нет, — упёрся Жуст.

— Тогда вернёмся на старую стоянку, переждём.

Мару нехотя согласился. И полковник, подхватив под руки двух хлипких историков, открыл портал. Воздух дрогнул — и всё. Перед ошеломлёнными демонами по-прежнему был Тсепе ле Келло, сотрясаемый подземными толчками.

— Что за чёрт?!

За Финелли и другие демоны стали рвать пространство и потрясённо переглядывались, потому что они все оказались запертыми в этом мёртвом мире.

И вдруг абсолютная тишина. Толчки стихли. Демоны настороженно смотрели по сторонам, прислушиваясь к окружающим звукам. Никто не спешил радоваться, не зная чего ожидать от этого странного места. Внезапно красные пески взмыли высоко вверх, словно песчаная буря накрыла стоянку. Демоны закрылись руками, отплёвываясь и откашливаясь. С тихим шелестом оседал песок, кто-то бормотал ругательства, кто-то начал вытряхивать обувь. Каяде медленно выпрямилась, смахивая с головы и плеч песок, и огляделась. Когда она увидела их, нервно сглотнула:

— Кто это?

По барханам вспышками, то исчезая, то появляясь, двигались четырёхногие звери. Их шкура в солнечном свете отчётливо отливала металлическим блеском. На вытянутых мордах сияли белые глаза, без зрачка, без радужки, просто белые глазницы. Сплюснутый нос принюхивался к чужакам, ощеренная пасть впечатляла количеством зубов. Животные двигались бесшумно, почти не касаясь земли. Но Каяде была уверена, что в их лапах спрятаны острые когти, а ещё пугал хвост с мелкими, острыми шипами, больше похожий на копьё. Ударь таким — не поможет и регенерация. Каяде сглотнула, пытаясь справиться с нахлынувшим страхом. Но не все демоны испугались.

— Нтиа ирой, — профессор Драйд любовался иномирными монстрами. — Стражи цитадели!

— Как их убить? — был более лаконичным полковник Финелли.

Ответить профессор не успел: те самые железные псы приблизились к чужакам, потревожившим их многовековой покой. Кая, еле дыша, наблюдала за крадущимися ироями. Вот он — тот самый живой металл, живой и разумный, желающий их убить. Скрежещущий звук резанул по ушам так, что демоны болезненно сморщились. Значит, так рычат эти звери!

— Тихо, киска! Мы хорошие! — Финелли, не сводя внимательного взгляда с ироя, плавно завёл руку за спину, высвобождая оружие.

— Может огнём пальнуть? — шёпотом предложил кто-то из охранников.

— Металл не боится огня, — напомнил профессор.

— Металл боится воды, — Лойош не сдержал сожалеющего стона.

И Каяде поняла, чего не хватает в этом мире — воды, не газообразной, а жидкой, льющейся, журчащей и срывающейся вниз громким водопадом.

Тем временем один из псов оказался совсем близко к застывшему от шока археологу. Последний крик несчастного замер в пасти, усеянной острыми клыками. Остальные словно очнулись. Лойош метнул в ближайшего хищника посудину с водой. Ирой взвыл, отскакивая, и тут же метнулся на обидчика. Куратор раздражённо сплюнул:

— Эта капля только разозлила его!

Огнестрельное оружие оказалось бесполезным: ирои, двигаясь вспышками, легко ускользали от пуль. Демоны сменили ипостась. Завязался смертельный бой. Мечи с громким звоном ударялись о спины железных псов. Охранники нащупывали слабые места. А профессор под прикрытием колдовал — и пространство послушно дрогнуло.

— Уходите! — закричал Драйд.

— Кая, уводи учёных! — велел Финелли.

Та кивнула и прикрывала спасительное бегство археологов. Лойош тащил на себе истекающего кровью Мару, которому один из ироев повредил руку. Курсанты успели обменяться потрясёнными взглядами до того, как Каяде вернулась обратно, чтобы спасти других. Удар хвоста одного из ироев — и профессор Драйд упал замертво. Красная кровь из рассеченной головы быстро впитывалась в красный песок. Заклинание погасло — и спасительный портал закрылся. Перед демоницей замер скрежещущий зубами пёс. Каяде напряглась, следя за противником. Да, зверь! Да, железный! Но он живой! Ему тоже бывает больно. Она это видела, когда один из охранников попал по брюху. Шкура там была нежно-голубая, тонкая. Кая, шумно выдохнув, отскочила от пролетевшего хвоста. А ирой уже замахнулся вновь. Девушка приготовилась. И едва хвост метнулся к ней, подпрыгнула и ударила мечом. Страшный рёв прокатился над пустыней. Каяде рухнула на колени, а Финелли подхватил отсеченный извивающийся хвост и сунул псу в раззявленную пасть. Тот, взвизгнув, закрутился на месте и рухнул на песок. Несколько конвульсий — и всё. Демоница уставилась на неподвижную тушу.

— Вы убили его?

— На хвосте ироев яд, как у скорпиона. Держи, — и полковник протянул ей обрубок.

Демоница поспешно взяла хвост, понимая, что это лучше обычного меча, и обернулась: их осталось только четверо: куратор, двое охранников и она. И три стража цитадели. Бой разгорелся с новой силой. Опытные, хорошо подготовленные военные сопротивлялись долго. Но бесконечно это продолжаться не могло. Демоны слабели. Выругался один из охранников, хватаясь за руку, поцарапанную хвостом, и почти сразу же упал, сражённый сильным ядом. Звери побеждали. Кая испуганно обернулась в поисках спасения и натолкнулась на полный сожаления взгляд куратора. Финелли отрицательно покачал головой:

— Прости, дочка…

Демоница закусила губу, понимая, что это конец. Она протянула демону обрубок хвоста.

— Дайте мне несколько секунд.

Аламгир согласно кивнул, заслоняя её. Девушка обнажила запястье и резанула тонкую кожу:

— Xo lla!

Железный пёс, застывший в нескольких метрах, принюхался к запаху свежей крови и жадно уставился на демоницу.

***

Сейверан отложил документы, испещрённые пометками и правками.

— До Мабона мне нужен готовый вариант указа. Раян, проконтролируй!

Лорд Бедаш согласно кивнул. Райхон Дорсен поинтересовался:

— Кстати, о Мабоне. Что будем делать с дроу? Помниться, когда мы решили принять их дипмиссию, речь шла о дне осеннего равноденствия?

Советники переглянулись. Ответил широкоплечий мужчина с иссиня-чёрными волосами:

— Приглашаем только Дома, доказавшие свою преданность.

Генерал криво усмехнулся:

— Значит, тёмных эльфов на празднике не будет?

Демоны засмеялись, все, кроме повелителя. Сейверан подхватил гилайон, узнал звонившего и сразу ответил:

— При… — он замолчал, недоговорив, и насторожился: — Что случилось? … Не понял! Какая нить?.. Аргине, быстро во дворец! — велел Гирхато и отключил связь, повернулся к помощнику. — Теб, встреть!

Советники переглянулись, а потом изумлённо уставились на заплаканную девушку. Аргине вцепилась в левое запястье, скривившись от острой боли, и обречённо глянула на Сейверана:

— Кая Сестринскую нить разорвала!

— Что?.. Какая сестра? — советники зашумели. — Каяде Косваген… Экспедиция в Тсепе ле Келло.

Кто-то сообразил быстрее и позвонил в Институт изучения миров:

— Нападение ироев на археологическую экспедицию! Часть демонов успела спастись, а часть застряла там.

Гирхато побледнел:

— Звеад, займись! Быстро!.. Рамзет, в Институт и докладывать мне все новости! Райхон, предупреди военных на случай прорыва.

Советники исчезли. А демоница сорвалась на судорожные рыдания. Аргине вцепилась в рубашку Гирхато.

— Сейв, она погибает!

— Мы вытащим её. Слышишь? — он встряхнул одуревшую от страха девушку.

Но та не видела ничего, только собственное запястье, на котором проступил тонкий шрам. Сестринская нить — символ любви, связующее заклинание, которое накладывали сёстрам, для того, чтобы знать, что с близким человеком всё хорошо, чтобы поделиться в случае необходимости своей силой. А Каяде разорвала Нить, потому что готовилась к смерти и не хотела рисковать сестрой.

Сейверан заметил Дорсена в военной форме. Генерал вернулся в кабинет с оружием в обеих руках и быстро отчитался:

— Мои готовы и ждут сигнала, — мужчина протянул императору тридент. — Сейв, ирои могут блокировать магию. Обычные демоны рядом с ними элементарно не смогут открыть портал. Нужна твоя сила Высшего.

Гирхато поднялся и подхватил протянутое оружие. Аргине внимательно наблюдала за ними. Когда Сейверан, быстро переодевшись, вышел в коридор, то озадаченно замер, глядя на демоницу в походной форме.

— Я с вами, — девушка торопливо вытерла лицо.

— Нет! — отрезал повелитель.

Демоница покачала головой.

— Сейв, я целитель! А там могут быть раненые. Я нужна вам!

— Нет, я сказал!

— Мы теряем время! — напомнил Райхон, разрывая пространство. За его спиной замерли боевые демоны.

— Сейверан!.. — взмолилась Аргине.

Гирхато был непреклонен.

— Сиди здесь и жди!

— Сейв, быстрее! — Райхон скрипнул зубами. — Я нащупал их!

Гирхато направил свою силу в нужном направлении и крикнул девушке:

— Я запрещаю тебе!

— Я пойду сама!

— Есть! — Дорсен со своими солдатами скрылся в портале. — Сейв, время!.. О, чёрт!!!

Император громко выругался:

— Милория, я уже раз потерял тебя! Хватит! Больше не хочу!

И Гирхато исчез вслед за другими демонами.