Глава 16. "Митингующие и московский ловелас"
Утро выдалось пасмурным. Лера торопливо завела машину и выгнала ее со двора. Она нервничала. Ночное сообщение Элеоноры не предвещало ничего хорошего. А воспоминания о последней стычке с пьяной Бертой заставили ее вздрогнуть и неуютно поежиться. «Без Андрея я больше к Берте ни ногой! — пообещала себе она. — Пусть перед ним попробует угрожать мне расправой!»
С приближением старой части города, ведущей к центральному пляжу, вокруг становилось все не спокойнее. Лера растерянно замедлила ход - люди с плакатами прогуливались по дороге, как по тротуару. «Верните нам работу!», «Ника, руки прочь от центрального пляжа!» - гласили крупные неровные буквы на плотной бумаге. Протестующих становилось все больше. Они со всех сторон подтягивались к сбитой вручную платформе, окруженной лозунгами с призывами городских властей остановить беспредел и самоуправство новоявленных владельцев участка земли возле пляжа.
Два молодых человека с плакатом из картона буквально вынырнули у нее из-под колес, заставив резко ударить по тормозам. Лера судорожно сглотнула и твердо решила поворачивать назад. Она уже жалела, что выехала из дома. Не хватало сбить кого-нибудь ненароком. Но, взглянув в зеркало, она с досадой подумала, что развернуться будет еще сложнее, чем ехать вперед - в мгновение ока дорогу позади нее наводнила толпа новых протестующих.
«Накануне никто официально не предупреждал о митинге! — вцепившись дрожащими от напряжения руками в руль, рассуждала она. — Значит, это несанкционированная акция. Сейчас приедет полиция, и всех разгонят. И как я, примерная жена и мать, могла попасть в центр беспорядков?!»
Ее охватила паника. Она уже собиралась звонить Андрею или свекру с просьбой о помощи, как вдруг заметила впереди место для парковки. «Я припаркуюсь и доберусь до магазина пешком. Надо всего лишь пройти два квартала и повернуть налево!» — смело направила машину в парковочный карман она.
Ей повезло, и вскоре ее «Форд» аккуратно стоял у обочины дороги, никому не мешая. Выбравшись из машины, Лера двинулась в сторону, противоположную потоку возбужденной толпы. Кто-то совсем рядом присвистнул, и она, прижав сумочку крепче, ускорила шаг. Сердце бешено колотилось. Не место очаровательной женщине в коротком платье с цветочным орнаментом среди беснующейся толпы.
Внезапно вдалеке раздались сирены полицейских машин. Толпа бросилась врассыпную. Кто-то сильно толкнул Леру плечом, и она больно ударилась о стену одного из домов старого фонда, использовавшегося под магазин сувениров.
— Лера! Какая встреча! — растягивая слова на московский манер, проговорил мужской голос совсем рядом и кто-то крепко ухватил ее за локоть.
Дрожа от ужаса, она резко обернулась. В потертых джинсах и светлой рубашке из хлопка, пряча глаза под солнечными очками, перед ней стоял Антон Владимирович, пресловутый московский партнер строительной компании Льва Константиновича Сотникова. Это он после отказа Леры работать на телевидении пустил компанию под откос.
Она так не ожидала встречи, что отшатнулась. Но он крепко удерживал ее за локоть и, по всей видимости, не собирался отпускать.
– Моя пропавшая красотка! Ты прекрасно выглядишь! — он ловко прижал ее к стене дома.
- Пустите меня! — едва опомнившись, вскрикнула Лера и попыталась его оттолкнуть, но лишь дернулась под давлением его стальных мышц. Небольшой рост бывшего партнера Льва Константиновича ничего не значил по сравнению с силой его натренированных в элитном спортзале рук.
— Ну же, дорогая моя, перестань дергаться… — он с хищной улыбкой коснулся ладонью ее красивого лица. — Мне помнится, ты трусливо сбежала от меня с жалким управляющим строительной компанией?
Лера брезгливо увернулась от гадкого прикосновения. Сердце колотилось у самого горла. В ответ на ядовитые слова ей хотелось плюнуть в его холеное лицо, но от него исходила такая животная агрессия, что она боялась слишком вольно себя вести.
— Не смейте ко мне прикасаться! — вновь попыталась вырваться она.
— Вот скажи мне, зачем он тебе? — не унимался Антон Владимирович. — Чем он оказался лучше меня? А? Тем, что моложе?
— Я не собираюсь с вами разговаривать! — перебила его Лера. — Я сейчас позову полицию, через пару минут машины с сиренами будут здесь!
— Так это я их пригласил, моя маленькая дурочка, — весело хмыкнул Антон Владимирович. — Я им плачу за разгон митинга с моего пляжа. Отныне большая часть центрального пляжа принадлежит мне, и я не позволю здесь торговать всякой шушере. Но давай вернемся к теме нашего разговора. Зачем тебе Андрей Сотников, Лера? Я же мог дать тебе намного больше. Ты бы купалась в роскоши. К твоим ногам я уложил бы все прелести этого материального мира. Чего тебе хотелось? Бриллиантов? Шикарных нарядов из Парижа? Милый домик на Лазурном берегу? Ну же, скажи? Ты могла стать прекрасной любовницей. Твое тело дарило бы радость мне! Мне, а не жалкому управляющему, который даже собственную компанию на плаву удержать не может!
Он резко дернул ее к себе и плотоядно втянул в себя аромат ее весенних цветочных духов. Лера зажмурилась. Вокруг метались люди, свистели прибывшие полицейские, а она лихорадочно соображала, как вырваться из рук проклятого ловеласа.
— Но мы все исправим. Очень скоро и город, и ты будете принадлежать только мне. Мне одному, — выдохнул он, и его полные губы с вожделением коснулись ее шеи. Этого вынести Лера не смогла. Она собралась и изо всех сил пнула его коленом в пах. Антон Владимирович взвыл и согнулся пополам.
Лера бросилась бежать. Она слышала, как ей в спину сыплются отборные ругательства, но не останавливалась ни на миг. Шпильки ее ярко-желтых лодочек, мелькая, отстукивали бешеный ритм на тротуарной плитке.
Вот и поворот, за которым магазин Эли и Берты. Лера дернула стеклянную дверь и нырнула внутрь.
— Лера! — поспешила ей навстречу Элеонора, путаясь в полах просторного пестрого платья-макси. — Что стряслось? На тебе лица нет!
Валерия прикрыла рот дрожащей рукой и всхлипнула.
— Ну же, дорогая. Давай я сделаю тебе кофе… — ласково обняла ее за плечи подруга.
Просидев у Эли около часа, Лера немного пришла в себя.
— Ты должна рассказать обо всем Андрею! — хмурилась Эля. — Теперь из-за этой компании «Ника» наш магазин тоже придется закрыть. Накануне они прислали оповещение, что эта территория больше не сдается. И у меня снова пропало пятнадцать тысяч рублей. Это почти вся выручка за прошлый месяц, торговли не было. Передай Берте, что мы банкроты. И не дай Господь мне еще раз согласиться вести с ней дела.
— Извини меня за Берту. Она живет в каком-то своем выдуманном мире, не имеющим ничего общего с реальностью. Я не думала, что у вас все так нехорошо сложится, — расстроено проговорила Лера.
— Ничего. Бизнес есть бизнес. Даже если бы Берта не таскала деньги из кассы, мы все равно бы прогорели. Устрою недельную распродажу с бешеной скидкой, чтобы хоть как-то покрыть убытки, — развела руками подруга.
— Я, наверное, пойду. Сарочка заждалась меня дома, — поднялась Лера.
— Только, пожалуйста, не ходи сама за своей машиной. Позвони мужу, — сжала ее руку Элеонора.
— Я позвоню свекру. Андрей уехал в «Преображение» ранним утром. Не хочу его тревожить, — начала искать телефон в сумке Лера. — А машину попрошу кого-нибудь забрать позже…
Лев Константинович приехал за ней очень быстро. Его лицо было мрачнее тучи.
— По-крайней мере, теперь мы знаем, кто хозяйничает на нашем центральном пляже, — заводя свой черный «Джип», сквозь зубы процедил он.
Лера отвернулась к окну и молчала. Внутри ее до сих пор била мелкая дрожь.
— Он прикасался к тебе?! — бледный, как полотно, сжимал ее плечи вернувшийся из «Преображения» Андрей пару часов спустя.
— Да! Он даже впился губами мне в шею, прежде чем мне удалось вырваться! — почти кричала Лера. Пережитый стресс никак не хотел ее отпускать.
— Я сверну ему шею! Честное слово! Пусть только попадется мне на пути! — сжимал кулаки муж, но и Лере, и ему самому было понятно, что они беспомощны в сложившейся ситуации.
— Я больше не выйду из дома! — бормотала Лера. — Не хватало еще неприятностей с этой стороны!
Весь вечер Андрей не находил себе места. Он обзвонил знакомых, которые могли дать хоть какую-то информацию о планах Антона Владимировича. Результаты огорчили не только его. Даже Лера и Карина Аркадьевна потеряли дар речи.
— Он действительно выкупил большую часть центрального пляжа. И местные власти на его стороне. Он обещал облагородить территорию и тем самым вызвать приток туристов. А ларечники с сувенирами никому не интересны. Их обещают перевести в торговый центр, — расстроено делился с отцом и женщинами Андрей. — Я только не пойму одного - зачем он вернулся? Краснодарские строительные компании не удовлетворили его аппетиты?
— Он сказал, что приберет к рукам весь город, и меня в придачу… Вы же не думаете, что он делает это только, чтобы отомстить за мой отказ? То, что я вышла замуж, так задело его? Если это так, то нет ничего глупее, — пожала плечами Лера.
— Видимо, ему стало скучно в Краснодаре. А твой выбор в пользу Андрея задел его самолюбие, — хмурился Лев Константинович. — Скорее всего, ты случайно оказалась у него на пути, и он решил воспользоваться ситуацией, чтобы потрепать тебе нервы. Думаю, он уже позабыл про тебя и радостно сносит торговые лавки.
— Хотелось бы в это верить, — покачала головой Лера.
Но Антон Владимирович не забыл. Видимо, у состоятельного москвича были собственные комплексы, и отказ Леры разозлил его. Ему почти никогда не отказывали женщины. И в пах коленом его тоже не били.
Ранним утром следующего дня, когда яркое солнышко нагрело воздух до двадцати пяти градусов по цельсию, а Лера и Андрей собирались в маленькое путешествие на своей яхте, посыльный доставил в холл шикарный букет алых роз в круглой декоративной коробке серебристого цвета.
Посыльного принимал Андрей, скучающий в холле в ожидании супруги. Достав прилагающийся к сюрпризу конверт, муж изменился в лице. Лера, выпорхнувшая из комнаты в длинном бирюзовом платье, замерла на ступенях. «Моя строптивая малышка! — гласило послание. — Брось цепляться за своего жалкого, ничего не представляющего из себя мужа. Он может только орать на рабочих в разгар строительных работ. Я же дам тебе намного больше. У меня столько денег, сколько ему никогда не заработать. Знаю, сейчас мой подарок вызовет у тебя бурю негодования. Но со временем ты изменишь свое отношение. Целую тебя в нежную шейку. Искренне заинтересованный в тебе Антон».
Андрей смял письмо, схватил цветы и с силой бросил их о мраморный пол. Из столовой, обеспокоенные шумом, выглянули Лев Константинович и Карина Аркадьевна. Андрей с яростью топтал роскошные цветы ногами, а Лера стояла на лестнице и боялась пошевелиться.
— Только глупец мог прислать мне розы, — прикрыв рот рукой, едва слышно произнесла она. — Ведь я ненавижу их больше всего на свете!
Смятые алые розы медленно умирали на мраморном полу, а все семейство замерло в растерянности.
— Скажите домработнице, чтобы немедленно выбросила розы в мусор! — опомнившись первым, резко приказал Андрей. — Я не думаю, что эта глупая выходка помешает нашим планам. Конечно, она испортила мне настроение, но я с этим справлюсь. Смеется тот, кто смеется последним.
— Похоже, пришло время принимать меры, — нахмурился Лев Константинович.
— Лера, если ты готова, мы можем ехать! — повернулся к жене Андрей. На его лице не дрогнул ни один мускул, но всем, находящимся в холле, было ясно, как сильно задело его письмо наглого москвича.
— Да, я готова, — чувствуя себя не в своей тарелке после выходки Антона Владимировича, Лера быстро спустилась к мужу и взяла его под руку. — И если ты не передумал, можем ехать.
Он улыбнулся и коснулся ладонью ее лица.
— Нет, я не передумал. Наша яхта уже заждалась на пристани.
Лера улыбнулась ему в ответ, и они вместе вышли из дома.