Глава двенадцатая

Яна:

Карета плыла куда-то, уже привычно качаясь на незримых волнах, и покрикивал кучер, и стучали копыта коней, все громче, громче, громче…

Не открывая глаз и не вставая, протянул руку, высунул за дверь и раздул на том месте, где должна быть ладонь, огромную и свирепую змеиную морду.

– Чего стучишь? – высунув раздвоенный алый язык, прошипела она.

Взвился к потолку истошный визг и сразу оборвался глухим шлепком. Я втянул руку назад, запер дверь и сунул голову под покрывало, не испытывая ни грана раскаяния. Весь замок знает, что будить Яна рано утром нельзя ни в коем случае. И бесполезно, и опасно для нервов.

– Леди Альяна! – воззвали из стоящего в гостиной малого шара женским голосом.

Абсолютно незнакомым. И весьма возмущённым. Да еще и поминающим какую-то леди… со смутно знакомым именем…

– Леди Альяна! Откройте двери! – еще более возмущенно и громко заорала незнакомая дама.

– Зачем? – сонно буркнул я, не открывая глаз.

– Пора вставать! – голосистая леди была настроена очень решительно, чем сразу напомнила мне Грету.

И почему я не закрыл наглухо туда двери? Нужно бы выяснить, кто это такая, и с какой стати так орёт… но мой сон никак не желал сдаваться слишком быстро.

– Кто сказал?

– Распорядок дворца, – она явно выходила из себя.

Я тоже. Но сон уже начал таять и появились воспоминания, а одновременно с ними осознание своей ошибки.

Дивьи пляски… это же я сам теперь Альяна, и тут вовсе не замок Хирда, а королевский дворец. Но вот одного я пока понять не мог, откуда взялось заявившаяся меня будить наглая леди, если тетушку и статс-даму сегодня должны были увезти?

– Так вы встаете или нет? – с угрозой осведомилась незнакомка.

– А если – нет? – заинтересовался я, сползая с огромной круглой кровати, висящей на спускающихся с потолка замысловато закрученных серебряных цепях.

– Мы позовем стражу, они откроют двери, – самонадеянно заявила она, – и вам будет очень стыдно. А королева будет огорчена.

– Зовите, – великодушно разрешил я, и спокойно направился в купальню.

Точно зная, без позволения короля никто из телохранителей никогда не прикоснется ни к одной двери в этом крыле.

– Альяна? – голос королевы я услыхал даже сквозь плеск воды.

Закрыл все краны, нехотя вышел из маленького бассейна и обмотавшись мягкой вышитой простыней направился к шару.

– Я здесь. Доброе утро ваше величество.

– Ты здорова? – учтиво осведомилась она.

– Жива, – мрачно буркнул я.

– Я жду тебя к завтраку, можешь поспешить? Камеристка с горничными уже стоят у твоих дверей, они помогут быстро собраться.

Риэлла разговаривала с преувеличенной любезностью… и это меня насторожило. Будь она одна, разговор был бы совершенно иным.

– Мне не требуется гувернантка, – сухо отказался от помощи слуг, – и впускать в свои комнаты никого не собираюсь. Буду через пять минут.

– Камеристка покажет дорогу в столовую, – сообщила напоследок Риэлла и шар погас.

И сам могу ей показать все ходы и закоулки в этом дворце, недобро ухмыльнулся, направляясь в гардеробную. Вчера у меня возникла неплохая идея, и пора было ее проверить. Риэлла упоминала про отправленные сюда платья, а насколько мне помнится, в герцогстве она носила наряды довольно простых и удобных фасонов, особенно, когда в замке не было важных гостей.

Значит у меня будет большой выбор, и очень кстати, что я выше королевы на пол-ладони, ее платья не будут волочиться по полу.

Первое же подходящее для завтрака светло-голубое платье оказалось мне почти впору, небольшой недостаток длины легко скрыли низкие каблучки легких туфель, а шнуровку затянула дополнительная пара рук. Прическу я теперь вообще делал одним движением брови, одновременно с чалмой от ментальных ударов.

Распахнув двери шагнул наружу и едва не столкнулся с ринувшейся навстречу сердитой дамой.

– Куда? – загородив собой дверь, рявкнул я.

– Вас нужно одеть! – смотрела она со странной смесью оскорбления и раздражения.

– Я одета и причесана. – холодно отрезал в ответ, – А входить в мои покои категорично запрещаю. Не желаю по вашей вине сидеть в тюрьме, если кого-то сожрет один из моих питомцев. Говорящий полоз или горный медведь.

– Зачем вы их сюда притащили? – сверкала она разгневанным взором.

– А вот это не ваше дело. Где королева?

– В жемчужной столовой… – спесиво вздернула она нос и попыталась обогнать меня, чтобы отвести к Риэлле с положенными неспешностью и торжественностью.

Однако я уже бежал вдоль зала к выходу на черную лестницу, откуда до столовой было намного ближе.

– Леди Альяна! – Несся за мной возмущенный вопль, отражаясь от высокого потолка и дальних стен.

Но я не обращал на него никакого внимания.

– Можно? – стукнув в дверь, остановился на пороге столовой, обитой матовым шелком сливочного цвета и украшенной собранными из разных сортов жемчуга картинами и статуэтками.

– Входи, Альяна, – приветливо кивнула королева, и слегка озадаченно осведомилась, – а где леди Гарлена?

– Представления не имею, – сообщил ей чистую правду, проходя к столу, за которым кроме Риэллы сидели Джин и леди средних лет, скромно сложившая на коленях руки.

– Но она должна была тебя привести… – испытующе глянула на меня Риэлла и кивнула горничной, стоявшей у столика с чайниками и кофейниками, – подавайте чай.

– Никакая леди Гарлена не заставит меня вышагивать за нею по дворцу как егеря в почетном карауле, – мрачно пробурчал я, – эту нахальную даму вообще лучше держать подальше от магов, если она вам еще нужна, разумеется.

– Ваше величество! – возникнув на пороге столовой, трагично воззвала та самая дама, о которой мы говорили, – она сбежала! Абсолютно невоспитанная девица!

– Ваше величество, – набирая на тарелку закусок, парировал я спокойно, – самоубийцу, которая меня сегодня разбудила, проще всего отправить в дальнее имение. До нее никогда не дойдет, что нельзя угрожать сонным магиням, которые перед этим сначала два дня не вылезали из седла… убегая от бандитов, а потом три дня болтались в кибитке, не останавливавшейся даже на ночлег. Во сне разум отключается, как всем известно, остается лишь подсознание, готовое убить каждого, кого примет за врага.

– Извини, Альяна, – огорчилась королева, – это я её к тебе отправила. У нас возникли срочные вопросы.

– Нет, ваше величество, вы тут не при чём. Она сразу решила, что имеет право мной командовать. И разговаривала как с глупой деревенской девчонкой, запугивала стражей, стыдила и ругала. И все это – при толпе служанок. Поэтому пусть держится от меня подальше, и лучше всего – в имении.

– Идите, леди Гарлена, – махнула камеристке Риэлла и расстроенно вздохнула, – Мне больше некому доверить устройство толп претенденток на место фрейлин. Прежних придворных дам во дворце не осталось. Самых верных помощниц увезла с собой матушка, остальных я отправила по домам. А мои остались в замке, у них там семьи.

– Я не понимаю только одного, – задумался я, – а зачем вообще устраивать всех претенденток здесь? Пусть сами размещаются в городе, не бедные ведь сиротки. А если и найдутся такие, то проще выкупить для них самые лучшие пансионы. А в день испытаний все приедут сюда.

– Обычно испытания идут декаду или дольше, – осторожно проговорила молчаливая сотрапезница и представилась, – я леди Мильтия, главная королевская модистка.

– И за это время, – желчно фыркнул вдруг Джин, – толпы молодых леди успевают яро возненавидеть соперниц и наделать друг дружке кучи взаимных гадостей.

– Вот именно, – обрадовался я, – обойдемся одним днём. Я буду задавать вопросы, а Джин проверит ответы конкуренток на правдивость. А прошедшим устроим испытания… на отзывчивость, сообразительность… ну за четыре дня можно придумать.

– За какие четыре дня? – нахмурился брат, – мы сегодня уезжаем. В порту Хааса уже ждет шхуна.

– Нет, – категорично заявил от входа Гарл, – никуда вы сейчас не поедете.

Прошел к столу, сел рядом с королевой, дождался, пока перед ним поставят чашку с горячим ягодным взваром и жестом отправил горничных прочь. И лишь после того, как сделал несколько глотков чая, взглянул на ожидающе замершего Джина.

– Мы с вами приблизительно считали, что отплыть вы сможете не ранее конца июня. – сухо сообщил он, – А сегодня лишь пятнадцатое. И значит вполне хватит времени, чтобы приготовить Альяне необходимый в дорогу гардероб и провести набор фрейлин.

– Но в Тарнге нас ждут, – помрачнел Джин. – А Яна может надеть в дорогу мужской костюм, а там для нее уже готовы платья по местной моде.

– Вы не потеряете ни дня, – холодно отбрил король, – если поедете не в Хаас, а в Тулинь. Хотя ехать придется верхом, а не в карете, но зато всего три часа. А дальше поплывете на моей яхте, она вдвое быстроходнее обычных шхун и уже направляется к причалом Тулиня.

Магистр лишь едва заметно кивнул, соглашаясь с неопровержимыми доводами и молча принялся за еду.

– Кстати о наборе… – Риэлла коротко пересказала Гарлу мои предложения.

– Прошу меня простить… – виновато вздохнула вдруг Мильтия, – что снова вмешиваюсь… хотя я полностью согласна с мнением леди Альяны, но это всего лишь одна сторона медали. А есть и вторая, не менее важная для общества. На такие выборы фрейлин обычно съезжаются девушки со всего королевства и это событие становится своеобразной ярмаркой невест. Поэтому и их родители и жаждущие обрести супругу холостяки очень ждут этих дней, и надеясь на удачные встречи, готовятся заранее. Шьют наряды, покупают или берут взаймы драгоценности, обновляют выезды и все прочее. И если всех лишить этого праздника – будет много недовольных.

– Да? – задумался король.

А в моей памяти вдруг всплыла насторожившая меня мысль, мелькнувшая мимолетным озарением и так же быстро пропавшая под натиском более важных забот.

– То есть… – рассуждал я вслух, начиная аккуратно разматывать клубок своих выводов, – знатным лордам и леди хочется устроить ярмарку невест… так? И самым удобным местом для этого торжища они считают королевский дворец. И заранее собираются веселиться, танцевать, пить вино, флиртовать, интриговать, петь серенады, гулять ночами под луной у фонтанов, соперничать, устраивать скандалы, дуэли и мордобои… соблазнять наивных бесприданниц… – я ничего не забыла?

– Всего с десяток мелочей в том же духе, – саркастично буркнул внимательно слушавший меня Джин, – но откуда тебе это известно?

– Из баек и ностальгических воспоминаний придворных господ, – отмахнулся я, кто хочет, тот слышит окружающих, а не только себя, – но теперь меня волнует лишь один, самый главный вопрос, а полезна ли вся эта скандальная суета, жалобы, шум и прочее для здоровья Риэллы? Простите, ее величества.

– А что со здоровьем королевы? – насторожилась Мильтия, глядя на стремительно мрачнеющее лицо Гарла.

– Это пока секрет… – краснея, шепнула Риэлла, – мы ждем прибавления семьи.

– И Яна единственная, кто рассмотрел западню! – Прорычал король, и со злости врезал кулаком по столу так яростно, что напитки в прозрачных графинах испуганно качнулись. – Ну почему я сам не подумал?!

– Это закономерно, – попытался успокоить его Джин, – Альяна щитовик, и ее основная забота как мага – защита. И себя и близких. Поэтому ее разум и интуиция не дремлют даже в те моменты, когда сама она отдыхает или спит. Неустанно ищут опасность, пытаются предугадать выпады врагов, заметить засады и ловушки.

– Но что теперь делать? – огорчилась королева.

– Я придумаю… не волнуйся, все будет хорошо, – пообещал Гарл, и повернулся ко мне, – Яна, я пообещал верховному магистру отпустить тебя в гости к родне… если ты сама захочешь. А теперь прошу тебя… как брат, вернись, как только сможешь.

– Обещаю, – немедленно поклялся я, приложив руку к груди, – как брату. И Гарл… мои амулеты остались в Дерле, в ломбарде мистера Крока. Но он никому не отдаст… только мне в руки.

– Сейчас отдам приказ, его привезут. – поднялся с места король, и, позвав взглядом Джина, покинул столовую.

– Леди Мильтия проверенный человек, – сообщила мне после их ухода Риэлла, – одна из очень немногих, при ком мы можем говорить откровенно. Но даже при желании она не сможет выдать никаких тайн, на ней артефакт доверия.

Я только кивнул, моя голова была занята решением задачки, которую подсунули старые обычаи. И не сразу понял, что собирается делать леди модистка.

– Зачем? Простите, я прослушала.

– Ничего, – терпеливо улыбнулась она, – у меня тоже голова кругом идет от этих забот. Но снять с вас мерки просто необходимо. Мы уже начинаем кроить для вас первые наряды.

– Да? – заинтересовался я, – тогда предлагаю сделку. Мне предстоит путешествие на юг, а там уже жарко, и кроме того нужны костюмы для верховой езды тех фасонов, какие там не сочтут вульгарными. Поэтому вы выдаете мне рисунки этих нарядов, я их исправляю и взамен даю вам манекен – точную копию меня.

– Я не против, – сразу согласилась она, – а манекен долго ждать?

– Одну минуту. И вы сможете забрать его в свою мастерскую. Вернее, он сам пойдет и будет поворачиваться так, как прикажете. Но послушает только вас.

– Это же мечта, – охнула она.

– А мне? – задумалась Риэлла.

– Ну, разумеется. Но не сразу… я вчера потратилась.

– А поспать мы не дали… – сообразила королева.

– Не расстраивайся… – поспешил я успокоить подругу, – мне просто нужно время. К вечеру восстановлюсь.

– Тогда неси эскизы, – скомандовала королева модистке и мы занялись скучным, но жизненно необходимым делом.

Они рисовали разные финтифлюшки, а я упорно их вычеркивал. Меня уговаривали и убеждали различными способами и будь я обычной девушкой, даже знатной леди с магическим даром, давно уже сдался бы перед мощью несокрушимых доводов.

Нет, не таких, как мода и привычки, по этим бастионам они и сами собирались нанести сокрушительный удар. А вот утверждения, будто все фестончики и рюшечки жизненно необходимы девушкам, чтобы стать привлекательней для господ холостяков, меня весьма повеселили.

Возможно эти доводы и непреложны для тех наивных девиц, кому с малых лет вбили в голову, будто они слабые, беззащитные существа. И просто погибнут, не выстоят перед жизненными трудностями, если не найдут себе крепкое плечо.

Нет, противником крепких плеч я вовсе не был… точнее, не была. И ничего не имел против семейных уз. Но лишь если они связывали любящие души. И потому очень радовался за Гарла, когда, повзрослев, понял, как счастлив он в священном союзе с Риэллой.

Но никак не мог понять, какое отношение имеют к семейному счастью оборочки и бантики на платьях? Ведь ни один из тех, кто считал меня мужчиной, никогда, ни единого разу, говоря о подружках, не упомянул, какие были на них оборки.

Вот декольте каждый оценил, точнее, то, что открывало это отсутствие ткани. А всё остальное, начиная с ног, точно угадывали под любым количеством юбок, а если в чём-то сомневались, проверяли свои выводы вроде бы случайными прикосновениями. Еще замечали лица… но чуть позже. И лишь после всего – руки и прически.

Вот это я и высказал упрямым модисткам, и они не нашли больше ни одного убедительного довода в пользу всяких лишних деталей.

– Ты будешь выглядеть как монахиня… – в последний раз припугнула меня королева и сдалась, но тут же нашла новую лазейку, – зато шелк и бархат для твоих нарядов возьмем самый лучший. И всю штуку будем тратить на тебя. Сошьём несколько вещиц, чтобы больше ни у кого не было такого оттенка. Проследи, Мильтия.

Спорить с нею я не стал… утомился. Создал похожий на себя как отражение в зеркале кокон, усилил и привязал к Мильтии. А когда они ушли, просто откинулся на спинку кресла и задумался. Сегодня проскользнула одна фраза, смысл которой я не стал уточнять сразу, но на память узелок завязал.

– Ян… ты обиделась?

– Нет. Я вот думаю… откуда магистр южного ордена мог узнать обо мне? Если родители меня давно похоронили и искать не собирались? Ты ведь знаешь?

– Да… – тяжко вздохнула она, и пряча взгляд, огорченно прошептала, – но это не моя тайна… прости, Яна.

– А Джин знает?

Она лишь молча пожала плечами.

– Ясно, знает, – сделал я вывод, – ну и последний вопрос, вы предупреждали Хирда, что отправили Джина в Дэнзор?

– Нет, – твердо ответила она, – Хирд ничего не знает до сих пор. Но удержать его в Дэнзоре не удалось, он уже скачет сюда и к ночи прибудет, если не свалится с коня от усталости.

– А задержать на заставе… – заикнулся я и смолк, живо представив на месте этой самой заставы сочащееся едким дымом пепелище.

– Желающих не нашлось, – понимающе усмехнулась она и поднялась. – я иду переодеваться к обеду, а ты выбирай, идешь со мной в гардеробную или займешься чем-нибудь еще.

Конечно чем-нибудь еще, какой может быть вопрос?