Глава шестнадцатая

Едва девушка ступила на крыльцо, дверь приглашающе распахнулась. Бывший уже секретарь леди Гессолы слабо усмехнулась и решительно шагнула внутрь магазина.

Насыщенный, густой аромат трав, цветов и плодов, обрушившийся на девушку с первых же шагов по магазину, ошеломил, захлестнул, очаровал и вмиг отбросил в прошлое невеселые думы и воспоминания Стасси. Здесь просто невозможно было думать о печальном и плохом, в душе все жарче расцветало ощущение умиротворения и тепла.

Стасси не сразу поняла, откуда оно взялось, это безмятежное, ласковое чувство, напоминавшее о детстве, родном доме, теплых руках бабушки, тихо поющей нескончаемую колыбельную. Сначала девушка просто наслаждалась, отогреваясь сердцем от постоянных окриков и указаний. Потом осторожно осмотрелась, время от времени замирая от восторга.

Здесь было королевство растений. Больших и маленьких, обычных и незнакомых, от курчавых мхов до лиан, тянувшихся через весь потолок просторного помещения. И отовсюду, с каждой веточки на Стасси смотрели добрые и доверчивые глаза цветов, успокаивая и ободряя, ожидая помощи и обещая в ответ одарить невиданным урожаем плодов или целебной зелени.

Блаженно улыбаясь, Стасси медленно шла по присыпанному лепестками полу, и, позабыв обо всем, гладила, ласкала растения, шептала им смешные, странные слова, неизвестно откуда рождающиеся в сердце. И бродила бы так еще очень долго, но из эйфории ее вырвал мягкий, добрый женский голос.

– Я жду ее к ужину, – с шутливым укором произнесла леди, стоявшая почти рядом с гостьей, – а она тут силу пробует.

– У меня нет силы, – отстранённо отказалась Стасси, приходя в себя, – лорд Жедьеро проверял амулетом.

И тотчас прикусила язык, вспомнив слова стоявших на стене магов. Не у всех работают амулеты, созданные для одаренных.

– Он не маг, – подтвердила женщина, – а я леди Лолье, природный маг. И отлично вижу твой резерв. Но поговорим после ужина. Поднимайся на второй этаж, твоя комната с зеленой дверью, напротив столовой. Как умоешься – приходи туда.

По лестнице Стасси поднималась очень быстро, ругая себя за внезапную заминку. Ну вот с чего она открыла рот, словно никогда растений не видела, если выросла на хуторе в семье потомственных земледельцев? И родители и бабушка с дедом выращивали овощи для зеленных лавок, и за лето неплохо зарабатывали. А зимой отец плел корзинки, а матушка смешивала заготовленные весной травы для взвара, добавляя для вкуса молотых сушеных фруктов. И все было просто прекрасно, пока был жив дед. А потом очень скоро не стало и бабушки, она его очень любила.

И на их маленький хутор начали наваливаться беды и неурядицы. То засуха, то нашествие муравьев или медведки, то внезапные заморозки в самом разгаре весны.

Долги росли как снежные сугробы по зиме, пришлось заложить дом и продать половину полей. Поэтому предложение лорда Жедьеро поначалу показалось семье спасением, мать искренне радовалась, что они в свое время отдали Стасси на обучение в храмовую школу, где девочкам преподавали и хорошие манеры.

Однако за несколько месяцев службы Стасси отчетливо поняла, как глубоко ошибались ее родители. Для высокородных снобов она так и осталась тупой селянкой, чем-то средним между курицей и овцой. Их совершенно не трогали ее беды, а необходимость платить наемнице за труд хозяйка не считала для себя непреложным правилом.

А вот леди Жаннет чем-то сразу подкупила душу юной хуторянки, и ее дерзкие мечты мигом подняли поникшие головы.

– Садись, – кивком указала магиня на удобное кресло напротив себя, едва гостья чинно вошла в столовую. – И слушай главное, иначе будешь долго жевать веточку петрушки… знаю я глупые этикеты всяких фрейлин. За столом ничего не кушать, изображая томных фей, а в своих комнатах лопать все подряд, не уступая в аппетите мужчинам.

– И потом печально объяснять, что это собачка столько ест, – засмеялась Стасси, смело перекладывая с блюда на свою тарелку румяную ножку фаршированной утки.

После потрясений сегодняшнего вечера и прогулки по ночным аллеям есть хотелось просто нестерпимо.

– Так вот, – проговорила через некоторое время леди Жаннет, отодвигая опустевшую тарелку, – начну сначала. Дар у тебя был с рождения, но слабый. И хотя таких детей орден магов тоже всегда берет на учет, для них есть два пути. И сначала выбирают родители. Или приводят малышей к магам и просят научить, соглашаясь что ребенка заберут на острова или в Лангар. Или не обращают на дар внимания и оставляют дома, воспитывая как обычного человека. Но только до первого совершеннолетия, либо до какого-то события, которое ускоряет принятие решения. И в этот раз выбор делает сам подросток. Жедьеро этого не знал… прежде орден своих правил не открывал никому, пока сами не проявят определенный интерес. То-есть будут спрашивать не затем, чтобы устроить мятеж или свару.

– Я поняла, – от волнения Стасси едва не опрокинула бокал и предусмотрительно отодвинула его подальше. – А как со мной?

– А тебе магистры решили расширить резерв, у нас есть способы. И пока шли мимо тебя там, у центрального выхода из дворца, понемногу вливали энергию. В основном – водники и природники, другим такое недоступно. Но тебе повезло, там были сильный природник, лекарь и несколько водников. Однако предупреждаю сразу, чтобы удержать этот дар и научиться им пользоваться – нужно упорно заниматься с наставником. И твоим учителем буду я, если желаешь.

– Конечно я хочу, – не раздумывая ни секунды, выпалила Стасси, – но у меня родители…

– Знаю. Завтра утром поедем к ним и все решим. – уверенно объявила леди Жаннет, и юная ученица ей сразу поверила, – А сейчас позволь надеть тебе амулет ордена, он будет защищать от любых нападений или несчастий.

– Тебе известно, о чем мечтают твои родители? – неожиданно спросила магиня, когда довольно скромная на вид, но очень удобная и вместительная изнутри коляска выехала из столицы на проселочную дорогу.

Вокруг зеленели поля и огороды, свежо краснели промытые ливнями кровли хуторов и маленьких поместий. Непогода уже ушла на запад, но по небу еще неслись стаи темных облаков, стремясь ее догнать.

Пользуясь моментом, когда с неба не льет как из бочки, а солнце еще не жарит спину, измаявшиеся бездельем огородники дружно высыпали на гряды. Торопливо срезали зелень и капусту, собирали свисающие со шпалер огурцы и томаты. Сегодня продажи будут особенно удачны, все кухарки ринутся пополнять припасы, истраченные за время непогоды.

– Выплатить долги и вернуть дом, – тихо вздохнула Стасси, не понимая, ради чего ее учительнице понадобилось так дотошно копаться в делах ее семьи.

– Я не об этом, – вздохнула леди, – эти мелочи мы и сами знали. Вот оплаченные закладные, твои родители ничего никому не должны. Но хотелось бы знать их заветную мечту… труд огородника тяжел и не всегда прибылен. Особенно, если им заняты люди, не имеющие дара. Разумеется, как только ты научишься правильно распределять силы и запомнишь главные правила, сможешь сама им помогать, но я должна предупредить, наступают новые времена. Наш орден решил первым делом заняться самой важной задачей, накормить всех бедных жителей. Простой, но свежей и полезной пищей, и потому выращиванием овощей займемся мы, самые сильные природники и водники. Мало кто догадывается, что команда из пяти-шести магистров может за три дня завалить Резвилл овощами, зерном и мясом кроликов и птицы.

– Но… – разумеется, Стасси ей верила, только никак не могла уяснить, каким путем все это попадет беднякам.

– В полдень на центральной площади будет объявлен очень важный указ, – сообщила леди Жаннет, – поедем, послушаешь сама, тебе многое станет ясно. И другим тоже. Я уверена, многие огородники поспешат продать свои поля и хутора, поэтому и спрашиваю заранее. У тебя есть возможность исполнить заветную мечту матери или отца.

– Матушка у меня городская… – прикусив губу, тихонько шепнула ученица, – она как-то проговорилась, что иногда ей снится родной домик и садик. Отец, помню, расстроился, вздыхал, что цены кусаются, а заработать там трудно. Сад слишком мал, а больше торговать нечем.

– Прекрасно, – искренне обрадовалась леди, – значит купим им домик рядом с моим. Ты будешь тренироваться в их садике, потому что у меня нет ни клочка свободной земли.

– А деньги? – насторожилась Стасси.

– Орден даст. Ты четыре месяца терпела гнусные выходки хамки Гессолы, находясь под защитой закона об одаренных детях. Магистры должны были сразу забрать тебя у них, да очень уж привлекательной показалась им идея как можно скорее выяснить планы Жедьеро.

– Но дом стоит и правда дорого… – засомневалась девушка, – не хотелось бы вешать на шею долг. Может, где-нибудь подальше от центра?

– Никакого долга, мы маги, а не ростовщики, – твердо пообещала природница, – и больше не спорь. Вот это ваш хутор? Иди, порадуй мать и попробуй уговорить их поехать с нами прямо сейчас. Я жду десять минут, потом проедем дальше, у меня по соседству ещё одно важное дельце.

Посмотрела вслед ученице, почти бегущей по сырой грунтовке к копавшимся на грядках людям и огорченно вздохнула. По сравнению с соседними их участок выглядел плачевно. Заросшие пышными сорняками междурядья, запущенные, непрореженные всходы, чахлая зелень. И хуже всего, что это было вовсе не виной опытных огородников, а происками соседей. Скорее всего неумышленными, да разве исправишь чужую беду подобным оправданием?

– Леди Жаннет, а собак можно взять? – бежала к повозке Стасси. – И куры у них… и поросенок…

– Собак берем обязательно, – подмигнула ей довольная магиня, – и кур можно забрать, если хотят, просто сунуть в корзины. А за поросенком найдем кого-нибудь приглядеть. Ну а разную утварь заберут завтра, как посмотрят новое владение, чтоб не таскать лишнее.

Ученица убежала и сидевший на козлах воздушник, хмыкнув, пошел следом. Смотреть, как немолодые уже хуторяне надрываются, таская свое добро, было не в правилах магов.

Вскоре все сидели в повозке, и пара лохматых собак, и их хозяева, успевшие наспех умыться и надеть выходные наряды.

Новые пассажиры упорно молчали, не желая ничего спрашивать, из опасения ненароком подставить дочку, сообщившую абсолютно невозможные вещи.

Возле соседнего дома картина была совершенно иной. Поля чистые, гряды подпушенные, растения высокие и крепкие. А огурцы со шпалер просто гроздьями висят, десяток наемных сборщиков сосредоточенно срезают и укладывают в корзинки.

– Где ваш сын? – не выходя из повозки осведомилась Жаннет.

И вроде негромко спрашивала, а услышали все.

– А вам он зачем? – неприязненно буркнула хозяйка, не прекращая работы.

– Вы нарушили договор, – так же мирно сообщила магиня.

– Ничего не знаю. И никому его не отдам. – хуторянка блеснула полным ненависти взором.

И тут же растерянно охнула, заметив идущего по тропке парнишку лет четырнадцати. Он держал в руках большой ломоть хлеба и половинку кольца домашней колбасы, и поочередно от них кусал, ни на что не обращая внимания.

– Марик! – ринулась к нему мать, но неизвестно откуда взявшиеся лианы спеленали ее по пояс, не давая сделать ни шагу.

– Вы нарушили заключенный договор, – холодно повторила леди Лолье, – и причинили вред своим соседям, потерпевшим большие убытки. Причем, если сначала действовали осторожно, то в это лето обнаглели, заставили сына потянуть на свой огород силу со всех соседних участков. Забыв при этом, что первым причиняете вред именно ему. Если Марк сразу не научится отдавать свою магию не на переброску энергии от одного растения другому, а на правильное развитие, то позже это станет для него большой трудностью. Поэтому я его забираю в ученики, а вы пока сможете навещать один раз в декаду.

Парнишка молча влез в карету, сел рядом с отцом Стасси и, безразлично глядя перед собой, деловито откусил кусок колбасы.

– Он выжат, – с жалостью вздохнула магиня, – и думать может только о еде.

Ее спутники, внимательно прислушивающиеся к разговору соседки с леди Жаннет, покосились на парнишку и смолчали. Но спустя несколько минут, когда хутора скрылись из виду, отец Стасси осторожно осведомился:

– А можно узнать, какой договор вы упоминали, леди?

– Конечно, можно, – дружелюбно улыбнулась она, – Сын ваших соседей тоже одаренный. И тоже природник, как и Стасси. Только дар у него изначально был сильнее, хотя не настолько, чтобы немедленно отдавать малыша под присмотр наставника-мага. В таких случаях магистры приходят к родителям, все объясняют и составляют договор, по которому ребёнка оставляют в семье до первого совершеннолетия. Взамен его родичи обещают не запугивать его непонятными им способностями и не пробовать учить самостоятельно. И тем более не пытаться использовать чужой дар для получения выгоды. Орден заранее платит будущим ученикам стипендию, вполне достаточную, чтобы семья не бедствовала. А в случае нарушения договора немедленно забирает одарённого. Но, как вы видели, жадность иногда затмевает и осторожность и родительскую любовь. Даром Марка сначала пользовались осторожно, и определить это было трудно, рядом с природниками растения сами растут быстрее и цветут раньше. Но последняя проверка показала явные нарушения, все окрестные поля чахнут, отдавая силу одному хутору.

– А мы не могли понять, откуда на нас такие напасти… – тихонько всхлипнула огородница. – Полем как проклятые, поливаем, подкармливаем… а у соседей само прет и ни сорнячка.

– Что теперь с ними сделают? – волновало ее мужа, – с соседями?

– Ничего, – отрицательно покачала головой Лолье, и испытующе глянула на мужчину, – а разве мало того, что я у них сына забрала?

– Ну так не в тюрьму же, – слегка растерялся он, – а в обучение. И не навсегда. Или стипендию больше не будете давать?

– Орден никогда не станет отбирать стипендию, – очень серьезно заявила леди, – и вообще ничего не забирает, если дал. Это вообще очень низко и, главное, противоречит нашим убеждениям, и правилу никогда не наказывать собратьев и не бороться против своих. Вам возможно это кажется диким, но мы шли к этому не одну сотню лет. Собратьям нужно верить безоговорочно, как любимым, и помогать, если они запутались, а не наказывать.

– Действительно голову сломаешь, – озадаченно почесал затылок огородник, и осмелев, осторожно спросил, – а тот домик… что Стасси говорила…

– Орден подарил ей за помощь в важном деле и увеличил резерв. Теперь она не слабее Марка, но должна учиться. Поэтому жить будет в моем доме, так всем удобнее. А ей дом купили по соседству тоже для удобства, там они с Марком будут тренироваться. Ну и стипендию ей, как ученице, тоже будут платить. А вы получите оплату за хутор и возмещение причиненных неопытным учеником убытков. Сходите в банк, они уже получили указания.

– В какой банк? – не понял отец Стасси.

– В любой, с сегодняшнего дня все они принадлежат ордену.

Смотреть соседний особнячок леди Жаннет не пошла, занялась устройством комнаты для осоловело зевавшего парнишки. Да и чего она там не видела, если сама подбирала место для ученика? И учеников тщательно выбирала, ведь это так же важно, как скрипка для скрипача. Не совпадет какая-то пустяковая мелочь – и не родится полнейшего понимания и доверия. И уже не возникнет духовного родства ученика и учителя, что иногда крепче материнской любви.

Марк заснул, едва успев коснуться щекой подушки и прежде, чем уйти, Жаннет постояла над ним немного, делясь энергией и невольно злясь на женщину, в погоне за прибылью не увидевшую, до чего довела родного сына.