Глава 7

Что он здесь делает?!

За доли секунды передо мной пролетела вся моя жизнь. От более-менее осознанного детства и по сей день. Просто вжу-ух и вереница образов перед глазами. И все это закончилось эффектной картинкой, как дракон перекидывается в свою звериную форму и с благостным рычанием поджаривает меня до состояния шашлыка, а потом проглатывает.

Спасите! Спасите, помогите!

Я чуть не дернула наутек, но вовремя вспомнила, что у меня отводные чары, и что при всем желании он меня не найдет. Попросту не узнает.

Так что дыши, Ю. Дыши. Все хорошо. Никто нас есть не будет.

Я отступила в тень беседки, обвитой плющом, но заставить себя не таращится на него не смогла.

Высокий, плечистый, темноволосый, с хищным профилем и особым драконьим прищуром — Макс выглядел как…как… В общем, умопомрачительно он выглядел.

И это заметила не только я. Каждая ведьма, оказавшаяся в этот момент во дворе, насторожилась, приняла стойку, как легавая, почуявшая добычу.

Я почувствовала, как встрепенулись ведьминские чары. Как они заклубились по двору, закипели, заполнили собой все.

В них был жадный интерес, особая ведьминская игривость и то самое коварное обольстительное марево, от которого у простых мужчин шла кругом голова, потели ладошки и напрочь отказывал мозг. Каждая из ведьм рассматривала дракона, как потенциальную жертву своего обаяния: жениха, мужа, ну или хотя бы любовника.

Каждая. Но не я! Потому что в данный момент боролась не только с желанием сбежать от него подальше и спрятаться, но и сжечь к чертовой матери всю эту богадельню!

Пусть наш брак фиктивный, пусть муж даже не помнит, как я выгляжу, как меня зовут и кто я такая, но он муж! Мой! А ведьмы своим делиться не привыкли! И все эти мерзавки, нагло облизывающиеся на МОЕГО МАКСЮШЕНЬКУ, сейчас ходили по очень тонкому льду. Я ведь не посмотрю, что кто-то тут старше по возрасту и выше по рангу. Снесу напрочь.

От этих мыслей стало жарко и стыдно, потому что Макс в мою сторону даже не смотрел. Я почувствовала себя дурочкой, которая готова перегрызть горло за то, что моим по сути и не является.

Пока я пряталась в тени, муж, не обращая никакого внимания на присутствующих, вышел в центр двора. Осмотрелся по сторонам, потом, запрокинув голову, с ухмылкой посмотрел на вершину Красной Башни.

Тут я поймала себя на мысли, что не просто смотрю на него, а любуюсь. Три верхних пуговицы рубашки были расстегнуты, придавая ему небрежный, но в то же время такой притягательный вид, что кончики пальца щипало от желания прикоснуться.

Метку тоже щипало. Едва заметно, мягко, но с нарастающим нетерпением.

Я даже испугалась, что дракон почувствует эту пульсацию и по ней найдет меня. Поэтому приложила ладонь к метке, шепнула успокаивающий наговор, чтобы ее утихомирить.

Дракон все так же смотрел куда-то наверх и едва заметно ухмылялся.

Красивый…

Тьфу, блин. Какая разница красивый он или нет? Дракон и ладно. Мне осталось подержаться до завтра, получить грамоту, и я расторгну брачное соглашение. Всего один день.

Я не переживала о том, что кто-то из ведьм укажет на меня — послушницы ничего друг о друге не знают, а старшие ничего никому не расскажут.

Но все равно было неспокойно. Я не понимала, как дракон смог меня найти.

Я же все следы замела. Опознать меня никто бы не смог. Направление, в котором уехала — закрыла маревом. Сколько ни ищи все равно не догадаешься.

И все же он здесь. Стоит повреди двора, смотрит, чего-то ждет и в уголках губ притаилась улыбка.

В этот момент протяжно и немного грустно забил колокол на вершине башни, оповещая о начале ужина.

Ведьмы тут же встрепенулись. Дракон — это хорошо, но, когда тебя кормят два раза в день, без излишеств и строго по расписанию, волей не волей начинаешь расставлять приоритеты.

Ведьмы побросали все свои дела. Кто-то откладывал книги, кто-то наполовину свитых соломенных куколок. Кто-то торопливо рассовывал по карманам свечи и склянки. Я же просто накинула капюшон и, опустив голову, отправилась следом за остальными.

Дракон как раз был на пути. Я прошла в метре от него, едва дыша и не поднимая взгляда от носков собственных ботинок. Неистово бросаясь на ребра, в груди тарабанило сердце. А ноги такие ватные, что вот-вот упадешь.

Собственная реакция на этого негодяя невообразимо раздражала. Он просто пропуск в мою новую жизнь — сытую, успешную, полную возможностей.

Мне все равно где он, кто он, с кем он, как он. Пусть хоть всех ведьм в этой обители перелюбит – я не против.

И тут же от этой мысли так в груди полыхнуло, что все ведьмы, идущие впереди меня, дружно споткнулись:

— Эй! — возмутилась молодая конопатая ведьма, — кто хулиганит? Сейчас порчу нашлю!

Я только капюшон ниже натянула и, ругая себя последними словами, пошла дальше.

Дурочка! Просто дурочка!

Когда мы зашли в столовую — длинное узкое помещение с низким потолком и крошечными мутными окнами — стало немного легче.

Сердцебиение утихло, руки перестали трястись зубы перестали стучать. И в то же время нестерпимо захотелось назад. Обратно во двор. К дракону.

Кое-как я проглотила свой ужин, не почувствовав ни вкуса, ни удовлетворения. А потом вместо того, чтобы погрузиться в изучение книг, освоение новых сил и подготовки к завтрашнему выпуску, я пошла в главный корпус, и как заправская шпионка пробралась к кабинету директрисы.

Дракон был там и прямо в этот момент пытался вытрясти правду из старшей ведьмы.

Она меня, конечно, не сдаст, но вот ее дочь! Та самая, которая вскипятила мне палец на приемных испытаниях… Нет, она тоже не сдаст. Но я видела ее во дворе. И видела, как жадно она смотрела на дракона. Как коварно блестели ее глаза, а кончик языка скользил по алым губам.

Опять эта дурацкая ревность! Это просто невыносимо. У меня нет ни повода, ни прав для нее. И вообще, нашему недобраку жить-то осталось несколько часов!

Я ругалась, пыхтела, бухтела… но от кабинета не уходила. Так и продолжала выглядывать из-за угла, не отводя взгляда от плотно прикрытых дубовых дверей. Еще и шею вытягивала, пытаясь что-то услышать. Конечно, не услышала — кабинет директрисы был надежно укрыт защитным пологом.

А вдруг он прямо сейчас там обжимается с ее дочерью? Увидел, воспылал страстью и потерял голову, позабыв о своей законной жене?!

На кончиках пальцах внезапно загорелись крохотные огоньки, готовые в любой момент превратиться в сокрушительное ведьминское пламя.

— Ну все, все, тихо, — я затрясла руками и принялась дуть, пытаясь погасить пламя, — отбой! Никого мы жечь не будем. По крайней мере пока.

Сила внутри меня с таким раскладом была не согласна. Она билась, ярилась. Рвалась туда, где находился муж.

Я едва справлялась с ее всплесками, аж голова от усердия закружилась.

Да что это такое?

Все, цыц. Цыц! Я сказала!

Вроде стало немного легче, но ненадолго. Потому что буквально через три минуты дверь отворилась. Я едва успела юркнуть за угол, прежде чем появился Макс в сопровождении директрисы.

— Мне жаль, что я ничем не смогла вам помочь. Но вы сами понимаете, правила есть правила.

— Понимаю, — сказал он. И у меня мурашки по рукам побежали от его голоса. Он такой…такой…словами не передать какой.

Дура!

Я отвесила себе мысленную оплеуху и почти заставила себя уйти, но тут раздался еще один голос:

— Позвольте я вас провожу.

Та самая нахалка! Она все-таки была там, с ним!

Я чуть было не рванула обратно, в последний момент невероятным усилием воли остановилась.

Пальцы снова задымились. Да что это вообще такое?!

— Буду признателен.

Ах ты, гад хвостатый! Признателен он будет! Это при живой-то жене с другими ведьмами якшаться? Совсем совесть потерял?!

Пришлось себе напоминать, что жена жива по одной простой причине — потому он ее еще не нашел и голову не откусил. А если я сейчас высунусь, то запросто откусит.

С невероятным трудом преодолев внутреннее сопротивление, я все-таки ушла. А потом весь вечер изводила себя, мысля и о том, как далеко молодая наглая ведьма провожала моего дракона.