Глава 6

После разговора с Тинде, я направилась домой. Надо было предупредить Эненвэла, что до вечера буду в мастерской. Сейчас мне не хотелось оставлять отчима надолго одного. Уж слишком он был подавлен. Но, к моему удивлению, Энена дома не оказалось. Подумала только, что лишь бы он не пошёл к Владыке. Оставив ему магическую записку с указанием, где меня искать при надобности, перекусила и направилась к мастерской.

Тинде ещё не было, так что я занялась подготовкой. Убрала лишние расчёты и заготовки. Нашла все стеклянные шарики, что у меня были и почти достала записи с магическими вычислениями, как раздавшийся стук в дверь заставил меня вздрогнуть. От неосторожного движения все чертежи с верхней полки, с которой я пыталась достать нужный, посыпались мне на голову.

— Входи, — крикнула не очень-то дружелюбным тоном.

Совсем забыла, что ко мне должен прийти совсем не Энен. Это он привык, что не все мои эксперименты идут так как надо и я могу быть не в духе. А вот Тинде мог передумать и сбежать побыстрее от неадекватной человечки. Тем не менее, он осторожно вошёл внутрь, разглядывая меня в ворохе бумаг. Я же окончательно смутилась из-за своей вспышки злости.

— Прости, не привыкла, что у меня бывают гости, — улыбнулась немного смущённо, — Я почти нашла нужные записи, чтобы заново не высчитывать магическую составляющую.

Наклонившись, стала перебирать свалившиеся бумаги, убирая ненужные на их законное место.

— Давай помогу, — предложил Тинде, подходя ближе и поднимая валявшиеся чертежи.

Вскоре нужные расчёты были найдены, а все остальные убраны на полку. И мы с ушастиком принялись за работу. Тинде быстро разобрался в магических плетениях и спокойно делал световики. Мне же, как всегда, стало интересно, а что, если?.. Не удержавшись, принялась за эксперименты.

Я не стала высчитывать на бумаге вариации последствий и погрешностей, да и не знала к какому результату хотела прийти. Поэтому принялась сразу за практику. Изменяла потоки и ключевые точки уже готовой магической схемы, интуитивно чувствуя куда следует добавить больше энергии, а куда нет, чтобы ничего не взорвалось.

Итогом моего небольшого эксперимента стал шарик с жалящими искрами, которые могут разлететься на несколько метров вокруг и даже способны устроить пожар. Тинде тут же заинтересовался, как и что я делаю. Внимательно смотрел за моими действиями, и заметил, что вместо световика у меня снова получается что-то другое.

— А какие свойства будут у этого артефакта?

— Пока не знаю, — пожала плечами, не отрываясь от работы.

— Но ты же провела расчёты? — в голосе Тинде послышалась надежда.

— Нет, это импровизация, — улыбнулась, раздумывая как лучше стабилизировать магию в артефакте.

— Но ведь для нового заклинания нужно провести расчёты и по их результату сформировать магический рисунок. И только потом создавать артефакт.

— Да, но это бывает сложно и иногда легче сначала поменять магическую структуру, а потом записать получившееся заклинание. Главное, держать всё под контролем и следить за стабильностью. И магию нужно добавлять постепенно, при этом ослабляя противоположный узел. Иначе каркас получится переполненный и может не выдержать и рвануть.

Я старалась делать всё медленно, чтобы Тинде успел проследить за моими действиями. Теперь это совершенно новый артефакт и если его активировать, то он воспламенится, охватывая огнём пространство в паре метров.

— Попробуй, — кивнула Тинде, подавая пустой шарик, — Это просто и интересно. Главное следи за стабильностью потоков и всей схемы в целом.

Эльф задумчиво кивнул и начал осторожно изменять готовое заклинание. Я присматривала за его действиями и в то же время создавала ещё один шарик с искрами. У Тинде всё шло хорошо, он чувствовал потоки и не перегружал узлы. Не знаю, что пошло не так и в какой момент. Но я всего лишь на несколько секунд отвлеклась, потянувшись за шариком-основой. А в следующий момент раздался хлопок и всю мастерскую заволокло густым удушливым дымом.

Я сразу же приложила локоть к носу, стараясь реже дышать и опустила на глаза окуляры, так как от едкого дыма потекли слёзы. На стенах мелькнули искры защитных заклинаний, призванные сохранить мои разработки. Все эти действия заняли пару секунд. Рядом закашлялся Тинде, направилась к нему, обходя стол. Это я знаю, что и где здесь находится и могу с закрытыми глазами найти что мне нужно, не говоря уже о выходе, а эльф здесь впервые. Хорошо ещё, что окуляры плотно прилегали к коже и глаза, пусть и продолжали слезиться, но я могла хоть немного видеть. Тинде стоял на коленях на полу, пытался подняться и тряс головой. Похоже, ему прилетела ещё и магическая отдача. Схватив эльфа за руку, помогла подняться и потащила его к выходу.

Оказавшись на свежем воздухе, мы немного отошли от мастерской, стараясь откашляться от едкого дыма. Тинде тёр глаза и тряс головой, пытаясь прийти в себя. Я же, более привычная к подобным казусам, уже запустила заклинание по очистке воздуха в мастерской.

— Вот ведь, тёмный! — воскликнул эльф и снова закашлялся, — Всё же было под контролем. Прости, не знаю, как так вышло, делал всё как ты и говорила, — начал он оправдываться, но я думала совсем о другом.

— Нам нужен такой артефакт, — перебила ушастика, чем вызвала его недоуменный взгляд, — Сможешь воссоздать на бумаге схему плетений? Конечно, нужно будет её немного доработать и стабилизировать, но это мелочи.

В ответ эльф заторможенно кивнул и, как только в мастерской стало возможно дышать, я потащила Тинде к расчётам. Мы успели разобраться с артефактами до темноты и шли обратно довольные проделанной работой. Да, утром нам надо будет отправиться на остров, но это будет утром. А идя по эльфийскому лесу вместе с Тинде, я наслаждалась погодой, пейзажем и любимой артефакторикой. Мы обсуждали различные заклинания и плетения, как их можно изменить и использовать. И мне было интересно с этим ушастиком.

Мы ещё постояли некоторое время у входа в наш с Эненом сад, заканчивая обсуждение одного заклинания, а затем попрощались и я направилась домой. Было здорово наконец-то нормально поговорить с кем-то кроме Эненвэла, обсудить какие-то магические аспекты, поделиться своими мыслями. Похоже, отчим был прав, когда говорил, что мне нужны друзья.

Эненвэл уже был дома, я снова нашла его в беседке. Он был погружен в свои мысли и не сразу меня заметил. Повернувшись ко мне, эльф улыбнулся, и мы пошли ужинать. Я рассказала Энену о сегодняшних экспериментах, но он большей частью прибывал в своих размышлениях. Затем мы перебрали содержимое рюкзака, собрали мне еду, проверили, чтобы ничего не мешалось, и я могла спокойно бегать. Энен даже заставил меня сделать несколько кругов по саду.

А перед сном Эненвэл заварил успокаивающий сбор трав, который должен был помочь уснуть. Мы устроились в моей комнате, сидели в обнимку, пили отвар и разговаривали о чём угодно, но только не об острове. Я рассказала, какие ещё у меня есть идеи. Энен поделился своими мыслями на счёт того, что хотел бы переделать в саду. И как-то совершенно незаметно, под размеренную речь эльфа я провалилась в сон.

Утро выдалось сумбурным и безрадостным. Одевшись, распределила по карманам артефакты, убрала один кинжал в ножны на голени, другой занял своё место на поясе, как и меч. Лук и колчан со стрелами отправились за спину. На кухне меня ждал Энен с отваром, который должен был взбодрить и придать сил. Да, от него сон прошёл, как после пробежки у Мастера, но идти всё равно никуда не хотелось.

Эненвэл обнял меня, и мы стояли так некоторое время, прощаясь. Я прижималась к груди эльфа и слушала размеренные удары его сердца. Вдыхала едва уловимый, но такой родной запах. Чувствовала, как шевелятся волосы на макушке от дыхания отчима.

Несмотря на прожитые годы рядом с ним и всё, что он для меня сделал, мне не верилось, что бессмертный, многовековой эльф мог так привязаться к человеческой девчонке. Но тем не менее, он стал для меня чудесным отцом.

— Пора, — прошептал Энен и ещё раз сжал меня в объятиях, а затем отпустил и отошёл на шаг назад.

Подал мне рюкзак и первый вышел из дома. До места сбора мы шли молча. Внимательно рассмотрев Энена в лучах рассветного солнца, заметила, что мой эльф за эти два дня, словно, растерял все краски и посерел. Его золотые волосы, которыми я всегда восхищалась, поблекли. Ярко-зелёные глаза перестали светиться той жаждой жизни, как раньше, и смотрели на мир устало. У эльфа не должно быть такого взгляда. Даже Владыка, который был одним из первых созданных Богиней эльфов, имел зоркий и цепкий взгляд. Хотя и на его долю выпало немало испытаний.

Тихие голоса эльфов вывели меня из задумчивости. На берегу озера собралось не так много ушастиков. Избранные, их родители, что пришли проводить своих детей, возможно, в последний путь, и парочка наблюдателей из Совета.

Да, Совет — достаточно интересная компания древних эльфов. Не знаю точно сколько их, но это дети и внуки самых первых эльфов. Те, кто решил остаться при Владыке, а не уйти на покой в какую-нибудь глухую рощу выращивать новые сорта пшеницы, созидать магию или наблюдать за течением реки. Да, есть среди эльфов и такие вот отшельники, уставшие от жизни. Но спустя несколько веков и они возвращаются к своим, повидать детей и узнать последние новости.

А члены Совета большую часть времени проводят не в Роще, а в поселении или окрестностях. Они ненавязчиво наблюдают кто как живёт, чем занимается, какую пользу приносит народу каждый эльф. Проверяют поля и сады, следят за сбором урожая. А затем докладывают Владыке.

Вот и сейчас они здесь, чтобы убедиться, что воля артефакта Богини будет исполнена.

— Знаешь, — неожиданно сказал Энен, подходя к старому вязу и облокачиваясь на него спиной — Когда я только нашёл тебя и пришёл на поклон к Владыке, Совет долго спорил как с тобой поступить. Они склонялись, к тому, чтобы подбросить тебя к людям, всё же убивать невинное дитя они не хотели. Тогда я попросил дозволения обратиться к Зрячей. Это одна из первых эльфиек и сама Богиня одарила её даром предвидения, но эта ноша оказалась слишком велика, и Зрячая уже многие века живёт уединённо. Владыка согласился, и она была приглашена в Рощу. Увидев тебя, она сказала, что ты принесёшь много пользы эльфийскому народу. А однажды вернёшь мир на земли эльфов, только нужно дать тебе время. Тогда Владыка распорядился, что я могу воспитывать тебя, а остальные эльфы должны смириться и принять тебя.

Энен замолчал, продолжая смотреть на озеро, как и во время своего рассказа. А я пребывала в шоке. Таких подробностей моего появления у эльфов я не знала. Иногда, конечно, задавалась вопросом: что стукнуло Владыке в голову, что он разрешил человеческому ребёнку остаться среди эльфов? А это, оказывается, нужно благодарить какую-то провидицу.

— Почему ты решил мне это рассказать? И почему вообще рассказал только сейчас? — возмутилась я.

— Если бы рассказал раньше, то ты бы излишне много суетилась, пытаясь сделать то, что от тебя ожидают. А сейчас я просто надеюсь, что раз твоё предназначение ещё не выполнено, то ты обязательно вернёшься, — он печально улыбнулся.

— Да, я обязательно вернусь, — кивнула и хотела уже идти к лодке, у которой стали собираться избранные, как увидела в стороне эльфийку.

Я не сразу узнала кто это, ведь видела её всего несколько раз. Жена Эненвэла, его избранная. Помнится, когда мне было лет десять, я сильно заболела. Лежала с температурой, много спала и не могла встать с постели, сил совсем не было. Отвары Энена не помогали, лишь приносили небольшое облегчение, а затем болезнь накатывала с новой силой. Он уже не знал, что делать, испробовав все варианты, а потому обратился к ней. Несмотря на то, что они почти не общались после смерти сына, она пришла помочь.

Я помню, как она давала мне что-то пить и тихо пела, мне тогда очень понравился её голос. После этого мне стало лучше и постепенно выздоровела. Позже я узнала у Энена кто это был и даже просила, чтобы она пришла. Мне понравилась эта эльфийка. Может я в ней и ошиблась, но мне не хотелось думать, что женой моего отчима могла стать подлая и двуличная женщина.

И вот сейчас она пришла, чтобы поддержать своего супруга. Ведь когда-то они уже были на этом берегу, провожая своего сына.

— Энен, — позвала эльфа, — Возвращайся к ней. Начните, наконец, нормально общаться и жить вместе.

Проследив за моим взглядом, он тяжело вздохнул.

— Ты не понимаешь… — начал было он.

— Почему же? — усмехнулась я, — Вы два взрослых эльфа вместо того, чтобы поддержать друг друга в беде, решили страдать по отдельности, упиваясь своим горем. Ещё небось и винили каждый сам себя в том, чего не могли изменить.

Да, я знала, что мои слова жестоки, и быть может я не права. Но пусть лучше он злится на меня, чем хоронит раньше времени.

— Или я не права, — решила не отставать от эльфа.

В ответ мне достался вздох мученика.

— Иди уже, неугомонная, — улыбнулся Энен.

Вот! Уже другое дело. Со спокойной душой я отправилась к лодке, а то меня и правда уже заждались.

Собравшиеся эльфы бросали в нашу сторону недовольные и презрительные взгляды. Ай-я-яй, как же так, жалкая человечка заставляет ждать великих и прекрасных детей Богини. К тому же, многие сородичи осуждали Эненвэла за то, что он связался со мной. Мол, не престало великому эльфу, прекрасному созданию Богини, так привязываться к жалкому человеческому детёнышу. Да ещё и унижаться из-за этого недоразумения перед Советом.

Только Тинде и парочка из Совета были невозмутимы и спокойно ждали, когда я уже дойду до лодки. А мне вдруг захотелось сбежать отсюда и закрыться в своей мастерской. Столько храбрилась, а перед самым ответственным шагом, так затрусила. Внутри всё предательски сжалось от холодного страха.

Встряхнув головой, мысленно обозвала себя жалкой трусихой и пошла вперёд. Двое избранных уже сидели в лодке, ещё двое как раз закидывали туда свои рюкзаки. Ну что? Встряхнём и побесим эльфов напоследок? Усмехнулась, осматривая всю эту траурную процессию.

— Привет, ушастики, — жизнерадостно поприветствовала я других избранных, садясь в лодку.

Полюбовалась двумя вытянутыми от возмущения лицами своих собратьев по несчастью. Только Габран и Тинде спокойно смотрели на меня и даже кивнули. Они-то уже привыкли ко мне и к моим выходкам, которые редко, но устраивала, чтобы окружающие высокомерные наглецы не расслаблялись.

А вот двое других незнакомых эльфов смотрели на меня как на таракана. Ну ничего, хотите вы того или нет, но нам придётся подружиться. Один из незнакомцев хотел что-то сказать, но не успел. К нам подошёл эльф из Совета.

— Помните, избранные, вы должны добраться до сердца острова и найти артефакт Богини. Лишь тогда это место отпустит вас. Да прибудет с вами благословение Богини, — важно проговорил он и с помощью магии подтолкнул нашу лодку прочь от берега.

Вот ведь… эльф! Такие подробности и в самый последний момент. Ну ничего, справимся. Мы всё быстрее отплывали, и я обернулась к берегу.

— Не скучайте, ушастые, — крикнула оставшимся эльфам и помахала им рукой, — Я скоро вернусь!

На скорбных и печальных лицах эльфов проступило удивление и возмущение. А Энен, стоявший рядом со своей женой усмехнулся, подарив мне напоследок свою искреннюю улыбку. А я правда постараюсь вернуться.

— Ты совсем дура? — зашипел на меня один из незнакомцев, с волосами цвета белого золота и светло-зелёными глазами. — Даже такая недалёкая человечка должна знать, что на острове на каждом шагу поджидает смертельная опасность.

Второй молчал, и по его взгляду было сложно сказать, что он обо мне думает. Габран косился на меня неодобрительно, а Тинде смотрел куда-то вдаль и, казалось, был вовсе не с нами.

— Ох, простите, — глупо похлопала ресницами и приложила ладони к груди, — Не знала, что эту скорбную процессию нельзя нарушать.

— Да что ты можешь понимать, — едва не плевался всё тот же бледный ушастик, — Светлые эльфы страдают, теряя своих детей на острове во благо нашего Леса и во имя возрождения Богини! Наш, и так немногочисленный народ, скоро окончательно канет в небытие, особенно, если кто-то снова затеет с нами войну. Ничтожных людишек становится всё больше, но пока они предпочитают воевать между собой. Тёмные эльфы в своё время забрали слишком много достойных жизней и это сказывается на нас до сих пор. А для тебя это лишь увеселительная прогулка!

Пока ушастик голосил, мы постепенно приближались к острову. Лодка под действием магии плавно скользила по волнам, приближая нас к цели.

— Это всё конечно печально, — пробормотала в ответ, возвращая себе серьёзный тон, — Но я и правда не собираюсь там умирать. Я хочу вернуться назад и продолжить свои эксперименты в артефакторике, — а ещё хочу показать Энену, что он не зря со мной возился и я его достойна, — Но это не значит, что у меня нет чувства самосохранения или что не понимаю серьёзность происходящего. Отнюдь. Просто я очень хочу жить. А вы лишь идёте отдать свой долг, смирившись со своей судьбой и возможной гибелью.

После моей речи бледный одарил меня ещё одним яростным взглядом и отвернулся. А оставшийся путь прошёл в тишине. Может, ушастики задумались над моими словами, а может, посчитали, что отвечать мне ниже их достоинства.