Глава 29. Погоня ч.2

Испуганная лошадь скрылась за деревьями. Броситься на помощь Хане я не успела. Из-под земли взметнулся толстый длинный хвост. Он ударил меня наотмашь и отбросил в кусты. Я отчаянно крикнула:

— Винсент!

Не знаю, почему я позвала именно его. Но юноша вылетел на поляну, выплетая заклинание на ходу. Острое лезвие, созданное из заклинаний воды и воздуха, отсекло твари лапу. Вин мгновенно оказался рядом с Ханой и следующую лапу, которая высунулась из земли, снес заклинанием огня. Наверное, он рассчитывал ,что загорится вся тварь, но та поспешно отбросила горящую лапу и скрылась под землей.

Я, наконец, поднялась на ноги. Тьен и Святой уже были рядом. Я предупредила:

— Она не уйдет, пока не получит указанную жертву.

Я говорила на нуамьеннском, и Хана не поняла меня. Девушка зажимала рукой рану на плечо, сквозь ее пальцы сочилась кровь. Она подняла на меня беспомощный взгляд и спросила:

— Это... Ч-что?

— Избранный убийца, - подтвердила я ее опасения. – Он не уйдет, пока не убьет тебя. Или пока мы не убьем его. Бежать не советую.

Винсент неожиданно покосился на Хану и произнес на рибенском почти без акцента:

— Все будет хорошо.

В его голосе звучала железная уверенность. Девушка кивнула. Кажется, это помогло ей собраться. Она пошевелила пальцами, проверяя подвижность раненой руки.

В тот же момент из земли вылетела еще одна когтистая лапа. Винсент был начеку – заклинание срезало ее. Я покачала головой и повернулась к Святому:

— Земля вроде бы не твоя сильная стихия. Но может, сможешь подсобить? Отрубать ему лапы бесполезно, нужно добраться до точки призыва  между лопаток и разрушить осевое заклинание, или хотя бы сбить ему прицел нужно выманить духа на поверхность.

Святой нахмурился, а Винсент в это время задумчиво оглядел каменный столб, около которого стояли они с Ханой. На выщербленном четырехгранном камне были высечены иероглифы. Но юношу заинтересовала его плоская квадратная верхушка.

— Прикройте, - попросил он.

А затем поднял Хану на руки и добавил:

— Держись.

После этого он забросил девушку наверх. Хана вскрикнула от неожиданности и попыталась удержаться на узкой площадке. В тот же миг из рукава Винсента вылетела белая лента. Один конец обернулся в несколько раз вокруг талии девушки, а второй – вокруг камня, помогая Хане удержаться.

Его расчет оказался верным. На этот раз твари пришлось выскочить из земли, и все смогли увидеть огромную морду, напоминающую кабанью, с острыми черными клыками и маленькими красными глазками, в которых горел злой огонек. К морде прилагалась пара когтистых лап и гибкое змеиное тело. Вторая лента принялась старательно шинковать духа. Толку от этого было немного – отрезанные части тут же отрастали, даже голова.

Я бросилась к твари и крикнула Винсенту:

— Задержи его!

Острый край ленты одним движением отсек голову монстра, лапы и остающийся в земле хвост. Я подлетела к обрубку, который стремительно отращивал новые конечности. Мои пальцы вспыхнули зеленью, я по локоть погрузила руку в вязкое тело духа и нащупала заклинание, которое было центром его тела. Пока я одну за другой обрывала нити заклинания,дух отрастил новые лапы. Одна устремилась к Хане, а вторая – к моему лицу.

Отмахнуться я не успевала. Выручил Тьен. Демон возник у меня за спиной и одним движением оторвал лапу твари. Вторую снова отрезала лента Винсента. Под моими пальцами наконец оказалось что-то твердое, и я резко выдернула руку из тела духа. Он взвыл. Плоть тут же начала таять. Я разжала кулак и посмотрела на свою добычу. Это была тонкая шпилька с навершием в виде сосновых шишек. Оболочкам из жертвенной крови лопнула, и теперь алые капли падали с моей ладони на землю. Винсент помог Хане спуститься, и девушка осторожно приблизилась ко мне. А затем в ужасе прижала ладонь ко рту.

Я посмотрела ей в глаза и спросила:

— Знакомый предмет?

Девушка нашла в себе силу опустить руку и прошептать:

— Я ее... Харуто подарила. На память о нашей любви.

— Чтобы создать избранного духа-убийцу, нужен предмет того, кто будет целью, магия и... Одна человеческая жертва.

Хана с ужасом проводила глазами очередную каплю крови, которая упала на землю и растерянно спросила:

— Но... Зачем?

— Возможно, чтобы подставить Мисуто. И стравить Гото с некромантами.

— Но... Зачем? – повторила девушка.

Поколебавшись, я ответила:

— Чтобы уничтожить Мисуто также, как уничтожил Ходо. Его помощников нужно кормить. Он выращивает под Сакуратэншу колонию гуронму.

Тут Хана не выдержала. Девушка торопливо шагнула в кусты, и ее вывернуло наизнанку. Меня тоже подташнивало при одной мысли о том, что собирается сотворить мой муж. Винсент протянул девушке флягу. Прополоскав рот, она несколько мгновений смотрела на меня. А затем фляга выпала из ее ослабевших пальцев.

Хана закрыла лицо руками и разрыдалась, уткнувшись в грудь Винсента. Тот сначала растерялся, а затем неуверенно прижал девушку к себе. Стэндиш многозначительно прокашлялся и переспросил:

— Что такое гуронму?

Но ответить я не успела. Перед моим лицом мелькнуло что-то красное. Тьен выбросил руку и поймал чужое заклинание. Я рассмотрела тающие алые линии в его пальцах и произнесла только одно слово:

— Ода.

Стэндиш нахмурился:

— Поисковое заклинание? Ито сдали нас?

— Не знаю, – пожала плечами я. – Но сейчас нужно уходить. Скоро здесь будут их гончие.

Винсент подхватил на руки все еще всхлипывающую Хану и понес к лошадям. Я убрала окровавленную шпильку в карман и направилась следом. Стэндиш на ходу протянул мне платок. Я с благодарностью приняла его и вытерла кровь с ладони. Тьен мелькал то с одной стороны отряда, то с другой, выискивая опасность.

Когда мы оказались в седлах, Ястер спросил:

— Куда поедем?

Немного подумав, я направила коня к старой дороге, у начала которой мы только что сражались. Было удивительно, что Ода полезли за нами в такую глушь. А то, что мы напоролись на поисковое заклинание, говорило о том, что отряд врага гораздо ближе, чем нам того хотелось бы.

Около получаса мы гнали коней по заросшей наполовину тропе вокруг горы. Две лошади несли двойную ношу, поэтому продвигались мы гораздо медленнее, чем хотелось бы. Я надеялась только на то, что охотники Ода не решатся ступить на эту дорогу до утра. Даже у меня от близости Гиблой по спине бежал холодок.

Внезапно тишину разорвал лай с подвываниями. Стэндиш выругался, а я осадила коня. Гончие Ода. И звук и доносились с той стороны, куда мы направлялись. Пришлось разворачивать коней и гнать обратно. Но стоило нам выехать к столбу, от которого начиналась старая дорога, как еще с двух сторон раздался лай. Я остановила лошадь и сжала поводья. Шон повертел головой, прислушиваясь к звукам, и спросил:

— Чего стоим? Они нас окружают.

— Они нас уже окружили, – поправила я. – Их много, но придется принимать бой. Или сдаваться в плен, если позволят.

Ястер удивился:

— Но в той стороне лая не слышно.

С этими словами он указал на темную громаду Гиблой горы.

— Туда нельзя идти, – раздраженно ответила я. – Это Гиблая гора. Место, откуда не возвращаются. Любой рибенец впитывает страх перед ним с молоком матери.

Неожиданно Тьен негромко сказал:

— Но они не пойдут туда за нами. Это шанс.

— Это слишком опасно, – покачал головой я. – Ночь, плохое место, и мы не знаем, куда идти.

— Я знаю, куда идти, – ответил демон. – Я родился и вырос на этой горе. Я проведу вас.

— Вырос? Здесь? – недоуменно переспросила я. — Но это значит...

Я бросила взгляд на гору и замолчала. Теперь я знала, кем на самом деле был мой друг.