Глава 34

О нет. Не зря эти топи считаются гиблыми. Главная их проблема в том, что тут есть своеобразные “проплешины”, в местах которых просто напросто нет магии. Никакой. Вот как у меня сейчас. 

И никто не может объяснить эту аномалию, никто не знает, как с ней бороться. Просто в топях никто не бывает, даже несмотря на то, что не сказать, что это очень сильно отдаленное от столицы место. 

— Но как мы тут оказались? — спрашиваю я, обхватывая себя руками. 

Сыро, холодно, но почти не страшно, потому что Вальгерд рядом. Разве может что-то плохое случиться, когда он рядом? Ну… Кроме того, что он узнает про метку, конечно. 

— Какой-то из механизмов полосы препятствий сработал неправильно, — говорит он, стаскивает с себя свой плащ и накидывает мне на плечи. — Как и почему — хотел бы я знать. Впрочем, я узнаю. Когда вернемся. 

Такая непринужденная забота со стороны куратора согревает не меньше, чем его плащ, который, несмотря на то, что мы искупались в луже, остался сухим и уютным. 

— Профессор Вальгерд, вы же… дракон? — голос звучит жалко, как будто я боюсь, что за это знание меня побьют. 

Но он усмехается и кивает:

— Не переживай, это не секрет и не государственная тайна. Но, увы, драконья ипостась очень зависима от магии, потому я не могу тебя порадовать тем, что я могу отнести нас в академию.

Это, конечно, расстраивает, так же как и то, что тренировочная форма не предусматривает никакого оружия, потому что по правилам на полосе препятствий можно пользоваться только магией. Чувствую себя беззащитной и беспомощной.

Зябко оглядываюсь. Мрачные силуэты голых деревьев возвышаются над заболоченной землей, как костлявые пальцы, тянущиеся к пасмурному небу. Высокие сухие травы и кустарники покрыты инеем, густой туман висит в воздухе, окутывая все своей зыбкой дымкой.

Под ногами лужа, а вокруг нее — жижа из гнилой листвы и ила, и совсем непонятно, как по ней идти. То там, то тут синими огоньками вспыхивают болотные газы, на мгновение высвечивая искривленные ветви деревьев и затертые тропинки. Вдалеке раздается одинокий крик птицы, лишь подчеркивающий тишину и безжизненность этих мест.

Вздрагиваю, непонятно то ли от холода, то ли от понимания, в каком неприятном положении и месте мы оказались. Впиваюсь пальцами в плотный плащ Вальгерда, с надеждой глядя на него. 

Он тоже хмуро осматривается, поднимает голову к небу, складывая пальцы, словно измеряя что-то. Его шоколадные глаза сосредоточенно прищурены, а губы поджаты. Вот такой, ушедший в свои внутренние мысли, он больше похож на ищейку. 

Зато я практически полностью уверена, что рядом с ним мне не угрожает никакая опасность. Шокирующая мысль молнией пронзает меня, заставляя сердце испуганно сжаться. 

Только подумать… Он же меня спас. Я же могла уже…

— Мы достаточно далеко от Лоренхейта, — прерывает Вальгерд мои мысли. — Но если нам удастся найти хоть какое-то место, где есть магия, сможем добраться в течение полутора часов. 

— А если нет? — я сразу решаю уточнить наши действия на случай, если все будет плохо. 

— В любом случае сейчас уже время к закату, — произносит он, а я еще раз оглядываюсь, осознавая, что в гиблых топях и не поймешь, какое время дня. — Темнеет тут быстро, потому нам сейчас стоит найти хоть какое-то место для ночлега. Ночами в топях лучше не гулять. 

Решаю не уточнять, что же нас может подстерегать, потому что уверена, что мне не понравится, а сердце и так колотится как бешеное. Поэтому просто доверяюсь Вальгерду и иду рядом с ним: он просто не позволяет даже чуть позади него идти, а я чувствую, что каждое мгновение он следит за мной. 

Вальгерд снимает с бедра длинный нож, который я ни за что не заметила бы, если бы не знала, что он там есть, а потом достает из сапога припрятанный кинжал, вручая мне. Я удивленно смотрю на него и забираю оружие. Похоже, ищейка всегда остается ищейкой. 

Но кожаная оплетка кинжала, удобно легшего в ладонь, придает уверенности, потому я заставляю себя немного приободриться: если я всерьез намереваюсь стать ищейкой, то пасовать при неожиданных неприятностях нельзя.

Постепенно шаг за шагом мы пробираемся через унылое и мрачное болото, вязнем в топкой грязи и цепляемся за жуткие заросли. Повсюду нас окружают зловещие тени и безжизненная пустота. Кажется, что сам воздух здесь пропитан мрачной, гнетущей энергией.

— Это…  не я, — наконец, прерываю молчание, которое становится уже невыносимым. 

Вальгерд хмурится, глядя на меня, как будто не понимает, о чем я. 

— Я про эту всю телепортацию… И лавочку, которая взорвалась. Это не я. 

— Я знаю, — кратко отвечает Вальгерд, одним движением разрубая перед собой очередные кусты.

— Но все равно что-то не то? 

Я чувствую, что он что-то недоговаривает, однако делиться со мной он не собирается. Все его внимание сосредоточено на том, что окружает нас. 

Время от времени картина вокруг нас меняется. Проблески золотистого света пробиваются сквозь заросли, окрашивая увядающую листву в теплые осенние тона. Воздух наполняется свежестью и легкой прохладой.

Тогда Вальгерд останавливается и прислушивается к себе: вернулась магия или нет. Но, к сожалению, каждый раз качает головой и дает мне знак идти дальше. 

Сквозь опавшую листву и зыбучие топи проступает мутные очертания деревьев, все вокруг кажется унылым и мертвым, пока неожиданно сбоку от нас я не замечаю небольшое озерцо.

Вода в нем отражает изломанные силуэты деревьев, окрашенных осенними красками. Я застываю как вкопанная, невольно засматриваясь на чудо. Ярко-зеленые кувшинки с белыми цветками медленно плавает на поверхности, дополняя картинку и все больше делая ее сказочной. 

Чувствую тепло, тихую радость, уверенность в том, что дальше все будет только лучше. Да и вообще я самая счастливая девушка в этом мире.

— Профессор… — шепчу я, боясь нарушить очарование момента. — Смотрите… 

Неожиданно для себя я делаю шаг по направлению к этой красоте, слышится треск и возглас Вальгерда. А я четко понимаю, что все то, что я сейчас чувствовала — не мое, как тогда, на тренировке.