Глава 43

Я не успеваю среагировать, тело действует отдельно от меня, и в этот раз именно моя сила взрывает стул, который мелкими острыми щепками разлетается в стороны. Тварь немного сбивает с траектории, поэтому она не успевает добраться до меня. Чувствую, как несколько щепок впиваются в мою кожу. 

Существо шипит, извивается, снова смотрит на меня, и я ожидаю, что ее клыки вот-вот вонзятся в мое тело. Но тут происходит сразу несколько вещей. Стекла на окне со звоном разбиваются, и вместе с порывом влажного ветра в комнату влетает Ори и с клекотом пикирует на тварь, откидывая ее от меня.

Лишь моментом позже распахивается дверь, комнату заполняет ослепляющее сияние, осыпающееся потом мелкими блестками. Знакомый голос, который тут же пробуждает во мне надежду, произносит несколько слов на странном языке, и меня окутывает уютный можжевеловый запах. 

— Моя Зика! — комендантша с несвойственной ей скоростью оказывается рядом с тварью. — Прочь противная птица! Сгинь! 

Она машет руками, отгоняя Ори в отчаянии и истерике. Я вцепляюсь в полураспахнутую сорочку своего куратора и сбивчиво дышу, радуясь только тому, что его аромат прочно ассоциируется со спокойствием. 

— Госпожа Вудворт, — хмуро, очень жестко произноси Вальгерд, прижимающий меня к себе, — вас, кажется, уже предупреждали по поводу вашего фамильяра?

С пальцев Вальгерда срывается плетение, замораживающее опасную тварь, и комендантша отчаянно вскрикивает. 

— Зика! — она закрывает рот и со слезами на глазах поворачивается к декану. — Профессор Вальгерд! Не троньте ее! Прошу вас! 

Так это… Ее фамильяр? Как-то очень неожиданно. Ладно бы я могла подумать, что это ее питомец, но фамильяр?

— Она останется пока у меня. Дальше я решу, что с ней делать, — строго произносит Вальегрд. — Сейчас идите, успокойте студентов, иначе здесь будет наплыв любопытствующих. Или вы готовы поделиться вашей историей со всей академией?

Вудворт трясется все, сглатывает нервно и мотает головой из стороны в сторону. 

— Пощадите ее… — я впервые слышу столько мольбы в ее голосе. — Вы же знаете, почему…

— Знаю. И вы знали, что такое может произойти, но не предотвратили это,  — чувствую, как пальцы Вальгерда сжимаются на моем плече, прижимая еще крепче к его горячему упругому телу. — Я обсужу с советом преподавателей, что с вами делать. Идите. 

Комендантша пятится, не сводя взгляда с Зики, пока не скрывается за дверью. Оттуда тут же раздается ее недовольный голос, призывающий всех разойтись по комнатам и обещающий в противном случае жесткие наказания. 

Только сейчас чувствую, что меня трясет. Вальгерд сгребает меня на руки, садится на кровать и устраивает у себя на коленях. Я пытаюсь от него отстраниться, упираюсь руками в его грудь, но хватка декана становится только крепче. 

Ярхаш! Если раньше мне было просто нервно и страшно, то теперь еще и дико стыдно. Хорошо, что девчонок нет, вообще бы сгорела.

— Расслабься, — говорит Вальгерд шепотом. — Эти твари подпитываются твоими эмоциями, вкуснее всего страх. Подумай сейчас о том, что Зика тоже навязывает чувства. Но она это делает иначе, ее влияние встроено в саму природу, поэтому ты просто не можешь заметить разницы между своими и навязанными чувствами. 

Его спокойный менторский тон успокаивает, переключает, поэтому я даже перестаю дрожать, нервно вцепляться в рубашку, рискуя оторвать пуговицы. Ори в это время кружит под потолком комнаты, чтобы опуститься на спинку моей кровати. 

Ветер холодным влажным потоком проникает сквозь разбитое окно, заставляет танцевать занавески и перелистывает тетради на столах. 

Тусклый огонек над кроватью слегка мерцает, словно в такт моему сердцебиению. Дышать постепенно становится легче.

— Вот так, — наконец, куратор ослабляет хватку и пересаживает меня на кровать. — Теперь дыши и расскажи, что случилось.

— Кажется… Магия все же начала возвращаться, профессор Вальгерд, — произношу я. 

Но как же кажется странно так обращаться к нему, когда вот сижу я в одной ночнушке, а вот он в тонкой рубашке. И несколько мгновений назад я практически ощущала своей кожей его. 

— Значит, все же это твой взрыв? — хмурится он. 

— Да… Так непривычно. Как будто я возвращаю часть себя.

Кутаюсь в одеяло и отвожу взгляд. А Вальгерд каким-то замысловатым заклинанием закрывает окно. 

— Так и есть, Алисия, — произносит он. — Завтра ремонтники все починят. 

— Почему госпожа Вудворт решила натравить на меня своего фамильяра? — голос все же дрогнул.

— Это не она. Зика сама приползла к тебе. 

Вскидываю взгляд:

— Но почему?

— Из-за грязи с топей, — произносит Вальгерд, стоя спиной ко мне у окна. — Когда-то, практически в детстве, из-за нестабильного мага Вудворт оказалась в гиблых топях. Одна. Молодая девчонка с едва проснувшейся магией. Только богам известно, что испытала тогда она. Вудворт потеряла тогда своего фамильяра, как и магию. Зато Зика ее спасла и привязалась, потому девушка смогла отучиться в академии и осталась тут комендантом, потому что ее нового “фамильяра” были согласны терпеть только тут. На определенных условиях.

Вот оно как… Теперь понятно, почему она так не любит нестабильных, да и вообще… Странная. 

— Но почему Зика пришла ко мне?

— Не к тебе. Ее позвали частички топей. Все же это существо скучает по своим привычным местам. А ты ее испугала, видимо.

Я молчу, а по телу снова пробегает дрожь, и мне приходится отдышаться, чтобы снова не окунуться в страх и панику.

— Я думал, что успею забрать у тебя грязную одежду, но свалилось слишком много дел, — с горечью и раздражением на себя говорит Вальгерд. 

— Еще бы… Наверное, тут без вас было суетно, ведь мы переместились в такой момент, — произношу я, а потом до меня доходит, что об одном мне очень хотелось спросить лично. — Профессор… Вы же не знали, что у меня начнет просыпаться магия. Зачем вы перенесли экзамены?

— Потому что так надо, — с нотками злости цедит Вадльгерд.

— Кому? Ведь явно не мне. 

— Тебе, Алисия, тебе, — он оборачивается и сверкает своим взглядом с вертикальным зрачком. — Из-за мецената. Тебе лучше встретиться с ним после сдачи экзаменов. 

— Да что в нем такого-то?

— Это герцог Вайоленс, — громом звучит ответ Вальгерда.