17. Утронедельник

«Чем дальше от понедельника, тем добрее утро.» (Стас Янковский)

Кошмарное утро понедельника было вполне логичным для губернатора продолжением прошлой безумной недели.

Когда у него были выходные в последний раз? Что это такое вообще — выходные? Управлять огромным краем на границе разрыва миров — такая задача была по зубам лишь Великим.

Вурус никогда не считал себя Великим. Потомок бессмертного, давшего плоду этой связи случайной способности, дар и весьма долгий век*. Полукровка, помесок, гибрид. В начале третьего тысячелетия эти слова ничего не значили, могли вызвать лишь легкий приступ праздного любопытства. А во времена его детства чистая кровь значила многое. Чистокровные оборотни чтили свое происхождение. Пафос расы иных бил наотмашь по сознанию полукровки.

Он сделал себя вопреки. Прошел школу приютов, бродяжничал, был попрошайкой, зубами, когтями и силой характера выгрызая на плоскости этого мира свою линию жизни. Блестящее образование, головокружительная карьера, репутация и круг верных друзей. Вот, что сделало его Вурусом.

Он вернулся порталом, как только узнал о прибытии борта с драконом. Вчерашний день тоже был абсолютно безумным. Единственное, что ему удалось сделать качественно — это выспаться.

— Уже встал? — в столовую тихо вошла Ольга.

Его женщина, его душа, его сердце. Последние два дня всколыхнули мысли и чувства во всех участниках круговерти странных событий. Вот и его повело. Теплый огонек словно зажегся где-то там, чуть выше желудка. Как давно он не видел ее улыбающейся и счастливой? Целую вечность. После отъезда младшей дочери она вообще редко улыбалась.

— Аве, родная. Иди сюда. Поспала хоть немного? — притянул огромной лапой теплое тело еще сонной жены, усадил ее на колено.

Невольно взглянул на наручные часы. Всего полчаса. Ничего не успеет. Краем глаза увидел: она все заметила.

— Совсем немного. Сейчас Саша пригонит машину, сегодня я на целый день на кафедре, ты помнишь?

— Забыл. Просто забегался. Много всего навалилось. Последствия всех этих штормов разгребать будем еще месяц. Если не повторятся.

— И не надейся. Ты слышишь? Волна** зарождается. Вселенская волна. Сумерки просто натянуты, как кожа на барабане.

— Да, военные предупредили еще вчера. Сейсмо- и метео-оранжевый режим. Сегодня будем проверять общую готовность.

— Времени нет. Ты узнал этот звук поднимающейся волны?

— Да, дорогие мои. Так поет война, — в столовую неслышно вошла Маргарита.

Двигалась она медленно, словно плыла.

Впервые Марго предстала перед компанией в полной военной форме: при погонах и звездах, с широкой планкой наград на кителе. Гладко причесанная, очень красивая и строгая, она больше ничем не напоминала теплый комочек, буквально сорок минут назад дремавший на широкой груди у дракона.

Маргарита великолепная.

Остановилась у входа, с улыбкой наблюдая уютную семейную сцену,

— Аве, пресветлые. Уж простите, что невольно подслушала. Службы переведены в режим боевой тревоги уже сорок восемь часов назад. Нам придется покинуть вас, хотя... боюсь, мне это будет непросто.

Все невольно оглянулись на дверь в гостевое крыло дома.

— За ним есть, кому присмотреть, к тому же... — начала было Ольга.

— К тому же, он вполне дееспособен, — закончил ее фразу появившийся в дверях кухни дракон.

Он был одет в черный горный костюм военного образца, подтянут, причесан, побрит. Лишь яркая бледность и чуть заострившиеся черты лица напоминали о событиях прошедших дней. И взгляд. Дракон просто впился глазами в замершую вдруг Маргариту. Не бессмертный Великий и легендарный Лефлог, лишь позволяющий себя любить своим женщинам, а влюбленный мальчишка. Именно так он и чувствовал себя перед ней.

— Как самочувствие? — незаметно соскользнувшая с колен мужа хозяйка дома шагнула к барной стойке, — мужчины, кому кофе, пока у меня есть немного времени?

Мужчины дружно подняли руки — как школьники в младших классах, — переглянулись и облегченно рассмеялись. Сразу стало светлее. Тени нахлынувших вдруг тревог понемногу угасли.

— Здоров абсолютно, чудеса военной медицины, — голос дракона немного осип. Будто не смертельное ранение тянуло Лада за Грань жизни и смерти, а легкая простуда слегка потревожила бессмертного. — Мне двойной, если можно. И сахар двойной.

— Ненасытный, яги меня подери, сладкоед, — судя по тону, вошедший Клавдий был очень доволен увиденным.

В отличие от всех присутствовавших за столом, вид имел он всклокоченный, даже разбитый. Заспанное лицо, мятый свитер на голое тело, видавшие виды джинсы, даже легендарная лысина выглядела помятой.

— У меня ощущение, что это меня поимели суккубы, а не эту чешуйчатую напасть, вам не кажется?

Солнце снова заглянуло в окна. Последние минуты уютного утра стремительно ускользали.

Вурус нервно смотрел на часы.

— А где наши голуби?

Клавдий тяжко вздохнул, полируя ладонью блестящую лысину.

— Мы тут ранехонько встали с Гуло, покумекали коротенько, и кое-что надумали. Пару гипотез, немножечко. Ребятки метнулись кое-что проверить. Быстренько. С Вашего позволения, я кофеек ваш волшебный прихвачу к себе наверх, и тоже кое-что прозондирую. Лад, ты за смотрящего. Остальным мое почтение, и надеюсь до скорого вечера — Клавдий вдруг воодушевился, подхватил протянутую хозяйкой большую дымящуюся чашку кофе, и быстро исчез.

Раздалась трель звонка инофона в руках Маргариты. Звонок приняла, молча выслушала, отключилась.

Ольга протянула ей чашку.

Марго тихо вздохнула, задумчиво отхлебнув.

— Мне пора. Машина уже стоит у дома, меня ждут, Агатов бьет гномьим копытом и грозится клистиром.

Молча двинулась к выходу, провожаемая внимательными взглядами остающихся.

— Марусенька, я провожу, — сделав один шаг в сторону, Лад заслонил своей фундаментальной фигурой ей выход.

— Нет. Хотя... — Маргарита достала из бокового кармана кителя связку ключей и протянула ее дракону, — возьми, разберешься. Прощай.

Лад поймал ее пальцы, на лету поцеловал их, глядя прямо в завораживающе-глубокие глаза, и, зажав ключи в кулаке, отпустил. Косатка выскользнула из дома, раздался хлопок двери автомобиля, гул могучего двигателя, и все затихло. Уехала. Как будто бы сердца кусок оторвали.

— Нам ведь тоже пора. Оленька, готовность пятиминутная. Пока в Сумерках штиль, я тебя закину порталом, Сашу отправил уже с моим поручением в городской суд. Побежали, моя дорогая.

Сосредоточенный Вурус был стремителен и непререкаем. Было в нем что-то... камчатское. Вовсе не случайно знаменитый этот Инквизитор оказался на месте здешнего хозяина.

Они быстро вышли, оставив в столовой одного лишь печального и задумчивого Ладона, разглядывавшего странный подарок Марго. От каких тайн все эти ключи, что ими заперто, что открыть предстоит?

Все они были разной длины и размера. Один — старинный, кованный, темный от времени, со сложным орнаментом на ушке. Второй, блестящий, стальной, был похож на ключ от сейфа — с бесчисленным количеством вырезов и выступов. Последний — небольшого электронный чип-ключ, такие уже приходилось ему видеть. Три загадки. И что ему теперь с ними делать?

***

Клавдий задумчиво смотрел в открытое окно дома на утесе. Сложенный из искусно обтесанного темного камня, этот дом за прошедшие дни стал неожиданно родным для них всех. Уютный и теплый. По словам хозяина, все водяные коммуникации были привязаны к термальным источникам, выходившим прямо под коттеджем. Его согревало дыхание самой матушки Земли. Символично.

Сопки за окном стремительно покрывались золотым отливом осени. Еще несколько дней, и зелень останется лишь воспоминанием о молниеносно промелькнувшем камчатском лете. Сезоне туманном, холодном, наполненном гулом мошки и комаров.

Камчатская осень — время штормов. Ураганы и бури, проливные дожди, взбитые шквалистым ветром до состояния пенистого коктейля. Лимонные блики березовых листьев и свинцовое небо. Сытый сезон, урожайный. Кажется, эта земля спешит обильно и быстро накормить своих жителей перед долгой и снежной зимой.

Бескрайние просторы горной тундры, залитые ягодой, шляпки огромных грибов, стоящие как на грядках, реки, забитые под завязку идущей на нерест красной рыбой.

Щедрая и суровая красавица — шальная Камчатка.

Его раздумья прервал едва слышный шелест. Порыв ветра, и на гладкий каменный подоконник приземлилась огромная белая птица. Заскользила по полированному камню, задергала крыльями. Несколько растерявшись, Клавдий едва успел подхватить это чудо пернатое.

Громко чертыхаясь на птичьем своем языке, стремительно тяжелея, она вывернулась из его рук, неловко отпрянула, задев локтем челюсть пытавшегося не дать ей вывалиться из окна Клавдия, каким-то чудом уцепилась за его могучее плечо и замерла.

— Я не вовремя, голубки? — появившийся в дверях взлохмаченный Лер, на ходу натягивающий спортивные штаны явно не из своего гардероба, кинул в их сторону махровый халат, — прикрой нашу Венерку пернатую, а то даже пены морской на ней нет.

— Я тебя давно мечтаю ободрать, как унитазный ершик, Лер. Ты куда испарился, я чуть не свихнулась! — прошипела, спешно заворачиваясь в огромный халат, Венди, живо освободившаяся от крепкого захвата оторопевшего Кла.

— Ты кого раздел опять, разбойник? — титан уже успел немного прийти в себя, благо многолетняя практика работы с этими двоими закаляла не хуже доменной печи.

— Не успел заметить, да это не важно. Или ты предпочитаешь наше общество НЮ? — Гуло хищно ощерился и вильнул задом, отчего его одеяние предательски сползло с мощных бедер.

— Клавдий, останови этот балаган, я сойду, компенсацию за билеты на представление пришлешь мне своим голубем, — Ди страдальчески закатила свои агатовые глазки, вытряхивая совиные белые перья из волос.

— Так, детки. Антракт. Напитки и бутерброды в столовой. Даю вам десять минут на приведение себя в рабочую форму, осознания важности момента и подготовку к отчету. Жду вас, сладкие мои, время пошло.

С трудом сдерживая смех, Клавдий вышел из комнаты. Ох уж эти двое, невозможные, ненормальные!

***

В столовой вдруг раздался сигнал зуммера, проиграла какая-то тихая бравурная мелодия, и на широкий обеденный стол вдруг явился сервированный на четыре персоны обильнейший завтрак. Гора бутербродов, блюдо с блинчиками, сырная тарелка, обязательная красная икра, блюдо с рыбным балыком сразу нескольких видов.

Зайди к ним случайно сейчас пара-тройка случайных гостей —и те голодными не остались бы. В центре стола дымился большой пузатый кофейник — дань традициям. Новомодная кофемашина никогда не создаст такой атмосферы завтрака, как этот фарфоровый артефакт.

Пока изумленный дракон осматривал очередное чудо бытовой магии дома губернатора, в столовую спустился хохочущий Клавдий.

Увидев друга, титан на секунду замер, прищурился, и широко улыбнулся.

— Дай пощупать себя наконец, наглая ты рептилия. Говорил я тебе, изменчивый ты мой: все зло — от баб. А ты мне что? Что стоишь, дуралей, жениться тебе надо. Срочно. И не на той бабе, что с ножиком. Кстати, этот воинственный идиот, который Гуло, бегал все утро сегодня за ней по глубоким Сумеркам.

— Как он нашел суккуба?

— Так она тобой воняла, как кошка в марте. Он в обороте за ней бегал, видимо, чтобы не... Предохранялся небось. Целомудренный наш и верный.

— И как успехи?

— Сногсшибательно. То есть — никак. Это голем, точнее — акуна***, давненько их было не видно.

— Кукла? Она не похожа была на безмозглую. Хотя...

— Хотя при формате всех тех ее прелестей, что она щедро так демонстрировала, тебе был явно не важен ее интеллект.

Да уж. Тут пришлось согласиться. Ладон содрогнулся. Встреча с Марго как будто его отрезвила. Как он вообще среагировать мог на «куклу»? Великий? Ага, как же. Безмозглый самец.

— Одно прекрасно. Погода хорошая, друг мой. На этом все хорошее пока что заканчивается.

В столовую вошел как обычно небрежно одетый Лер. На сей раз одеяние было ему впору и, судя по стилю «экстрим-бохо», была представлена его личная коллекция.

Повёл своим горбатым носом, блаженно зажмурил глаза и пошел ко столу на блинчики и рыбку, как зачарованный змей на дудочку.

Следом за ним выпорхнула безупречная и элегантная Венди. В черном горном костюме она выглядела не хуже, нежели в вечернем платье от кутюр. Судя по восторженному выражению лица, девушке тоже было что поведать друзьям. Она быстро обвела глазами стол, немного наморщила носик.

— Дайте угадаю, отчего вы без меня не начинали. Только не говорите, что ждали. А! Кофе некому было разлить! — и подхватила увесистый кофейник точеными пальцами красивых рук, — кстати, Оладушек, душа моя, ты мне должен. Много должен, имей в виду, я все калькулировала.

— Я тоже люблю тебя, детка, — Лад нежно поцеловал наливавшую ему кофе Венди в белую макушку. — Как я бы бросил тебя, моя птичка?

Лер даже замедлил процесс поглощения завтрака.

— Ой все. Ладон, заправь прорезавшиеся свои крылышки обратно в трусы, мы все видели. И мне ты теперь тоже должен. И облизыванием моего сиятельного затылка точно не обойдешься, любвеобильный ты наш.

_________________________________________

*весьма долгий век — от связей бессмертных со смертными дети рождались очень редко (полубоги-герои), были, как правило, смертны, старели, но жили 500-600 лет.

**Волна — загадочное физическое явление, возникающее в магическом измерении (Сумерках) следствием которой обычно являются масштабные негативные события в реальности (войны, глобальные катастрофы и т.д.).

*** Акуна (акуны) — неразумные магически одаренные существа, имеющие генетически обусловленную (наследственную) способность доступа к магическому подпространству (Сумеркам). Акуны могут быть инициированы специальным ритуалом и тогда становятся послушны персонально магу, ритуал проводившему (куклы).