Глава 2

— Ну что, ты довольна, сучка? Эти старые хрычи отказались продлевать договор с Котиком!

Визгливый голос из динамика разбудил меня.

— И тебе доброго утра, Олеся. Ты купила новый номер телефона…

Пробурчала я, откидываясь на подушку. Судя по часам, время уже перевалило за полдень, но я только на рассвете закончила один из витражей для Вали. Такой подлянки от новой пассии бывшего мужа я просто не ожидала.

— Какое к черту утро? Ты, дрянь, разрушаешь его бизнес и смеешь спать спокойно? Тебе мало того, что он отдал тебе кучу бабла?

— Он отдал мне деньги за свою недальновидность и нежелание держать свой член в штанах. Брачный договор его никто не заставлял подписывать.

Поднявшись, я вышла из спальни. Сбрасывать вызов бесполезно, эта неуравновешенная девушка звонила мне не реже трех раз в неделю, осыпала меня оскорблениями и отключалась, а я пересылала очередную запись содержательного разговора своему юристу. Ради Олеси я даже установила предупреждение о записи всех разговоров, но в ее голове явно отсутствовали защитные механизмы. Что ж, Дмитрий Аркадьев обещал в конце месяца подать на нее в суд за преследования и оскорбление чести и достоинства. Если и штраф не поможет, то девушку ожидает тюремное заключение  или медицинское принудительное освидетельствование.

— Это ты должна была уйти, корова жирная! — осмотрев свои пятьдесят семь килограмм, проходя мимо зеркала, я усмехнулась. Ну да, до ее сорока пяти мне далеко. — Мы с Котиком любим друг друга!

— Вот и меня он любил, отвел в загс, надел мне кольцо на палец. А потом решил изменить с тобой. Вот почему я не требовала у тебя убраться из нашей семейной жизни?

-Ты бесплодная! Столько лет в браке и детей ему не родила! — воодушевилась Олеся, — а я беременна!

— Поздравляю тебя, надеюсь, ты сперва выйдешь замуж за Колю, а то посадит он тебя на минимальные алименты, и будешь ты девка с прицепом, но без мужа.

— Что?! Как ты смеешь так говорить, сука старая, он меня любит! И никогда так не поступит! Сдохни, дрянь!

Истеричка бросила трубку, а я зажгла газ под чайником.

Наивная девушка! Остапов никогда не хотел детей, более того, он брезгливо морщился от вида пузатых карапузов и любыми способами отказывался брать их на руки. Конечно, меня он заверял, что наших детей будет любить, но мне в это не верилось. Неважно, чей ребенок, но такое отвращение ничем не исправишь.

Внеся очередной номер Олеси, к слову, уже седьмой, в черный список, я навела растворимый кофе и достала из холодильника миску с черешней. Вчера нарвала ее в саду, после того, как посеяла в теплице базилик, укроп и петрушку. Сегодня я планировала выбраться за марилкой и лаком для уличных лавочек. На обратном пути я куплю хлеба, масла, может, красной рыбки, и вечером запеку ее в углях. По заведенной традиции, я выбиралась из дома два раза в неделю, покупала самое необходимое, и снова закрывалась в мастерской. Неожиданностью для меня стало, что клиенты дяди, узнав о моем вселении в его дом, попытали счастья, решив купить у наследников витражи. Оказалось, что у Игоря была огромная база клиентов и даже пара заказов, которые он не успел закончить. Первый из нетерпеливых позвонил на городской номер спустя пять дней после моего переезда. Родион долго извинялся, но он очень хотел в свой новый дом огромные витражные окна в спальню. Он обговорил с Игорем все, но когда тот умер, потерял всякую надежду. Дядя не брал предоплаты, и крыть мужчине было нечем. Пригласив меня на обед, он рассказал все честно, и просил только любой контакт другого мастера по витражам. Его радости не было предела, когда я призналась, что и сама могу выполнить заказ.  Он провел мне экскурсию по своему дому, показал и те самые окна. Работы там было много, но мужчина хотел чего-то живого и закатного. Договорившись с ним, что аналогичные стекла доставят ко мне в мастерскую, я усердно рисовала на них взлетающую жар-птицу. Ее пушистый хвост и расправленные крылья играли всеми цветами от золотого до бордового, а у самого пола шел вьюн с белыми цветами. Увидев набросок, Родион пришел в восторг и заверил, что готов привезти все необходимое мне в кратчайшие сроки.  Почти неделю я наносила контуры и основные цвета, но старалась работать в лучах солнца, а с заходом светила переключалась на заказ Вали. Более детальный, мозаичный, в темных цветах, он отнимал куда больше сил. С такими темпами работы я смогу закончить оба заказа одновременно. Проблемой стало мое питание. Уходя в работу, я могла не есть и сутки, но вот организм был против этого. И тогда я стала устраивать себе пару часов отдыха сразу после захода солнца. Разжигала мангал, жарила или запекала мясо, птицу, рыбу и овощи, потом делила на порционные контейнеры и всегда брала один в мастерскую. Как только выдавалась минутка на раздумья, я быстро орудовала вилкой, и одновременно с этим оглядывала проделанную работу и подмечала мелкие недочеты.

К чему я не была готова, так это к настойчивому заказу от бойкой женщины. Она как-то была связана с Родионом, и ей требовались пять витражей, но с определенной тематикой. Признаться, такого заказа, здесь, в глубинке, я никак не ожидала. Думаю, даже в самой столице люди еще не готовы украшать свой дом мужскими татуированными спинами. Светлана Владленовна Горяева, хотела изображения сильных, накаченных мужчин с татуировками в половину спины или на всю спину, выполненными в разных стилях. Один точно должен быть из китайской триады, один в стиле киберпанк, еще она хотела прорисованные кости скелета, и два рисунка оставляла на мой выбор, но желала видеть эскизы. Отложив столь необычный заказ на время, когда я смогу полностью посвятить себя работе над ним, мы обменялись контактами. Разрываться на три разных работы, теряя при этом в качестве, я не хотела.

Тетя Катя все еще поправляла свое здоровье, ее зверье уже привыкло ко мне, а столкнувшись с Русланом, я пообещала ему следить за всем самостоятельно. Уставший, даже замученный мужчина лишь кивнул и уехал обратно, так и не зайдя в дом. Впрочем, вскоре я забыла о его визите. У меня была работа и цель исполнить все так, чтобы витражи нравились мне самой.

Один раз звонила Валя, злорадно сообщила, что дела бывшего идут очень и очень плохо. Ее Ник управлял смежным бизнесом и проблем ему неприятности Коли почти не доставляли. Но мне было жалко его. Пускай и предатель, но родной человек. Как же хорошо, что я уехала от него так далеко, а чувство гордости не позволяет ему открыто обвинять меня во всех своих проблемах.

Допив растворимый кофе и ополоснув  чашку, я одела обычные драные джинсы, свободную футболку, собрала волосы в хвост и нацепила на голову кепку. Я отдала предпочтение любимым кроссовкам, и, подхватив маленький рюкзачок, выскочила из дома. Надежно закрыв все замки, поспешила на автобусную остановку. Десять минут под горку, да и ждать не пришлось долго. Уже через двадцать минут я заходила в строительный магазин.

— Добрый день, я Павел. Чем могу помочь?

За спиной парня были сотни баночек, мешков и коробочек. Разнообразие, почти рай для того, кто любит обновлять и переделывать все своими руками.

— Добрый день, мне нужны вот эти вещи, — протянув улыбчивому продавцу список необходимого, скрупулёзно выписанного с баночек дяди, я стала ждать.

— Марилки орех и охры сейчас нет, есть другой фирмы, но цвет результата может отличаться, — с сомнением произнес Павел.

— Нет, мне нужны именно эти. Что можете предложить?

— Только подождать, я включу Ваш заказ в заявку, и через неделю будет большая поставка. Но придется оставить предоплату в тридцать процентов.

— Хорошо, тогда посчитайте все, как один заказ, и скажите итоговую сумму.

Оживившись, Павел быстро подбил заказ и оформил его на бланке, указав примерную стоимость. Выходило чуть больше двух тысяч предоплаты. Получив товарный чек и обменявшись номерами, мы расстались, довольные друг другом. Срочно начинать ремонт я не хотела, на это просто не хватило бы моего свободного времени. Я была рада перенести старт работ на целых семь дней.

Следующим пунктом стал поход на рынок за овощами и рыбой. Прикупив к нерке еще и килограмм свежевыловленного саргана, я поскакала в хлебный магазин. Два батона, пакет сухариков и овсяное печенье оттягивали теперь вторую руку, а еще нужно купить масло…

В молочном отделе я закупила три вида сыра и ряженки. Уже подползая к овощным рядам, скрепя сердце отобрала по семь помидоров, огурцов и молодых болгарских перцев. Не удержавшись, выбрала три кабачка и два баклажана. Путь на остановку казался бесконечным под палящими лучами солнца, и я ругала себя, что не вызвала такси, но так хотелось быть как все окружающие меня люди.

Сползая по ступенькам автобуса, я считала шаги до заветной калитки. Рядом просигналила машина, но я даже не поняла, что это мне.

— Оля, добрый день, давайте помогу, — Руслан подхватил пакеты и понес их к машине.  — Ожидаете гостей?

Загрузив пакеты в багажник, мужчина открыл переднюю дверь.

— Добрый день. Нет, поддалась жадности! Верно говорят, что на рынок нужно ходить сытой, а я только кофе выпила, вот и набрала уйму всего.

— И что же такого вкусного нашлось на рынке? — заняв место водителя, он аккуратно тронулся с места.

Трафик сегодня был спокойный, если не сказать, что дорога была пустынна.

— Помидоры пахли очень соблазнительно, в хлебном выгрузили свежий багет из печи, еще взяла три сорта сыра, зелень и самое вкусное — свежий сарган! Как представлю его, да зажаренным на решетке, так живот сводит.

— Да? Теперь и я есть захотел.  Нужно будет заехать завтра на рынок.

— А вы приехали проверить хозяйство? Я вчера покормила птиц, почистила у них, кот питается у меня, как и собака. Проветривала я два дня назад.

— Большое вам спасибо, а то совсем нет времени. Но тетя просила отремонтировать водонагреватель в летнем домике. Нужно почистить его от накипи, пока есть выходной.

— Вы на весь день работать?  — вспомнив, сколько требовалось времени дяде на подобную чистку, спросила я.

— Наверное, так, — подъехав к воротам, Руслан заглушил мотор.

— Тогда заходите вечером на рыбку. Я ужинаю после заката, отблагодарю вас за помощь

— И вы думаете, я откажусь,  — он рассмеялся, — выберу холостяцкие пельмени вместо рыбы с костра?

— Ну, я знаю людей, которые так бы и сделали.

— Глупые люди!

Выйдя из машины, Руслан забрал пакеты и понес к моей калитке. Заприметив хозяина, Ром, мелкая дворняжка с огромными зубами, завиляла хвостом, а вот кот даже не поднял головы с лавочки, на которой лежал.

— Тогда в девять вечера я жду Вас в беседке. Калитку закрывать не буду.

— Хорошо.

Кивнув, Руслан ушел к себе, а я отперла двери и принялась загружать продукты в холодильник. Нерка была заброшена в морозилку, овощи вымыты и оставлены на столе. Солить сарган нужно только перед самой готовкой, да и чистить такую мелкую рыбку нет необходимости. Оставив ее в холодильнике под плотной крышкой, я съела бутерброд со вчерашним компотом, и, переодевшись, поспешила работать. Плотные брюки цвета хаки и рубашка с длинными рукавами помогали не сильно пачкаться. Убранные в пучок и под косынку волосы не отвлекали от процесса. Сегодня я раскрашивала золотым цветом почти законченный хвост жар-птицы. После того, как он высохнет, останется нанести алые узоры на большие перья, и можно будет переходить к правому крылу, расписывая его красным с оранжевыми язычками пламени. Удачно, что рисунок был такой большой — я могла переходить от одной части к другой, не дожидаясь полного высыхания предыдущих деталей. Четыре часа работы пролетели как один миг, и только будильник вырвал меня из творческого порыва. Выдохнув, я отступила назад, рассматривая проделанную работу. Ну, пока сильных отступов я не вижу, есть несущественные помарки, но после полного высыхания я смогу подправить эти огрехи. Родион должен быть доволен.

Приняв душ и переодевшись, я пошла разжигать угли. Переместила рыбу на улицу, разложив ее на решетке, и приправила. Нарезала овощи, сыр, хлеб. Потом закатала в фольгу один кабачок и баклажан, их я кину уже в затухающие угли и оставлю там до утра. В чем плюс печеных овощей, так это в отсутствии масла при готовке.

Пристроив решетку, я вернулась в дом за компотом. Грушево-абрикосовый, с кислинкой, компот варился без сахара, но он был бы там лишним.

— Добрый вечер, — Руслан постучался и вошел через калитку.

На самом деле, калиток у нас было две: общая и проходившая через огород. Ее сделал дядя Вадим и запиралась она условно.

— Добрый, рыбе нужно еще минут двадцать, но есть компот и бутерброды.

— Спасибо, я как-то не подумал о еде, когда ехал сюда. Привык, что у тети Кати всегда полно всего, а с ее желанием накормить всех подряд сложно уехать, не округлившись.

— Да, она очень любила откармливать меня каждое лето. Варила борщи и супы на две семьи и загружала все это добро в наш холодильник.

Рассмеявшись, я протянула стакан с компотом.

— Холодненький, как раз то, что нужно летним вечером.

— Спасибо.

Выпив все за раз, Руслан устроился на лавочке. Темные волосы завивались непослушными кольцами на концах, отросшая челка закрывала брови. Он был уютным, не суетным, уверенным в себе человеком. Коля был всегда другим. Посещал парикмахерскую два раза в месяц, делал гелем укладку каждое утро, даже в выходные. Теперь я понимала, насколько он был искусственным.

-Хорошо тут, тихо, дорога хоть и близко, но шума машин нет.

— Да. Мы с дядей Игорем обожали сидеть летними вечерами и просто молчать, — перевернув в очередной раз решетку, я грустно улыбнулась воспоминаниям

— Игорь был необычным человеком. Казалось, он знал все на свете, постоянно учился чему-то, помогал с любым вопросом. Я даже не поверил, что его больше нет.

-Дядя любил новые знания. Он так и не закончил свое высшее образования. Мой отец не понимал его. Не смог простить, что Игорь бросил все ради такой тихой жизни.

— Они были разными? — Руслан внимательно смотрел мне в лицо.

— Как две противоположности. Папа хотел контролировать все и всех, шаг в сторону и меня ожидало строгое наказание. Почти весь учебный год я проводила под домашним арестом. И только летом, когда мама отправлялась на очередные гастроли, я могла вздохнуть свободно. Нет, конечно, они продолжали звонить, интересоваться, сколько я уже прочла книг, как много исписала тетрадей. Но я могла спать сколько хочу, есть что хочу и гулять, не тревожась о том, что нарушу комендантский час.

— Неужели все было так плохо?

— Нет. Просто я была единственным ребенком и должна была быть идеальной. Они любили меня, но с оговорками.

— Моя мама много работала, отца я не знал, а когда пошел в старшую школу, мама вышла второй раз замуж, родила близнецов и отдала меня в лицей с проживанием. Потом ее семья переехала, но я уже не хотел к ним. Меня навещали раз в неделю дядя и тетя, после армии остался тут. Проживая в общаге, учился на очном. Не так давно мать потребовала с меня денег на поступление младших детей в Рязанское высшее летное, но я отказал. Пусть они пробиваются сами. Дав взятку один раз, станешь дойной коровой.

Переложив рыбу на большую тарелку, я оставила решетку над углями, и села напротив него. Искренний человек с жестким взглядом, Руслан не просил жалости, он просто делился правдой.

Наложив гостю пять рыбешек, себе я положила три. Прихватив на тарелку и овощей, я вновь посмотрела на него.

— И как она отнеслась к отказу?

— Внесла мой номер в черный список. Это было еще до смерти дяди, я даже не смог сообщить ей о похоронах. А тетя Катя, она тогда не могла говорить на эту тему. Отписался бумажным заказным письмом, уведомление о получении пришло, но ответа не было.

— Значит, и Вам не стоит о ней думать.

Некоторое время мы молча ели, подкладывая по одной рыбке и запивая еду компотом. Спокойный уютный вечер подходил к концу, пели сверчки, редко пролетали светлячки. Ночные мотыльки бились об уличные фонари.  Угли почти потухли, и я, встав, закинула в мангал свои овощи.

— Спасибо, рыба действительно волшебная получилась.

— Спасибо за компанию, — я пожала плечами.

— Вы тут еще долго будете? Муж еще не требует вернуться? — Руслан доброжелательно улыбнулся, и это сгладило укол боли.

— У него теперь нет права от меня требовать хоть чего-нибудь. Мы в разводе, и инициатором был он.

— Ох, — подавшись вперед, он стал всматриваться в мое лицо, — я, правда, не знал.

— Неважно. Это было только вопрос времени, когда мы станем абсолютно чужими людьми.

— Да, и так бывает. Значит вы тут до конца лета?

— Нет, я тут теперь буду жить постоянно. Там, в столице меня больше ничего не держит: родители умерли, муж уже бывший, для общения с друзьями хватит и телефона.

— А чем Вы будете заниматься?

— Давайте перейдем на «ты», а то почти соседи, а они, как известно, ближе родственников, — дождавшись кивка, я улыбнулась. — А планирую продолжать, как и дядя, рисовать витражи. Уже есть три заказа, а там посмотрим. Накопления имеются, бедствовать не буду, есть крыша над головой и полная свобода действий.

— Свобода — это главное. Если что нужно, ты говори. Не таскай, как сегодня, тяжелые пакеты

Достав телефон из кармана, Руслан нахмурился.

— Скажи свой номер телефона, когда соберусь сюда, позвоню и узнаю, что тебе нужно. Через месяц тетя Катя вернется, тогда буду вам привозить продукты два раза в неделю.

— Не нужно, я могу и сама на такси, — я покачала головой.

— Не скажешь ты, я узнаю номер у тети, и уже она будет составлять список продуктов, а это будет куда больше, чем могут съесть трое взрослых мужчин.

Сдавшись, я назвала цифры, и через пару секунд  телефон затрезвонил в доме.

— Вот и хорошо. Давай помогу с посудой и поеду уже. Почти одиннадцать часов, а завтра на работу.

— Не нужно, я сама, тебе пора отдыхать.

Покачав головой, Руслан подхватил грязную посуду и понес ее в дом. Мне осталось только захватить оставшиеся овощи и хлеб с сыром. Бутылку из-под компота я зажала под мышкой. В просторной кухне мужчина уже мыл тарелки, ловко ставя на подставку мокрые тарелки.

Мы распрощались как приятели. Закрыв за ним калитку, я отправилась работать. Однако сегодня темные краски не ложились на стекло. Рука тянулась к светлым тонам, и я, сдавшись, дополнила изначальный рисунок вышагивающей пумы стелющимся белым туманом. С рассветом, отправившись спать, я не думала ни о чем насущном. Так прошел еще один день.