Глава 4

Проснулась Лана оттого, что ей стало холодно. Поежилась, натягивая одеяло к самому носу, пошарила по кровати в поисках теплого Горгорона, но дракона рядом не оказалось. И морозный ветер из открытого окна уже выстудил его спальное место. Девушка нахмурилась: ректор ушел давно и даже не разбудил ее. Пожалел, видимо. А может, просто не захотел, чтобы она узнала что-то лишнее? Обиженно надула губки: ну, какие могут быть секреты от истинных? Подумала так и тут же закусила губу с досады: сама-то она не торопилась открывать любимому душу нараспашку.

Наскоро одевшись и приведя себя в порядок, девушка отправилась на поиски Гора.

Сегодня был учебный день, адепты суетливо сновали по коридорам, и Лана искренне радовалась этой деловитой возне. Сама она посещала не все занятия, Гор составил для нее индивидуальное расписание, вычеркнув дисциплины, заведомо не нужные уроженке закрытого мира, вроде боевой или стихийной магии. А многие оставшиеся предметы преподавал ей сам. Поэтому у Ланы оставалось достаточно времени и для работы в лазарете, и для самой себя.

А вот в библиотеке она бывала часто. Девушка много читала, восполняя пробелы в знаниях по местной истории и магическому мироустройству. И теперь искать ректора она направилась туда. Ведь именно в библиотеке находилась Облачная дверь.

Высокие массивные двери книгохранилища были чуть приоткрыты, и оттуда курился тонкий дымок — Облачный морок, постоянный житель академической библиотеки. Это он оживлял хранящиеся на ее полках истории, свиваясь в фантомные образы героев книг, иногда показывая целые сцены из прошлого или возможного будущего. А порой образы того, что никогда не происходило и даже не могло бы произойти. Разобраться во всей этой круговерти событий было непросто, поэтому Лана воспринимала фантомы Облачного морока просто как занятные картинки.

В отличие от нее, Горгорон прекрасно знал, как правильно обращаться с мороком, и умел заклинать его. С помощью колдовского тумана была создана облачная защита Академии. Облачный морок мог проникать через стенки миров. Он приносил из иных измерений странные пугающие видения, а порой и что-то более материальное или даже живых людей. Именно эту способность морока Горгорон использовал, чтобы настроить свой множественный портал. Только для подобных путешествий требовался якорь, чтобы туманный мостик между мирами не унесло в сторону магическими Потоками.

В свое время для Ланы таким якорем стала Черная книга из кожи последнего короля драконов, а потом ее собственная метка истинной пары. Но ректор не зря опасался за безопасность — путешествия в закрытые миры были весьма рискованны, даже при наличии стабилизирующих артефактов. Даже таких мощных, как Осколки.

Именно Осколки помогли им запечатать вход в Чертоги Пустоты, именно Осколки вернули Горгорону зрение. Пустую скорлупу одного из этих волшебных камней, Лана теперь носила на груди в качестве украшения. Простой серый камешек, но он служил напоминанием о том, на какие жертвы порой приходится идти во имя любви. Силу этого артефакта девушка использовала, чтобы вернуть любимому возможность видеть. А томившиеся внутри души родителей Гора, выпустила на волю при помощи Черной книги. И теперь все с нетерпением ждали воплощения этой пары драконов в материальном мире. Но те пока что не торопились.

Лана вошла в библиотеку. Облачный морок приветствовал ее как старую подругу, осторожно тронув за плечо туманным щупальцем. Девушка шла мимо высоких книжных стеллажей, верх которых терялся в колдовской мгле под потолком. Приветливо кивнула генералу в сверкающих латах, который в очередной раз произносил свою пламенную речь перед невидимым Лане войском. Ей уже даже начало казаться, что фантом стал признавать ее и пытался отвечать на ее приветствия, но каждый раз, когда их взгляды должны были вот-вот встретиться, Облачный морок развеивался.

Она шла дальше сквозь плотную тишину книгохранилища. Вокруг вздымались не книжные шкафы — целый книжный город, по которому можно было путешествовать, казалось, целую вечность. Столько в этих фолиантах хранилось мудрости и знаний.

Но вот, между стеллажами послышался тихий перестук — такой знакомый Лане — и она ускорилась. Вскоре за поворотом обнаружился источник звука: Горгорон в компании Ирлина шел по библиотечным переходам, мерно отмеряя каждый шаг своим неизменным посохом. Оба чародея ступали неслышно, их поступь тонула в мягких коврах, которыми были выстланы библиотечные полы, но посох… Казалось, Гор нарочно стучал им об пол, чтобы обозначить свое присутствие и свою власть над этим местом.

Над всей Академией.

Горгорон был выше Ирлина, Лана хорошо помнила это, но сейчас, со спины, они казались одного роста. Девушка покосилась на их обувь: так и есть — на сапогах чародея были весьма внушительного размера каблуки, чтобы выровнять разницу в росте с ректором. Она ухмыльнулась: лорд Коннери пытался тянуться за драконом даже в такой мелочи.

Лана не слышала, о чем говорили мужчины до ее появления, но стоило ей приблизиться, как их разговор стих и они остановились, точно по команде. Ирлин сразу же повернулся к девушке и расплылся в лучезарной улыбке:

— Я все гадал, присоединишься ты к нам или нет. С добрым утром, — лорд Коннери учтиво склонил черноволосую голову и элегантным движением предложил Лана опереться о свой локоть.

Девушка едва ли не шарахнулась от этого жеста, покосилась на дракона, но тот выглядел бесстрастным. Она выдавила улыбку:

— И вам доброго утра, мистер Коннери. Как спалось?

Она хотела взять под руку Горгорона. Но, как назло, именно этой рукой он держал посох, чье древко оказалось аккурат перед лицом Ланы. Вдобавок дракон весьма красноречиво повернула посох так, что ей стало совсем неудобно.

— Любимая, мне потребуются руки, чтобы колдовать. Я должен продемонстрировать лорду Коннери, что облачные двери безопасны.

С обреченным вздохом Лана была вынуждена принять предложение Ирлина и взять его под локоть. Да, она едва касалась руки мужчины, но зато он так и норовил прижаться к ней поближе, явно не стесняясь Горгорона, которого по-прежнему полагал слепцом.

— Вот еще один облачный проход, мистер Коннери, — ректор указал посохом на уродливое кресло, так не к месту стоявшее прямо посредине коридора.

Лана узнала это кресло. Это был портал в ее родной мир. Испытав на себе прямой удар тварей Пустоты, теперь этот предмет мебели выглядел изувеченным: словно потекшая восковая свеча. Спинка и подлокотники его искривились, стекая на пол чудовищными каплями, обивка почернела. Но Лана прекрасно помнила, что именно это кресло было ее дверкой домой.

— Смотрите, с той стороны нет ничего опасного, обычная повседневная жизнь обычного мира, — Гор сделал несколько взмахов своим посохом над креслом, и над тем сразу же затеплилось нежно-персиковое полупрозрачное сияние.

И словно окошко открылось, как будто протопилась полынья в весеннем ледке: по ту сторону свечения Лана увидела силуэты, а потом услышала голоса. Такие знакомые голоса. Они смеялись, что-то кричали друг другу, что-то задорное и веселое. А потом картинка стала четче. И Лана увидела, что это ее сыновья возятся в сугробе возле елки, растущей в их дворе. Мальчишки валяли друг друга в снегу, старший играючи мутузил младшего. Тот визжал, когда ему за шиворот сыпался снег, и оба хохотали. Супруга рядом видно не было, но в тот момент Лана не думала о Максе. Она, не мигая, смотрела на сыновей.

— Ректор Горгорон, скажите, портал показывает то, что происходит там сейчас? — сама не заметив как, девушка крепко сжала руку Ирлина, а тот только рад был подобному проявлению чувств и охотно прижался к ней в ответ.

— Вероятно, — Гор чуть кивнул. — Он не мог не знать, что именно увидела Лана в портале, хотя внешне никак не проявил эмоций. Сейчас она была связующим якорем со своим миром, и этот якорь притянул то, что было дорого именно ей.

— У меня дома зима и к праздникам готовятся, — она протянула рассеянно и также рассеянно прижалась к боку Ирлина — единственной опоре в этот момент.

— Ну, довольно демонстраций, — чародей отступил от портала, увлекая Лану за собой. — Я уже понял, что ваша Облачная дверь, магистр, вполне безопасна. Только вот теперь вам нужно убедить в этом членов комиссии.

— Я просто покажу им то же, что и вам, лорд Коннери, — Горгорон взмахнул посохом, и свечение померкло — окошко в родной мир Ланы закрылось.

— Не уверен, что этого хватит, — Ирлин покачал головой и, словно походя, погладил Лану по руке, которой она держалась за его локоть. Вроде бы жест был вполне невинный, желание ободрить и поддержать, но Лане стало неприятно, и она вывернулась из его рук.

Она встала рядом с ректором, плечом к плечу, глядя на Ирлина как на возможного врага. Был ли он врагом? Другом он не был точно.

— Что предлагаете вы? — Гор склонил голову набок.

— Предлагаю устроить для комиссии небольшое представление, — чародей хитро ухмыльнулся. — Вы сделаете вид, что Облачная дверь запечатана.

— Но это не так, — ректор нахмурился под черной повязкой. — И любой более-менее способный чародей без труда догадается об этом.

— А я позабочусь о том, чтобы все выглядело правдоподобно, — Ирлин улыбнулся шире.

— Но обман вскроется — рано или поздно, — Лана тоже хмурилась вслед за истинным.

— Когда вскроется, будет поздно. Я рассчитываю получить место в Коллегии, и отрицательный результат проверки вашей Облачной двери будет весьма этому способствовать, — Ирлин улыбался уже во все тридцать два белоснежных зуба.

— Честолюбие — весьма эффективный костыль для многих дел, — Гор проговорил со вздохом.

— Ну, не все же способны смириться с местом учителя, притом, что могли бы занять королевский трон, — Ирлин ответил в тон ректору.

На несколько мгновений воцарилась тишина. Ирлин с ехидным прищуром изучал Горгорона, тот стоял молча, чуть наклонив голову, словно обдумывая что-то.

Наконец, молчание нарушил лорд Коннери:

— Быть может, стоит задуматься о том, чтобы восстановить справедливость в мире Истроса? И вернуть власть в руки того, кому она положена по праву рождения? Но для этого ему нужны умные союзники со связями, не так ли? — Ирлин повернул голову чуть в сторону, не переставая улыбаться. — А потом потребуются не менее умные советники…

Снова повисло молчание. Лана, хмурясь, следила за Горгороном, но по его лицу и в лучшие времена непросто было читать эмоции, а сейчас его вдобавок закрывала черная повязка.

Наконец, дракон разлепил губы:

— Я подумаю над вашими словами, лорд Коннери.

* * *

Из библиотеки они направились в Большой зал, в котором была установлена праздничная елка. Ирлин теперь просто шел рядом, и больше поползновений в сторону Ланы не совершал. Но она все равно вцепилась в Гора, и тот, смирившись с ее упрямством, переложил посох в другую руку, чтобы любимой было удобнее.

В Зале было по-праздничному суетно. Преподаватели полуэльфы в компании нескольких оборотней посообразительнее устанавливали длинные столы для торжества. Могучий Ларс в одиночку таскал массивные кресла, поднимая их над головой, словно легкие складные стульчики. Увидев вошедшего Ирлина, он угрожающе прищурился и оскалил зубы, словно самый настоящий хищный зверь. Однако подвластный жесту Горгорона, нехотя отвернулся и вернулся к переноске мебели.

Праздничное дерево сияло магическими огнями, переливалось и искрило, так и маня подойти поглазеть на чУдные игрушки, которыми оно было украшено.

— Ты уже оценила мой подарок, Свет… Лана? — чародей покосился на девушку с хитрой улыбкой.

— Да, я уже видела елку. Очень… красивая, — рыжуля кивнула, как могла, вежливо.

— Елку? — брови Ирлина взлетели на лоб. — Это не елка, моя ненаглядная, это дунаданский королевский кедр! Исключительное по своим качествам дерево. Из них делают мачты для кораблей дальнего плавания и каркасы винтокрылов.

— Если он настолько ценен, этот кедр, зачем было рубить его и тащить сюда на потеху? — Лана не удержалась от издевки и тут же почувствовала, как Гор предостерегающе сжал ее предплечье.

— Уверяю тебя, что этот кедр не единственный в моем фамильном лесу, — лорд Коннери самодовольно ухмыльнулся. — Но ты же не хочешь смотреть на этот лес живьем. Вот и пришлось искать выход из ситуации…

— Весьма находчиво, лорд Коннери, — Лана улыбнулась. Улыбка вышла кривой.

— Это не единственный мой подарок, — Ирлин продолжал хитро щуриться. — Но это сюрприз, и я покажу его в самый канун праздника.

— Ждем с нетерпением, — Лана выдавила сквозь зубы.

Горгорон все-таки не выдержал. И хоть его самообладания хватило бы на десяток драконов, но даже у подобной выдержки есть пределы. Он раздраженно дернул головой, словно отгоняя назойливую мошку, и решительно повел Лану ближе к наряженному кедру. Вроде бы давая ей возможность рассмотреть колдовские игрушки, украшавшие ветки, но при этом уводя ее дальше от Ирлина.

Проговорил, тщательно скрывая раздражение в голосе:

— У меня тоже есть для тебя подарок, любимая, и я тоже приберег его для праздника. Уверен, что ты оценишь.

— Вот незадача, — рыжуля показательно закусила губу и обернулась на Ирлина, — а я приготовила только один праздничный подарок.

— Ну, вот и посмотрим, кому он достанется, — чародей ухмыльнулся, как ни в чем не бывало. — Да, господин дракон?

Горгорон собирался что-то ответить, но в этот момент из коридора, ведущего в залу, послышался пронзительный детский плач. Звук быстро приближался, и спустя пару мгновений в дверях появилась запыхавшаяся растрепанная Йена. Малыш у нее на руках заходился отчаянным криком.

Увидев в зале Лану, анимаг сразу же бросилась к ней. Полным отчаяния голосом прохныкала:

— Он плачет и плачет! Всю ночь! Я не знаю, что делать…

— К груди приложи, — Лана подошла к подруге, бережно приняла младенца, умелой рукой поправляя растрепавшиеся пеленки.

А Йена только руки заломила:

— Прикладывала. Все равно плачет!

При виде ревущего младенца Ирлин брезгливо скривился, а Ларс, услышав детский крик, отставил в сторону стулья и направился к Йене.

— А вот и главная нянька подоспела, — чародей не преминул вставить шпильку, но на сей раз, оборотень ответил ему лишь пренебрежительным взглядом.

Протянул руки к Лане:

— Дай-ка его сюда.

Чуть помешкав, девушка передала младенца Ларсу. Ей было страшновато: такой маленький и хрупкий, ребенок буквально потерялся в огромных, похожих на ковши, лапищах оборотня. Однако мужчина был трепетно аккуратен, и в его больших теплых руках малыш почти сразу же успокоился и уснул. Ларс бережно прижал кроху к широкой груди, баюкая.

— Мерзнет он, укутать надо теплее. По замку сквозняки гуляют… — он с такой нежностью посмотрел на крохотное детское личико, что Лана залюбовалась им. На миг, словно лучики света протянулись от печальных желтых глаз оборотня, и все лицо Ночного убийцы стало как будто мягче и красивее.

— Так ты же ему шапочек уже навязал, вот и укутай, — Ирлин хохотнул, и от резкого звука малыш вздрогнул, скуксился, снова собираясь заплакать.

Из горла Ларса послышалось глухое рычание, он насупился, глядя на чародея. Тот свет, что почудился Лане в его лице мгновение назад, разом пропал:

— Тише ты! — прошипел-прорычал оборотень, из-под верхней губы его показались кончики клыков. — Разбудишь ребенка, шею тебе сверну.

— Ох, какой грозный, — Ирлин проговорил уже гораздо тише и поднял руки в примирительном жесте.

— Не стоит портить друг другу канун праздника, — Горгорон улыбнулся, пресекая начинающийся конфликт. — Лана, будь добра, помоги Йене укутать младенца. Ларс, мастеру Санделу требуется твоя помощь, — дракон посохом указал туда, где невысокий худощавый полуэльф никак не мог в одиночку сладить с длинной скамьей.

И все разошлись выполнять просьбы ректора — ссора, не успев разгореться, утихла.

— Как всегда, лебезишь перед всеми, — Ирлин снисходительно скривил губы.

— Это называется, находить общий язык с людьми, лорд Коннери, — ректор ответил, как ни в чем не бывало. — Говорят, мой отец был никудышным дипломатом и предпочитал решать вопросы при помощи силы, которой у него, к слову, было немало. Но, увы, она ему не помогла. И, к несчастью, или же, наоборот, к счастью, он не успел научить меня подобному подходу к решению дел. Поэтому я сам научился компромиссам.

Чародей только хмыкнул и ничего на это не ответил.

* * *

Горгорон вместе с Ирлином и Розендаром заперлись в учительской, очевидно для обсуждения предстоящего приема комиссии. Лана искренне недоумевала, как мог ректор довериться лицемерному аристократу, и лишь уповала на драконью мудрость и проницательность.

Комиссия, по словам Ирлина, должна была прибыть не раньше, чем через два дня, то есть уже после праздника. А значит, у них у всех была возможность отметить Йоль и хоть на короткое время забыть о проблемах. Хотя в компании лорда Коннери забыть о проблемах было не просто. Он и был для Ланы одной из главных проблем.

Все свободные от занятий студенты и преподаватели Академии готовились к встрече Йоля, но Светлану не радовала эта предпраздничная суета. И чтобы хоть немножко остудить голову и успокоить скачущие эмоции, она отправилась прогуляться в горы.

В одном Ирлин точно был прав, погода на Драконьем хребте была неласковой, особенно в зимнее время. Вот и сейчас тяжелые снеговые тучи клубились вокруг Ланы, закрывая от нее великолепные виды горной страны. Они казались такими близкими, протяни ладонь, и можно погладить пухлый облачковый бок. Но стоило Лане подойти к очередному облаку, как она тонула в густом влажном мареве. Внутри облака было стыло и промозгло, одежда сразу намокала, коченея на горном ветру и безжалостно высасывая живое тепло из тела, вместо того, чтобы беречь его.

Света быстро замерзла и собралась уже в обратный путь, когда в облачной прорехе ей вдруг почудился солнечный лучик. Обрадованная, девушка запрокинула голову в надежде поймать хоть толику скудного зимнего тепла. Лучик скользнул в сторону, скрывшись за тучей, но в следующий миг снова вынырнул, словно зазывая Лану следовать за собой. На губы девушки сама собой выползла улыбка, и она, забыв тревоги и осторожность, пошла за озорным провожатым.

С камня на камень, по узкой горной тропке, через каменную речку, под каждым шагом сползающую вниз по склону — Лана шла, поглядывая на небо, где то и дело мелькал солнечный луч, даря надежду на тепло и улыбку.

Но вот, особенно плотная, черно-сизая туча затянула низкое небо, и на миг Лана потерялась, очутившись внутри морока. Она даже решила, что случайно добрела до Облачной завесы Горгорона, но в этот самый миг солнечный луч сверкнул прямо перед нею. Девушка шагнула вперед и — в следующее мгновение оказалась на открытом пространстве, чистом от снега и тумана. И все вокруг: каменистую горную полянку, окружающие скалистые уступы и далекие облака — заливал теплый золотистый, почти солнечный, свет.

Лана прищурилась, закрыв глаза рукой, не в силах смотреть на источник этого сияния.

«Ну, здравствуй, попаданка Лана. Я же говорил, что еще свидимся», — в голове прозвучал знакомый мужской голос. В голосе была усмешка — незлая, и грустинка — почти незаметная.

— Здравствуй, Великий Ра, — Светлана подслеповато хлопала глазами, пытаясь разглядеть собеседника. — Прекрасно выглядишь.

Золотой дракон и не подумал умерить свой свет в ответ на замечание, словно не желая того, чтобы Лана смотрела на него. Однако же, эмоции его принесли досаду:

«У меня есть имя. Впрочем… это не важно сейчас. Ждете гостей?»

— Ждем, — устав бороться с ярчайшим светом, Лана просто закрыла глаза и опустила голову. — А ты откуда знаешь?

«Я видел в горах цепеллин, — снова мыслеобраз принес усмешку. — Какой-то злой хулиган оставил на перевале погодную ловушку, и теперь там такой ветер дует, что без посторонней помощи им не перебраться. Ну, — дракон добавил, чуть помедлив, — или будут ждать, пока ветер уляжется».

— Мы здесь не причем, — девушка упрямо поджала губы.

«Знаю. А даже если бы были причем, я не стал бы возражать. Гор уже достаточно взрослый мальчик, чтобы принимать подобные решения самостоятельно».

— Горгорон тут не причем, говорю же тебе! — Лана вспылила и снова попыталась посмотреть на дракона, но не смогла даже разлепить век.

«Не сердись, попаданка Лана, я прилетел не для того, чтобы читать вам нотации».

— Чего тебе нужно? — прозвучало не особенно дружелюбно, но Лану уже начал раздражать этот разговор: золотой дракон откровенно потешался над нею, а она не могла даже взглянуть на него.

«Видишь ли… — казалось, Великий Ра смутился, — я собираюсь покинуть этот мир. Быть может, на время, хотя… не знаю…»

— Опять бросаешь нас? — Лана пренебрежительно усмехнулась. — Именно тогда, когда Гору так нужна помощь сородича? Так нужен мудрый совет… Когда в мир вот-вот вернутся драконы…

«Вот именно! — Ра резко прервал ее на полуслове, и Лана закусила губу. Дракон добавил уже мягче, — Вот именно, что драконы скоро воплотятся в этом мире, и с некоторыми из них мне не хотелось бы встречаться. Не сейчас по крайней мере…»

— Ты прилетел попрощаться, — это был не вопрос.

«Почти, — мысли и эмоции дракона были словно затянуты туманом, Лана не чувствовала его настроения так, как это бывало с Горгороном. — Совсем скоро праздник Йоль, а в моем мире на этот праздник принято дарить подарки».

— В моем тоже, — Лана кивнула.

«Я предлагаю тебе обменяться подарками со мной».

Девушка молчала, ожидая продолжения. Золотой дракон шумно вздохнул, подняв вокруг Светланы ворох снежинок в земли.

«Я дам тебе то, что сможет показать верное время в нужный час, а ты мне… — Ра замялся, словно подбирая слова, — мелочь, сущую безделицу».

— Ты говоришь загадками, Великий Ра, — Лана вздохнула. Она уже почти привыкла, что с драконами непросто разговаривать, но сейчас она устала, замерзла, да еще приезд Ирлина здорово испортил ей настроение. И потому ее терпение было на исходе.

«На то я и дракон, — Ра мысленно усмехнулся. — Приходи сюда перед самым своим отправлением домой. Только не забудь, тебе очень пригодится мой подарок».

— Не забуду, — девушка снова вздохнула. — А что нужно тебе, Великий Ра?

На миг сияние дракона потускнело, и Лана подняла глаза на чародея.

«Мелочь, сущая безделица…»