Глава 14

К моему несказанному облегчению, Сарвир решил не эпатировать публику больше положенного. И к вящему разочарованию замершего в ожидании скандала света ничем интригующим и недозволенным изволил на балу не пахнуть. Хотя я тщательнейшим образом к нему принюхивалась. Даже, кажется, настолько тщательно, что заслужила сдавленный смешок от самого генерала и скрежет зубов от замершего подле меня герцога. От последнего я резко дернулась и виновато потупила глаза, отодвигаясь от генерала на приличное расстояние, облегченно выдыхая в складки веера. Ледяной пах своим обычным, волнующим ароматом: хвоя, соль и цитрус. Ничего компрометирующего и необъяснимого. Только полный возбуждающей опасности запах силы и бескомпромиссности. И никакого недальновидно подаренного ему парфюма.

«Ящерица хитровыделанная», – подумала про себя я, полным ярости взглядом отвечая на его понимающий, хитрый прищур и сопя, словно обиженный ежик- «Мог сразу дать понять, что бояться мне нечего. Да я на пять кило похудела от стресса, пока к балу готовилась! Чуть не дала слабину и не выбрала зеленое платье, вместо грушевого шелка с ярко-синей отделкой, усыпанной мелкими сапфирами. Интриган чертов».

Булавку, к слову, Его Сиятельство не сменил, продолжая давить на психику Арвела всполохами желтых искр, бросаемых вычурным камнем на мягкие складки его шейного платка. И заставляя внимательных сплетниц замирать от радости, оценивая, как изящно и идеально сосчитается соло его аксессуара с цветом моего туалета. Кстати, герцог это тоже заметил. И не преминул проскрипеть мне на ухо, едва Его Сиятельство с извинениями удалился в сторону своих знакомых:

- Вы совершенно напрасно столь нарочито бросаете в лицо обществу горечь своей мести, Мелисса. Мне казалось, Вы способны на куда более изысканную подачу, нежели составлять ансамбль к булавкам генерала.

- Я не шеф-повар. Да и мы не в ресторане, чтобы роптать на подачу, – сквозь зубы бросила я, старательно удерживая на губах легкую улыбку- Тем более, что повторюсь снова- Вы слишком много думаете о себе и о том, что каждый мой шаг так или иначе связан с Вами.

- Вся Ваша жизнь теперь связана со мной, – с каким-то хищным наслаждением бросил мне Его Светлость- Вам стоит уже принять этот факт и думать, чем впоследствии могут обернуться Ваши детские выходки. Жизнь долгая, Мелисса. А жизнь с драконом и вовсе едва ли не бесконечна. И о каждом промахе герцогини будут помнить десятилетиями. А о некоторых и до конца ее дней. Ибо нет ничего более сладкого, чем смаковать оплошности сильных мира сего.

- Вот еще один пункт в пользу того, что от этого титула стоит держаться подальше. Готова обсудить варианты, – усмехнулась я, кивая проходящей мимо леди в мехах- Уступить, так сказать, высокий статус более заинтересованной леди. К примеру, баронессе Олимер. Как Вам вариант?

- Кажется, мы уже обсудили с Вами, что я не разорву помолвку, – почти грубо бросил Арвел- Розали никогда не окажется на Вашем месте. Более того, я готов обсудить и другие уступки, – палец Его Светлости тем временем незаметно скользил по кромке моего корсета, оставляя на спине след из мурашек и полосу жаркого огня- Любой каприз. Стоит только попросить, Мелисса.

«Уймись, дура!»- рычала я на себя, с ужасом отмечая, каким рваным и поверхностным становится мое дыхание в ответ на это невинное прикосновение. Как начинают дрожать пальцы и подгибаться колени- «Он растоптал твою гордость! Он практически обесчестил тебя! А ты готова прямо здесь упасть к его ногам, лишь бы губы, продолжающие касаться хрящика уха, стали чуть смелее!»

Но тело Мелиссы уже томительно пылало и плавилось под его умелыми прикосновениями. А тонкие пальцы с такой силой сжимали веер, что, казалось, будто он сейчас треснет в моих руках

- А как же Розали? – почти прохрипела я, напоминая самой себе очевидные вещи и радуясь тому, что полумрак алькова скрывает мое непотребное состояние от жадного взора толпы- Как же Ваш гениальный план? И накладные животы?

- Рози несчастна в столице. Не думаю, что она задержится здесь. А расстояние- лучший лекарь, не находите? Вскоре, Вы и не вспомните ее имени. Так стоит ли из-за этого окончательно рушить то, что еще может стать прекрасным, фундаментальным и прочным? Хватит, леди Мелисса. Пора зарыть топор войны и простить друг другу былое, – палец Его Светлости прошелся по кромке корсажа, – Я прощаю, Мелисса. А Вы?

- Я…. ах…, – задохнулось томлением тело настоящей графини. И, вдруг, очнулось, сделав глоток оглушающе наглыми словами, достигшими, наконец, распаленного сознания, – И что же Вы собираетесь прощать мне? – прищурилась я, как-то разом выныривая из чувственного омута и нетерпеливо отступая от соблазнителя на полшага- Что-то я не припомню за собой грехов, достойных отдельного ритуала примирения.

- Вы копите их прямо сейчас, – снова приближаясь к моему уху столь близко, что при разговоре начал задевать его губами, произнес Арвел- Главное, чтобы счет вдруг не оказался не в Вашу пользу. Потому что тогда я буду требовать сатисфакции. Впрочем, уверен, что столь страстная натура, как Вы, найдет в этом особое удовольствие.

Но в этот раз наглое прикосновение вызвало лишь раздражение и злость:

- Вы переходите границы, Ваша Светлость, – почти задохнувшись от возмущения, сквозь зубы прошипела я- Займитесь лучше своей кузиной. Баронесса, пока что, все еще с нами. И, мне кажется, мисс Олимер скучает.

- Правда? – ломаная бровь герцога скептично изогнулась вверх и он демонстративно обвел взглядом бальную залу. Главной героини в ней уже не было.

- Наверняка она в саду, – обреченно прикрывая ресницы, выдохнула я. «Вот же дурочка! Ну что ее сразу по садам-то тянет?»- почти простонала я мысленно. И тут же снова застонала, отвешивая себе внутреннюю оплеуху- «Точно. Сама же ей рекомендовала не тереться возле Арвела, а стать более таинственной и недоступной. Черт. Кто знал, что у нее настолько прямое мышление? Тоже мне, "леди клад". Еще бы в песок зарылась ради интриги. С другой стороны, что может быть таинственнее, чем рояль в кустах? Но не настолько же прямолинейно нужно это понимать! Теперь у нас рояль метафорический, зато кусты вполне себе реальные. Осталось кинуть в них Его Светлость. Пусть включает охотничий инстинкт и ловит по ним свою ускользающую главную героиню»- Кстати, не зачастила ли мисс Олимер по сумеречным аллеям? – словно ненароком уточнила я, аккуратно высвобождая руку с предплечья жениха- Я ни на что не намекаю, конечно. Но вдруг у маленькой Розали появился таинственный поклонник? Стоило бы сходить и проверить. Наивную ранимую девушку так легко обмануть и вовлечь в скандальную историю.

- Боюсь, если я займусь таинственным поклонником Розали, некий вполне себе открытый и наглый поклонник усилит притязания на мою невесту, – усмехнулся Арвел- И это сейчас напрягает меня куда больше. Не будь Вы столь безрассудны и близки к скандалу, я бы, может, и внял Вашим советам. А так… Вот видите, Мелисса? Своим поведением Вы сами заставляете меня быть к Вам как можно ближе. Впрочем, если именно в этом была цель всего этого мероприятия…

- Пожалуй, я выйду в сад, – сквозь зубы прошипела я- Найду Розали, если Вы не хотите этого делать.

- С удовольствием провожу Вас, – вежливо поклонился герцог- Позволите?

- Нет. То есть… хорошо. Но, сперва, принесите мне пунш, если Вас не затруднит, – холодно улыбнулась я и невинно хлопнула ресницами на подозрительный взгляд дракона- Здесь душно!

- Хорошо, – медленно кинул герцог, – Вернусь через минуту. Ждите меня здесь.

- Непременно, – наивно моргнула я.

И, едва спина жениха скрылась в толпе, тут же рванула к распахнутым французским окнам, ведущим в парк.

Тишина и сумерки казались глотком свежего воздуха после пропитанного фальшью и лицемерием полумрака алькова. Бегло оглянувшись, я выбрала самую неприметную тропинку, уходящую в сторону зеленого лабиринта. И без промедления двинулась туда.

Нет, о том, чтобы и искать в саду Розали у меня и мыслей не было. Пусть себе гуляет, где ей вздумается. В конце концов, я не настолько «не злодейка «чтобы заниматься устройством чужой личной жизни. Или вытравливанием из невинного женского мозга излишней ранимости и наивности. Я просто брела по тихим, изломанным улочкам лабиринта, едва касаясь кончиками пальцев искусно подрезанных веток и наслаждалась одиночеством. Когда до моих ушей долетел тихий, заливистый женский смех, доносящийся из-за стены самшита.

- Розали?! – сама себе недоверчиво шепнула я, подходя ближе и застывая по ту сторону от живой стены, удачно скрывающей меня в тени своих ветвей- С кем же ты тут развлекаешься, плохая ты девочка, вместо того, чтобы отваживать от меня гадкого жениха? Вот не вовремя у меня дар прорицательницы-то открылся.

Плотное плетение зеленого лабиринта не давало удачного ракурса. Я трижды кралась вдоль кустов, прежде чем смогла найти более-менее приемлемый "глазок». Вот только разговор к тому моменту стих. Моих ушей коснулся лишь слабый влажный звук глубокого поцелуя. Тихий вдох, вырвавшийся из нежной девичьей груди. И хриплый мужской стон, вторивший ее рваному дыханию. Я аккуратно приникла к маленькому просвету, пытаясь в неровных сумерках получше рассмотреть действующие лица. Но, как на зло, упиралась взглядом только в нежно-зеленый шелк нового платья мисс Олимер, рискованно прижатого к сплошной стене зеленой изгороди. И темное очертание мужской фигуры, нависающей над ней в слепой тени фонаря.

- Это… неправильно, - наконец, едва слышно шепнула девушка, разрывая поцелуй- Я понимаю, что ничего не возможно. Отдаю себе в этом отчет. Но не могу перестать приходить в сад каждый раз, как получаю от Вас приглашение. Это безумие.

- Это любовь, Розали, – шепнул этот кто-то.

Я изо всех сил напрягла слух, пытаясь в прозвучавших словах уловить хоть тень знакомых интонаций. Тщетно. Шелест ветра, рваное дыхание Розали, едва уловимый звук его голоса. Мужчина не давал мне шанса его узнать.

- Это невозможная любовь, – грустно усмехнулась тем временем девушка- Впрочем, кажется, я специалист по невозможным чувствам. По чувствам, которые губят меня.

- Верь мне, – снова шепнул загадочный незнакомец- Я все устрою. Уже отданы все указания. И подготовка идет полным ходом. Никто не посмеет противиться решению, принятому в таких условиях. Твоя задача к тому моменту стать свободной от притязаний Арвела.

- О, если бы проблема была только в этом, – хмыкнула Розали- Я и так свободна. Могу в любой момент просто выйти из его дома. Не думаю, что он даже заметит это до того, как ему доложат, что мисс Олимер не может спуститься к обеду снова не потому, что как всегда плачет, а потому как навсегда ушла. Его Светлость занят исключительно мыслями о своей невесте. Я не интересую его более.

- Вот как… А еще недавно он рвал и метал при любом ее упоминании.

- Ее Сиятельство не может не внушать любовь, – неожиданно нежно проговорила Розали- Леди Мелисса добрая, заботливая, щедрая. И красива, словно фея. Нужно быть поистине слепцом, чтобы не влюбиться в нее. И я рада, что Дарен прозрел. Хотя, на мой взгляд, леди Стоун достойна куда большего, нежели мужчина, со столь ветреным характером. Но если она любит его, то я буду молиться Небу, чтобы он навсегда отдал ей свое сердце и больше никогда не посмел причинить ей боль. Она достойна счастья, как никто в этой злом городе.

- Ты и правда ангел, Розали, – хрипло шепнул мужчина, припадая к ее рту в новом поцелуе- Завидую каждому вдоху, который Арвел украл у нас с тобой. И благодарен ему за каждый миг, что он подарил нам, привезя тебя в столицу. Теперь я не отпущу тебя. Ты моя, Рози. И я сделаю все, чтобы мы были вместе.

- Я боюсь, – со слезами в голосе, обронила она- Боюсь, что завтра ты прозреешь тоже. Что поймешь, что я простая деревенская целительница. И ты достоин большего. И исчезнешь. А я буду тщетно ждать записку от тебя и бродить по пустым садам, в ожидании встречи…

- Я не исчезну. И не позволю исчезнуть тебе, – уверенно проговорил незнакомец- Осталось всего несколько недель и мы будем вместе. Продержишься? Если оставаться среди толпы для тебя в тягость, только скажи, и я сегодня же прикажу увезти тебя из города. Сниму роскошный дом у моря. Дождешься начала всего где-нибудь на побережье. Никто не найдет тебя.

- Я не хочу сбегать, – устало вздохнула Розали- Я уже была чьей-то тайной. Больше не буду. Поэтому прошу тебя снова: скажи мне, если сказка закончилась. Я пойму. Не обижусь. Просто не заставляй меня ждать напрасно.

- Ты веришь мне? – хрипло спросил мужчина, беря обращенное к нему личико в плен своих ладоней, затянутых в перчатки- Все будет хорошо. Я клянусь тебе. Выход есть. Месяц. Мне нужен месяц, чтобы уладить дела и все организовать. Максимум два, если погода не позволит вылететь раньше. Я буду писать тебе. Ты сможешь дождаться?

- Я буду ждать тебя всю жизнь, если потребуется, – выдохнула девушка.

Звук поцелуя снова прошелся сладким стоном по темноте сада. А затем мужчина нехотя отстранился и провел кончиками пальцев по ее щеке:

- Я должен идти. Ты понимаешь?

- Да. Иди, – кивнула она, прижимая кулачки к груди и вздыхая- Я вернусь в зал через несколько минут.

- Умница моя, – шепнул он. И скрип гравия на дорожке дал понять, что человек быстрым уверенным шагом двинулся прочь.

Мисс Олимер постояла на месте еще с минуту, а затем, с тяжелым вздохом, медленно двинулась следом. А я замерла на месте, сперва провожая ее узкую спину взглядом. А затем недоверчиво всматриваясь в клочок бумаги, оставшийся на земле возле куста.

На то, чтобы протиснуть руку через колючие ветки я потратила несколько минут. Безвозвратно изодрала тонкий шелк вечерних перчаток. И даже поцарапала щеку. Зато теперь в моих руках лежал тонкий лист, на котором ровным, уверенным почерком были написаны всего несколько безликих слов: «В четверть десятого. Лабиринт».

В моих дрожащих руках. Лист. И слова, написанные с характерным росчерком последних букв. С хищным наклоном заглавных. И с узнаваемой манерой писать букву «т» стилизованным печатным вариантом, вместо установленного письменного.

Именно так была изогнута заглавная «Л» на присланных мне записках. Именно через стилизованное «т» он писал мое имя на карточке к букету. Именно с таким росчерком были приглашения в оперу.

«Леди Мелиссе Стоун» писал Его Сиятельство генерал Сарвир.

И мне показалось, что внезапно начался очередной майский дождь. Потому что на зажатую в пальцах записку вдруг упала тяжелая, прозрачная капля.