22

Денис

В предвкушении скорого боя я повёл плечами. Зал был полон, адреналин горячил кровь. Этот бой был особенно значимым для меня и вовсе не потому, что мне предстояло выйти на ринг с сильным соперником, а потому что я знал — в зале будет она. Моя златовласая Рапунцель, ради которой я был готов перевернуть земной шар.

Из коридора послышался шум, чёткий звук приближающихся шагов, заставивший меня настороженно вскинуть голову. Чутьё подсказывало, что происходит какая-то чертовщина.

Дверь распахнулась быстрее, чем я успел прислушаться к интуиции, и в комнату один за другим ввалились трое рослых парней. Не сказав ни слова, они встали у двери, расставив ноги на ширину плеч.

— Какого дьявола? — процедил я, мельком глянув на каждого из них, а после на вошедшего следом мужчину в тёмно-сером костюме тройке. На вид тому было чуть за пятьдесят. В некогда чёрных волосах блестела седина, взгляд был тяжёлым, холодным.

— Пошли вон, — сквозь зубы бросил он дежурившим в клубе охранникам. На виске его красовался кровоподтёк, скрыть который не помог даже пластырь.

— Денис… — начал было один из парней Макса, но мужчина снова процедил, даже не посмотрев на него:

— Пошли вон, я сказал.

Охранники, напряжённые до предела, не сводили с меня взгляда. Ничего хорошего от не званных гостей ждать не стоило. Подумав несколько секунд, я кивнул.

— Ждите снаружи, — сказал точно так же, не сводя пристального взгляда с вошедшего. Псы его меня не волновали.

— Так в чём дело? — повторил я, когда дверь закрылась.

— Кондратьев выполнил мои требования, — размеренно проговорил он. — Поэтому можешь не беспокоиться. Его дочь мня не интересует.

— Сукин сын, — процедил я сквозь зубы и сделал было шаг к нему, но двое из церберов тут же подались мне навстречу.

Бурлящая кровь буквально вскипела, но было ясно, что силы не равны. Я оскалился. Заметил в глазах нежданного гостя удовлетворение. Вот же тварь! Он знал, что сделать я ничего не смогу и прежде всего потому, что, как бы ни была сильна ярость, умом я понимал — это может быть опасно. Не для меня — для Авроры.

— Возможно, — он прошёл к дивану и присел на подлокотник. — Но пришёл я сюда не за тем, чтобы обсуждать Кондратьева и его дочь.

— А зачем? — кровь стучала в висках, вены вздулись.

Чёрт подери! Сука! Я стиснул зубы, с трудом сдерживая желание зарычать.

— Хочу предложить тебе работу, — ответил он с прежним спокойствием. — Не знаю, где нашёл тебя Кондратьев, но… — он прищурился. Бледно-серые глаза недобро блеснули. — От Беркута не уходят. Но тебе это удалось. Должен сказать, ты удивил меня.

Чем дольше я смотрел на него, тем сильнее становилось желание ощетиниться. Уверенный в собственной безопасности, он чувствовал себя свободно.

— Кто ты такой? — выдавил я сквозь зубы.

— Это не важно. — Он встал. — Некоторые зовут меня Призраком. Но для тебя это не должно иметь значения. — Приблизился ко мне. — Я предлагаю тебе работу, Загорский.

— То есть ты предлагаешь мне стать одним из твоих церберов?

Мы смотрели друг на друга. Гнев, что тёк у меня в крови, мешал думать. Работу, мать его!

— Можешь называть это как угодно.

— Да пошёл ты к чёрту, — проговорил я очень тихо.

Он едва заметно усмехнулся, глаза снова недобро блеснули. Я услышал раздавшийся из-за двери голос Авроры и напрягся сильнее. Он тут же заметил это.

— Красивая у Кондратьева дочь, — кивнул. — Но не в моём вкусе.

— Сука! — всё же не сдержался я и ринулся было на него.

Мгновенно подоспевшие охранники схватили меня с обеих сторон.

— Не стоит, — подал голос один из них.

Рыкнув, я стряхнул его руку. Голос Авроры зазвучал звонче, с нотками тревоги. Сероглазый кивнул своим парням.

— Как я и сказал, ни тебе, ни твоей девчонке ничего не угрожает, — проговорил он. Задержал на мне взгляд ещё на пару секунд. — И всё же подстрелить Беркута… — качнул головой и хмыкнул.

Столкнувшись в дверях с Авророй, он прошёл мимо, не обратив на неё внимания. Встревоженная, она посмотрела ему вслед и тут же подошла ко мне.

— Кто это? — она снова глянула на дверь. Опять на меня.

— Понятия не имею, — отрезал я.

Голос прозвучал резко, жёстко. Вряд ли она поверила мне, но говорить о том, что именно этот ублюдок виноват в устроенной на нас травле и покушении на её отца, я не собирался. По крайней мере сейчас. Ярость всё ещё клокотала в крови, и я понимал — стоит мне выйти на ринг, она выплеснется наружу. Отвернулся, пытаясь взять себя в руки, сделал глубокий вдох и шумно выдохнул.

— Ты его не знаешь? — спросил, снова посмотрев на неё.

Аврора качнула головой.

— Нет. — Задумалась и повторила, уже уверенно: — Нет. Я его никогда не видела.

— Призрак… — выдавил я зло.

— Что? — она приблизилась, дотронулась до моей руки, но я только мотнул головой.

К чёрту всё! Посмотрел Авроре в глаза. Шоколадно-ореховые, обрамлённые густыми ресницами… Обхватил её за талию и прижал к себе. Вдохнул пряный запах. Как бы там ни было, но что-то подсказывало, что он сказал правду — Авроре больше ничего не угрожает.

В дверь постучали, и я, отпустив свою Рапунцель, глянул на вошедшего администратора.

— Пора? — спросил глухо.

— Да, — отозвался тот. — Всё готово.

— Всегда хотела посмотреть на тебя в деле, — шепнула мне Аврора перед тем, как мы вышли в зал. Взялась за концы перекинутого через шею полотенца и, приподнявшись на носочках, коснулась губами моих губ.

Быстро, порывисто, но отделаться так просто я ей не дал. Обнял за талию и жадно проник в её рот языком. И без того разогретый близостью схватки, едва не потерял голову, стоило почувствовать, как она прижимается ко мне всем телом, как отвечает мне столь же несдержанно, откровенно. Собрал её волосы и, в последний раз прикусив губу, провёл носом по её щеке. На пару секунд прикрыл глаза и, вдохнув пряный запах, отступил. Прекрасная, она стояла передо мной, словно видение из прошлого, но была абсолютно реальной.

Из зала донеслись выкрики, неразборчивый гул.

— Чёрный дракон! — раздался средь множества голосов чей-то выкрик, и окружающие тут же подхватили его улюлюканьем.

Аврора улыбнулась. Я чувствовал, что она всё ещё немного встревожена. Будто ища поддержки, посмотрела мне в глаза и дотронулась до руки.

— Иди, — сжала мою ладонь. — Тебя ждут.

Меня действительно ждали. Стоило мне оказаться на ринге, зал буквально загудел. Со всех сторон послышались одобрительные выкрики, хлопки.

— Дэн! — выкрикнула какая-то девушка и приподняла бокал.

Взглядом я отыскал сидящего за одним из ближайших столов Алекса и поприветствовал его кивком. Он отсалютовал мне стаканом с виски. Стэлла же, сложив на груди руки, откинулась на спинку стула, и я против воли хмыкнул. Было в этом что-то… вызывающее. Будто бы она, не зная, что я и без того заведён до предела, нарочно поддразнивала меня. Аврора сидела за соседним столиком в компании Макса и Марики. Девчонка брата держала в руках большой округлый бокал и выглядела ничем не лучше жены Аверина. Вот ведь…

— Начинаем! — объявил появившийся на ринге конферансье.

Находящиеся в зале разошлись ещё сильнее. Конферансье осмотрел присутствующих и, призывая к тишине, поднял руку ладонью вверх.

— Все готовы? — его чёткий, поставленный голос прокатился по всему залу. Толпа тут же разразилась одобрительными возгласами, овациями.

— Тогда встречайте! — дав шуму немного улечься, продолжил он.

Мой соперник, мексиканец с широким скуластым лицом и собранными в хвост чёрными волосами, уже стоял в своём углу.

Конферансье указал на него, и тот, скинув полотенце, вышел вперёд. Зал опять загудел.

— Ита-а-ак! — возбуждая толпу ещё больше, протянул он. — Наш гость из Мексики! Непризнанный король, боец, уложивший у себя на родине немало крепких парней! — он сделал красноречивую паузу. — Бри-и-итва! Вам знакомо это имя? Пауль Бритва!

Уголок моего рта дёрнулся. Бритва, чёрт его подери. Пока мексиканец, выкрикивая приветствия, с видом зарвавшегося петуха обходил ринг, я прокручивал в башке случившееся ранее. Призрак… Как я ни пытался вспомнить его, сделать этого не получалось. Если именно ему перешёл дорогу Кондратьев, значит, он должен был где-то да мелькать. Но нет. Нет, мать его! Зал взвился так, что от шума заложило уши. До меня дошло, что конферансье закончил с представлением мексиканца.

— Лучший из лучших! — распалял он толпу. — Стремительный и опасный! Боец — легенда! — и снова долгая пауза.

— Дэ-э-эн! — заголосила та самая девица, что сидела с бокалом. — Надери ему задницу!

Я усмехнулся. Об этом она могла даже не просить, — слишком много адреналина было у меня в крови, слишком сильно пульсировали нервы.

— Д-э-ээн! Чёрный дракон! — на весь зал объявил конферансье.

Он говорил что-то ещё, но слов слышно не было. Стоя посередине ринга, я осмотрел беснующуюся толпу. Соперник мой блеснул тёмными глазами и холодно глянул в мою сторону. Я же смотрел на Аврору. Она сидела, уперевшись локтями в стол. Положив подбородок на сцепленные ладони, смотрела на меня и, казалось, не обращала внимания на творящееся вокруг.

— А теперь… — Конферансье снова приподнял руку. Секунда, две, три… — Бой! — махнул он.

Мексиканец чуть заметно оскалился. Хищно прищурился и, как шакал, стал обходить ринг по кругу. Мне хотелось разделаться с ним. Быстро, чётко, без ненужных прелюдий. Жадный до зрелища зал улюлюкал.

— Давай Дракон! — пробасил кто-то. Голос донёсся до меня отстранённо, незначимо.

— Давай, — процедил я, обращаясь к Бритве.

Тот, видимо, пытался заведомо подавить меня. Лицо его исказила гримаса, и он, сделав резкий выпад, атаковал меня серией быстрых, острых ударов. Кличку ему дали не напрасно — он и правда был похож на бритву. Точный, хлёсткий, но, если он рассчитывал удивить меня, его ждало разочарование.

Выставив вперёд руку, я с размаху врезал ему в скулу. В плечо, по рёбрам. Всё накопленное за последнее время рвалось наружу, и как ни пытался засранец блокировать мои выпады, хрен это у него получалось.

Тяжело дыша, он отпрянул в угол ринга и, глядя на меня из-под густых чёрных бровей, вытер сочащуюся из уголка кровь. Уже не такой уверенный, снова принялся обходить меня, примеряясь, ища подходящий момент.

— Ну что? — процедил я. — Какая из тебя нахрен бритва?!

Не знаю, понял ли он меня. С губ его слетело похожее на ругательство шипение, глаза сверкнули не просто злостью — яростью. Зал гудел. Скандировал:

— Дэн! Дэн! Дэн!6dfffc

На этот раз атаковал я. Затем отошел назад на несколько шагов, чтобы отдышаться и снова ринулся в атаку. Мексиканец пошатнулся. Дезориентированный, он попытался махнуть кулаком, но промазал. Я отступил, давая ему пару секунд передышки. Внезапно пришло осмысление, что я хочу растянуть момент — не на долго, на минуту другую. Чтобы насладиться победой, прочувствовать её вкус. И чтобы, чёрт возьми, ею насладилась Аврора. Конферансье развёл нас по сторонам, и Пауль тут же устало сел на табурет. Сделал несколько глотков воды.

Я посмотрел на Аврору. Она уже не сидела — стояла возле столика, прямая, с распущенными золотистыми волосами. Поймав мой взгляд, что-то шепнула одними губами.

— Бой! — воскликнул конферансье спустя несколько секунд.

Больше я не церемонился. Мексиканец успел собраться, зарядил мне в бок, в плечо, и это сорвало крышу. Не прошло и минуты, как я, предварительно загнав к канатам, саданул ему в челюсть. Отлетев, он повис, едва цепляясь за верёвочные борта руками. Ноги его подогнулись, и он съехал на пол.

Секунда, вторая… Зная, что он не встанет, я сплюнул. Повернулся спиной и, отойдя к центру, чуть склонился, восстанавливая дыхания.

— Девять… десять! — Закончил отсчёт конферансье. Приблизился ко мне. Лишь немногие остались на своих местах. Пришедшие посмотреть на поединок люди повскакивали со своих мест и теперь хлопали, свистели, вопили, оглушая меня.

— Дра-кон! Дра-кон! Дра-кон, Дра-кон! — скандировали они, будто единое целое.

Стэлла присела на край стола, Алекс, положив ладонь на её плечо, стоял рядом. Марика махала шарфом, Макс неспешно потягивал коньяк. Но я видел лишь её — свою златовласую девочку, идущую ко мне сквозь расступившуюся толпу.

Она смотрела на меня, я — на неё. Остановившись возле ринга, она положила тонкую ладонь на нижний канат, и я, перегнувшись, поднял её, лёгкую, словно пушинка. Приобнял за талию.

— И всё-таки я была права… — обхватив моё лицо ладонями, сказала она так, чтобы я слышал.

— В чём?

— Ты — Чёрный дракон. Видишь… Ведь права?

— Права, — усмехнулся и притянул её ближе.

Она тут же обвила мою шею, прильнула и несдержанно, горячо начала целовать. Язык её ворвался в мой рот, и я почувствовал привкус вишнёвого сока, что она пила. Вкус такой же дурманящий, как и она сама. Пальцы её запутались в моих волосах.

Мокрый после боя, я уже ничего не соображал. Гладил её по спине, зная лишь — она принадлежит мне. И, чёрт подери, я её не похитил! Я просто вернул себе то, что всегда было моим — её сердце, её душу. Вся она всегда была моей.

— Кого ты хочешь первым? — выдохнула она, едва наши губы разомкнулись. Посмотрела мне прямо в глаза.

В первую секунду я не понял, о чём она. Толпа продолжала гудеть, а до меня медленно доходило осознание. Звуки померкли, цвета, всё вокруг стало ничем. Осталась лишь она — её глаза, её чуть заметная улыбка.

— Аврора… — просипел я вмиг севшим голосом.

— Так кого? — опять провела по моему затылку.

Не помню, как она оказалась у меня на руках, у меня на плече. Испуганная, она вцепилась в меня, я же победно вскинул сжатую в кулак руку. Зарычал, крепко держа её.

— Да! — ещё один рык. — Да, чёрт возьми!

Толпа взревела, Аврора продолжала цепляться за меня, а я… Я, чёрт возьми, понимал, что в этот самый момент мир действительно перевернулся. Раз и навсегда стерев боль и грязь прошлого!

— Да! — спустил её и тут же снова принялся целовать — разрушая все запреты и преграды. Так, как всегда целовал лишь её — до умопомрачения, до дикой пульсации крови, до оглушительного понимания — люблю. Каждой клеткой, каждым вдохом, каждым ударом сердца. Люблю.