Глава 16

Я думала, что Соколовский завезет меня домой и тут же уедет по делам. Однако к моему удивлению, Ян, выйдя из машины, бросил ключи охраннику и приказал поставить её в гараж. – Отнеси это в комнату Аделины, – указал на пакеты с подарками. – Да, Ян Владимирович. – Охранник, паренек лет двадцати от силы, бросился исполнять указание. – Не думала, что вы берете к себе людей без опыта работы, – когда мы направились по очищенной от снега дорожке к дому, сказала я. – Тебя же взял. – Ян нагнал меня. Легонько пихнул плечом. Я снова посмотрела на него изумленно. Он в ответ широко улыбнулся. Я же напряглась. Не иначе как очередную гадость задумал. – Если ты про Фёдора… – продолжил Соколовский, едва мы подошли к лестнице. Взяв меня за руку, остановил и развернул к себе. – Его отец работал на меня пятнадцать лет и погиб, защищая меня. Я взял на себя ответственность за его сына. Фёдор молод, но он способный паренек и далеко пойдёт, Аделина. Я смотрела ему в глаза, стараясь проникнуть хоть чуточку глубже, чем мне удавалось раньше. Только в который раз попытка разгадать этого мужчину с треском провалилась. До Миши ему дела не было, а совершенно постороннего парня он опекает, как родного… – Пойдём в дом, Адель. – Он тоже не отрывал от меня глаз. Поднял руку и смахнул с моего капюшона насыпавшийся за пару минут снег. – Замерзнешь же. – Я… Хотела возразить, но слова застряли в горле, такую невероятную бурю чувств породило во мне это невинное движение. И эти черные глаза, и эта легкая ухмылка… – Вы… – все-таки выдавила я, – вы же торопились по делам. – Дела могут подождать до завтра. Пойдем в дом. Соколовский поднялся по лестнице и остановился у дверей. Тех самых, у которых ещё недавно я замерзала, пытаясь отстоять право находиться рядом с сыном. Тоже поднялась. Ян открыл мне дверь и махнул рукой, пропуская вперед. – Позволь. На сей раз я вздрогнула от его мягкого прикосновения. Обернулась. – Пуховик, – ответил он на мой взгляд. – А если кто-нибудь увидит? – Что увидит? – Как вы снимаете одежду с горничной, – язвительно ухмыльнулась я, расстегивая молнию. Ян помог мне снять пуховик и отдал появившемуся дворецкому. – Вряд ли меня заставят на тебе жениться, Аделина, – хмыкнул он, снимая свое пальто. – Расслабься. Я фыркнула и пошла было к лестнице, но услышала весёлое: – Если только я сам не решу. Нервы обожгло злостью. Да сколько можно надо мной издеваться?! Я развернулась и… – Боже! – потрясенно выдохнула, только сейчас заметив сбоку от лестницы огромную елку, мигающую сотнями огоньков. Голубые, красные, жёлтые, они мгновенно напомнили мне о празднике. Сам дом словно бы наполнился ожиданием чуда и стал светлее. На тёмно-зелёных ветках лежала серебристая мишура и бусы, синие и жемчужные шарики, колокольчики и снежинки, ангелочки и даже свечи. У подножья стояли фигурки Деда Мороза и Снегурочки, сделанные настолько искусно, что так и хотелось изучить каждую детальку. Елка, о какой я и мечтать не могла. Она будто появилась здесь из старого американского фильма про простую девушку, тронувшую холодное сердце миллиардера… – Быстро они, – улыбнулся Ян, задержав взгляд на мне, и направился к елке. – То есть елка у вас была. – Я подошла и встала рядом, рассматривая причудливо переливающуюся звезду на ветке. – Конечно, была. – А почему не хотели наряжать? – Повода не было. Я сглотнула. – А сейчас повод появился? – Можно и так сказать. Его тихий голос обволакивал меня странным спокойствием, даже умиротворением. И то, что плечи наши соприкасаются, и этот запах дорогой жизни… Все это должно было быть противно мне, и было, было противно, но… Сейчас я просто была благодарна Яну за то, что он услышал меня. Да и, черт, даже за день этот сумасшедший я ему благодарна, несмотря на его поведение. Может быть, я… Я украдкой взглянула в его лицо. В его глазах отражались огоньки гирлянды. Может быть, я привыкаю к его присутствию в нашей жизни. – Мама! – С лестницы едва ли не кубарем слетел Артем. – Мама, ты вернулась! – Он тут же оказался в моих объятиях. – Какая елка, мама! Елка для подарков! Я услышала смешок, но не стала реагировать. Присела перед сыном и обхватила ладонями его щечки. – Елка для подарков, конечно, сынок. – А можно сейчас туда положить подарки? – Можно. – И сейчас открыть тоже можно? – с надеждой спросил Тема. – Нет, сынок, подарки мы откроем в Новый год. – А через сколько Новый год? – Ночка, потом ещё одна, и потом уже будет Новый год, – ласково улыбнулась я сыну. Почувствовала рядом движение, повернулась и заметила удаляющегося Яна. Только когда он скрылся в кабинете, снова посмотрела на сына. Тот недовольно морщил носик. – Эх, ладно, – горестно вздохнул он. – Зато я помогал елку наряжать. – Правда? – Угу. Вы с дядей Яном как уехали, сюда принесли много-много коробок и начали собирать елку. А Дарина разрешила мне повесить игрушки. Дарина? Я недоверчиво покачала головой. В этом доме что, всё и все зависят от настроения хозяина? Прямо заколдованный замок чудовища. Сын продолжал в подробностях рассказывать, какие игрушки он вешал на елку, как потом они включили гирлянду, и елка засветилась огоньками, как он ждал меня, чтобы показать её. Мы поднялись на второй этаж, и я отправила сына в детскую, пообещав, что переоденусь и приду. Толкнула дверь своей комнаты и увидела на постели коробку. Ту же, перевязанную серебристой лентой. Осторожно подошла и присела рядом. Провела ладонью по крышке. Заметила записку. «Я могу тебя заставить. Но предпочитаю попросить. Надень это платье на вечер». Обаятельный… мерзавец! И как я могу ему отказать?!