Глава 40

– Сын, которого я хотел убить, жив? – повторил Ян, вцепившись в меня ледяным взглядом. Лицо его потемнело. – Она мне всё рассказала. – И что же моя бывшая жена тебе рассказала, Аделина? – вкрадчиво поинтересовался Ян, приближаясь ко мне. Остановился вплотную. Я попыталась встать, но он грубо пихнул меня обратно. – Рассказывай. *** – Меня зовут Елена Соколовская. И я хочу поговорить с тобой о Мише. Я смотрела на неё потрясенно. Миниатюрная блондинка с большими голубыми глазами, она была, наверное, ниже меня. Теперь я понимала, почему Ян потерял голову: кукольное личико, пухлые губы. Чем-то она напоминала куколку. Или ангела. Только вот глаза… В их небесно-синей глубине скрывался лёд, о который можно было запросто пораниться. – Как вы меня нашли, и зачем вам со мной разговаривать? Я… – Миша жив, – прервала меня Лена. Её губы сложились в улыбку. Совершенно некрасивую, мгновенно сделавшую её лицо грубым. Воздуха вдруг резко не стало. – В смысле, жив? – выдавила я севшим голосом. Голову словно тисками сжало, мысли спутались. – Тогда, где он? Почему он не появляется?! И откуда вы всё это знаете! Лена усмехнулась. – Мой бывший муж разве не рассказывал тебе о том, что произошло? – Рассказывал… – сказала с долей сомнения. Сама же в этот момент вспоминала наш разговор на яхте. Лена не сводила с меня глаз. Её лицо снова стало нежным, только взгляд остался льдистым, прозрачным. – Ян всё мне рассказал, – повторила я уже увереннее. – Только он рассказал мне свою версию. – Хочешь услышать мою? – Ничего я не хочу. Я… – Я вскочила из-за стола, намереваясь уйти. – Сядь! – грубо оборвала она меня. – Сядь и выслушай меня, потому что от этого зависит не только твоя жизнь или жизнь Миши, но и жизнь вашего сына. Я застыла. Лена смотрела на меня снизу вверх, а ощущение складывалось, что это я сижу. Откуда она знает обо всем?! Неужели Миша и правда жив?! И Артём действительно видел отца! И записка… – Хорошо. – Я вернулась на место и посмотрела в глаза Елене. Меня потряхивало, но всё, чего я сейчас желала, – узнать наконец правду. И если не она, то кто может мне всё рассказать? – Я слушаю тебя. – Замечательно, – кивнула она удовлетворенно. Положила руки на стол, демонстрируя свежий маникюр. – Не буду ходить вокруг да около. Раз ты собралась замуж за Соколовского, наверняка уже знаешь его версию. Он же тебе рассказал, как мы с Мишей сбежали, прихватив его денежки и драгоценности? – Хочешь сказать, что это не так? – Я вскинула брови, рассматривая бывшую жену Яна более пристально. Да, она была очень красивой. Простая кофта без рисунка подчёркивала бледный цвет кожи, на шее – тонкая золотая цепочка. Этакое эфемерное создание, нежное и невесомое. – Мы просто хотели уехать, – сказала Лена. – Уехать и жить спокойно. Но Ян не тот человек, который просто так мог бы нас отпустить. Меня… Я просила развода, но он пригрозил, что убьёт меня. Он выгнал Мишку, лишив его наследства, а меня запер в доме. Она говорила ровно, почти отстранённо. Только на секунду перевела взгляд на выход, а потом посмотрела мне в лицо. – Через какое-то время у меня получилось сбежать. Миша подготовил нам поддельные документы. Мы хотели одного: быть вместе и любить друг друга без оглядки на Соколовского. Тогда… – Она опустила глаза на тонкие кисти. Вздохнула и снова посмотрела на меня. – У нас почти получилось. Нас схватили в аэропорту, обвинили в хищении денег и еще кучи всего. Я уже и не вспомню всех обвинений, Аделина. Соколовский выдвинул против меня обвинение и упёк в тюрьму. – А Миша? – А что Миша, – горько хмыкнула Елена. – Папочка его пожалел. И пока я сидела в тюрьме, он строил свою жизнь с тобой. Она замолчала. Застыла, как ледяное изваяние, только в глубине глаз пылал холодный огонь. – Бред какой-то. – Я сжала пальцами виски и зажмурилась. – Возможно, – не стала отрицать она. – Только вот меня освободили за день до того, как Миша попал в аварию. Тебе не кажется это странным? – А должно? – Должно. Соколовский не из тех, кто прощает. Он дал возможность своему сыну почувствовать себя в безопасности. Дал построить отношения, завести семью. А потом раз! – Она хлопнула в ладоши, и я вздрогнула. На губах её заиграла улыбка. – Он пытался его убить. Но у него не получилось. В висках застучало сильнее прежнего. Никакой дурной сон не мог сравниться с тем, что происходило сейчас. – Я видела его тело в морге. И опознала его, – процедила я. – Да… Изуродованное лицо и часы на запястье, которые ты подарила ему на день рождения, верно? – Экспертиза… Она громко и неприятно засмеялась. Мне стало противно. Запрокинула голову и хохотала звонким, сатанинским смехом. Резко замолчала, и глаза её сверкнули. – Деньги умеют творить чудеса, Аделина. Миша знал, что он в опасности, и подготовился. – Если мой муж жив, тогда где он? Я хочу с ним увидеться. – Всему свое время. Это слишком опасно, пока вы с ребёнком находитесь в руках Соколовского. Он послал меня, чтобы ты помогла ему расправиться с Яном. Расправиться?! Жив?! С каждым её словом мне становилось всё хуже. Желудок выворачивался, во рту появился горький привкус. – Я хочу поговорить с мужем. Лена покачала головой. – Для начала ты должна кое-что сделать… *** – И что же ты должна сделать? – процедил Ян, выслушав меня. Я всё-таки встала. Посмотрела на него. – Она расскажет мне, где Миша, если я дам ей денег. Она сказала, что чувства между ними давно угасли, и она не будет мешать нам. Просто хочет уехать подальше, потому что боится, что ты убьёшь её. Ян смотрел на меня с минуту, прищурив глаза. Я тоже не отводила взгляд. – Ты ей не поверила, – наконец произнес он с уверенностью. Мне вдруг стало легче. Всего на каплю, но в данный момент эта капля значила для меня много. – Нет, – выдохнула я. – Я не знаю, на что она рассчитывает. Все слишком уж сыро в её рассказе… Если бы Миша был жив, она знала бы гораздо больше. И я не понимаю… – Что же… – Руки Яна вдруг легли на мои плечи, скользнули вниз, к локтям, потом к запястьям. Ян потянул меня к себе, и я сделала шаг. – У нас есть только один способ узнать, что она задумала. Дать ей то, чего она хочет.