Глава 12

Я уже подходила к столовой, когда по ПИБА разнёсся сигнал, оповещающий об общем сборе.

А вот не пойду, и всё тут. Я на ужин иду.

На входе в столовую меня встретил поток адептов, спешащих в холл. Я упорно шла против течения. Сама не знаю почему, но мне принципиально было нужно попасть в столовую.

Попала. Обвела взглядом брошенные столы с едой, подошла к стойке раздачи и, ожидаемо никого тут не увидев, выбрала самую аппетитную булочку. Прихватила стакан сока и, на ходу жуя, медленно пошла догонять всех убежавших.

Собственно, ничего интересного я не пропустила. Поспела как раз к тому моменту, когда адепты выстроились, и к ним вышла ректор Адали.

Я, ощущая себя не частью всего этого, в полном молчании прошла через холл, попивая сок и жуя булочку. Встала на своё законное место и воззрилась на ректора, которая всё это время сохраняла молчание, ожидая, пока я встану в строй.

— Надеюсь, теперь все в сборе, — недовольно проговорила Адали.

— Ну не знаю, — пожала я плечами.

— Тара, ты чего? — шикнула Люта.

— У вас есть, что сказать, адептка Флен? — резко произнесла ректор.

Я поняла, что все взгляды присутствующих обращены ко мне, но не почувствовала ничего, кроме лёгкого раздражения. Развела руками и ещё раз откусила от булочки. Вкусная попалась, с сахарной посыпкой и такими тягучими местами, где сахар уже превратился в карамель.

— Тара, да что с тобой? — дёрнула меня за рукав Люта.

— Отстань, я ем, — громко заявила я.

— И на этой благостной ноте позвольте завладеть вашим внимание, адепты! — провозгласила ректор Адали.

Наступила полная тишина, в которой все взгляды присутствующих были устремлены на ректора Первой Имперской Боевой Академии. Собрались тут не только адепты, весь обслуживающий персонал и администрация ПИБА тоже выстроились чуть в отдалении, ожидая объявления.

И только я продолжала беззаботно жевать булочку, будто находилась не здесь, а где-то далеко. Меня настигло какое-то отчуждённое онемение. Все эмоции и чувства словно одеревенели. Я совершенно ничего не ощущала, ни страха, ни беспокойства, ни-че-го.

Ректор Адали вещала про силу и сплочённость ПИБА, а я слушала её в полуха, пребывая в состоянии некоего ступора.

Почему? Что со мной не так? Не знаю, и всё равно как-то.

— Тара, — потрясла меня Люта. — Ты чего? Что случилось?

— Тише вы, — шикнула на нас Юка.

— Ты чего там вычитала? — забеспокоилась Люта.

— Ничего, ерунда какая-то, — пожала я плечами, доедая булочку.

Выпила остатки сока и… уронила стакан, когда услышала то, ради чего, все мы тут и собрались, собственно.

Стакан упал и разбился, но его звон потонул в гуле встревоженных голосов, потому что сказано было следующее:

— Для беспокойств нет опасений, академия надёжно защищена куполом, но сейчас империя находится в… непосредственной опасности из-за одного древнего артефакта времён Иных предков. Это очень сильный артефакт, направленный на уничтожение всего живого на огромные расстояния. Пока неизвестно, зачем он был создан Иными и как его нейтрализовать. Но лучшие умы империи уже работают над этой проблемой. Были созданы группы специалистов из разных сфер магических наук, в которые вошли и лучшие преподаватели из нашей академии.

Ректор Адали продолжала говорить, уверяя нас в том, что всё будет хорошо, ещё есть время, и лучшие маги империи наверняка найдут решение проблемы. Но ей приходилось практически кричать, потому что шум поднялся нешуточный.

Паника нарастала. Адепты требовали, чтобы их отпустили домой, к родным, возмущались и выкрикивали, что магию иных даже лучшие из лучших не понимают, так что мы все погибнем. Кто-то даже пытался убежать из холла по направлению к выходу. Но двери были надёжно заперты.

Паника, крики, страх. Это было логично, учитывая обстоятельства, и в то же время абсурдно. Ну не должны они так себя вести. Крыша же на головы не падает, с чего все так всполошились? Бегают, верещат, толкаются…

— Тара, — схватила меня за руку Люта. — Почему мне так страшно? А ты спокойна, будто ничего не происходит!

— А? — флегматично спросила я. — Страшно? Да вроде нет.

— Тара, — до боли сжала моё запястье подруга. — Я сейчас тоже куда-нибудь побегу! И это ненормально! Это ты⁈

— А я-то тут причём? — возмутилась я, но тоже как-то вяло, безразлично.

— Нет, это точно ты, — заявила Люта и как треснет меня по лицу!

От пощёчины я едва не упала. Пошатнулась всем телом и точно завалилась бы, если бы второй рукой подруга не удерживала меня за запястье.

В голове будто щёлкнуло что-то. Мне вдруг стало так страшно, что в глазах потемнело. Или это от удара? А вокруг стало значительно тише. Крики и топот прекратились, раздавались только стоны и недоумённые возгласы.

И во всём этом бедламе я сжалась от пристального, сурового взгляда ректора Адали. Она стояла на ступенях центральной лестницы, на возвышении, и смотрела прямо на меня. Она всё видела: и общую панику, и пощёчину, и то, как после неё все вокруг будто очнулись, а меня начала бить мелкая нервная дрожь.

— Всем разойтись по комнатам! — зычно приказала Адали. — Пострадавшие, если не можете сами оказать себе помощь, проследуйте в лазарет. — И тише, только для меня, продолжающей затравленно на неё взирать: — Флен, в мой кабинет.

— Прости, Тара, — жалко улыбнулась Люта. — Не хотела тебя бить, но тут такое началось… А ты… От тебя прямо веяло ужасом.

Я же в том самом ужасе осматривалась по сторонам. Адепты помогали друг другу подняться, плакали, обнимались. Кто-то был ранен в давке, кто-то просто сильно испуган. Но страшнее всего было осознавать, что всё это, кажется, из-за меня.

Я так испугалась того, что вычитала в книге, настолько была шокирована и не желала признавать, что вот такой теперь будет моя новая действительность. Тренировки, обучение контролю и… профессор Эйч. Даже мысли об этом уже ввергали в панику.

Я испугалась и отрешилась от этого страха, неосознанно поставила барьер, отгородилась от негативных эмоций… и отдала их всем окружающим. Заразила всю академию паникой, от которой многие пострадали.

Да я действительно монстр! Меня нужно запереть в изоляторе и не выпускать до скончания моих дней! Что, скорее всего, и ждёт меня теперь.

Холл постепенно опустел, а я всё ещё стояла на месте, не желая верить в происходящее. Люта осталась со мной. Но и она теперь поглядывала с лёгким опасением.

— Идём, — осторожно тронула меня за плечо подруга.

— Я сама, — помотала я головой. — Ты иди в комнату.

— Нет уж, я тебя не брошу, — заявила она, покосившись на парочку магов, приближающихся к нам.

Это были аспиранты, которые иногда гоняли нас по полигону, вместо профессора Рхаша. Боевики, стажировавшиеся у нашего выдающегося тренера, не отличались хорошими манерами.

— Ректор Адали велела привести тебя, — проговорил один из них, схватив меня за локоть.

— Вы бы поосторожнее, — хмуро взглянула на него Люта. — Мы, вообще-то, адептки. У нас есть права.

— А ты, девочка, иди в комнату. Комендантский час, — заявил второй.

— Слушай, мальчик, ты бы сам шёл куда подальше, — неожиданно зло ответила ему Люта. — А к ректору мы как-нибудь и без вас дойдём.

Она гордо вздёрнула подбородок, подхватила меня под руку и повела в сторону административного крыла ПИБА. Опешившие сначала маги последовали за нами, но на почтительном расстоянии.

* * *

Ректора в кабинете не оказалось. Вместо неё нас встретил профессор Рхаш.

— Свободны, — махнул он рукой нашим сопровождающим. И, повернувшись ко мне и сверля хмурым взглядом: — А ты заходи.

— Я с ней, — напомнила о себе Люта.

— Зачем? — приподнял бровь тренер.

— Так надо, — уже не столь уверенно пробурчала подруга, но руку мою сжала крепче, не желая оставлять.

И как же я была ей благодарна за это! Если бы не присутствие Люты, я бы, наверное, уже сорвалась. А так, чувствуя её поддержку и боясь навредить близкому человеку, старалась держать эмоции в узде. Хотя и не понимала, как это делать. Но старалась же! И вроде пока выходило, по крайней мере, вот уже несколько минут ничего катастрофичного не происходило. Значит, я на верном пути.

— Ну раз надо, — хмыкнул Рхаш, — тогда заходите обе. И дверь за собой закройте.

Мы вошли, прикрыли дверь и замерли, не зная, что делать дальше. Профессор тем временем вернулся к изучению каких-то документов. На ректорское кресло он не посягал, стоял у стола, сбоку, и делал вид, что нас тут нет.

А мои нервы всё больше натягивались, того и гляди лопнут. Немного обнадёживало только одно — Рхаш вернулся! Так может и Эйч тоже уже в академии, или вот-вот заявится.

— А где ректор Адали? — спустя пару бесконечных минут, спросила Люта.

Она нервничала не меньше меня, если не больше. Теперь, зная, что я абсолютно не контролирую свои силы, подруга уже откровенно побаивалась, как меня, так и за меня.

— М? — обернулся к нам Рхаш, оторвавшись от своих бумажек. — Скоро придёт. Что вы хоть натворили-то? Я всё самое интересное благополучно пропустил. Буквально только что вернулся, а тут паника. Сказали, адепты слегка переволновались из-за известий. Флен, опять твоих рук дело?

Я по привычке задохнулась от возмущения — почему, чуть что, так сразу я? И тут же поникла, правда же я.

— Можно подумать, тут кроме Тары никто шороху навести не может, — небрежно фыркнула Люта.

— Подумать-то можно что угодно, — усмехнулся профессор Рхаш. — Но давайте будем отталкиваться от фактов. К ректору привели именно тебя, Флен. А ты у нас не отличаешься примерным поведением.

— Может это меня привели, а Тара за компанию пришла. Вы же сами сказали, что всё пропустили, — заявила Люта.

— Флен, а ты сама ничего не хочешь сказать? Так и будешь отмалчиваться, пока подруга за тебя отдувается? — приподнял бровь Рхаш.

— А профессор Эйч вернулся? — вместо ответа, спросила я.

— Что и требовалось доказать. Опять ты со своей неопознанной магией. Нет, Эйч ещё не вернулся. Вызвать? — предложил он.

— А можно? — с надеждой посмотрела я на преподавателя.

— Похоже, нужно, — покачал он головой. — Знаешь, Флен, я старался не вмешиваться в ваши с Эйчтаром делишки, но больше не могу закрывать глаза на твои проделки. Вот сейчас придёт ректор Адали и я предложу временно изолировать тебя. Во избежание, так сказать.

— Вы бы лучше и правда профессор Эйча позвали, — посоветовала ему Люта, приобняв меня за плечи и успокаивающе поглаживая.

А я… терпела. Даже зубы до скрежета сцепила, и старалась думать о чём-то приятном, о чём угодно, только не о словах Рхаша. Потому что он прав, во всём прав. И от этого такая злоба берёт. Он-то прав, но и я тоже не виновата! Разве есть моя вина в том, что во мне пробудилась кровь предков, чтоб им икалось в посмертии!

— А ты, я смотрю, знаешь больше моего, — с прищуром уставился Рхаш на Люту. — Ладно, расслабьтесь, весточку Эйчу я уже отправил.

— Когда? — встрепенулась я.

— Сразу, как тебя увидел, — хмыкнул тренер. — Ты его проблема, вот пусть сам и разбирается.

— А чего тогда изолятором стращаете? — возмутилась Люта.

— Для профилактики, — улыбнулся Рхаш. — Ну и, если Эйч не успеет, мне придётся принять меры. Адали церемониться не будет, сами знаете.

В ту же секунду, как по заказу, открылась дверь. Мы с Лютой синхронно отпрыгнули в сторону и повернулись. Как же я надеялась увидеть профессора Эйча… Но нет, это была ректор Адали, собственной персоной.

Всё. Эйч не успел. Теперь ректор начнёт допрашивать меня и не отвяжется, пока всё не узнает. А когда узнает… Скрываться больше не получится, и даже Эйч не поможет. Закончится учёба, относительно нормальная жизнь, закончится всё. Меня отправят туда, откуда не возвращаются, в застенки имперского особого отдела, на «перевоспитание». Это конец…

Где-то в отдалении послышался приглушённый грохот. Все вздрогнули, почувствовав вибрацию пола, и только я стояла, не шелохнувшись.

— Ну что там опять! — воскликнула Адали и выбежала из кабинета.

— Ни шагу отсюда, — приказал Рхаш и последовал за ней.

А мне вдруг стало немного лучше. Даже задышалось заметно легче. Только вот Люта бочком отступила от меня и как-то настороженно спросила:

— Что это было?

— Не знаю, — честно ответила я, пожимая плечами.

— Уверена, что это не ты? — прищурилась подруга.

— Почти уверена, что я, — сокрушённо вздохнула я.

— Тарка, вот ты не можешь без происшествий, — всплеснула руками она. Но тут же успокоилась и добавила: — Хотя, так даже лучше. Может, пока они будут разбираться, Эйч твой как раз вернётся. Только бы никто не пострадал…

— Что⁈ — воскликнула я.

— Я пошутила! — выпалила Люта. — Только не волнуйся! Ну что там может случиться? Все адепты по комнатам сидят, а грохотало где-то снаружи, значит, никто не должен был пострадать.

Я поёжилась, сжала кулаки и поплелась к стулу у ректорского стола. Всё, не могу больше, устала от всего этого. От напряжения, страха, переживаний. Будь что будет! Не успеет Эйч, так сама в изолятор попрошусь. Там я хотя бы не буду бояться самой себя.

Люта подошла, погладила меня по голове, как порой это делала мама, когда я была маленькой, и прошептала:

— Всё будет хорошо, Тарусик. Ты только потерпи немного. Что ж тебе дед ограничитель какой-то сломанный передал? Ведь должен же был сработать кулончик.

— Он и работал, — вздохнула я, прислонившись головой к боку подруги. — Если бы Эйч не появился, точно помог бы.

— А он-то тут причём? — удивилась Люта.

— Вот и я не понимаю, почему он, — задумчиво пробурчала я.

Нет, ну правда, почему Эйч⁈ Да, он мне сразу внешне понравился, но сколько их таких! Тот же Акс мне гораздо больше нравился, и ничего, никакие силы не бунтовали. А тут, прямо как с цепи сорвалась. И что хуже всего, теперь точно не получится выкинуть из головы то, что прочитала в этой злосчастной книге. Потому что оно действительно всё совпадает.

Именно с появлением профессора Эйча со мной стало происходить всё больше странностей и казусов. Ну да, до него я могла порой взорвать лабораторию, или что-то обрушить, но это были мелкие происшествия, никто от этого не страдал… кроме имущества академии. Теперь же, что ни день, то новое происшествие, да таких масштабов, что мне раньше и не снилось. Это вам не рванувший котелок на зельеварении! Тут всю академию не угробить бы…

Дверь открылась и я уже собралась сдаваться, твёрдо решила сам в изолятор попроситься. Но в кабинет ворвался профессор Эйч, облегчённо вздохнул и выдал:

— Успел.

— Ну я бы не сказала, — протянула Люта.

А я… Я уставилась на него во все глаза и… Сама не знаю, что дёрнуло меня. Вообще перестала контролировать себя.

Вскочила, подлетела к нему, ударила в грудь. Толкнула, ещё раз ударила и, в результате, обняла, уткнувшись лицом в плечо и позорно разревевшись.

— Вот теперь я, пожалуй, пойду, — пробурчала Люта где-то там, далеко-далеко.

А я прижималась к груди Эйчтара и плакала. От страха, облегчения и ещё много чего. Ревела, как маленькая испуганная девочка. А он обнимал меня, гладил по спине и молчал. Ни слова не сказал, пока не послышался стук закрывающейся за Лютой двери.

И только когда мы остались одни, Эйч отстранил меня, вытер катящиеся по моим щекам слёзы и, вдруг, предложил:

— А давай сбежим?

— Куда? — опешила я, невольно всхлипнув.

— Ну, сначала от ректора, — улыбнулся он.

— Найдёт, — скривилась я, понимая, что ответ перед Адали всё равно держать придётся.

— Я разберусь, не переживай, — заверил меня профессор и опять крепко обнял, прижав к своей груди.

А мне было так хорошо и спокойно в его объятиях. Настолько, что опять стало страшно. А ещё очень неловко и как-то стеснительно.

Разревелась тут, как последняя плакса, обнимаюсь с профессором… да ещё и в кабинете ректора! Попыталась отстраниться, но он не пустил.

— Книгу прочитала? — спросил, продолжая удерживать в объятиях.

— Частично, — пробурчала я ему в рубашку, упираясь руками.

— Насколько? — не желал отставать профессор, чуть ослабив объятия, чтобы заглянуть мне в глаза.

— Первые главы и закладки, — пробубнила я. — Отпустите уже меня!

Отпустил, но только для того, чтобы схватить за руку и не позволить отбежать подальше. Погладил большим пальцем мою ладонь, улыбнулся, опять этой своей особенной улыбкой, от которой у меня почему-то сердце замерло, и, вдруг, сказал то, от чего я вконец растерялась.

— Мне тоже страшно, Тара, — признался профессор Эйч. — Так страшно, как никогда не было. И знаешь, что хуже всего?

— Что? — ошарашенно прошептала я.

— Я боюсь не за себя, — выдохнул профессор, глядя мне в глаза.

— Ну, в этом мы с вами солидарны, — буркнула я, смущённо опустив голову. — А тоже боюсь за всех окружающих. Не хочу никому навредить.

— Глупышка, — тихо засмеялся он. — Ты никому не навредишь, скорее наоборот.

— В смысле? — вскинула я голову.

— Всё потом, — пообещал мне Эйч. — А сейчас нам лучше уйти отсюда. С Адали я сам потом поговорю.

— Куда? — насторожилась я.

— А куда ты хочешь? — улыбнулся он.

— Куда угодно, только подальше отсюда, — выпалила, боясь, что ректор Адали вот-вот вернётся.

— Так идём, — подмигнул мне профессор Эйч.

И он потянул меня за руку вон из кабинета ректора. Могла ли я сказать что-то против? Да я была только за! Куда угодно, только бы больше не бояться встречи с ректором Адали, и не переживать, что она может выгнать меня из ПИБА.

Но облегчение быстро сменилось сомнениями и настороженностью. Куда он меня тащит? Что задумал?

За территорию академии мне всё равно хода нет, купол не пропускает. Так где же тут можно спрятаться от ректора, которая всегда в курсе всего? Адали держала под зорким контролем все свои «владения».

Но профессор Эйч опять меня удивил. Нет, мы не пошли в заброшенное крыло, или в его комнаты, как я предполагала. Немного поплутали по пустым коридорам административной части академии и вышли в сад. Проучившись тут три года, я и не предполагала, что в ПИБА столько скрытых от адептов выходов! А Эйч всего несколько дней в академии и ориентируется уже не хуже Мораны. Сомневаюсь, что он по ночам на свидания в сад бегал, но, поди ж ты, дорогу нашёл без труда.

— А откуда вы так хорошо академию знаете? — покосилась я на профессора, шагая рядом с ним по садовой дорожке.

— И это всё, что ты хочешь спросить? — с улыбкой поинтересовался он.

— Пока да, — опустила я голову.

Для серьёзного разговора я ещё не созрела. И так неловко до жути. Нужно немного успокоиться, прийти в себя, убедиться, что нигде ничего не рванёт больше.

— Видишь ли, я прибыл сюда с определённой миссией, — задумчиво проговорил профессор. — Глупо было бы явиться, не подготовившись. Поэтому я изучил план здания и прилегающих территорий, просмотрел личные дела всех проблемных и выдающихся адептов, провёл разведку, так сказать.

— Ясно, — протянула я. — И моё личное дело просмотрели?

— А как же? — усмехнулся он. — Ты сразу попала в число подозреваемых.

— Вот уж спасибо, — проворчала я немного обиженно. — Сама знаю, что проблемная.

— А кто тебе сказал, что ты была в числе проблемных? — хмыкнул Эйч. — Возможно, тебе никто никогда этого не говорил, но ты, Тара, выдающийся маг. Уже сейчас, без должного контроля и обучения, ты дала магическому сообществу гораздо больше, чем даже большинство преподавателей этой, несомненно, выдающейся академии, не говоря уже об адептах. ПИБА вполне обоснованно гордится такой адепткой, хотя и проблем от тебя пока тоже немало.

— Ну что ж, спасибо, — повторила я, не поднимая головы, чтобы профессор не увидел мою улыбку.

Было очень приятно слышать такие лестные слова в свой адрес, особенно от него. Я ведь и правда не только рушу всё вокруг себя, но и создаю что-то новое, необычное. Так может кровь Иных это и не наказание, а совсем наоборот? Нужно лишь научиться контролировать свои способности, и всё наладится! Вот только как?..

— А куда мы идём? — спросила я спустя какое-то время, завидев впереди, между деревьями, открытое пространство.

Это была не центральная аллея, не полигоны и не одна из многочисленных полянок, на которых адепты в хорошую погоду устраивали что-то вроде пикников, расположившись под солнышком, чтобы на свежем воздухе выполнять внеурочные задания. Их бы я сразу узнала. Сейчас же мы были, что называется, на заднем дворе ПИБА. В просвете между деревьями виднелись какие-то строения, в которых я никогда не бывала.

— Прямо перед моим появлением ты опять слегка сорвалась, я почувствовал остаточное поле выброса твоей магии. Вот сейчас мы и идём посмотреть, что же ты там сделала, — пояснил Эйч.

— А может не надо? — испуганно выпалила я, остановившись.

— Не переживай, там никого уже нет, — заверил он меня.

— Всё равно страшно, — прошептала я, поёжившись.

— Не бойся, я с тобой, — улыбнулся профессор и опять взял меня за руку, легонько погладив запястье.

Я тут же засмущалась, опустила голову и… покорно пошла за ним. Нет, мне всё ещё не хотелось туда идти. Смотреть на результат разгула своей неуправляемой силы — не лучшее занятие. Только ещё больше расстроюсь. Но возразить я не осмелилась, всё больше тушуясь перед Эйчем, особенно когда он вот так смотрит и поглаживает мою руку большим пальцем. Будто невзначай, но чётко даёт понять, что он тоже прочитал про поиски истинной избранной пары и принимает это как данность. Мол, вот, в умной книжке написано, что нам суждено быть вместе, и я не против.

А меня-то кто-нибудь спросил — что я об этом думаю⁈ Не спросили и, похоже, не собираются. Но глупо отрицать, что в присутствии этого, по сути, почти незнакомого мужчины, я чувствую себя гораздо спокойнее и увереннее, по крайней мере, в плане контроля магии. А что мне некомфортно и от смущения даже уши горят, это уже другое дело.

Мы вышли по садовой дорожке к задней части здания ПИБА. А я и не знала, что тут есть самый настоящий огород! Огромное,огороженное низким заборчиком, пространство, на котором растут всяческие травки и прочие растения для зелий… Вернее, росли. Сейчас прямо в центре этого огороженного участка зиял большой провал. Уже издалека было видно, что земля обсыпалась очень глубоко. И это всё я?

— Интересно, — протянул Эйч, отпустив мою руку и подходя ближе к разлому.

Я осталась стоять у заборчика. Но любопытство так и подмывало тоже заглянуть в образовавшуюся в земле дыру. А тут ещё и профессор Эйч позвал.

— Тара, иди сюда, — махнул он мне рукой.

Я переступила через заборчик и осторожно подошла к нему, чтобы не затоптать остатки кем-то бережно взращиваемых растений. И так большую часть посадок загубила. Но хоть никто не пострадал. Растения заново посадить можно, а вот если бы я этот разлом посреди переполненного адептами холла устроила… Представить страшно!

— Видишь? — кивнул на зияющую в земле прореху Эйч.

— Вижу, — растерянно ответила я.

А посмотреть тут было на что! Оказывается, земля не просто так разверзлась, исчезнув в никуда. Она обвалилась глубоко вниз, где виднелась старая каменная кладка. Неужели это то, о чём я думаю?

— Тут явно сеть катакомбы Иных, — озвучил мою догадку профессор. — Предположения об этом давно выдвигались, но подтверждений не было. Просканировать магией их сложно. Да что там, практически невозможно, твои предки умели скрывать свои владения.

— И что теперь делать? — спросила я.

— Адали уже наверняка отправила весточку куда нужно. В связи новыми обстоятельствами всё, что касается Иных, сейчас сразу же идёт в разработку. Скоро сюда прибудут специалисты и начнут раскопки, чтобы попасть в подземные переходы. Было бы неплохо их опередить. Что-то мне подсказывает, что мы должны попасть туда первыми. Возможно это только совпадение, что ты учишься именно тут, но всё же…

Я слушала Эйча и понимала, что вон он, тот момент, когда уже просто необходимо решиться и рассказать ему всё. Потому что я не случайно пошла учиться именно в ПИБА (без инициативы и поддержки деда я тут и месяц не продержалась бы) и, видимо, не спроста блуждала в трансе по подвалам академии. Где же ещё быть входу в катакомбы Иных, как не в подвале. Что-то же меня туда привело. Вдруг это было то, что скрывается в древних подземных туннелях моих предков? Что именно это могло быть? Понятия не имею! И сама точно не разберусь.

— Профессор Эйч, — повернулась я к нему.

— Просто Эйч, или Эйчтар. Это моё полное имя, — улыбнулся он. — Не находишь, что нам пора уже отбросить официоз?

— Не нахожу, — пробурчала я — Но попробую.

— Для начала неплохо, — кивнул он. — Так что ты хотела сказать?

— Давайте не здесь, — взмолилась я, оглядываясь по сторонам.

Мне всё чудилось, что на нас кто-то смотрит. Из кустов или из окон академии. Мы же тут, как на ладони!

— Хорошо, идём обратно, — протянул он мне руку.

И кто бы мне сказал, почему я её приняла?