Глава 8

Эйч

Раздражение — не то чувство, которое я хотел бы испытывать, занимаясь делом. Но оно преследовало меня неотступно. Будь то лекция, на которую адептка Флен не явилась, или известие о том, что купол вышел из строя, я неизменно думал о ней. Клятва требовала исполнения.

Когда Рхаш пришёл ко мне за советом, я честно пытался вникнуть в проблему, но действительно слушать начал только тогда, когда услышал её имя. «Тара Флен» и щёлк — я весь во внимании.

— Я бы сам разобрался, — с усмешкой проговорил друг. — Но ты тут…

— И что? — приподнял я бровь.

— Понимаю, всего сказать не можешь, но хоть намекни — ты пришёл из-за неё?

— Уточни, о ком речь, — попросил я, сам понимая, как нелепо это звучит.

— Флен, Эйчтар. Ты здесь из-за девчонки Флен? — не поддался на провокацию Аш.

Да, он и сам уже догадался, что дело именно в этой проблемной адептке, но ждал подтверждения, хотя бы косвенного.

Я тоже ждал подтверждения. Вернее, я надеялся, что его не будет. Но… Факты не спрячешь.

— Так что там с Флен? — спросил, не отводя взгляда.

Рхашу этого хватило. Он понял, что дальше расспрашивать бесполезно, и перешёл к делу.

— Пузырь её не пропустил. Меня так приложило, будто я сам там был.

— А я тебя предупреждал, — усмехнулся я. — Зачем на себя купол зациклил?

— Так раньше же проблем не было, — пожал он плечами. — Мне спокойнее, когда всё контролирую. Привычка.

— Твои привычки здесь вообще не к месту, — напомнил я.

— Это как посмотреть, — хмыкнул Рхаш. — А ты бы на моём месте не контролировал периметр?

— Это академия, а не поле боя, Аш. Ты тут инструктор и глава безопасности, а не щит. Оно тебе надо?

Рхаш поджал губы, посмотрел на меня искоса и сдался.

— Ладно, признаю, перегнул. Не стоило к себя пузырь привязывать. Но согласись, без моего доклада вы бы сразу и не заметили проблему. Только не надо мне тут глазки строить, понял уже, что ты по моему весеннему сигналу явился. Я ж не требую подробностей.

— Что там на счёт Флен? — напомнил о насущном я.

— Значит, всё же она. Жалко. Девчонка вроде неплохая была, — мотнул головой Аш. — В общем, её купол отторг. Тут уже без вариантов, в ней дело.

— Давай не будем торопиться. Прямых доказательств ещё нет, — сам себе не веря, проговорил я.

— Да ты, я гляжу, лично заинтересован, — удивлённо протянул друг.

— Не спеши с выводами, — резко бросил я. — С плеча рубить не хочу. Жалко девочку.

— Так я и не настаиваю, что её сразу в расход нужно, — заверил меня Рхаш. — Присмотрись ещё, конечно. Девочка действительно неплохая. Она мне такую схему тройной боевой сцепки подкинула, что нашим спецам и не снилось! И, главное, просто же всё, а никто до неё не додумался.

— Это и настораживает, — был вынужден признать я.

— Ладно, я её сейчас в комнату отправил. Слежу за передвижениями. Пошли разомнёмся что ли, раз пока нет чёткой картины.

Разминка мне сейчас была просто необходима. Нужно было выплеснуть лишние эмоции, отвлечься от навязчивой идеи. Знал бы я, к чему приведёт промедление, сразу Флен изолировал бы!

Дальше всё развивалось так стремительно, что меня даже слегка попустило. Действие клятвы отступило на задний план, когда прямо посреди полигона материализовался кабинет профессора рунологии. Вместе со стенами, полом и потолком, и что важно, самим профессором. Дедок действительно чудом жив остался! Находись он в момент перемещения в дверях, порезало бы на части.

Я уцепился за едва различимый отпечаток чуждой магии, которую и почувствовал-то только как нечто необычное. Рхаш тоже след поймал. Его эти потоки с весны раздражали, а тут такой очевидный след.

К Таре мы заявились вместе, но Аш не дурак, понял, что это не его проблема. Легко на меня всё перекинул. И он будет молчать, догадывается, что это дело и близко не уровня академии.

А мне придётся разбираться, для того я сюда и пришёл. Увести бы её подальше от сопляков, чтобы никто не пострадал. Но купол девчонку не пропускает, а снять его, даже на пару минут, незаметно не получится. Пришлось тащить Тару в безлюдное место. И объяснять ей, в чём проблема.

А как объяснить испуганной девушке, что она источник опасности, да так, чтобы ещё хуже не стало? Я старался, как мог. Использовал щит, который она же и создала. Великолепная штука, кстати! Если всё обойдётся, девочка станет великим магом-новатором. Объяснил ей всё, разложил по полочкам, но так и не смог остаться беспристрастным.

Тара была такой напуганной, ранимой, растерянной… Оставшись с ней один на один, я окончательно поддался действию клятвы. Держался, сколько мог. Но она так зазывно покусывала губы, будто нарочно провоцируя меня.

Это злило, мешало сосредоточиться, раздражало… Нужно избавиться от раздражителя, чтобы мыслить здраво. У меня нет права на ошибку.

Исполню клятву, и помех не останется — решил я. Схватил девчонку, притянул к себе и поцеловал.

Вот только клятва требовала одного поцелуя, а меня её исполнение уж как-то слишком увлекло. Я целовал девушку, которая, вот незадача, отвечала мне взаимностью, и понимал, что не хочу останавливаться на поцелуях.

Долг, будь он проклят, заставил прерваться.

С трудом оторвался от, инстинктивно потянувшейся за продолжением, девушки и произнёс отстранённым деловым тоном:

— Вернёмся к делу. Да, Тара, в тебе бесспорно есть магия Иных. Из чего логично сделать вывод, что ты являешься прямым потомком древних. И это чудо, поскольку считалось, что их всех истребили.

* * *

Это был не первый поцелуй в моей жизни. Но то, что я испытывала раньше, украдкой целуясь с парнями-ровесниками, и близко не шло в сравнение с лавиной ощущений, захлестнувших сейчас. Меня будто молнией ударило! Каждая частичка тела потянулась к Эйчу, стремясь к чему-то волшебному, новому, но такому родному и близкому.

Есть такое выражение — душа поёт. Так вот, моя сейчас горланила, как мартовская кошка. Но песнь прекрасному грубо прервали. Я даже не сразу поняла, что там Эйч говорит, когда он отстранился от меня. Осоловело смотрела на него, откровенно любуясь и досадуя, что всё прекратилось.

А потом как поняла! Всё сразу. И то, что только что самозабвенно целовалась со своим профессором по боевым практикам, и то, что именно он сказал.

— Т-то есть как, истребили? За что?.. — спросила шёпотом, слегка заикаясь и начиная дрожать, будто от холода.

Удивительно, что меня подкидывать от дрожи не начало! Наверное, от поцелуя ещё не отошла, иначе уже металась бы по лаборатории, как зверь, загнанный в ловушку. Ещё полчаса назад я и не подозревала о существовании потомков Иных, а тут мне заявляют, что я одна из них! И это ещё полбеды. Оказывается, подобных мне истребляют!

— Не бойся. Я не причиню тебе вреда, — подняв руки и отступив подальше, заверил профессор.

Но мне от этого легче не стало. У меня тут разрыв шаблонов, попрание постулатов и культурный шок, что мне чьи-то там заверения, что вреда не причинят? Да и как не причинят, если он сам только что сказал, что всех потомков Иных истребили⁈ Ааа! Кажется, я сейчас впаду в истерику, и не выберусь из неё никогда!

— Тара, дыши глубже, всё будет хорошо, — тихо заговорил Эйч. — Тебе ничего не угрожает. Обещаю, я позабочусь о том, чтобы ты не пострадала.

— Да что мне ваши обещания! — воскликнула я. — Разве вам можно верить⁈

— Клясться больше не буду, — как-то угрюмо произнёс он.

— А что так? — сложила я руки на груди. — Боитесь, что потом придётся нарушить слово⁈

— Нет, — покачал головой профессор. — Мне и прошлой клятвы хватило, с поцелуем. Не хочу, чтобы что-то мешало чётко мыслить. А подумать нам с тобой есть о чём.

— Какой ещё клятвы? — опешила я.

— А ты не помнишь? — сощурился он. — В прошлое наше пребывание здесь, когда ты была… слегка не в себе.

Ой. Об этом я как-то запамятовала. Но я же тогда была не в себе, как он сам и сказал, так что, мне простительно! Но это тогда что же получается? Он сейчас поцеловал меня не потому, что я вся такая неотразимая, а из-за опрометчиво данного обещания? А я ещё и ответила на поцелуй, вот дура! Стыдно-то как…

— Давай сделаем вид, что этого не было и вернёмся к нашей проблеме, — миролюбиво предложил Эйч.

— Это к какой? К истреблению меня⁈ — взвизгнула, пятясь от него.

Натолкнулась на щит, прижалась к нему спиной и начала озираться в поисках средств обороны. Чем тут можно профессора стукнуть, да так, чтобы вырубить? Может, пока он в отключке будет, получится и щит снять. А что? Это пока он в сознании, мне не стоит и пытаться, бесполезно. А если будет без сознания, есть шанс нащупать нити контроля и перехватить управление щитом. Ментальный маг из меня так себе, но азы-то мы проходили.

Вот выберусь отсюда и… что дальше-то делать? Бежать за помощью к ректору Адали? Не уверена, что она пойдёт против имперского «специалиста по особым поручениям» ради меня. И из академии не сбежишь, щит не выпустит. Кажется, мне крышка…

— Тара, ты не слышишь меня, — вздохнул Эйч, опять седлая стул. — Я не собираюсь нападать на тебя. И перестань уже кусать губы, отвлекает!

Назло ему начала грызть нижнюю губу ещё активнее. У меня тут страх и ужас, а ему, видите ли, моё губокусание мешает. Надо же, нервный какой! Это я нервничать должна, чем, собственно, и занимаюсь, качественно и с упоением.

Соберись — мысленно приказала я себе. Нужно успокоиться, хотя бы чуть-чуть, иначе мысли разбегаются, как напуганные мыши. В таком состоянии не то, что осмыслить своё положение, просто думать проблематично.

— Может, всё же поговорим? — предложил профессор, указав взглядом на стул.

— О чём? — спросила угрюмо, не спеша приближаться к нему.

— Например, о том, что произошло прошлой весной, — предложил он. — Нам нужно понять, почему пробудились твои силы. Возможно, получится как-то урезонить их… до тех пор, пока я не придумаю, что делать дальше.

— С чего вы взяли, что это произошло весной? Проблемы с магией у меня были всегда, — спросила с прищуром.

— Именно тогда купол зафиксировал иные потоки, — пояснил профессор. — Припомни, может быть, было что-то необычное?

Весной… А что было весной? Была учёба, обычная такая, с зачётами, экзаменами, парочку из которых я завалила и едва не осталась пересдавать. Чудом удалось уговорить профессоров принять пересдачу сразу же.

Помнится, тогда ещё мама приезжала, подарок от деда привезла. У меня как раз день рождения был, вот она и заявилась, без предупреждения. Сюрприз хотела сделать и попутно забрать меня домой. А тут проблема с экзаменами, она и поговорила с преподавателями, как-то уломала их дать мне шанс закончить учёбу вместе со всеми.

Я ещё тогда удивилась, как легко получилось всё пересдать, причём почти на отлично. Профессор Сканс тоже был в шоке от того, что мне удалось идеально воспроизвести перемещение атакующих потоков. Но я же вечно всех удивляю, так что, ничего необычного, по сути, не случилось.

А потом было целых два месяца покоя и отдыха. Зная себя, вне академии я старалась вообще не прибегать к магии. За всё лето, может, пару раз и использовала силы, и то по мелочи.

— Нет, ничего необычного не было, — помотала я головой. — Всё как всегда.

— Расскажи подробнее, — попросил профессор Эйч. — Может, как-то отличилась на экзаменах? Или было какое-то важное событие в жизни. Хоть что-то, что могло дать толчок.

— Да не было ничего! — воскликнула я. — Да и как это вообще возможно, чтобы я прожила восемнадцать лет обычным магом-неумехой и тут, вдруг, во мне появились новые силы?

— Восемнадцать… — задумчиво повторил Эйч. — А когда тебе исполнилось восемнадцать?

— Ну так весной и исполнилось, — пожала я плечами. — Не думаете же вы, что мой очередной день рождения это повод для появления магии Иных?

— Скажем так, я не исключаю этой возможности, — заявил он. — Ты была рождена обычным магом, но с силой предков в крови. Вполне возможно, что толчком для её пробуждения стал некий возрастной порог. О детях — потомках иных мне слышать не приходилось. Как правило, мы сталкивались только со взрослыми. Есть даже теория, что иная магия показывает себя лишь тогда, когда её носитель уже способен защитить себя.

— Ну, судя по тому, что, как вы выразились, их истребили, это им не особо помогло, — поджав губы, проговорила я.

— Это было раньше, Тара. За последние пятьдесят лет было зафиксировано только четыре случая пробуждения иной магии. Последний двенадцать лет назад, — чуть поморщившись, поведал профессор. — И троих из пробудившихся удалось взять под контроль. Двое и сейчас вполне благополучно живут обычной жизнью.

— А ещё двое? — насторожилась я.

— Один не так давно умер, от старости, а последняя… Скажем так, там были проблемы не только с магией, — скривился Эйч.

— Вы так говорите, будто лично с этими проблемами столкнулись.

— Так и есть. Она оставила мне приличный шрам на память, — криво усмехнулся он.

— И вы её убили? — спросила я шёпотом.

— Я выжил, — резко ответил он.

Мамочка, забери меня отсюда… Кажется, это уже было, но сейчас актуально, как никогда! Мне уже не нужен был диплом, я не хотела получить направление в имперскую службу разработок, о чём порой мечтала, хоть и понимала, что, с моими-то проблемами, это практически нереально. Сейчас я хотела только одного — оказаться как можно дальше от ПИБА вообще, и профессора Эйча в частности. Это же получается, что как раз он и убил последнюю представительницу потомков Иных. И тут я…

— Прекрати трястись, Тара, — произнёс Эйч. — Пока ты контролируешь себя, не магию, а именно себя, тебе ничего не угрожает. А ты, как я вижу, не предрасположена к жестокости, не жаждешь использовать новые силы во вред. Это главное. С остальным мы разберёмся.

— Зачем вам это? — оттолкнувшись от щита и приблизившись к нему на пару шагов, спросила я.

Специально подошла, хотела проверить, как отреагирует. Если у него был негативный опыт общения с подобными мне (как же это страшно, осознавать себя не такой, как все), и есть какие-то предрассудки, он это покажет. Но нет, профессор не насторожился, не вскочил со стула и не принял оборонительную позицию.

Вместо всего этого он уставился на меня потемневшими глазами и как-то обречённо произнёс:

— Я уже начинаю ненавидеть твою привычку кусать губы.

— Но меня саму не ненавидите? — уточнила на всякий случай.

— Нет, Тара, я ненавижу всю эту ситуацию, — признался он. — И особенно то, что не могу воспринимать её, как следует.

— А как вы её воспринимаете? — насторожилась я.

— Было бы гораздо проще, если бы на твоём месте оказался какой-нибудь прыщавый юнец. С ним бы я разобрался в считанные часы, — поведал профессор.

— Убили бы? — ахнула я.

— Отправил на перевоспитание, — рыкнул он, до хруста сжав руками спинку стула.

— Не надо меня на перевоспитание! — вскрикнула я, не особо понимая, что это значит, но подозревая, что ничего приятного.

— И сам не хочу, — вздохнул Эйч. — А должен бы.

— А может, мы просто сделаем вид, что ничего не было? — предложила я. — Обещаю, я буду хорошо себя вести! Хотите, вообще из академии уйду? И даже магию не буду использовать.

— Не получится, Тара, — покачал он головой. — Судя по тому, что ты рассказала, ты вообще не ощущаешь и не контролируешь иную магию. Твои силы проявляются спонтанно, когда ты нервничаешь, о чём-то переживаешь, и даже спишь.

— Не буду нервничать, переживать и спать, — выпалила я.

— Но больше всего меня удивляет то, что ты не проявляешь свои силы сейчас, хотя определённо сильно переживаешь, — продолжил профессор, проигнорировав мои бредовые обещания. — Твоя иная магия успокоилась, перестала реагировать на меня, как на угрозу. Хотя сама ты меня определённо боишься.

— Опасаюсь, — поправила я. — И вы сами сказали, что это может быть опасно для вас. На взрыв головы тут жаловались. Так что, это же хорошо? Это значит, что я могу себя контролировать. Верно? — спросила с надеждой. — Вы мне всё объяснили и я теперь буду хорошей девочкой…

Как быть «хорошей девочкой» и не фонтанировать какой-то там иной магией, которую даже не ощущаю, я понятия не имела, но вот получается же. Значит, не всё так плохо. Наверное…

— Нам нужно понять, что тебя сдерживает. Убедиться, что это работает. Иначе слишком велик рис, — будто через силу проговорил профессор. — Я не могу просто отпустить тебя, надеясь, что ты не потеряешь контроль.

— И как это сделать? Как мне убедить вас… — начала я, но была прервана стуком в дверь.

Профессор Эйч напрягся, одним плавным движением поднялся со стула, подошёл к щиту, обернулся, смерил меня недоверчивым взглядом, нахмурился каким-то своим мыслям и проговорил:

— Веди себя хорошо, девочка.

А потом он снял щит. Вот так просто взял и снял его, подошёл к самой двери, остановился, с сомнением покачал головой и… в меня полетела сетка стазиса! Я не поверила своим глазам. Это же… Это… Применять стазис к живым существам запрещено законом! Это опасно! И делают это только в крайних случаях, когда маг уверен в своих силах, точно знает, что не навредит, или нет другого выхода. Ну там, если особо опасного преступника задерживают. Да как он посмел?..

Стазис настиг меня, наступила темнота.

* * *

Эйч.

Девочка была в шоке. Она бодрилась, старалась казаться смелой, но я видел, что ещё немного и сорвётся. Тем удивительнее было то, что она больше не подавляла меня своей силой.

Попытка добиться от неё вразумительного ответа, что же послужило толчком, не возымела результатов. Оно и понятно, она всё происходящее с собой воспринимала как само собой разумеющееся. Другого опыта не было, не с чем было сравнить. И в голову к ней не залезть, там блок, который достоин отдельного внимания.

Я же, сравнивая её поведение с тем, что вытворяла Аскина, в очередной раз убедился — тогда проблема была не в магии иных, в самой Аскине. Эта стерва действительно считала себя выше других, не потому, что в ней пробудилась кровь предков, а потому, что сама, как личность, была с гнильцой.

Впервые мне пришлось столкнуться с иной магией в те времена, когда я ещё верил в свою неуязвимость и непогрешимость. Юнец, достигший небывалого мастерства тогда, когда большинство моих сверстников и не мечтали о подобном, я был уверен, что смогу победить любого врага. Я был лучшим из лучших, первым среди избранных. Одним из тех, про кого говорили «надежда и опора империи».

Падение с пьедестала было болезненным. Первое же индивидуальное задание столкнуло меня с силами, которым я ничего не смог противопоставить. Аскина окрутила меня в два счёта, убедила в том, что она жертва, заставила верить в свою невиновность и мастерски подвела к мысли, что я должен защитить её. Я пошёл за ней, как телёнок. И только в последний момент понял, во что вляпался. Тогда я выкрутился и чудом остался жив. И даже смог сохранить жизнь той, что обманула и предала меня. Хотя, вряд ли она этому порадовалась. Постигшей её участи не позавидуешь.

И вот я опять столкнулся с магией Иных. Только сейчас всё совсем иначе. Это у меня за плечами годы опыта, а она растерянная девочка, которая боится собственной тени. Были ли у меня сомнения?

Сначала да, но потом, после поцелуя… Я почувствовал себя сволочью… Тем самым злодеем, который пользуется наивностью неопытной девочки. Как же так случилось, что ситуация похожая, а роли поменялись? И как избавиться от навязчивого желания защитить девочку, позаботиться о ней? Она такая колючая, такая непосредственная в стремлении защититься. Без вины виноватая и совершенно беззащитная.

Отдать её на растерзание спецам из управления маг.контроля казалось неправильным, жестоким и нецелесообразным. Они же разбираться не будут. Запрут и будут давить, пока не заглушат всё светлое, чистое и перспективное в ней. Превратят в скучную, обычную, ничем не примечательную.

Я не обманул Тару ни словом, но и в подробности не вдавался. Да, двое из подобных ей сейчас живут обычной жизнью. Слишком обычной!

Одна чрезмерно быстро состарилась, как обычный человек без магии. И теперь уже вряд ли вспомнит, на что была способна, потому что в своё время побоялась развивать силы. Когда перед тобой ставят выбор — обуздай не поддающееся контролю, рискуя погибнуть в процессе, или откажись от бесконтрольной силы, это не выбор. Она не справилась со страхом, не смогла, и в ней сожгли силу иных.

Второй пошёл на уступки, позволил подвергнуть себя необратимым изменениям и долгое время даже сотрудничал с маг.контролем, но в результате выгорел, иссяк и ушёл на покой. Доживать остаток жизни искалеченным старцем.

И вот теперь передо мной она — девушка, в которой проснулась магия Иных. Она этого не хотела, не жаждет получить особые силы, не рвётся к власти, боится и не понимает, что со всем этим делать.

А ещё, она так юна и красива… И так провокационно кусает свои пухлые губки. Я надеялся, что после исполнения клятвы перестану смотреть на них с определёнными желаниями. Не вышло. Скорее, этот поцелуй только подстегнул воображение. Оправдать себя клятвой уже не получится. Она мне нравится, именно как женщина. И как перспективный маг тоже. Эта девочка полна открытий, полна того, что я хочу познать, чему хочу помочь появиться на свет. Ей нужно только немного помочь, поддержать и подтолкнуть в нужном направлении, и ей не будет равных!

Нет, я не отдам Тару маг.комиссии.

Стук в дверь лаборатории одновременно удивил и насторожил.

Никто не знал, что мы тут. Я об этом позаботился. Даже у адептов, которые видели нас, воспоминания подправил. Так кто же мог сюда явиться? Рхаш скорее вызвал бы меня по ментальной связи. Это в разы проще обычного поиска.

Щит значительно мешал сканированию пространства, но что-то я всё же мог уловить. И то, что я почувствовал, поставило меня в тупик. Это был я, совершенно точно моя аура, идентичный энергетический контур. То есть, я ощутил, что за дверью лаборатории… нахожусь я!

Странно? Бесспорно. Но гораздо больше настораживает. Кто-то неизвестный смог скрыть от меня свою личность, представившись мной же! И явно не ради развлечения, тем более, сейчас. В такой ситуации я мог сделать только одно — заключить Тару в стазис с отсроченной отправкой направленным порталом в изоляционный отдел имперского контроля. Если со мной что-то случится, она попадёт к тем, кто хотя бы жизнь ей сохранит.

Сомневался не больше мгновения, запаковал девушку в кокон стазиса и вышел.

И тут же столкнулся с тем, кого одновременно ожидал и не ожидал увидеть…

— Ну здравствуй, я, — с усмешкой проговорила моя точная копия. — И прежде, чем ты попытаешься напасть, просканируй ещё раз, как следует, по всем параметрам. Будет досадно, если мы сейчас убьём нас.

Я оторопело смотрел на… себя. И нападать не собирался, потому что уже просканировал. Это совершенно точно был я. Но только чуть старше, совсем немного, на полгода максимум. И магическое истощение наблюдалось нешуточное, такого со мной ещё не бывало, даже после самых жарких заварушек.

— Время? — спросил, чуть отступив.

— Правильно мыслишь, — кивнула моя копия. — И да, нам лучше не соприкасаться, хотя, это уже не особо-то и важно.

— Поясни, — попросил напряжённо.

Моя копия из будущего потока времени грустно усмехнулась и поведала:

— Меня уже почти нет. Новый виток событий стирает. И это хорошо. Но я был вынужден рискнуть встретиться, чтобы убедиться, что всё действительно изменится. Закрепить результат.

— Рассказывай, — поторопил я, чувствуя, как истончается связь этой иной версии меня с реальностью настоящего.

— Наша девочка очень важна. Ты и сам уже, наверное, это понял, — быстро заговорил он. — Я совершил ошибку в первый раз и всё пошло хуже некуда. Тара ушла из академии, потеряла контроль, лишилась сил и не смогла сделать то, что должно, когда это было необходимо. Но мы с ней нашли способ всё изменить. Тара создала призму времени в тот день, когда я… ты пришёл в академию. Мы воспользовались артефактом и сделали всё, чтобы направить развитие событий в другое русло. Сейчас ты должен уничтожить призму, чтобы закрепить новую реальность, отсечь возможность дальнейших искажений. Да, тогда другого шанса сделать всё правильно у тебя уже не будет, но повторное вмешательство в естественный ход событий может привести к ещё большей катастрофе. Призма у Тары. Сейчас решающий момент в новом потоке времени. Не ошибись. Добейся её доверия, это самое важное. Ищите ответы внизу, под академией… — он подёрнулся рябью, задрожал, исчез на мгновение, проявился вновь, выпалил: — У иных всё решает не разум, чувства. Истинная пара спасёт…

И моя копия из иного потока времени, не успев договорить, растворилась, оставив после себя раздражающий флёр схожей энергии. Я будто свою смерть почувствовал. Ощущения не из приятных…

На то, чтобы прийти в себя, мне хватило пары минут. Осознал что произошло, прочувствовал степень важности момента и бросился к Таре, пока её не перенесло в отдел контроля.

Пока снимал стазис с девушки, никак не мог избавиться от ощущения, что попал в ловушку. Было бы намного проще, если бы я не поверил тому, что увидел и услышал, но… Я отчётливо уловил свои собственные магические потоки. Это было, как в зеркало заглянуть. Только оттуда, из зеркала, на меня посмотрел тот, кто хлебнул горя в десять раз больше, чем я, раз решился на столь отчаянный шаг, как искажение временных и событийных потоков. А я, в своё время, уже достаточно нахлебался, чтобы игнорировать подобное.

— Ну что, Тара, давай будем разбираться с твоей непослушной магией. Готова учиться? — проговорил, когда она вскрикнула и шарахнулась от меня.

Инстинктивно подхватил девушку под спину, чтобы не упала, заглянул в огромные, испуганные, бездонные голубые глаза и… Что там моя не достигшая успеха копия говорила? Решающий момент? Я должен помочь? Да с радостью! И поддержу, и помогу. Для этой девочки я, пожалуй, готов рискнуть и изобразить героя-спасителя.

Вот только она, похоже, считает иначе…