19. Бах и лобовое столкновение

— Ева, сбегаешь в магазин за майонезом? — сказала мне Федина мама, когда я с вдохновением нарезала салаты, помогая хозяйке с подготовкой к праздничному столу. — Что-то я не рассчитала, — расстроенно пробормотала она. — Не хватит, кажется.

— Без проблем, — поднялась я с места, обтирая руки полотенцем. — Сейчас сгоняю, Аня.

Да-да, мама Феди сама предложила так себя называть, учитывая нашу разницу в возрасте в тринадцать лет.

«Не тетей Аней же тебе меня звать, — были её слова, огорошившие меня порядком. — А Анна Николаевна слишком официально. Мы же не в школе, Ева».

При этом, хитрец Михаил Андреевич активно подмигивал мне из-за её плеча, во время этого разговора.

Все-таки шампанское с утра, которым её потчевал продуманный супруг не прошло даром. Я кое-как от этого угощения отвертелась, сказав, что у меня голова болит после шампуня.

Обычные объяснения, что я «вообще ни капли не употребляю» вызывают стереотипные подозрения. Ага, беременность или еще лучше, что я закодирована.

Настроение было праздничным у всех, особенно, когда все дружно обменялись подарками.

Михаил Андреевич с сыном порадовали нас — первым делом преподнесли по букету тюльпанов каждой.

Потом я вручила Анне Николаевне свой презент — флакон её любимой туалетной воды известного бренда, который купила накануне.

Федя подарил мне белье, что не было для меня сюрпризом. Вместе же вчера по бутикам бегали. И я его даже примеряла в кабинке, успев еще и пошалить и поразвратничать на радость бурильщику.

— Ну, Ева, — сказал он мне накануне. — В подарках я не силен, поэтому идем выбирать тебе подарок вместе. Сильно только не наглей, детка. А-то ещё разоришь, пожалуй, — вроде шутил, а тем не менее в его словах я услышала подсознательный страх из серии: «В каждой шутке — доля шутки, все остальное чистая правда».

— Хорошо, роднуль. Ты сам тот еще подарок, — пошутила в ответ, разрядив возникшую невольно неловкость.

Кажется, он сам смутился от собственных слов.

Марченко-старший преподнес жене кастрюлю, которой она с шуткой замахнулась на него, угрожая надеть её на голову благоверного.

Я с любопытством наблюдала за этим представлением. А это было именно оно, потому что у них оказывается такая традиция: сначала напугать жену подарком, потом уже дарить настоящий. Из ювелирного.

Федя подарил маме смартфон, так как старому её телефону уже четыре года, он страшно «лагает», пора ему в утиль.

Мне Анна Николаевна, то есть уже Аня, подарила набор косметических натуральных масел.

Какая она прозорливая. Заметила, что я пользуюсь подобным.

Готовить мужчины Марченко даже в такой день не приучены. Мама семейства их к этому делу не допускает, сама хлопочет по привычке.

— Да ну их! — пояснила мне она свою позицию. — Нажарят картошки, да мяса. Вот и весь их праздничный обед.

Я улыбнулась, понимающе кивая и предлагая свою помощь.

Мужчин попросили временно удалиться и не мешать готовить.

Таким вот образом и получилось, что я иду сейчас за майонезом, радуясь солнечному деньку, и отмахиваясь от уличных торговцев мимозами.

В ближайшем супермаркете выбираю майонез в стеклянной банке. Дороже, зато не так токсично для организма. Уксус в составе данного продукта активно вбирает в себя все вредное из пластиковой упаковки. Нафиг!

Могу себе позволить. И да! Я в этом вопросе зануда. Но мне не перед кем сейчас объясняться и отстаивать свою позицию.

Прихватив еще, кое-что из продуктов на свое усмотрение, я двинулась на кассу, а потом к выходу.

Вот там-то она меня и встретила. Поджидала видимо.

***

Недоуменно хлопнула глазами, заметив препятствие на своём пути, в лице расфуфыренной блондинки в дорогой белой шубке. Посчитав данное событие не более, чем недоразумением, я сделала шаг в сторону.

Ну мало ли? Девица считает себя ПУПкой земли, а смерды должны обходить королеву.

Вот и не буду травмировать психику мамзель, рассудила я, благоразумно решив её обойти. И даже разглядеть её толком не удосужилась. А чего пялиться-то? Что я там не видела?

Однако, как оказалось, «королева» явилась по мою душу, живо среагировав на мой маневр и перегородив мне дорогу.

Я даже на ножку, бедолаге, наступила, и своей эко-авоськой с банкой майонеза её приложила, по инерции, от чего та взвыла:

— Осторожнее можно?! — натурально взвизгнула эта неразумная особь.

«Сама бросалась под тралы танка, а теперь верещит возмущенно», — мысленно закатила я глаза, поправляя на носу очки, которые едва не слетели с меня от нашего столкновения.

— Извините, — пробормотала на автомате, включив воспитание и, присущую этому, вежливость.

Или нет? Подождите! Это я-то танк? Кажется, я всё перепутала.

Мне бы еще больше удивиться, но нет! Интуиция, хоть и с опозданием, отчаянно засемофорила о том, кто это может быть, такой настойчивый.

«Паровоз», к которому на встречу я не стремилась, меня таки нагнал.

— Ева, значит? — пискнули снизу смутно знакомым голосом с эдакой претензией.

Ага, еще с долей презрения.

Уже боюсь, трепещу и плачу.

Соизволила опустить взгляд на пигалицу, которая доставала мне до плеча даже на своих копытцах, то есть, модных сапожках на каблуках против моих удобных «тимберлендов».

— Ну, Ева, — не стала вредничать и отпираться я. — Мы знакомы? — поинтересовалась, уже не стесняясь рассматривать блондинку, которая буровила меня своими злыми глазками снизу-вверх.

Печаль какая! Для неё, разумеется.

Но я на свои преимущества в росте не уповала. С детства опасалась таких вот малявок. Как показывает жизненный опыт, они почему-то самые агрессивные, если перейти им дорогу.

Да, та же, Лилька, например. Хорошо, что нам делить нечего, а вот врагом Валитовой я бы точно быть не хотела. Порвёт, как Тузик грелку.

Со стороны это, должно быть, выглядит забавно. Как по мне!

Сродни басне у классика: где «моська на слона».

Ну раз я слон, то мне бы не помешала его толстокожесть, — вздыхаю украдкой, невольно оценивая свою визави.

Красивая. Глаза голубые в пол-лица. Куколка с точеными чертами. Мелкая опять же, хрупкая, не то, что некоторые «гренадёры в юбке». Это я про себя иронизирую, если что.

Пришлось констатировать, что природные данные у «бывшей» (или не бывшей?) изначально были побогаче, чем у меня. И дело даже не в росте.

М-да. Понимала я Федю. Ещё как понимала.

Но есть одно «но!», которое не дает окончательно рухнуть моей самооценке.

Чрезмерный «тюнинг» морды лица в данном случае скорее все испортил, чем украсил.

Умеют же некоторые себя испоганить в погоне за совершенством!

Апгрейд по полной программе: «Комки Биша» удалены, губы увеличены (я «это» называю, выворочены), ресницы наращены. Мезотерапией дева тоже чересчур увлекалась. Хм, и с ботоксом уже успела подружиться, судя по отсутствию живой мимики.

И ей ведь только тридцать, если эта та самая «ровесница» бурильщика. А я бы дала ей все сорок. Да! Вид ухоженный, лощеный, но выглядит это всё…штампованно, что ли?

Все эти мысли проскакивают за доли секунды, пока я усиленно изображала беспристрастное выражение на лице.

Что поделать? Натура у меня такая. Обычно я пасовала, когда на меня происходило неожиданное нападение. Даже чудо, что я так быстро подобралась, готовая отражать атаку. А она будет, попой чувствовала.

И нечего нос кривить, глядя на меня, как бы ей хотелось, «свысока».

Меня шубой и, о-о-о, булыжником на пальце (откуда?!), не впечатлишь.

Были у меня и булыжники, и шубы. Все вернула Антошке (для будущей жертвы), лишь бы оставил меня в покое и ничего не имел мне предъявить.

После вахты, я, конечно, на леди не тянула. Но и парка на мне — не китайский ширпотреб. Обычно я так не шиковала, но тут пришлось раскошелиться, чтобы не замерзнуть на северах, как цуцику.

Куртка у меня шикарного цвета индиго с мехом серебристой лисы, и с теплым-претеплым подкладом из овчины. Сшита на заказ на ЯМе* и стоит соответственно. Порой шубу купить дешевле выйдет.

— Нет, не знакомы, — усмехнулась она. — Не знаю, как ты, — сразу переходя на фамильярный тон, заявила девица, — но я о тебе наслышана. Одного мужика делим, как-никак, — оскалилась якобы дружелюбно.

Или снисходительно?

Еле сдержалась, чтобы меня не передёрнуло от отвращения, и сохранила показушное благодушие.

Делим, значит, шкуру неубитого медведя. Ну-ну!

А что ж тогда прибежала ко мне, милая, на разборки?

Я пока молчала, переваривая и внимая. Или внимая и переваривая. Это как посмотреть.

Интересно же, что поведает сия прелестница?

— Что, нравится, смотрю, быть суррогатом на замену? — продолжила она точечно бить по больному. — А впрочем, Ева же! Чему удивляться? Судьба быть второй.

Оу, какая интеллектуалка! Лилит, однако, из себя возомнила. Та, что первая жена Адама. В каббалистической теории, после расставания с Адамом она стала злой демоницей-суккубом, воплощением похоти. Ну и до кучи, убийством младенцев промышляла.

Ну то, что передо мной стоит похотливая сучка, я нисколько не сомневалась.

— Не обольщайся, — с апломбом заявила она. — Сколько у него таких было, а возвращается он всегда ко мне, как ручной пес.

— Да что ты? — приподняла я бровки выразительно, улыбаясь в ответ.

Показывать ей, как меня задели её слова, я не собиралась.

А вот про «ручного пса», это прямо крипово*. Любопытно, как бы оценил эту характеристику сам ручной пёсель?

— И с чего ты такая щедрая, а? Как там тебя? — не теряя присутствия духа, поддела её в свою очередь. — Мудроженщина, что ли? Разрешаешь мужику кобелировать? Одна не справляешься с его темпераментом?

— Не юродствуй, — тут окрысилась она в ответ, забыв про напускное дружелюбие. — И что он в тебе нашел? Ни кожи-ни рожи.

— Что нашел-то? Ноги от ушей? — предложила варианты ответов на её вопрос, тем самым ещё и подъё… кхм, подкалывая. — И спину ломать не надо при поцелуях.

— Кстати, насчет поцелуев, — зашипела блондинка, протянув к моему лицу свою правую лапку, что мне невольно пришлось отпрянуть, — можешь его так старательно не метить своей дешевой алой губнушкой, овца. С моими минетами никто не сравнится. Он сам сказал.

А пафосу-то.

Фу-у, гадость!

— Ну то, что «соска» ты профессиональная, я даже не сомневаюсь, — превозмогая отвращение, усмехнулась я в ответ, заметив на её руке обручальное кольцо и делая выводы. — Ты никак замужем? Теперь понятно все. Вот ты плесень ядовитая! — заключила я.

Точнее не придумаешь сравнение. Как мерзкий грибок вцепилась в Федечку, врастая своими спорами, и не отпускает.

Эх, бурильщик! Я разочарована? Не то слово!

Если скомпоновать те разрозненные пазлы, о которых мне довелось так или иначе узнать, то вырисовывается весьма неприглядная картинка: вот эта «бывшая» невеста кинула своего «Фредди Марча» ради какого-то более денежного персонажа. А этот дурачок еще и в любовники к ней вписался?!

Самое досадное, что даже мое присутствие его не остановило от похода к этой… любови всей его жизни. И что ж так больно?

Обнять и плакать, бля…

Ну что ж? Любовь зла, мне ли не знать?

— Чего?

— Плесень черная, говорю. Хрен изведёшь. Думаешь, умная такая? И рыбку съесть и накуй сесть, костями не подавиться, да еще и сковородку немытой оставить? Пошла отсюда, пока я тебе космы не поправила, — подтолкнула бля*инку.

— Чего?! — еще пуще прежнего раскрыла свои губошлепки, красавица.

Заклинило бедняжку, понимаешь. Не ожидала от меня такой прыти. Я же изначально молчала в тряпочку.

— Или хочешь, чтобы я твоему супружнику благую весть принесла? Че смотришь? Овцу она нашла! Коза блудливая! Угрожать она мне тут вздумала.

— Охренела?! Вали отсюда по-хорошему, пока я добрая, поняла меня?

— А то что? — прищурилась, отдергивая руку из её хватки. — Мужа у меня нет, в отличие от тебя. Так что угрозы свои держи при себе.

— Смелая? Ну, смотри, не реви, когда он тебя в очередной раз кинет, — милостиво отступила она. — Тебе лет-то сколько, тётя?

Отшатнулась, как от удара.

А вот это подло. Неужели Федя и об этом ей растрепал?

Да не-ет! Не мог он. По крайней мере со мной он никогда не обсуждал никого и никогда.

— А что? — прохрипела с трудом, латая очередную брешь в своей душе.

— А то! Фредди что-то в последнее время на старушках перемкнуло, — ехидно усмехнулась, зараза.

— Оно и заметно. Таких, как ты, старушка, надо еще поискать.

— Сука!

Усмехнулась показательно, никак не реагируя на ее слова. В общем-то все сказано. Смысл, продолжать эту перепалку с взаимными оскорблениями?

К счастью, свершилось чудо, избавив меня от сомнительного общества этой курвы.

— Милана?! — окликнул её, как я полагаю, супружник.

На его голос мы одновременно обернулись.

Ну что ж? Тошнотворно, стоит только представить, что я невольно причастна к этому мужику в нашем четырехугольнике.

Возрастной, лысый, толстопузый. Страшный. Зато на Гелике.

Может, конечно, как человек он отличный. В чем я сильно сомневаюсь. Но на вид неприятный до отвращения.

— Беги, Миланочка, — хмыкнула я в спину блондинке.

Она никак не отреагировала на мои слова, поскакав резвой козочкой к благоверному. Цок-цок.

Не зря же вырядилась так. В ресторан наверняка поедут сейчас.

«Вот и познакомились, — это уже проговорила про себя, горько улыбаясь сквозь наворачивающиеся на глаза слезы. — Сходила за майонезом, называется».

Настроение, как ветром сдуло. Смахнула влагу с век, проморгавшись.

Плакать я не буду. Вот еще!

И что мне теперь делать?

Чемодан? Вокзал? Домой?

***

Забавно, но у слова «преданный» есть два, в корне противоположных значения.

Преданный, как собака; и тот, кого предали, тоже преданный.

Мой личный триггер на все времена, начиная с предательницы матери.

Походу я та самая понурая собака, ха! Хатико отмороженная. Мне и по гороскопу подходит.

Я могу быть преданной своим идеалам, любимому человеку, друзьям, но от предателей в своем окружении предпочитаю избавляться.

У меня были две приятельницы, которые тоже, как эта особь Миланочка, вышли замуж по расчету, а потом изменяли мужьям напропалую. Причем, мужья там настолько занятые. Ни сном, ни духом, что называется. Пашут-стараются для своих неверных и их благополучия.

Как только дамочки мне поведали свою подноготную, я тактично постаралась слиться от дружбы с ними. Ну не могу я кривить душой, если человек и его моральные принципы никак с моими не коррелируются.

У меня нет мизогинии и женской зависти, отнюдь. Иначе бы вышла замуж за Антошку и прогибалась под его загоны. Ну и что, что абьюзер, зато состоятельный же? Мне некоторые девы так и говорили, чуть ли не крутя пальцем у виска, и не понимая, почему я сбежала от такого шикарного мужчины.

Все проще: предателей я не различаю по гендеру. Они для меня одинаково противны.

Самое фееричное объяснение у обеих, кстати, было: «Я их обоих люблю!» И любовника, и мужа, то есть. Хоть бы себе не врали. Мне-то пофиг! Закладывать не побегу. Просто делаю выводы и прощаюсь с человеком.

Как с Петровым — в топку!

Вот и с Федором придется попрощаться.

Как же мне не хотелось возвращаться в дом его родителей. Однако деваться некуда, хотя бы майонез надо донести до адресата.

Можно было, конечно, поступить эгоистично и свалить в туман, забив на оставленную сумку с вещами. Деньги все на виртуальной карте в телефоне, а смартфон всегда с собой. Как и документы. И наличка имеется.

Но такой рудимент, как «совесть» у меня, видимо, ещё не отсох. Так поступить я не могла в любом случае.

Плелась, как на эшафот, обратно к пятиэтажке.

У подъезда с удивлением обнаружила Марченко-старшего.

— Э-э, Михаил Андреевич, а Вы как здесь? — приложив усилие, улыбнулась ему.

Сама же в панике озиралась, не желая встретить бурильщика.

Не готова я пока его видеть. Не готова. Ни морально, ни физически.

До сих пор потряхивает.

— Да Федора жду, — расплылся в улыбке мужчина, показывая на припаркованную у подъезда знакомую «девяносто девятую». Как я её сразу не заметила? Еще и стоит с включенным двигателем. И музычка в ней играет. — Он домой заскочил за документами.

— Куда-то собрались? — протянула я, уже прикидывая в голове реализацию одной безумной идеи.

— Ага. Есть одно дело, — загадочно усмехнулся в бороду отец Феди.

— Ой, совсем забыла! — ахнула я громко.

— Что такое? — обеспокоился Марченко.

— Простите меня, Михаил Андреевич, — приблизилась к нему вплотную и вручила свою авоську в его руки. — Передайте это Ане, а мне очень надо кое-что сделать.

— В смысле, передать? А ты разве не домой идешь? — удивился он.

Ага. Шла! Это он точно подметил. Но теперь не пойду. Уж очень боюсь встретить одного вероломного медвежонка и разбить об его голову несчастную банку Провансаля.

Для его же блага, нам лучше в ближайший час не пересекаться.

Мне надо куда-то истратить огромное количество ярости, которая бурлит в крови. Я хочу снова стать уравновешенной зайкой, а не ведьмой в ступе.

И я, кажется, придумала, как это осуществить с минимальными потерями для себя и окружающих.

— Нет! Мне надо срочно съездить в одно место, — мотаю головой, быстрее отступая к автомобилю.

Раз-два-три. Успеваю запрыгнуть за руль, пока Марченко-старший находится в шоке от моей выходки.

Ага, механика. Давненько я на ней не катала. Выжимаю сцепление, еще раз оглядываясь на мужчину с опасением, что он захочет меня остановить.

Жму на газ ровно в тот момент, когда Федя вылетает из подъезда.

Я чокнутая, я знаю!

— Йеху! — вырывается дурной клич из моего горла, когда я с пробуксовкой выруливаю на дорогу, и оставляю позади себя двух растерянных мужчин.

Наверняка, бурильщик будет злиться, что я с его машинкой так не аккуратно поступаю. Но мне некогда было разбираться с тем, как изменить клиренс авто, используя пневму, дабы поднять сие корыто, то есть кузов, на более высокий уровень.

ГУР* на уровне. Не приходится напрягаться, выкручивая рулевое колесо. Явно не заводская настройка.

В эту тачку Федечка нехило, однако, вложился.

Переключаю музыку, сменяя дурацкий реп на транс, кивая в такт головой. Отлично!

Теперь бы голову отключить, оставляя одни рефлексы. Ну и подзабытый скилл управления механикой мне, ой, как пригодится.

Останавливаюсь на проспекте, попросив левого мужика помочь мне все-же с поднятием кузова. Цеплять днищем все подряд как-то не горю желанием, а потом еще и за это отхватить люлей.

Благодарю за помощь, и теперь уже без опаски топлю педаль газа в пол.

Выезжаю за город, буквально за пять минут. Расстояния малые, дороги хорошие.

Красота!

Скорость, музыка, выброс адреналина.

Я рискую. Очень. Но мне очень нужно избавиться от негативной энергии. А лучшего средства, чем гонка по трассе, я не придумала.

В мыслях заезженная жвачка об одном и том же.

Ну ведь сама себе Буратино, что построила в своей дурной голове «воздушные замки».

Если вспомнить все былое, Федор ничего конкретного мне не обещал.

Вот вообще ничего!!!

Горько хмыкаю, признавая очевидное.

Слезы все-таки прорываются наружу и бегут по щекам.

А-а, пусть текут!

Ну и ладно! Уеду, рожу и буду счастливой все равно!

Что разнюнилась-то? Все хорошо же. По плану.

Спросить, конечно, о достоверности слов бл*ндинки, стоит.

А вот говорить о беременности я не буду.

Привязывать мужика ребенком — себя не уважать.

Ну да, нечестно!

А он честный?

Ну какой из него отец? Приучит еще сыночка к своей дурацкой музыке.

Нет-нет-нет!

Он мне ничего не обещал, и я ему не обязана.

Возвращаемся к первоначальной задумке и не парим себе мозг: «Любит — не любит? К черту пошлет?»

Сами его пошлем!

Утираю слезы ладошкой, периодически шмыгаю носом, не забывая контролировать ситуацию на дороге.

Когда основной поток сырости схлынул, и остались короткие всхлипы и икота, я посмотрела на датчик горючего. Маловато, но должно хватить.

Понимая, что уже прилично отмотала от города, я доезжаю до ближайшего разворота и поворачиваю обратно.

Стоило въехать в город, мой взгляд зацепился за вывеску аптеки.

То, что нужно! Эврика! Вот и настало время купить тест!

Ловко паркуюсь на обочине и бегу к фармации. Благо, народу у кассы не наблюдается.

Беру несколько упаковок теста и спешу обратно к машине.

Следующий пункт — заправка. Сначала заливаю бак, расплачиваюсь, отгоняю машину от колонки на парковку. Бегу обратно к зданию АЗС.

Мне нужен туалет.

Проделала все необходимые манипуляции, не обращая внимания на периодически дергающуюся ручку двери, которую нетерпеливо трогают с той стороны и как бы намекают… Подождут!

И я жду положенные пять минут, чтобы убедиться окончательно в своей беременности, разглядев четкие две полоски на всех трех тестах.

Что и требовалось доказать!

Улыбаюсь, торжествующе, чувствуя моральное удовлетворение.

Ура! Теперь я пирожок с начинкой. Так-то!

«Федя сделал свое дело, Федя может уходить».

Возвращаюсь в квартиру родителей бурильщика я совершенно с другим настроем. Портить праздник или «подкладывать свинью» людям не стану.

Как-нибудь потерплю пару часов за столом.

Жму на кнопку звонка, так как ключа у меня нет.

Встречает меня сам бурильщик, открыв дверь и сразу же предъявив:

— Ты где была?!

Гневается он, понимаешь ли.

— Держи, — кидаю ему ключи, и хладнокровно прохожу мимо него внутрь квартиры. — Там это, возможно штрафы придут, — пожимая плечами, равнодушно заявляю ему, избегая его взгляда.

Даже сама не знаю, откуда взялось это ледяное спокойствие во мне?

* Крипово — Жаргонизм был заимствован из английского языка от слова "Creepy", что можно перевести на русский, как "Жуткий"

* ЯМа — Ярмарка Мастеров

* ГУР — гидроусилитель руля