21. Начистоту ли?

У-ух! Сказала. Даже не верится.

Из-за слез с трудом вижу реакцию Федора.

Кажется, что время замедлилось, и бурильщик вместе с ним. Он резко тормозит на месте, переставая мельтешить передо мной, и то ли с недоумением, то ли с удивлением, внимательно вглядывается в мое лицо.

Я напряженно жду.

— Что за хрень ты сейчас сморозила?! — восклицает он, отмерев.

Я судорожно хватаю ртом воздух, пораженная его тоном. С претензией, главное.

«Ну, стандартно, че, — иронизирую про себя, — дурака включил. Вернее, из меня дуру сейчас сделает. Это у мужиков от рождения в настройках заложено».

Тут же припоминаю все подозрительные моменты в поведении Федора, случившиеся с ним по приезду в его родной город. СМС-ки, некоторая нервозность после получения некоторых месседжей, пара сброшенных звонков, постоянные отлучки. В гараж, ага.

А я, дура, ни сном, ни духом. Старалась быть спокойной, как удав и не придавать значения этим странностям.

Даже соц. сети и его страницы на СЗ давно забросила, перестав мониторить.

Один раз только и спросила, кто звонил? Ах, дружбан, ну и ладно!

Только не быть замороченной и подозрительной, — успокаивала себя. В отношениях же, главное, доверие. Постоянное ожидание пушного зверя — «песца», — к оному и приводит. Негативные мысли, бла, бла, бла, имеют пакость дозревать и до негативных последствий.

И что? Меня спасло это позитивное мышление?

Чуйка дала сбой, хотя, я еще тот параноик по жизни. Вернее, не так. Тревожные мысли нет-нет да закрадывались, но я от них отмахивалась, как от назойливой мухи. И я даже знаю, почему. Слишком зациклила свое внимание на Фединой маме, упустив из виду главное.

Мне стоило сюда приехать, чтобы для себя уяснить — я для него никто. Как выразилась метко Миланочка: «суррогат».

Может быть, как вариант, и привезли меня сюда с целью подраконить «Милашечку». Назло!

Совместили приятное с полезным.

Ну и маму успокоить, чтобы не волновалась, да-а.

Ой-ёй, я сейчас как наделаю выводов!

— Не говори. Вообще отмороженная, — соглашаюсь с ним, шмыгнув носом, — такую пургу несу.

Слезы катятся уже сплошным потоком — не скроешь.

— Ты плачешь что ли? — замечает он, наконец. — Ну, пиз*ец, детка. Приплыли, — резюмирует, присев на корточки передо мной, схватив мои ладошки и сжимая их в своих теплых руках. — И руки, как у лягушки, как всегда.

— Любовь не греет, — бодрюсь и кривлю губы в самоиронии, пока он растирает кисти моих рук, согревая.

Федор хмурится от моих слов. Что-что, а сарказма, едких намеков и подъё*ов он не любит, и не раз давал мне это понять.

— Хватит баламутить кал в голове, — прищурившись, выдает очередной перл. — Или твой мозг окончательно тараканы атаковали?

Говорят, мужики намеков не понимают. Нагло врут. По глазам медвежонка вижу — все он понял, но делает вид, что это я х*рнёй страдаю.

Я даже ответить не могу, так как всхлипы и плач только набирают обороты. Просто смотрю, то на наши переплетённые руки, то на его лицо. Какое у него самообладание, однако!

— Не реви, блин, — кривится Федор, словно у него зуб разболелся. Нетерпимость женских слез налицо. — Что ты там себе придумала? Какая муха тебя укусила?

Нервно усмехаюсь, услышав последний вопрос. Это он немного сплоховал про муху-то. Ляпнул, не подумав, давая мне шанс зацепиться за его слова.

Поднимаю свои глаза и ловлю его «честный» взгляд. Гляди-ка, не отводит.

Ну, коли интересно, я удовлетворю его любопытство.

— Знаешь, Федь, про муху, прям в точку, — скалюсь сквозь слезы. — Подлетала тут одна Цеце, много интересного нажужжала.

Руки Федора перестают активно двигаться, и сам он вдруг затаил дыхание, ожидая продолжения моего ответа.

— Ко-ро-лева ми-не-тов Ми-лана, — выговариваю по слогам.

То, что я с её слов аутсайдер в данном деле, не озвучиваю. Зачем подчеркивать и без того свое жалкое положение? Это и так очевидно.

— Понятно, — цедит с разочарованием, отпуская мои руки, и вставая в полный рост.

Я опять шалею с его реакции. Ни капли вины в его поведении нет. Скорее, досада.

Я даже на миг виноватой себя почувствовала, словно это я осуществила какой-то проступок, но никак не он.

— Что тебе понятно? — разозлилась я. — Можешь объяснить, каким боком я затесалась в вашем уравнении? Не-е, я, конечно, понимаю, что я тебе не жена.

— А ты уже замуж собралась? Так вроде никто не звал, — отбривает он цинично, перебив меня и не дав закончить мысль.

— К твоему сведению, Федя, если ты еще ничего про меня не понял, я не стремлюсь замуж. Совсем! — вмиг прекращаю лить слезы, разозленная его подначкой. — Я не из тех женщин, которым отсутствие штампа в паспорте хуже клейма на лбу! — выплевываю последнее максимально ехидно.

— Ну да, все вы так говорите, — выговаривает с раздражением.

Закатывая глаза обреченно.

Боже, какой идиот! И я вместе с ним.

— Не съезжай с темы, медвежонок Фредди, — набрав побольше воздуха в легкие, продолжила я. — Если намекаешь про мою ревность, то я не отрицаю данную эмоцию.

— Ревнуешь, значит? — хмыкает вполне себе самодовольно.

Ну гад же!

— Да, ревную, — киваю я, игнорируя его усмешку. — Но согласись, она не на пустом месте образовалась. И не надо сейчас из меня делать истеричку. Мозг я тебе еще ни разу не выносила. Зря, наверно? Вы, мужики, это дело любите.

С удовольствием наблюдаю, как он нервно дернулся от обобщения его с какими-то мужиками. Это алаверды на его замечание: «Все вы так говорите». Может и зря я поддалась эмоциям и теперь не удержалась от мелкой мести? Ну, типа, каждое едкое слово в адрес другого — это гвоздь. Но мои чувства никто не щадит, почему я должна это делать?

— Ошибаешься, Ева, — щерится в ответ. — Ты и без истерик умеешь мастерски вынести его к херам.

О, как! Откровение, бляха муха!

— Ну надо же, какая я, оказывается, негодяйка, — фыркаю я, качая головой.

Это, мля, какой-то сюр, ей-богу!

— Короче, Федь, я не понимаю, чего ты-то злишься? Я же предложила оптимальный вариант.

— Какой еще вариант? — рыкает он, присев рядом со мной на диван.

— Расстаемся без взаимных претензий, и я не мешаю вашему счастью с Миланой, — терпеливо поясняю я для особо непонятливых.

— Нет, ты издеваешься, — смотрит на меня со злостью.

— А, по-моему, ты надо мной, — смело встречаю его взгляд. — Зачем ты строишь из себя оскорбленную невинность? Был с ней?

Специально задаю вопросы так неожиданно, чтобы он не успел среагировать и сыграть правильную эмоцию.

Он растерянно моргнул, прежде чем ответить.

Ну вот, что и требовалось доказать. По глазам вижу, что был. Зеркала души, к счастью или сожалению, никогда не врут.

Сейчас будет изворачиваться.

— В первый же день, да? — хмыкаю, опережая его оправдания. — К ней побежал? Или она к тебе? Рандеву в гараже?

— Ев, — начал было он, пытаясь меня обнять.

— Не надо, Федь, — отшатываюсь от него.

Предательские слезы снова закипают на глазах. Отворачиваюсь, пытаясь их скрыть. Бурильщик все же успевает меня обнять со спины и утянуть за собой на диван. Я оказываюсь в уютном коконе сильных рук, прислонившись спиной к его груди.

На миг замираю, наслаждаясь объятиями.

Однако, какое обманчиво-приятное ощущение, если не включать мозг.

А он, слава богу, еще функционирует, хотя, есть все шансы послать все умные и правильные мысли к черту.

Ощущаю его стояк у своей поясницы, понимая, к чему все идет, и нервно пытаюсь вывернуться из захвата.

— Жопа с ручкой, блин! Не дергайся, — шипит в районе моей шеи Федор.

— Если ты рассчитываешь решить проблему привычным тупотрахом, то не выйдет, — воплю в ответ, пытаясь укусить его за руку. — Не трогай меня, слышишь?!

— Да тихо ты, чокнутая, — сильнее прижимает меня к себе Федя. — Не собираюсь я тебя трахать, — целует в шею, противореча собственному заявлению.

Мне тоже резонируют его слова по больному: «Не собирается он, значит».

А чего ж так?

Блин, у меня когнитивный диссонанс случился! Я не хочу секса с ним в данный момент, но то, что он меня не хочет — бесит, ранит, убивает!

— Зачем я тебе, ты же ее любишь? — задаю вопрос полушепотом, мелко вздрагивая от собственных всхлипов.

Сил говорить на повышенных тонах уже не осталось. И самой уже противно, что все-таки сорвалась и скатилась в обыкновенную истерику.

— Не гони чушь, не люблю я её, — прикусывает мою шею. — Какая же ты дурнушка, блять.

Как все расплывчато. И главное, ведь не спешит отрицать связь с этой…

— Я тебя не понимаю, — вздыхаю устало, прикрыв веки. — Ты же сам говорил, что не терпишь ложь, и врешь. Зачем? На двух стульях, очевидно, усидеть не получится.

— Конечно, блять, не получится, — приговаривает он, гладя меня по волосам, умело используя мои слабости. — Заканчивай страдать хернёй, Ева. Успокаивайся уже. Навела шороху, блин! Родителей напугала.

М-да! Опять умело уводит в сторону разговор, хитрец.

Как у него все просто. И я должна по мановению волшебной палочки за секунду успокоиться.

А что там у него с Миланой на самом деле, так и осталось тайной за семью печатями.

Обидно, когда тебя держат за идиотку.

— Не заговаривай мне зубы, пожалуйста! Федь, ты мне больше, чем нравишься, но я так не могу, — признаюсь ему.

— И чего ты хочешь? — вкрадчиво интересуется он.

— Взаимности, блин!

— Серьезно? — хмыкает, толкаясь своей эрекцией мне в попу. — А это что тогда?

Ну, как всегда, ловко съехал кто-то с темы. Да, собственно, глупо было ждать от него слова на букву «Л».

Эх! Люди-ёжики, кормящиеся кактусами. Понимание происходит при отпевании.

— А «это», Федь, вот вообще ни о чем не говорит, — лезу в бутылку я.

А потому, что надоело! Ишь, изворотливый какой!

У нас же откровенный разговор вроде? Но только почему-то я одна душу выворачиваю.

— Мужчинам-то на самом деле, много не надо — увидел симпатичную женщину и уже готов на нее взобраться, — продолжила свои умозаключения вслух. — А вот со стороны женщин всё гораздо сложнее, там уже без химии никак… Я, конечно, за всех женщин не ручаюсь, — (за Милан там всяких, особенно), — но лично у меня так.

— Как же с тобой сложно, — вздыхает бурильщик.

Ну да, с Миланой проще, видать.

— Федь, я не шутила про расставание. У меня собственнические замашки, я не терплю конкуренток. И верность секс-партнера для меня на первом месте, ясно? Оно тебе надо?

— Партнера, значит? — сопит он мне в затылок. — Ты хорошо подумала? Уверена про расставание? Я же бегать и уговаривать не стану.

— Я тебя люблю, поэтому освобождаю от себя, — зажмурившись, выпаливаю я.

— Что ты несёшь, господи?! — сокрушается он, стискивая меня сильнее.

— Пойми, я никогда не требовала от тебя ничего особенного, Федор. Слов любви там, обязательств, похода в загс и прочую романтическую лабуду. Прекрасно осознаю, что наша связь — это временное явление. Но хотя бы в этот промежуток времени хотелось бы без Милан и прочих персонажей. Свободные отношения не по мне, знаешь ли. Ты же тоже не придешь в восторг, если я параллельно еще с кем-то замучу? — уже не знаю, что сказать, чтобы донести до него свою позицию.

Сейчас я даже рада своему положению — лежа, спиной к мужчине. Когда не видишь собеседника, оказывается, легче вести откровенный разговор.

— Срань господня, что у тебя за хлам в голове? Какое временное явление?! Я тебе покажу, бля, свободные отношения! — рычит предсказуемо бурильщик. — Замутит она. Я тебе за твоего Ванятку еще не отшлепал.

— Ты уже показал, — еле слышно возражаю я. — Я не хочу больше вздрагивать, встречая твоих любовниц. Бабы, знаешь, какие подлые бывают? Еще лицо кислотой могут подправить. Вот уж уволь от удовольствия.

— Задрала уже! До каких любовниц ты домахалась, а? Панкратова в прошлом, остынь уже, — завёлся все же Федор, а я немного порадовалась, что смогла вывести его из равновесия.

— А что она тогда территорию метит? Никак дорогу в твой гараж не забудет?

— Я в душе не е*у, что она бегает, веришь? Муж не трахает, заняться нечем или еще какая хня.

— Да уж. Такие жены должны хоть чем-то полезным заниматься, а не искать Вронского. Потому что следующий этап "паровоз".

— Чего?!

— Того. Значит ты плохо донес инфу до ее блондинистой головёшки, что между вами все кончено. Отказывается верить. Ты же её любил вроде много лет? Ну и как быть любовником при живом муже? Нервощекотно? Адреналин будоражит?

— Че ты хочешь сейчас услышать, Ев?! Ну да, трахал я её периодически. Че нет-то, если да?

Мне показалось, что еще что-то хотел он добавить к сказанному, но осекся.

— И вчера? — пытаюсь его подловить, пока он на эмоциях.

— Да нет же! Не было ничего с ней давно.

— А когда было?

— А у тебя с Потаповым?

Что за пинг-понг?

— Нет же! — злюсь я.

— Мне остается только верить тебе на слово, Ева. И это в обе стороны работает, между прочим.

И опять выверт какой продуманный. Остается только восхититься Федичкиным способностям уходить от прямого ответа.

— А мужа её не боишься? — решила последовать его примеру и сменить вектор.

— Всё, закрыли тему. Я схожу, машину загоню в гараж, — перекинул меня резко через себя на свое место, что я даже пикнуть не успела, а сам поднялся и направился к дверям.

Я прищурилась, глядя с подозрением ему вслед.

Ну, и куда он? Опять к ней? Так она ж вроде с мужем сегодня? Или освободилась?

Словно почувствовав мой недобрый взгляд, Федор обернулся.

— Солнце, хватит на меня так зыркать, спалишь ведь, — усмехается, подмигнув глазом. — Иди поешь чего-нибудь, я через пять минут вернусь.