24. Сюрпризы продолжаются

— Может уберёшь ружьишко?

— Может, — неоднозначно ответила я, и не думая опускать карабин. — Так всё-таки, как ты прошёл в дом?

— Там… твой батя меня встретил, — махнул рукой Федор в сторону дверей.

Где-то сверху заиграл рингтон на моем мобильном: «Время пострелять…»*

В тему, однозначно. Федя выгнул бровь, я хрюкнула, даже не думая бежать и отвечать на звонок.

— Евочка! — в тот же момент в дом влетел мой отец, держа телефон у уха, в весьма взбудораженном состоянии. — Я…это…фу-ух, — с заметным облегчением выдохнул он, заметив меня в полной боевой готовности и отключая вызов.

Понятно теперь, кто звонил.

Честно говоря, батя меня удивил. Никогда я его таким взволнованным не видела.

— Все нормально, пап, — подала голос.

— Вижу, — буркнул он, оценив рекогносцировку* наших позиций с Федей. — Парень, я разве не ясно выразился: «Подожди меня тут пять минут», а? — обратился он уже к Федору.

— Невтерпеж было. Соскучился, — улыбнулся как ни в чем не бывало этот стервец, не спуская с меня глаз.

Мое сердечко дрогнуло при этих словах. Ну, не дура?

— Tu me manques*, - на автомате еле слышно произнесла я, как всегда, завуалировав французским свое признание по отношению к нему.

Впрочем, мужчины, кажется, вообще не обратили внимание на мои слова. Ну, папа, так точно, а Федя подозрительно прищурился.

— Ну-ну, — хмыкнул иронично отец, обращаясь к Феде, уже окончательно успокоившись относительно моей безопасности. — Гляди, как бы нетерпелку не отстрелили. Да, дочь? — спросил у меня.

— Да, пап. Это ты у нас добрый, Рекса лакомства лишил, — еле сдерживая смешки, ответила ему.

— Думаешь?.. Прости старика. Меня Любка сбила с толку, велев встретить гостя и сопроводить до места.

— Да-а? — удивилась я.

Опять без Любаши не обошлось. Уже и отца моего впутала в свои интриги.

— Думал, спишь уже. Испугаешься. А вона, как вышло.

Ну, папка у меня, как всегда. Нет чтобы устроить гостю этому допрос с пристрастием. Еще бы с хлебом-солью встретил моего ненаглядного.

Говорю же, миротворец. Биологического отца внука обижать не станет в любом разе. Тем более, я от родителя не скрывала всех обстоятельств своей беременности. И то, что влюбилась не взаимно; и то, что вроде как «использовала» парнишку, чтобы «родить для себя».

— Любопытно даже, куда ты его сопроводить собирался, если я спала по твоим предположениям? — со смехом поинтересовалась у папки.

— Э-э, — почесал он затылок с виноватым видом, — так в летнем домике хотел устроить на ночевку. Но этот, твой, нетерпеливый…оказался.

— Ладно, папуль, все норм. Как видишь не спала, как чувствовала, готовилась, ружье смазала, — снова повела дулом в направлении Федора.

— Молодец, — одобрил папка.

— Солнышко, ты серьезно? — продолжал улыбаться виновник ночного переполоха, при этом, якобы невзначай, прикрывая руками эпицентр своего организма.

— Ага, — мило улыбнулась я, глядя в прицел.

— Евочка, ты как? Справишься тут? — поинтересовался отец, чувствуя определенную неловкость.

Он вроде бы и понимал, что его защита здесь не особо уместна, но и отцовский долг не давал ему ретироваться с чистой совестью.

— Справлюсь, пап. Справлюсь.

— Ну, я пошел тогда? — уточнил полувопросительно.

— Ага.

— Спокойной ночи, — буркнул он. — И смотри у меня, — погрозил на всякий случай бурильщику, уже отступая к порогу.

— Значит, Рекса лакомства лишили? — с иронией поинтересовался у меня Федя, стоило отцу закрыть за собой дверь.

— Да-а, — протянула я не без удовольствия. — Аппетитных таких булочек. Сама бы покусала.

Ой!

Блин! Засада. Это не я сказала, а мое подсознание невовремя вылезло.

— Так в чем проблема, детка? — вкрадчиво спросил у меня Федя, осторожно сделав шаг вперед. — Покусай.

Смелый, однако! Или понял, что я блефую?

— Стоять, — полушепотом приказала я, так как голос мне внезапно перестал повиноваться.

— Не-а, — усмехнулся, уверенно двигаясь ко мне навстречу. — Давай, стреляй, че уж?

— Болван, — процедила сквозь зубы, опуская ствол и поворачиваясь к нему спиной.

Закусила губу, складывая ружье обратно в сейф.

Меня брала досада, что Федя нарушил все мои планы, не дав насладиться мнимым преимуществом.

А еще я была в недоумении, не понимая его реакции на счет моей беременности. Он не заметил, что ли? Так впечатлился ружьем, что живота не увидел? Ну, допустим.

А со спины и вовсе ничего не заметно. Стройный девичий стан, как и прежде. Верный признак, что мальчика жду. Я это и без УЗИ знаю.

Я на новый год загадала четкое желание: сына от Феди, похожего на него, но, при всем, при этом, не с зелеными, а голубыми глазами.

А что? Есть все шансы, особенно, если верить. Силы мысли, и все дела…

— М-м, Патрахи-и-на, так бы тебя и затрахал, — тем временем подобрался ко мне бурильщик, обняв со спины за талию и обжигая своим дыханием мое ухо.

Кто бы сомневался, что он озвучит очередную пошлость.

Мне порой кажется, что он тащится от моей фамилии, которая дает ему массу поводов «вот так» поприкалываться.

— П-ф, — закатила глаза, наслаждаясь объятиями.

Определенно, у меня тактильный голод по этому мужчине. Видимо, поэтому я позволила себе немного порадоваться нашим «обнимашкам». Не более.

Забыть о наличии где-то там, на его орбите, Милашечки, мне точно не по силам.

Мысль о блондинке быстро привела меня в чувства. Я дернулась, особенно, когда почувствовала, что руки бурильщика исследуют мой живот.

Тут у Феди, очевидно, случилось короткое замыкание, когда его руки нащупали мое «интересное положение». Он сначала подвис на несколько секунд, а потом развернул меня к себе, уставившись на живот.

— Это…это что-о? — просипел он, прожигая по очереди своим серо-зеленым лазером глаз то мое лицо, то живот.

Его взгляд так и метался вниз-вверх-вниз, честное слово.

— Это, кто, — спокойно ответила я, мягко улыбаясь. — Знакомься. Это наш малыш Ярослав, — хотела по привычке добавить: «Федорович», но осеклась.

Ни к чему сейчас такие откровения. А слово «наш» тоже можно двояко интерпретировать. Тут уж сугубо личное восприятие Федора. Как оно сработает, мне неведомо.

«Наш с ним»; или «наш, — в смысле, — Патрахиных», а Федя тут не при делах.

— Ты беременна? — все-таки последовало от него уточнение.

При этом, Федор отступил на шаг, заметно нахмурив брови.

Не удивлюсь, если далее прозвучит вопрос: «От кого?»

— Да, — ответила максимально нейтрально, — беременна.

Я сказала это без лишних эмоций, усмешки, и какой-либо иронии.

Я внимательно следила за выражением его лица. Кроме шока и удивления пока ничего не увидела.

— Мой? — протянул он руку к животу, но так и не притронулся. — Почему не сказала?

Оу, однако, удивил. Все-таки надо признать, что я всегда подсознательно ожидала самого худшего варианта.

Эмоционального взрыва, психов, претензии.

— Федь, — подняла на него глаза, а руками прикрывая живот защитным жестом, — а ты сам, как думаешь?

— Это ваша вечная женская фишечка — отвечать вопросом на вопрос? — упрекнул он, заметно нервничая.

Ну да, сбила ему, понимаешь ли, весь сексуально-примативный настрой: «Пришел-увидел-повалил».

— Кто бы говорил, — хмыкнула в ответ, уже готовая защищаться.

— Ев, — тихо выдохнул он, почесав переносицу.

И что-то такое я услышала в этом его обращении. Нечеловеческую усталость что ли?

Я присмотрелась к нему внимательнее, замечая в этот момент и темные круги под его глазами, и впалые щеки. И вообще в целом, он как-то осунулся, заметно потеряв в весе.

— Ты, наверное, голодный? Пойдем, поедим, — предложила ему.

Милосердие и гостеприимство — наше все, не так ли?

Да и после прошедшего ужина с родителем и тетей Галей еще полно еды осталось. Даже заморачиваться с готовкой на ночь глядя не придется.

— Давай, — согласился он. — Заодно и поговорим.

Поговорить хочет, ну и прекрасно. Это же диво дивное, чудо чудное! Давно я ждала этого разговора — неужели дождалась?

— Что будешь? — поинтересовалась я, суетясь и инспектируя холодильник, пока он мыл руки. — Есть куриный рулет, салат типа «шубы», но вместе селедки копченое мясо. Или мой фирменный салат «Нежность»? Такой типа оливье, но тоже с копченым мясом, — озвучила имеющиеся яства.

— Ого, как в ресторане. Серьезно меня ждала? Люба все же не сдержалась — предупредила.

— Если бы, — фыркнула я. — Случайно вышло. У меня сегодня папка женился, вот я и наготовила, — пожала плечами. — Может хочешь печеный картофель Гассель*? Хотела сделать Гратен*, представляешь? Перепутала, нашла не тот рецепт в сети, и вот, — почему-то разволновалась я, начав тараторить.

— Ева, без разницы, гратен или гассель. Не кипишуй, ладно? Давай помогу, — отодвинул он меня от холодильника. — Присядь, тебе наверно тяжело, да?

Хм, это что, забота?

Я с подозрением глянула на бурильщика, но спорить не стала. Действительно. Что я кипишую?

— Ладно, помогай. Вытаскивай сам, что понравится, — позволила ему хозяйничать, а сама уселась в удобный стул-кресло за обеденным столом.

— Бля-я! — вдруг неожиданно воскликнул он.

— Что?!

— Букет в машине забыл, — пояснил он, растерянно почесав затылок. — Метнуться бы, но там это ваш, любитель булочек.

— Сам поешь для начала, — остановила его, уже готового метнуться на улицу.

Подумаешь, букет. Часом раньше, часом позже.

— И Федь, пожалуйста, очень прошу не выражаться при ребенке, — сразу же обозначила свою позицию по поводу мата.

— Постараюсь, — буркнул он, насупившись.

По его реакции было заметно, что он посчитал мою просьбу блажью, а сам еле сдержался, чтобы не озвучить данную мысль вслух.

Ничего-ничего. Ему полезно иногда фильтровать свою речь.

С интересом наблюдала, как он ловко положил себе на тарелку картошку и рулет, а потом без моей подсказки нашел духовой шкаф и со знанием дела включил функцию разогрева.

Наслаждаться, как с аппетитом ест любимый мужчина можно вечно. Я опять залипла, серьезно. И он, гад такой, это заметил.

Хорошо, что никак не прокомментировал и не съёрничал по этому поводу. Лишь улыбнулся.

— Ты, как всегда бесподобна, — сделал мне комплимент.

— Я или еда? — смутилась я.

— И ты, и еда. Ну, я так и не услышал ответа на свой вопрос, — застал он меня опять врасплох, приступив к допросу, отложив вилку в сторону. — Почему молчала? Или ты вообще не хотела говорить?

Елки-моталки, звучит, как наезд!

Значит, где сам столько времени шлялся, он поведать не желает?

— Хм, — почесала я переносицу, чтобы собрать мысли в кучку (а это в последнее время немного сложно по некоторым причинам), — в общем, если по чесноку, то нет, не хотела.

— Твою мать, Ева! — среагировал предсказуемо Федор.

— Федя, я ж просила, — прошипела в ответ.

— Не, серьезно, ты просто хотела скрыть, что у меня будет ребенок? Или все же, не мой?

— Твой! И не рычи, пожалуйста, — как можно мягче попросила его. — Мне нервничать нельзя, поэтому и не сообщила, опасаясь такой вот реакции.

— Ладно, окей, я спокоен, — поднял он руки.

— Хочешь, можешь даже сделать тест ДНК. Меня это не оскорбит нисколько. Ну, если тебе, конечно, это надо. А не захочешь участвовать в судьбе сына, я тоже не обижусь.

— Ева-а, — процедил он, снова закипая. — Ты специально меня доводишь? Что значит, не захочу? Совсем дурнушка?

— И вообще, я не пойму, что ты нервничаешь? — настал мой черед кинуть ему претензию. — От тебя три месяца ни слуху, ни духу. Разве мое сообщение ты не посчитал бы поводом, что я навязываюсь, а? Может хватит строить из себя оскорбленного в лучших чувствах! Ты не пишешь, не звонишь, что я должна думать? Очевидно, что все кончено. И каким боком тут мое сообщение с «радостной новостью» о ребенке? Откуда мне знать, может ты уже успел жениться на своей Милане, а я вам праздник любви испорчу.

— Что ты говоришь, боже мой? — закатил он глаза.

— То и говорю! Ты где, собственно, был?

— На обсере*, на вахте, а потом болел, подхватив чертов вирус.

Вот как?

Я открыла рот, немного обескураженная его признаниями. Даже растерялась немного, пытаясь совладать с различными мыслями.

Болел, значит. Отсюда и вид его, не совсем здоровый.

— А позвонить? — все-таки сообразила задать вопрос, который рушил всю логику его объяснений.

— А телефон у меня пи@… кхм, то есть разбился на вахте.

— Не понимаю, — покачала головой, слушая эти жалкие оправдания.

При чем тут разбившийся телефон? Номера же всегда сохраняются на сим-карте.

Хотя, вроде как припоминаю, что он долго отсутствовал ВКонтакте, а перед этим еще и страницу успел свою закрыть.

— Новый, сама понимаешь, на месторождении сразу не купишь. А дальше косяк, да, вышел, с моей стороны, — продолжил объясняться Федор, снова почесав затылок. — У меня не сохранился твой номер. Я его еще осенью удалил. Приехать не мог — болел.

— Ты прикалываешься? — выдохнула я.

— Почему прикалываюсь-то? Думал, восстановлю нашу переписку в Ватсапе, но ты, зараза такая, взяла и удалилась из него безвозвратно.

Ну да, есть такое дело, я еще в январе принципиально удалилась из данного мессенджера и подключила вместо него другой.

— Ну, у тебя же есть подруга Люба, — все еще не верила ему я.

— А Люба твоя послала меня к …, поняла, в общем куда. Сказала, сами разбирайтесь.

— Не знаешь, как просто восстановить номер?

— Откуда?

— Подключи телеграм, там в контактах все номера будут, когда-либо сохраненные на симке.

— Ну, не знал, сорян, Ева Евгеньевна, облажался чутка. Бывает. А ты, такая умная, не могла что ли сама позвонить, а? Поинтересоваться здоровьем, а то может умер, — с какой-то обидой сказал он.

— Э-э, Федор Михайлович, вот не надо мне сейчас вменять в вину свое отсутствие, — стукнула его ладошкой по сжатому кулаку. — Дурак, блин! Думай, что говоришь. Не умер, и я очень рада этому. Как, кстати, твое самочувствие?

— Нормально, солнце, не переживай, — перехватил он мою руку и сжал в своей ладони. — У меня относительно в легкой форме было. На больничном дома у родителей отлежался.

— Ты и их что ли заразил? — обеспокоилась я.

— Да нет. Как оказалось, к лучшему, что к ним, а не к тебе приперся, — кивнул он на мой живот. — Мальчик, говоришь? И почему Ярослав? Мне не нравится. Дурацкое имя какое-то, — и улыбнулся, главное, самодовольно, сказав очередную маленькую пакость.

— Вот это видел? — молниеносно показала ему кукиш, глядя на него со злым прищуром. — Ярослав, и точка.

— Тихо-тихо, крейзи моя, — развеселился он вдруг, прикрывая мою фигу своей рукой. — Ты мне лучше скажи, сексом тебе можно заниматься?

— П-ф, — еще больше завелась я от его наглости.

Как быстро он наговорился. А цель его приезда? А Милана? Я, что, должна радоваться очередной милости с его стороны и внезапному появлению?

— Ты только трахаться по старой памяти сюда явился? Миланка не справляется на два фронта?

Ну, да! Съязвила. Гормоны не позволяют держать язык за зубами, по всей видимости. Раньше бы я точно такого не ляпнула.

— Придушил бы, дуру, — прошипел бурильщик, встав из-за стола и опасно нависнув надо мной. — Сиди тут.

— Что? — испуганно вскинула на него глаза, неосознанно отодвигая стул назад.

— Да сиди ты, блин! Упадешь ведь, — придержал он мой стул за спинку.

— Над Миланой своей командуй, — огрызнулась снова я, а после прикусила губу, коря себя за несдержанность.

Федор присел на корточки напротив меня и заглянул в лицо.

— Давай мы сейчас договоримся, лады?

— О чем?

— Скажу один раз, и чтобы больше не поднимала эту тему.

— Какую тему?

— Не включай дурочку, тебе не идет. Уясни раз и навсегда, с Миланой давно все кончено, поняла?

— Поняла, — на автомате повторила за ним, но потом решительно замотала головой. — Нет! Не поняла?

Он закатил глаза, явно сдерживая, готовые слететь с губ нецензурные выражения.

А я, как дура, залюбовалась этими губами, на миг забыв о сути нашей перепалки.

Потом встряхнулась от морока, напомнив себе, что я должна до конца прояснить все вопросы и недомолвки.

Он так и не пояснил о цели своего визита.

Тот еще мастер увиливать от неудобных вопросов.

Подняла свои глаза выше, встречаясь с его взглядом. А он так же смотрел в упор, а потом перевел свой взор на мои губы.

Я сглотнула слюну, нервно заерзав на стуле.

Краем сознания я, конечно, заметила, как он поднял свою левую руку и обхватил мой затылок, но все равно оказалась не готова к поцелую. И нет, он был совсем не поглощающим и жадным.

Наоборот!

К моему удивлению, он был осторожным, нежным, чувственным, что я даже секунд пять глаза не закрывала, пребывая в некоем когнитивном диссонансе.

— Федя? — выдохнула в его губы. — Ты что делаешь?

— Давай повенчаемся, а? — также тихо прошелестел он в ответ.

Что-о?!!

* отсылка к песне Niletto, «Любимка»

* Рекогносциро́вка — разведка о расположении и силах неприятельских войск, визуальное изучение противника и местности в целях уточнения принятого на карте решения

* B французском языке нет фразы «я скучаю по тебе», «tu mе mаnques» — дословно переводится как «ты отсутствуешь у меня»

* «Шуба с мясом" — салат «Гранатовый браслет»

* У автора салатом «Нежность» называется такой рецепт: копченая курица, отварные яйца, свежий огурец, зеленый лук и любой сорт твердого сыра. Заправить майонезом

* Гассель — картошка-гармошка с сыром, картофель по-шведски

* Гратен — франц. картофель в сливочно-сырной заливке

* Обсер — обсервация