ГЛАВА 24, · в которой продолжается знакомство с будущими родственниками

Когда мы подошли к процессии, я слабо улыбнулась Эйдану, которого, к его радости, включили в список делегации.

— Ты как? — спросил он, с озабоченностью глядя на мой встрепанный видок.

— Нормально, — стараясь не делать резких движений, плавно кивнула я. — Как тебе полет в этих корзинах? Вас так же сюда доставили?

— Да, это было великолепно! Потрясающе! Круто! — воодушевленно поделился Эйдан. — Эти корзины называются гондулами. Такая огромная, мы все в ней уместились! А как дракон осторожно нас нес! Ух, полетать с драконом! Я даже мечтать о таком не мог!

Эйдан все так же восторженно делился впечатлениями, и я за него порадовалась. Хорошо, когда кто-то всем доволен в путешествии, сразу думаешь, что это с тобой что-то не то. Я попробовала собраться и твердо шагнула на первые ступени многоступенчатой длинной лестницы. В любом случае, когда мы ее преодолеем — в лучшем случае к вечеру, а если реальнее смотреть на вещи, к ночи, — то в голове просто не останется никаких мыслей.

Сам дворец подавлял своими размерами. Грубо выдолбленный из темного камня, рассчитан он был на размеры драконов, а потому мы, люди, почувствовали себя как герои сказки, оказавшиеся в стране великанов. Вход охраняли огромные каменные статуи драконов, пристально наблюдавшие за теми, кто входил внутрь. Головы их поворачивались в сторону путников, а глаза, в которых полыхало настоящее пламя, отстраненно, но строго провожали идущих до входа.

Ашшур по дороге объяснил, что провожатые отведут нас в церемониальный зал, где будет присутствовать верхушка драконьей знати во главе с правителем — Грозой Драконов. Обменяемся приветствиями, а потом званый обед и развлекательная программа с банкетом.

— Трона как такового у нас нет, — по дороге рассказывал всем Ашшур, — дракону он не нужен, а на дипломатических встречах с представителями других рас Гроза Драконов принимает гостей стоя. Долгого обмена приветствиями он не любит, предпочитает общаться неформально после банкета. Но есть один ритуал на приеме — гость, прибывший с мирными намерениями, должен испить драконьего огня. Если его намерения нечисты и он затаил зло — огонь спалит его, а если пришел с миром — защитит его от других драконов. Если кто-то задумает причинить вред гостю, то нарушит закон гостеприимства и будет отвечать по всей строгости закона, как преступник. Но вы не бойтесь, это всего лишь ритуальный обряд, никакого вреда он вам не причинит, — успокоил Ашшур людей, взволнованных перспективой быть испепеленными неведомым драконьим огнем.

Да уж, успокоил так успокоил…

— А что это за напиток — «драконий огонь»? — послышались вопросы со всех сторон.

— Мм… ну-у, это драконья огненная вода на нашем сырье, секретный рецепт и секретная технология, — замялся Ашшур, и я сразу почувствовала неладное. — Гроза Драконов опалит его своим драконьим пламенем, напиток загорится… Но вы не бойтесь, огонь не причиняет вреда, можете пить смело, — снова попытался успокоить нас Ашшур. — И каждый выпьет по глотку, передавая напиток по кругу.

Все с сомненьем переглянулись между собой. С каждым словом Ашшура в голове возникало все больше вопросов и опасений.

Мы подошли к «тронному» залу, как бы назвали место встречи правителя с гостями у нас, но раз у драконов не было трона, то он носил название просто церемониальный.

Драконов оказалось много, очень много. И это было так непривычно. Мало того, — здесь были и драконицы, которых, ручаюсь, впервые видели все из нашей делегации. Поэтому почти все мы вертели головами с плохо скрываемым любопытством.

Одеты драконы были примерно одинаковы: в многослойный отрез шелковой ткани, мудрено обернутый вокруг фигуры. Отличалось все деталями, наверное имеющими для них значение, и, главное, цветом.

Как я позже узнала от Ашшура, на драконах было парадно-церемониальное одеяние «йирэйшафу», цвет указывал на принадлежность к определенному клану, о чем я догадалась и сама, а всякие декоративные элементы — количество тесемок или, например, цветочков вокруг воротника, или ширина разреза рукава, действительно указывали на иерархию дракона в своем клане.

Драконицы тоже в своем одеянии соблюдали цвета своего клана, но если у мужчин одеяние было одного цвета, то драконицы позволяли себе к доминирующему цвету декоративные элементы любых понравившихся цветов. Одеяние их, носившее название шершеля-ух, состояло из обтягивающей грудь короткой кофточки с довольно глубоким декольте и почти открытой спиной и длинного полотна ткани, обернутого вокруг тела. Внизу полотно выглядело как длинная юбка с разрезами по бокам, из которых выглядывали стройные ножки. А сверху имело форму красивой драпировки, открывая зону декольте и соблазнительный изгиб спины.

Забегая вперед, скажу, что все драконицы, виденные мною за время нашего пребывания, выделялись необычайной, льющейся через край женственностью. Кокетливой, неприкрытой, томной, обещающей негу и самое сладкое наслаждение. Словно они находятся в постоянном соблазнении партнера. Замужние драконицы смотрели на своих избранных так, что загорались щеки даже у меня. В их глазах и плавных движениях сквозило такое достоинство и женское счастье, которые говорят об уверенности любимой и счастливой женщины сами за себя, без слов.

— Гроза Драконов приветствует гостей Замирья в Драконьей Гряде! — на весь огромнейший зал возвестил бархатный баритон, похожий на ашшурский, пока мы шли по долгому проходу к месту, где нас ждал правитель драконов и его приближенные.

Ага, Замирье, значит? Я отчетливо послала Ашшуру ехидную реплику. То есть у них-то тут центр Таларии, а все остальное — это так, обочина мира. Ну-ну…

Ашшур сжал мою ладонь, повернулся и улыбнулся извиняющейся улыбкой. Пожал плечами, мол, извини, что с нас, драконов, взять.

Мы подошли к повелителю драконов и склонили головы, как полагается по придворному этикету по всей Таларии. Когда я подняла взгляд и с любопытством посмотрела на Грозу Драконов, то на миг потеряла дар речи. Передо мной стоял вылитый Ашшур, только старше лет на двадцать по человеческим меркам. Было так необычно и притягательно разглядывать повзрослевшего Ашшура, что я не могла оторваться и невоспитанно пялилась, тогда как давно должна была отвести взгляд.

Заметив мой пристальный интерес, Гроза Драконов повернулся ко мне, посмотрел в глаза так, словно заглянул в душу, и… подмигнул. Мамочки мои!.. Мне подмигнул Гроза Драконов. Он перевел насмешливый взгляд на Ашшура, который ответил счастливой улыбкой, они явно о чем-то перемолвились. Вернее, о ком-то. И я точно знаю о ком.

На первый взгляд правитель и Ашшур были похожи как две капли воды. На второй — глаз уже подмечал различия. Кроме разницы в возрасте правитель обладал тем достоинством и уверенностью, что отличаются от напыщенности и самоуверенности, как искусно ограненный драгоценный камень в умелых руках от поделки бездарного кустаря.

Черты лица правителя приобрели внутреннее благородство, а взгляд глаз — желтых, но с темно-грозовым ободком вокруг радужки — был проницательным, мудрым и цепким. Но иногда его лицо оживляла лукавая мимика, в точности как у Ашшура: та же насмешка, сверкавшая время от времени во взгляде, и та же ухмылка, затаившаяся в левом уголке губ. И надо сказать, то, во что превратится Ашшур лет через… не знаю сколько по драконьим меркам, мне очень и очень нравилось.

Я улыбнулась Грозе Драконов и склонила голову в повторном поклоне после приветственной речи представителей нашей делегации.

— Вы можете обращаться ко мне просто, вполне достаточно будет называть меня «Повелитель Драконьей Гряды, сын богини-матери всего сущего и всей жизни и бога-отца ловца смерти», — снизошел Гроза Драконов до «простого» обращения, и я внутренне усмехнулась. Походило на то, что дракон изощренно над нами издевается. Естественно, перечить никто не вздумал. — Позвольте представить мою семью, глав кланов и членов совета. Их имена я советую выучить в полном объеме.

— Моя избранная, свет моих очей, ослепительная и наипрекраснейшая дражайшая моя супруга Шармихшаануришихан… — дальше последовали еще столь же сложные имена, и откуда-то из-за спин рядом стоящих драконов к нам вышла, победно улыбаясь, ослепительно-красивая — тут Гроза Драконов не соврал — драконица того же неопределенного возраста, когда минует юность и еще не наступает старость, что и моя бабушка Дельмильтель.

Я почувствовала, как напрягся стоящий рядом со мной Ашшур, и послала ему успокаивающую волну: «Моя бабуля была бы в восторге от твоей мамули. Как от равной соперницы, с которой можно помериться силами в интриганстве и женском коварстве». Ашшур заметно расслабился, и, покосившись, я заметила улыбку в уголках его губ. Так-то лучше.

— Приветствую гостей из Замирья на нашей благословенной земле, — проворковала драконица, глядя прямо на Ашшура.

Ух, змеюка. Мало тебе было ребенка обижать, так и до сих пор норовит укусить. Да я тебя за Ашшура… Так, стоп, Фейка… Это что за мысли?! Но паника по поводу них не успела оформиться, потому что нам уже представляли следующего члена семьи.

— Мой старший сын, Ишкаршэ-шалисс-даспсшаш… — и посыпались еще имена, как горошины из лопнувшего стручка.

Дальше я уже не вслушивалась, пытаясь запомнить у остальных хотя бы первое имя.

Ишкаршэ был больше похож на мать. Красивое лицо с благородными крупными чертами, немного хищными, но не отталкивающими, а скорее притягивающими взгляд. Выражение лица его казалось непроницаемым, он сдерживал эмоции, и невозможно было понять, что он думает. Лишь языки пламени в его глазах выдавали нервное напряжение, в котором почему-то находился этот дракон. Так же ровно поприветствовал он нас, не выдав голосом ни одной эмоции. Только бросил на нас с Ашшуром быстрый заинтересованный взгляд и тут же перевел дальше.

— Мой средний сын, как вы уже могли догадаться, Ашшур-шакин-шуми… — повелитель поманил Ашшура встать рядом с собой, и тот подчинился.

Склонившись сначала перед отцом, потом перед нами, он вздрогнул, когда я мысленно кольнула его угрозой: «Убью и не воскрешу, пока не прощу. А обижаюсь я долго и изощренно». Ашшур второй раз за день бросил в мою сторону виноватый взгляд.

— Младший сын Фейхейе-нишур-гамеш… — представил повелитель того, с кем я уже имела честь познакомиться.

Фейхейе выглядел непривычно взросло в церемониальной одежде и со строгим выражением лица. Но когда приветливо улыбнулся, то тут же сбросил с себя лишние годы и так же приветливо нас поприветствовал, подарив мне отдельную улыбку. Я улыбнулась в ответ. Хоть кто-то рад нас видеть, даже если развлекается за наш счет.

Дальше нам представляли глав кланов. Так я узнала, что отец Ашшура, как и его сыновья, принадлежат к клану Ночи. Их цвет был черным, или, как любил уточнять Ашшур, графитовым. А его дражайшая супруга принадлежала ко второму по влиятельности клану Огненных. Их цвет был алым.

Третьим по важности кланом, входившим в тройку сильнейших и имеющих право претендовать на статус повелителя, оказался клан Сумерек. И цвет их был темно-фиолетовым. Остальные кланы перечислили быстро и с некоторой долей снисходительности. Они были не такими влиятельными, а потому не стоили столь пристального внимания со стороны правителя.

Из клана Сумерек кроме пожилого главу клана нам представили дракона на вид лет тридцати пяти по человеческим меркам. Такой чести он удостоился вот по какой причине:

— Сишахер-шмырамураш-ашбанзаш… является одним из трех претендентов на престол наравне с двумя моими сыновьями Ишкаршэ и Ашшуром, — словно между делом заметил Гроза Драконов, — так что советую к ним присмотреться, кто-то из них — следующий Гроза Драконов, с которым вам придется иметь дело в будущем.

Вся наша делегация уставилась на Ашшура, который попытался спрятаться за спину отца. Полагаю, что от направленного в его сторону гнева. Во всяком случае, с моей стороны. Кому понравится, когда его водят за нос. А я чувствовала себя именно так.

«Ну, Ашшур, ну погоди, ушастый ты звероящер! Останемся мы наедине, ух!» — крикнула я ему так, что он вздрогнул. Жалко, у меня огня драконьего нет. Испепелила бы! На месте! Без суда и следствия!

А пока присмотрелась к сопернику разделанной уже мною тушки дракона, которая еще пока была живая и виноватым взглядом косила в мою сторону из-за спины папочки-повелителя.

Сишахер смотрел на нас, как выражается в таких случаях Люся, которую задевает высокомерие эльфов, через губу. Словно его окружили противные насекомые, а он брезгует их даже отодвинуть со своего пути, только чтобы не дотрагиваться. Да уж, хорош претендент на место правителя драконов, если даже не умеет скрывать эмоции.

Дальше нам представили членов совета, старейшин, пожилых, я бы сказала, ну очень пожилых и мудрейших драконов.

Перед тем как провести нас в зал, в котором был накрыт званый обед в нашу честь, нам предстояло пройти описанный Ашшуром ритуал гостеприимства драконов — распитие драконьего огня.

Грозе Драконов поднесли большую чашу, по размерам с небольшую кастрюльку, в которой плескалась какая-то прозрачная жидкость. Повелитель дыхнул на нее струей пламени, как если бы надумал поджечь костерок в лесу или на лужайке для пикника, и по жидкости побежали язычки пламени, покрыв ее поверхность полностью.

Дракон, державший чашу, низко склонился в поклоне и, не поднимая головы, подошел к нам и протянул чашу крайнему. Кажется, это был какой-то королевский вельможа из дипломатического корпуса.

Он бросил на Ашшура испуганно-вопросительный взгляд. В нем читались те же эмоции, что и у меня, только тщательно скрываемые. А я же панически вопила про себя: что-о?.. Вот это надо как-то пить?.. Глотать огонь? Как?!

Ашшур ободряюще кивнул, и вельможа взял чашу у дракона, зажмурил глаза и поднес ее ко рту. Мы, затаив дыхание, наблюдали за процессом. Но ничего страшного не произошло. Вельможа сделал глоток и не опалил рот, не обжегся, как мы все опасались. Лишь глаза его маслено заблестели, и он расплылся в глупой расслабленной улыбке. Он передал чашу соседу, и та пошла по кругу.

Ашшур, оказавшись рядом, шепнул мне на ухо:

— Не советую. И не из-за огня, а из-за содержимого. Знатная сивуха это наше драконье пойло, очень крепкое и забористое. Оно тебя победит. Хочешь потом стыдиться своего поведения?

Нет, точно не хочу. Я вспомнила, что мы с соседками натворили, будучи под воздействием эльфийского бальзама, и чувство стыда наутро, поэтому решила последовать совету Ашшура.

— А как же защита? — шепнула я, пока чаша добиралась до меня.

— Ты моя избранная, ты и так под моей защитой, — ответил быстро Ашшур, потому что чаша уже перешла в мои руки.

Я сделала вид, что глотнула, хотя только опалила сжатые губы. Мне хватило того, что я почувствовала, облизнув их. Даже этих несколько капель мне было достаточно, чтобы ощутить жжение от крепкого спиртного на губах и на языке и чувство легкого опьянения. Которое, к счастью, у меня быстро прошло, в отличие от моих земляков.

После окончания ритуала нас повели на обед. Часть драконов остались в церемониальном зале. К столу были допущены только те, кого нам представили. С остальными мы снова должны будем встретиться на развлекательной программе, устроенной в нашу честь, и банкете.