ГЛАВА 26, · в которой сокровищница драконов распахивает свои двери

Ашшур

Сначала Ашшур наслаждался созерцанием своей спящей избранной, отмечая каждую черточку, запоминая каждый изгиб ее тела, отпечатывая в памяти красоту и идеальность предназначенного ему создания, выжигая в мозгу картинки так возбуждающих его женских прелестей.

Когда лежать спокойно было уже невмоготу, а Фейка заелозила под его прожигающим взглядом, он принялся ласкать каждый кусочек ее разомлевшего от сна и возбуждения тела, не забывая и о самых укромных уголках. Фейка застонала, и этот стон прошелся по нему как каленое железо, прожигая насквозь до самых внутренностей, скрутив в тугой узел желания и вожделения.

Не останавливайся, моя хорошая. Я хочу, чтобы ты стонала так вечность, повторяя мое имя.

Ашшур добрался до ее бедер, так сладко пахнущих женской влагой вожделения, развел их, и Фейка послушно не стала сопротивляться. Проникнул языком в ее лоно, отчего избранная выгнулась, как натянутая тетива лука, и сладко задрожала от предвкушения.

Да, любимая, я сделаю все, чтобы тебе было хорошо, чтобы ты не думала ни о ком и ни о чем, позабыв обо всем на свете рядом со мной.

Ритмичные движения языка вверх-вниз, и теперь судороги и вскрики избранной говорили, что она получила свою дозу экстаза и дракон может позаботиться о своей разрядке, которая ему необходима сейчас, как вода для раздувавшегося пожара.

Он перевернул избранную на живот, поместил свой член между ее ягодицами и, сжимая их, потерся, поскользил туда-сюда, не сдерживая себя. Кончил он тут же, но никак не мог выпустить избранную из рук.

Как? Как теперь отпустить ее, когда вот она, горячая, обнаженная, расслабленная и счастливая в его руках? И когда счастье заполняет его всего. Зачем? Куда? Пусть весь мир подождет. Он еще не насытился. Он только начинает и входит во вкус.

Но его постоянно отвлекали вызовы драконов, начиная с отца и брата и заканчивая друзьями и старейшинами. Все хотели с ним связаться и обсудить насущные вопросы. Как же не вовремя!

— Продолжим вечером, — щекотно муркнул он Фейке на ухо, неся ее на руках в ванну, отчего та дернула головой и хихикнула.

На этот раз ванну они принимали вдвоем, и Ашшур, намыливая Фейку, не отказал себе в удовольствии воспользоваться моментом снова ее всю ощупать, потискать и довести до очередного оргазма.

После разрядки она безвольно повисла у него на груди, обнимая за шею, а он кончил теперь ей на живот, потершись о лобок. Нет, это не дело, сколько он еще выдержит такую пытку? Он хочет войти в нее и почувствовать себя с ней одним целым. И она хочет того же. Надо обсудить вечером. Может, ну его — все препятствия и сроки? Свяжут себя навеки вечные, тем более сам он этого хочет больше жизни? Вопрос только в Фейке.

— Да что случилось, что вы так настойчиво пытаетесь со мной связаться? — стараясь унять раздражение, ответил на вызов отца Ашшур.

— А можно подумать, ты очень занят? — весело спросил тот. — Надеюсь, не новыми магическими шутками? А то мои подданные взвоют и потребуют отправить твою избранную восвояси.

— Нет, знаешь ли, с избранной есть занятия поинтереснее, чем занятия магией, — ответил Ашшур.

— Понимаю, — протянул весело отец. — Но вы вчера наделали дел. Главы кланов и старейшины требуют созвать немедленный совет. Я пока отбрехиваюсь, как могу. Какие у вас были планы на сегодня?

— Я обещал показать Досифее и ее другу-артефактнику нашу сокровищницу.

— О как! А ты время даром не теряешь, — изумился отец. — Сразу в святая святых. Впрочем, и правильно, девушки любят решительных мужчин. Хорошо, после сокровищницы найди, чем занять избранную, и на совет. Я пока их отвлеку.

— Спасибо, отец, — искренне поблагодарил Ашшур. — Я потороплюсь.

— И приготовься к худшему, мой мальчик. Многие сильно возмущены и настроены против тебя.

— Не впервой. Хорошо, я понял, — ответил Ашшур и отключился. — Досифеюшка, готова ли ты увидеть сокровищницу Грозы Драконов? Туда я могу допустить только свою избранную, — провокационно сказал Ашшур, сжав Фейке соски, отчего те снова затвердели, а Фейка шумно выдохнула. — Ты моя избранная?

— Да-а… — простонала его Феечка, когда он втянул один сосок в рот, а затем обвел его своим раздвоенным языком.

— Скажи: «Да, Ашшур, я твоя избранная», — проговорил он между ласками.

— Да, Ашшур… я твоя… из-збранная-а-а-а… — простонала Фейка.

Он оторвался от ее груди и ласково шлепнул по попке.

— Умничка, золотая моя, послушная девочка. Если так пойдет и дальше — разрешу взять тебе из сокровищницы, что пожелаешь.

— Мм… а Эйдан? — Взгляд Фейки обретал ясность.

— Что Эйдан? Ему не позволю, он не мой избранный.

— Ты сказал, что в сокровищницу можешь допустить только избранную. Но ты пообещал Эйдану, что возьмешь его с нами, — Фея с трудом, еще находясь во власти неги, но выговорила целую фразу.

— А он друг избранной и мой студент, — подмигнул со смехом возмущенной Досифее Ашшур.

Она игриво шлепнула его в отместку, он ее схватил и легонько покусал за это за мочку уха и за шею, пока она, смеясь, не попросила пощады. Шлепнув ее на прощанье снова по ягодицам, так и притягивавшим к себе его руки, Ашшур велел ей собираться, вызывая к ним Фейхейе.

Все-таки то, что вчера он так быстро отрубился, сигнализировало, что не все в порядке и стоило поберечь силы — впереди долгий и трудный день. Неизвестно, когда ему понадобится драконья магия и сколько.

Ашшур вместе с младшим братом долго и со вкусом смеялись над вытянувшимися лицами Фейки и Эйдаиа, когда те увидели сокровищницу драконов.

— Что это? — не верила своим глазам Досифея.

— Богиня, да это какой-то гномий банк, а не сокровищница драконов! — возмутился Эйдан.

— А вы что ожидали здесь увидеть? — заливисто хохоча, поинтересовался Фейхейе.

— Груды наваленного золота и всяких драгоценностей с артефактами. Как на картинках в книжках с балладами о драконах, — растерянно ответил Эйдан, оглядываясь, а Фейка согласно кивнула головой.

В огромной пещере, которая находилась под замком и была отведена под сокровищницу, все богатства драконов скрупулезно и педантично оказались разложены по металлическим ячейкам-сейфам, коих были десятки тысяч по всем стенам 12-катровой пещеры.

— Здесь золотые монеты по тысяче в каждой ячейке, — показал на одну стену Фейхейе, — тут денежные банкноты стран Таларии, так, на всякий случай, — указал он на следующую. — По этой стороне в каждой ячейке драгоценности…

Фейка с Эйданом разочарованно переглянулись.

— Я могу сделать стену прозрачной, вы увидите, что находится в ящиках, — пожалел их Ашшур.

— Не надо, — вздохнула Фейка.

— Скучно, — согласился уныло Эйдан.

— Тогда пройдемте в другой зал, где хранятся артефакты. Может, там вам понравится больше, — улыбнулся Ашшур.

В глазах молодых дарований вспыхнул огонек робкой надежды.

В зале артефактов каждый артефакт был выставлен на обозрение под стеклом на полках в стеклянных подсвеченных витринах. И теперь глаза Фейки и Эйдана загорелись алчным любопытным огнем. Ашшур посмеялся про себя и предложил:

— Осматривайтесь. Если что-то приглянется, можете открывать и рассматривать.

Фейка и Эйдан увлеклись, а Ашшур мысленно разговаривал с отцом. Обстановка на совете накалялась, и требовалось его срочное присутствие. Они с Фейхейе переглянулись.

— Я могу доверить тебе свою избранную, брат? — спросил Ашшур.

— Но разве тебе не нужна моя поддержка на совете? — забеспокоился Фейхейе.

— Я справлюсь. А вот избранная мне дороже жизни, брат.

— Я клянусь защищать ее ценою своей жизни, — дал клятву Фейхейе.

Ашшур кивнул, принимая клятву. Подошел к Фейке.

— Фей… — Он обнял сзади хмурившуюся на какой-то артефакт Фейку. — Меня вызывают на совет. Я могу тебя оставить? — спросил на ушко дракон.

— Да, конечно, иди по делам, не беспокойся за меня, — отвлеченно, думая о чем-то своем, сказала Досифея.

— Когда ты так говоришь, мне стоит напрячься. Что не так с этим артефактом?

— Он странный. Не бойся, я не буду его трогать и оживлять. Он меня пугает. Не в том плане, что я чувствую от него зло, нет. Я чувствую исходящую от него пугающую мощь. Он не зло и не добро, но такая сила в нем необычная, что, думаю, не стоит его будить. Ты не знаешь, что это за артефакт?

Фейка указала на хрустальную пирамидку, внутри которой кружилась какая-то радужная сфера.

— О, это один из самых первых артефактов, появившихся в сокровищнице драконов. Один из самых древних и загадочных, о нем мало сведений, и все они очень противоречивые. Если хочешь, поизучаем потом источники, я боюсь сейчас ошибиться.

— Да, конечно, — отстраненно сказала Фейка, все так же загипнотизированная артефактом.

Ашшур отвел ее от него на всякий случай к следующему.

— Так что, я пойду? Вы пока побудете здесь до моего возвращения под присмотром Фейхейе. Я постараюсь вернуться как можно скорее. И тогда отведу тебя в настоящую сокровищницу дракона.

Фейка обернулась и уставилась удивленно:

— А это тогда что?

— Сокровищница, — кивнул Ашшур. — Правителя драконов. И нашего клана, потому что представители нашего клана находятся у власти… — Он прищурился, вспоминая. — Больше двух тысяч лет, так что это почти одно и то же.

— Но власть ненаследуемая? — уточнила его избранная.

— Нет. Ее получает сильнейший. Когда приходит время — ну или кто-то решит, что время уже пришло, — самые сильные драконы, претендующие на власть, сходятся в поединке. Победитель принимает бремя власти на себя. С одной стороны, неудивительно, что потомки Повелителя являются сильнейшими и удерживают власть в своих руках. С другой — у сильного дракона может родиться слабый ребенок. — Тут Ашшур усмехнулся, подумав о себе. — До нас долгое время правил клан Огненных.

— Понятно, — кивнула Досифея. — Так что там с сокровищницей?

— Я покажу тебе свою личную, — игриво дыхнул он ей в ушко, чтобы от его дыхания по ее телу пробежали мурашки.

И они побежали, потому что Фейка дернулась и разомлела.

— Где она находится? Ты живешь здесь?

— У меня здесь есть-с воя пещера, — кивнул Ашшур. — Сокровищница там.

— Почему мы остановились не у тебя? — удивилась избранная.

— Тебе там не понравится. У меня было не самое счастливое детство, — пояснил он. — Ладно, меня торопят. Я побежал. Если что, зови меня. И с Фейхейе я буду на связи.

Фейка мягко ему улыбнулась.

— Не волнуйся обо мне, Ашшур. — Она протянула руку и погладила его по щеке. Он поцеловал ее ладонь, тронутый лаской. — А мне за тебя стоит волноваться? — спросила избранная, и в глазах ее вспыхнуло беспокойство, которое бы было лестно для Ашшура, если бы он желал, чтобы она за него волновалась. Но он не желал.

— Нет, — уверил он ее со смешком. — Я просто немного поругаюсь, выйущу пар и вправлю на место мозги соплеменникам. Ну, может, придется спалить пару драконов, — пошутил он.

Но Фейка отчего-то не засмеялась, а напряглась. Между бровей залегла хмурая складка.

— Все так серьезно, Ашшур? Может, тогда тебе стоит взять с собой брата? С нами ничего не случится, я обещаю. Я присмотрю за Эйданом.

Ашшур хмыкнул. За Эйданом она присмотрит. За ней кто бы присмотрел. И лучше бы он. Только себе он мог доверить такую трудную работу. Но, увы, в его сторону прилетали отголоски накала страстей на совете, и ему действительно надо было быть там, как тому, кто заварил эту кашу.

— Нет, любимая. Мне будет спокойнее, если Фейхейе останется с вами. Я скоро, не скучай.

Он поцеловал ей руку, не в силах отпустить и попрощаться. Вдруг какое-то тревожное предчувствие сковало грудь. Наверное, от того, что он сегодня с утра был слишком счастлив, вот и кажется, что где-то для равновесия судьба должна подкинуть подлянку. Ашшур отмахнулся от плохих мыслей. Все будет хорошо.